Our Doomed Love

      — Хёнджин, пожалуйста…       «Что случилось с тем, чтобы звонить только по необходимости? Клянусь, если Феликс позвонит мне еще раз, я разобью этот дешевый телефон.»       — Это моё седьмое сообщение.       «Правда? Я понятия не имел!»       — Пожалуйста перезвони мне. Мне жаль.       «Очевидно.»       — Когда будешь готова поговорить, позвони мне. И когда ты будешь готова снова переехать. Всё, что тебе нужно сделать, это появиться со своими вещами.       «Я сначала к Минхо-хёну схожу, прежде чем переехать! Вдруг он меня прибьёт и мне не нужно будет выбирать?»       — Пока, Хёнджин.       Я вздыхаю, зная, что саркастические мысли ни к чему меня не приведут. Я выкидываю горькие мысли из головы и кладу телефон на стол.Может быть, хороший горячий душ поможет.

♡♡♡

      — Это последний раз, когда я собираюсь позвонить, Хван Хёнджин, — предупреждает Феликс, — Прощай.       Я промаргиваюсь.       — Я хотел бы отметить, что он, вероятно, не шутит, — говорит Джисон, садясь на мою кровать.       Я снова вздыхаю, встаю и смотрю на свой телефон.       — Я знаю, я знаю…       — Так ты собираешься ответить на это? — спрашивает Чонин, тоже вставая.       — У меня есть вопрос, — говорю я вместо ответа.       Сынмин разворачивается в кресле за моим столом.       — Подожди, — говорит он, нажимая что-то на своём телефоне. Он кладёт его на стол и поворачивается ко мне.       — Хорошо, начинай.       Я хмуро смотрю на него, но потом спрашиваю:       — Я плохой парень? В плане отношений?       — А нам по чём знать, Хёнджин? — Джисон фыркает.       — Я не знаю, вы же мои лучшие друзья.       — Ну, я понятия не имею. Я никогда не встречался с тобой.       — Логично.       — Никто, — Сынмин смеется, — Из нас никогда не встречался друг с другом, верно, ребята?       Я закатываю глаза, когда Джисон кивает. Чонин молчит. Остальные смотрят на него с удивлением, а потом и на меня.       — Вы двое встречались? — восклицает Джисон.       — Нет! — тут же отвечаю я, — Ну… Не совсем.       — Что это значит?       — Это не важно. Возвращаясь к моему вопросу. Я плохой парень? Почему я нравлюсь людям?       — Ну… — Чонин задумчиво наклоняет голову, он колеблется, прежде чем смиренно вздохнуть, — Ты помнишь прошлогоднюю пятницу?       — Да… — я нерешительно киваю, — Но это были не отношения, Чонин. Это был поцелуй, который длился пять секунд, о котором мы больше никогда не говорили.       — Да-да-да, но я помню одну вещь, — Чонин отмахивается от моих слов.       — Ты имеешь в виду другое, кроме поцелуя? — я спрашиваю, а Чонин кивает.       — Ты был очень добр. Когда ты сказал, что я никогда не понравлюсь тебе таким, я помню, как был расстроен. Ты сказал мне, что собираешься попытаться заставить меня понять, почему у нас ничего не получится.       Мне хочется рассмеяться над растерянными и шокированными выражениями лица Сынмина и Джисона. Я полностью осознаю тот факт, что никто, кроме Феликса, никогда не слышал эту историю обо мне и Чонине, и Феликс знает только потому, что в ту ночь, когда мы снова были вместе, мы рассказали друг другу обо всех наших прошлых отношениях с поцелуями. Ну… видимо, не все.       Эта мысль отрезвляет меня.       — Я поцеловал тебя, и после того, как мы оторвались друг от друга, ты сказал, что наконец понял, что я имел в виду, — Чонин кивает.       — Это было неправильно, но потом ты сидел со мной, пока я плакал, сбитый с толку всем этим. Я думаю, тот факт, что ты не бросил меня и что ты продолжал быть моим лучшим другом, доказывает, что у тебя есть доброта, которую невозможно воспроизвести. Вот почему ты нравишься людям.       — Я хочу больше подробностей об этом позже, но в любом случае… — подключается Джисон, — Помнишь, когда мы с тобой впервые встретились, сразу после вашего расставания?       — Мы ненавидели друг друга.       — Ага, — Джисон смеётся над воспоминанием, — Мы всё время боролись, но однажды ты мне кое-что сказал, и я убежал в слезах.       — Я помню это, — отвожу я пристыженный взгляд, — Чан поговорил с нами, и мы снова начали драться.       Джисон смотрит на меня и серьезно говорит:       — Ты извинился, потому что тебе было плохо, и я сказал, что хочу, чтобы ты оставил меня в покое. И всё же ты простил меня, а теперь посмотри на нас. Со временем ты сможешь простить всё.       — Ты помнишь свой двадцать первый день рождения? — говорит уже Сынмин, — Мы пошли на вечеринку, и ты продолжал приставать. В то время ты встречался с Мён, и поэтому ты продолжал говорить «нет», даже когда эта реально симпатичная девушка попросила тебя. Это потому, что ты действительно верный.       — И ты любишь его, не так ли? — Чонин спрашивает.       — Конечно, люблю! — я плачу, оскорблённый тем, что он это спросил, — Феликс значит для меня всё. Это просто… Иногда бывает так трудно понять его, потому что он никогда не открывается. Я хочу быть кем-то, кому он доверяет, но он приводит меня в замешательство. Он заставляет меня чувствовать то, чего я не чувствовал годами с тех пор, как мы виделись в последний раз.       — Тогда скажи ему всё это, — советует Джисон, — Скажи ему правду.       — Потому что ты очень легко нравишься людям, — добавляет Сынмин, — И я сомневаюсь, что он хочет тебя потерять.       — Возможно, ты прав, — я вздыхаю.       — Конечно, мы правы, — Джисон качает головой, — Мы всегда правы, неужели ты ничему не научился?       Я смеюсь вопреки себе.       Чонин заключает меня в объятия.       — Тебе не обязательно прощать его сразу. Просто не позволяй этому продолжаться так долго, чтобы он снова решил расстаться в этот раз навсегда.

♡♡♡

Я:

Феликс, перестань звонить мне

Lix❤️‍🔥: Ну, ты игнорируешь меня, так какое это имеет значение?

Я:

Ликс, мне просто нужно время

Я:

Мы можем поговорить позже?

Lix❤️‍🔥: Ты прав Lix❤️‍🔥: Я оставлю тебя в покое, пока

Я:

Пока

♡♡♡

      Я откладываю телефон и переворачиваюсь на другой бок в своей кровати. Я смотрю на время и стону. У меня занятия начинаются через полчаса.       Я еле встаю из кровати и смотрю на себя в зеркало.       — Я выгляжу прекрасно, — решаю я, хватаю свой рюкзак и выбегаю из дома.       — Пока, Хёнджин! — зовёт тётя Хани.       — Пока! — я кричу в ответ.       Я смотрю на небо и решаю, что мне сойдет с рук короткая прогулка до колледжа.       Я надеваю наушники и захожу на YouTube, быстро нажимая на исполнение «Deep End».       Я начинаю бежать, пока в моих ушах звучит голос Феликса.       Когда я прихожу в колледж, я вижу Феликса. Он разговаривает с ребятами. Он машет мне, черты его лица напряжены, но я продолжаю идти. Я вижу, как его лицо поникло, от чего моё сердце сжимается, и я подумываю о том, чтобы сбежать, но продолжаю идти.       «Наша любовь была обречена с самого начала» — эхом звучит в моей голове ещё раз.       Но она не может быть обречённой, если я люблю его так сильно.       Я вздыхаю. Этот мужчина меня так смущает. Я слышу проклятия позади себя и поворачиваюсь, чтобы найти ребят. Феликс ушёл, и им каким-то образом удалось подкрасться ко мне. Я напрягаюсь, когда понимаю, что они не подкрадывались ко мне, наоборот, это я шёл к ним.       Минхо перестает ругаться и смотрит на меня.       — Ты напугал меня, идиот! — я смеюсь.       — Прости, хён.       Джисон взволнованно хлопает в ладоши.       — Хёнджин! Угадай что?       — Что такое, Джисон?       — Из-за всего того, что произошло вчера, я забыл тебе сказать! Мы с Минхо обручились!       — Что? — выдавливаю я, в шоке рассматривая своих друзей.       Минхо кивает, показывая мне кольцо. Я искренне улыбаюсь, на мгновение забывая о своей проблеме.       — Поздравляю! Я так рад за вас, ребята.       — Спасибо!       Минхо улыбается Джисону и обнимает рукой плечо своей невесты. Джисон начинает говорить об их свадебных планах, но я не особо слушаю.       Чан указывает на часы.       — Пара скоро начнётся.       Мы быстро прощаемся, и я ещё раз поздравляю минсонов, прежде чем поспешить в класс.

♡♡♡

      — Ты, тупой кусок металла, — слышу я.       Я поворачиваюсь и вижу, как Феликс пытается открыть дверь в свой дом с пакетами с продуктами в руках, — Если бы ты не был таким полезным, я бы выбросил тебя.       Я тихо смеюсь. Боже, этот человек забавный.       — Нужна помощь? — предлагаю я. Он смотрит на меня с удивлением.       — Ты шутишь?       — Послушай, — я закатываю глаза, — Возможно, я немного погорячился. Я люблю тебя, и я расстроился, но нам нужно двигаться дальше. Итак, отвечая на твой вопрос, нет, я не шучу. Позволь мне открыть дверь в наш дом.       — Ладно… — Феликс застенчиво улыбается.       Он вручает мне ключи, на что я удивляюсь, ведь ему удалось это сделать, учитывая, до сих пор пять пакетов с покупками в руках. Я отпираю дверь и открываю её, забирая у него два из всей кучи.       — Мне жаль, Ликс… — шепчу я, как только мы входим в дом.       — Я знаю, — он улыбается мне, — Мне тоже жаль. А теперь, давай. Нам нужно убрать продукты, а тебе окончательно переехать.

♡♡♡

      — Я думаю, это всё, — говорит дядя Фред, ставя последнюю коробку на место.       — Я рада, что вы двое помирились, — утвердительно кивает тётя Хани, пока мы краснеем.       — Спасибо, что помогли мне переехать, — говорю я, обнимая их обоих.       — Ты всегда можешь рассчитывать на нас, — говорит тётушка.       — Просто… Не в ближайшее время, хорошо? — добавляет дядя Фред.       — Надеюсь, больше никогда, — я смеюсь, а Феликс кивает в знак подтверждения.       — Еще раз спасибо вам. Я вам ещё позже позвоню.       Я захожу в комнату, которую мы с Феликсом снова делим, и кладу свои вещи. Я оглядываю комнату, наполненную горько-сладкими воспоминаниями.       — В последний раз, когда мы были здесь вместе, мы расстались, — шепчу я.       — Итак, давай создадим новые воспоминания.       — Что-то беспокоит меня, — признаюсь я, — В доме моих родителей ты сказал, что наша любовь была обречена с самого начала. Что ты тогда имел в виду?       Ликси берёт меня за руки и подходит ближе.       — Уже ничего такого. Мы уже всё прошли. Я не имел в виду ничего плохого, что сказал во время той ссоры. Я имел в виду только положительные моменты.       — Ни капли негатива? — я надавливаю, а Феликс смеётся.       — Хорошо. Может быть, чуточку, но это всё то, что я люблю в тебе.       — Значит, наша любовь не обречена?       — Конечно, нет, Джинни, — Феликс закатывает глаза.       — Я люблю тебя, Ликс.       — Я люблю тебя больше.       Я смеюсь и целую его. Через минуту он отстраняется.       — Знаешь что, Хёнджин?       — Что? — произношу я, явно разочарованный, что он отстранился.       Он прислоняется ко мне обратно в объятиях, поглаживая мышцы спины и успокаивая.       — Я люблю нашу обречённую любовь.       — Я тоже, — шепчу я, — Я тоже.