Demon Slayer.

В зале Героев, где покоится король Алекс и его жена Фиона, лежит на каменной плите покойный король Николас. В этом месте когда-то произошла первая битва между Раилагом, известным когда-то как Аграил, и Граалем. Я, конечно, могу называть своего друга его прежними именами — и он не возражает. Здесь же состоялась и другая битва, теперь уже между нынешним Раилагом и Ваиером, цепным псом Кха-Белеха. Оба они спешили заполучить Сердце Грифона, но когда настал момент, бывший Аграил сразил демона, а затем с помощью Сердца изгнал его. Теперь в Зале Героев находились Изабель, нынешняя королева Грифона, и Маркел, некромант и изгнанник, которого когда-то прогнал Годрик, когда погибла его сестра Фиона. Маркел, желая отомстить за своё изгнание, умело втёрся в доверие Изабель, пообещав вернуть её покойного возлюбленного. Она, одержимая надеждой, послушалась его, не понимая, что всё это лишь хитроумная манипуляция. Когда Изабель и Маркел прибыли в Зал Героев и подготовили всё, включая артефакты вампира, Маркел начал ритуал. Вскоре, когда почти всё было готово, он тихо произнёс: — Осталось совсем немного, ваше величество. — Скорее, Маркел, скорее, — в её голосе звучала отчаянная просьба. — Волнуетесь? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Боюсь, — призналась Изабель. — Почему? — ответил Маркел, почти насмешливо. — Не вижу причин для опасений. Когда ритуал был завершён, Николас ожил, но перед королевой предстал уже не тот, кого она когда-то так горячо любила. — Николас! Николас! — с криком бросилась к нему Изабель. - Но он, словно в глубоком отчаянии, воскликнул: — Что ты наделала? Я обрёл покой. Я сидел перед Эльратом, рядом с предками, вне времени и пространства. — Ах, как это, наверное, было прелестно... — ответила Изабель, не понимая всей трагедии его слов. — А меня вырвали оттуда, как нерождённого младенца из чрева матери. Теперь я проклят, ты понимаешь? Я не могу вернуться! Моя душа проклята! — Нет! Любовь моя, умоляю... Разве ты не чувствуешь?.. Посмотри на меня... — Я смотрю... Такая тёплая, такая живая... С такой горячей кровью! — его голос зазвучал грозно, словно не принадлежащий ему. — Николас! Николас! — повторяла она в безумной надежде. Но Маркел, с холодным расчетом, взмахнул рукой, заставив Николаса упасть на колени. Изабель, дотронувшись до его мёртвой кожи, вздрогнула от ужаса и, почти в отчаянии, прошептала: — Что случилось? Что пошло не так? — В чём дело, ваше величество? — спросил Маркел с притворным сочувствием. — Николас... Он холодный. Совсем холодный... — Да, — ответил Маркел с ледяной улыбкой. — Королева Империи Грифона не может показаться на людях в таком виде... Придётся мне взвалить бремя правления на себя — до её выздоровления. Какая трагедия... — и его голос прозвучал с ноткой мрачного торжества, словно он уже чувствовал вкус победы, добытой из этой бездны отчаяния. Я прибыл в Ироллан, ощущая груз тяжёлых мыслей, и потребовал аудиенции с королём Алароном. Меня приняли без промедления и провели в зал, где должна была состояться наша беседа, беседа, которая могла изменить ход многих судеб. — Приветствую тебя, герой Тёмных Эльфов, — начал Аларон, его голос был ровен и внушал спокойствие, но за этой внешней сдержанностью я чувствовал нечто большее. — Что привело тебя ко мне? — Здравствуйте, король Аларон, — ответил я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё кипело. — Благодарю вас за то, что согласились меня принять. Меня зовут Тамерлан, я представляю орден чернокнижия Тёмных Эльфов. — Продолжай, — коротко произнёс Аларон, его взгляд был пристально направлен на меня, словно он пытался проникнуть в самую глубь моей души. — Когда-то, при правлении короля Алекса и его жены Фионы, Королевство Империи Грифона подверглось нападению со стороны демонов под командованием Кха-Белеха... — Да, я помню, — прервал меня Аларон, его голос чуть потеплел, но в нём всё ещё чувствовалась настороженность. — Король Алекс погиб в бою. — Всё верно, — продолжил я, стараясь удержать нить своего рассказа. — Это известный факт, но вы не знаете всей правды. За день до нападения, я и мой друг из Тёмных Эльфов прибыли в Империю с намерением вступить в гильдию или стать вассалами Империи, но судьба распорядилась иначе. Алекс попросил нас разведать место, откуда наступают демоны. Мы приняли задание и отправились в путь. Когда мы достигли места, началось вторжение, и мой товарищ был перенесён в Шио, а я остался, чтобы доложить о происходящем. Прошли годы, и, как вам известно, Алекс и Фиона пали. Спустя двадцать лет я вновь встретил своего товарища, но он был порабощён Кха-Белехом. Но даже тогда, в его душе оставалась искра свободы, и он отрёкся от демонического владыки. — Вот как? — Аларон внимательно следил за каждым моим словом, его лицо оставалось неподвижным, но в глазах светился интерес. — И что же стало с вашим товарищем? — Вы, наверное, слышали о демоне, который пытался пробраться к Ирисийскому морю? — Что вам было нужно в Ирисийском море? — голос Аларона стал напряжённым, в нём звучала скрытая тревога. — Когда мы изгнали демона Ваиера в Зале Героев, перед нами появился Тиеру в виде голограммы. Он пригласил нас к себе, и нам пришлось пересечь ваши земли, чтобы добраться до Тиеру. — И как, вы добрались? — Да, — кивнул я, вспоминая те тяжёлые дни. — Тиеру снял заклятие с моего товарища и раскрыл нам важную информацию о Кха-Белехе. — Что он рассказал? — Аларон чуть наклонился вперёд, его интерес был теперь явным. — Он поведал, что около двадцати лет назад Кха-Белех отметил девочку, которая должна была родить для него Тёмного Мессию. — Полудемона, получеловека... — задумчиво проговорил Аларон, словно пытаясь осмыслить услышанное. — И кто же эта девочка? — Как ни странно, но это королева Изабель, — произнёс я, чувствуя, как слова обжигают мой язык. — Вот как, — в глазах Аларона сверкнула искра недоумения. — А сама Изабель знает, что она должна родить Тёмного Мессию? — Похоже, что нет, но её действия приближают её к этой судьбе, — с горечью ответил я. — В каком смысле? — спросил Аларон, его голос снова стал холодным и отстранённым. — После смерти Николаса, сына Алекса и Фионы, Изабель связалась с некромантом Маркелом, который пообещал ей вернуть Николаса. Несмотря на наши попытки остановить её, Изабель осталась непреклонной и отправилась в Зал Героев. — Это плохо, — Аларон тяжело вздохнул, его лицо стало мрачным. — У нас и так некроманты под боком, а тут ещё и это... Тамерлан, могу ли я попросить тебя, как представителя Тёмных Эльфов, помочь нам в этой борьбе? — Конечно, — ответил я, осознавая всю тяжесть своей миссии. — Я сделаю всё, что в моих силах. Вдруг, в зал врывается один из стражников, его лицо напряжено, глаза беспокойны, словно он несёт вести, от которых содрогнётся весь мир. — Мой король, — начал он, едва переводя дыхание, — к нам прибыли солдаты из Империи, просят убежища. Аларон кивнул, его спокойствие казалось почти сверхъестественным на фоне тревоги, царившей вокруг. Безмолвным движением головы он дал понять, что стражник может вернуться к своим обязанностям. Мы направились навстречу гостям, неся на себе груз тяжести момента. — Благодарю вас за то, что согласились принять нас, ваше величество, — заговорил один из солдат, лицо его было изможденным, в глазах читалась усталость. — В Империи Грифона теперь правит нежить. — Я знаю об этом, — ответил Аларон, его голос был полон скрытой боли и понимания. — Именно поэтому я и пригласил Фаидаена, который когда-то был послом при вашем дворе в Когте. В такое время нельзя забывать о древних союзах, лорд Колдуэлл. Чем эльфы Ироллана могут вам помочь? — Землёй, ваше величество, — ответил лорд Колдуэлл, его голос дрожал, словно он вот-вот готов был рухнуть под тяжестью произносимых слов. — Мы и наши семьи бежали от власти смрадных некромантов. — Я могу дать вам убежище, — сказал Аларон, и в его словах звучала одновременно и твёрдость, и некая неуверенность. — Но не пойдёт ли Маркел на меня войной? — Мой король, — вмешался Файдаэн, его голос звучал решительно, но в нём была нотка отчаяния, словно он понимал, что иных вариантов просто не существует. — Мы не можем отвернуться от старых союзников. — Молю вас, ваше величество! — воскликнул лорд Колдуэлл, и в его словах была вся глубина отчаяния, которая рождалась в душе человека, осознавшего, что он потерял всё. — Помогите нам поселиться в безлюдных землях у границы. В случае войны, мы станем для вас буфером, первой преградой. — Фаидаен отвечает за охрану наших границ, — произнёс Аларон после долгой паузы, словно каждое слово давалось ему с трудом. — Он будет вашим проводником и связным между лордом Колдуэллом и его людьми. Но помните, ни при каких обстоятельствах не пересекайте границу с Империей Грифона! Эльфы Ироллана не станут первыми проливать кровь. — Слушаюсь, сир, — ответил капитан, его голос был твёрд, как сталь. — Но я не позволю ничьим войскам пересечь нашу границу. — Благодарю вас, ваше величество, и вас, капитан Фаидаен, — проговорил лорд Колдуэлл, его голос смягчился, но в нём всё ещё звучали отголоски пережитых испытаний. — Я вижу, благородство и честь эльфов с годами не тускнеет. — Лорд Колдуэлл, — обратился я к нему, ощущая, как мои мысли путаются, пытаясь отыскать нужные слова, — я правильно вас назвал? — Да, — ответил он, чуть замешкавшись. — А кем будете вы? — Тамерлан, один из вождей Тёмных Эльфов. У меня есть к вам вопрос. — Слушаю вас, — произнёс лорд Колдуэлл, его голос звучал сдержанно, но я видел в его глазах тень удивления. — Хотя я и удивлён, что один из вождей Тёмных Эльфов прибыл сюда. — Ранее вы сказали, что Империей Грифона правит Маркел. Тогда что случилось с королевой Изабель? — спросил я, чувствуя, как внутри меня зарождается гнетущее предчувствие. — Королева Изабель перестала появляться на людях после одного события, — ответил лорд Колдуэлл, его голос стал ещё тише, словно он говорил о чём-то, что и сам до конца не мог понять. — После одного события, и какого же? — переспросил я, стараясь удержать голос ровным. — Всё началось, когда королева Изабель и Маркел прибыли в Зал Героев, где покоился наш король Николас, — начал лорд Колдуэлл, его слова звучали, как воспоминания о страшном кошмаре, который нельзя было забыть. — Маркел провёл какой-то обряд и воскресил короля. Однако это событие не принесло радости королеве, и она замкнулась в себе. После этого Маркел стал править Империей Грифона. — А что насчёт Годрика? — спросил я, осознавая, что ответы на мои вопросы могут оказаться тяжелей, чем я предполагал. — Лорд Годрик всё ещё сидит в темнице, ожидая своей участи, — ответил лорд Колдуэлл, и в его голосе звучала горечь, словно от осознания того, что всё это было неизбежно. — Хорошо, — тихо проговорил я, чувствуя, как слова застревают в горле. — Давайте мы вас проводим. Проводив имперских беженцев к пустующим землям, где им предстояло обустраиваться, я обратился к Файдаэну, чувствуя нарастающее беспокойство, словно тень надвигающейся беды. — Файдаэн, сколько гарнизонов Ироллан имеет на границе с Империей Грифона? — спросил я, пытаясь удержать голос ровным, но в нём всё же проскальзывала тревога. — Около пяти, — ответил он, коротко и ясно, но в его глазах читалось что-то большее, чем просто число. — Тогда предлагаю разделиться, — продолжил я, обдумывая каждый свой шаг, словно играя в шахматы с невидимым противником. — Ты возьмёшь на себя два южных гарнизона, а я займусь двумя на севере и тем, что в центре. — Хорошо, — согласился Файдаэн, но в его голосе сквозила неуверенность. — Так и поступим, хотя мне это не по душе. — Что именно? — спросил я, подозревая, что за его словами скрывается нечто большее. — Мне неудобно просить помощи у представителя другой фракции для защиты наших земель от нежити и демонов, — признался он, опуская взгляд, словно в нём проснулся стыд, неразрывно связанный с его гордостью. — У нас общий враг, Файдаэн, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Сплочённость нам сейчас жизненно необходима. — Ты прав, — тихо согласился он, словно в его душе развернулась невидимая борьба, которую он наконец признал проигранной. — Ну что ж, давай приступим, пока некроманты не подошли. Мы разошлись по своим постам, каждый погружённый в свои мысли и обязанности. Король Аларон, понимая важность нашего дела, направлял подкрепления, чтобы мы могли противостоять врагу, если тот решит нанести удар. Параллельно с патрулями мы устраняли тех, кто по приказу Маркела планировал диверсии или бунты. Эти люди, скрывавшиеся в тени, верили в свою безнаказанность, но мы их находили, один за другим, и устраняли без лишних слов. К концу месяца пришла тревожная весть: один из южных гарнизонов пал под натиском некромантов. Сердце моё на мгновение сжалось, но я знал, что там находился Файдаэн, и верил, что он сможет отбить границу. — Заставу нужно отбить, — сказал я сам себе, словно пытаясь утвердиться в своём решении. — Гармония должна быть восстановлена. Файдаэн, получив подкрепление, немедленно отправился на место сражения. Его противником оказалась Дейдра, некромантка с не менее внушительной армией. Исход битвы был неясен; силы сторон почти равны, и всё зависело от мастерства и опыта командующих. Я слышал, что битва была жестокой, беспощадной, как схватка между львами за последние капли воды в иссохшем озере. Наконец, известие о победе Файдаэна достигло меня, словно луч света в тёмном лабиринте. — Застава снова наша, — сказал он, его голос звучал устало, но в нём слышалась нотка облегчения. — Гармония восстановлена. Хвала Силание! Дейдра, некогда ревностный инквизитор Церкви Света в Священной Империи Грифона, носила в себе неукротимую страсть к чистоте мира, хотя сама, возможно, не осознавала, что её методы всё больше приближали её к тьме, против которой она так яростно сражалась. Она охотилась на культистов-демонов в Свободных Городах Востока, не щадя ни виновных, ни невинных, в страхе, что малейшая ошибка даст шанс злу проникнуть глубже в сердце Империи. Годы её служения были пропитаны кровью, слезами и беспокойством, которое стало её вторым я, тенью, неотступно преследующей её даже в моменты, когда она должна была бы ощущать триумф. Но судьба, жестокая и неумолимая, обратила её пылающую ревность против неё самой. Пленённая и подвергнутая пыткам, Дейдра испытала на себе всю ту боль, которую она столь щедро раздавала другим. Некроманты, желавшие заполучить её знания, оживили её беспокойную душу, и она превратилась в нечто, что вряд ли можно назвать человеком. Теперь, став некромантом, она обрела знания о криках и боли, которые не были доступны ни одному живому существу. На следующий день, словно тёмное предзнаменование её новой судьбы, мой гарнизон подвергся нападению. Я был рядом, и это спасло нас от неминуемой гибели. Нападение возглавлял Каспер, некогда знаменитый знахарь, чьи познания в анатомии и исцелении когда-то были легендарными. Но теперь, погружённый в тайны смерти, он стоял во главе армии нежити, став её неумолимым полководцем. Я встретил его с хладнокровием, хотя сердце моё билось тревожно. В его армии были пять сумеречных драконов, восемь жнецов, пятнадцать призраков, двадцать пять чумных зомби и тридцать семь костяных лучников. Мои же войска состояли из пятнадцати древних энтов, двадцати пяти боевых единорогов, тридцати верховных друидов и шестидесяти мастеров лука. Битва, что развернулась перед моими глазами, была жестокой и беспощадной. Каспер, несмотря на своё нынешнее состояние, оказался умным и коварным противником, заставившим меня напрячь все свои силы. Но, несмотря на все его уловки и зловещие планы, я сумел одержать победу. Каспер пал, как и его армия нежити, оставив после себя лишь холодное эхо своего некогда могучего присутствия. Но победа эта не принесла мне радости, лишь пустоту и горькое осознание того, что борьба наша ещё далеко не окончена. Каспер, родившийся в семье изготовителей зелий в городе Кригспайр, когда-то был человеком, стремящимся к исцелению и помощи другим. Он обучался колдовству в Шахибдии, погружаясь в тайны жизни и смерти, но его поиски привели его к тому, что он сам перешёл границу между двумя мирами, став неким подобием живого мертвеца. Перед Вторым Затмением он прибыл в Эриш, чтобы встретиться с верховной настоятельницей культа Богини-Паучихи Мирандой. Именно тогда, вблизи Нар-Эриша, он встретил Анастасию, с которой некоторое время путешествовал, возможно, ещё питая остатки человеческих чувств. Теперь же всё это было в прошлом. Лишь воспоминания остались, и те, подобно призракам, бродили в его тёмной душе, отягощённой грехами, которые он так и не смог искупить. Едва я успел перевести дух после последнего боя, как до моего сознания, подобно удару молнии, донеслась весть о новом нападении. На сей раз на центральный гарнизон, где неистовая Биара возглавила демонские полчища. В груди сжалось от тревоги: успел ли Файдаен передохнуть и собрать силы, или ему суждено пасть под этим новым натиском? Мой разум был охвачен мрачными мыслями о неминуемой беде. – Демоны на наших землях? – прорывался голос упрямой решимости. – Иролан не покорится их огненным мечам. С трудом совладав с собой, я поспешил на помощь Файдаену. Но, когда я достиг поля боя, перед моими глазами предстала картина, где демоны уже лежали мертвыми. Я бросил взгляд на трупы, но не увидел среди них Биару. Значит, она сбежала, ускользнув из рук судьбы. – Одной заботой меньше, – пробормотал я, но в глубине души терзался горечью упущенной возможности. – Жаль, что не удалось захватить предводителя демонов. Но ничего, шанс убить эту демонессу у нас ещё будет. Не успел я погрузиться в свои размышления, как к нам, едва переводя дыхание, подбежала маленькая эльфийка с посланием. – Меня прислал Аларон, – торопливо заговорила она. – Он приказывает вам вернуться в столицу – в Иролан вторглись армия нежити и Империя Грифона. Мы почти окружены. – Я и Тамерлан соберём оставшиеся пограничные отряды, – сказал я, пытаясь сохранить уверенность в голосе. – Король уже вызвал их всех в столицу. Вы должны как можно скорее прибыть туда и защитить Сайрис Таллу. – Значит, не будем терять время, – отозвался я сдержанно, но в душе всё кипело. – Передай королю, что мы выступаем. Когда мы прибыли в столицу, я и Файдаен немедленно поспешили на аудиенцию к Аларону. Но его не оказалось на месте. Разыскав жителей, мы спросили, где он может быть, и вскоре направились к королю. Аларон стоял на поляне, погружённый в какие-то свои думы, словно готовился к чему-то важному. – Вы здесь, мой король? – начал я, стараясь не показать своей тревоги. – Демоны и нежить теснят нас повсюду. Гармония под угрозой. Вы нужны в городе. – Я знаю, – глухо отозвался он, не поднимая глаз. – Но армия несёт огромные потери, и пока изумрудные драконы не вернутся, мы будем бессильны. – Изумрудные драконы? Их уже двадцать лет никто не видел. – Я знаю! И я тому виной, – его голос задрожал, как будто под тяжестью воспоминаний. – Мы должны вернуть их. Я бросил быстрый взгляд на Файдаена, но тот лишь молча кивнул, и в его глазах я увидел то же чувство обречённости, что разливалось в моей душе. – Послушайте, Файдаен, Тамерлан, – продолжал Аларон, словно силясь преодолеть своё внутреннее смятение. – Я расскажу вам, как умер Алекс, отец Николаса. Хотя вам, Тамерлан, этого знать не к чему, вы и так были в гуще событий. – Время ли предаваться воспоминаниям? – заметил я, чувствуя, как внутри меня нарастает чувство тревоги. – Думаю, что самое время, – неожиданно серьёзно ответил Файдаен. – Выслушай его, и тогда поймёшь причину. – Спасибо, – пробормотал Аларон, словно обретая силу от их слов. – Двадцать лет назад, когда мы сражались с Кха-Белехом в недрах Огненной Горы, он испугался, что мы победим, и начал закрывать ворота. – В тот день Алекс и его рыцари бросились вперёд – победа казалась им близкой… – Смело, – сказал я, пытаясь найти в этом хоть каплю утешения. – Если бы Сайрус и я пошли за ним… Кто знает? – Да, но Сайрус счёл это самоубийством и отрёкся. – Верно, – голос Аларона дрожал, но он продолжал говорить. – Я же колебался всего минуту, но ворота уже захлопнулись. И на наших глазах демоны уничтожили цвет Империи Грифона. – Вы не помогли ему? – холодно спросил Файдаен, словно пытаясь понять, почему всё сложилось именно так. – Он просто не успел. – А где были вы, Тамерлан? – его голос был полон любопытства и внутреннего беспокойства. – Я тоже сражался, пока Алекс не приказал мне отступить и заняться эвакуацией мирного населения. – Что до меня, – продолжал Аларон, – я колебался, когда надо было действовать. И в тот же день изумрудные драконы покинули Иролан. Из-за меня. Я бы сам отправился к ним, чтобы попросить прощения, но сомневаюсь, что они станут меня слушать. – Где начать поиски? – спросил Файдаен, пытаясь скрыть свою тревогу. – В Пылающих Песках. Сейчас эти земли в руинах демонов, поэтому возьмите побольше войск. Спешите! Иролан на грани гибели. Когда мы вернулись в город эльфов, Минсил, Файдаэн задумчиво остановился, словно пронзённый тяжёлыми мыслями, и, слегка нахмурив брови, задал вопрос: — Король велел найти изумрудных драконов. Каковы твои планы? — В его голосе ощущалась некая усталость, словно это было не просто приказание, а бремя, тяжесть которого уже давила на его душу. - Предложение Файдаэна прозвучало с определённой долей холодного расчёта, почти как неизбежный и мрачный приговор: — Предлагаю разделиться и нанять вассала. Он будет следить за городом и развивать его, пока мы займёмся разведкой. Ты возьмёшь корабль и поплывёшь на север. Что до меня, — его взгляд стал мрачнее, голос приобрёл оттенок скрытой боли, — я заметил, что недалеко от города есть вход в катакомбы. Я, как представитель Тёмных Эльфов, лучше управлюсь там, под землёй, где мрак и холод — родные спутники. — Хорошо, так и поступим, — сказал я, понимая, что каждый из нас выбирает путь, соответствующий нашему внутреннему состоянию, нашему неизбежному одиночеству. Файдаэн нанял вассала, по имени Оссир, и, словно желая сбежать от нависших над ним теней, отдал приказ развивать город. Я же, с некой настороженностью и внутренней дрожью, купил корабль и отправил рабочих трудиться в шахтах, заводах, фабриках, — как если бы эти места могли затушить пламя в моей душе. Сам же я, словно беглец, отправился в катакомбы, где мрак сгущался вокруг меня, поглощая мой разум. В тёмных недрах подземелий я встретил множество отрядов нежити и демонов, и каждый раз, убивая их, я словно убивал часть себя. Эти сражения приносили не столько победу, сколько ощущение опустошения и утраты. Однако, среди трупов и развалин я находил ресурсы, которые, возможно, помогут в развитии города Минсил. Но было ли это значимым? Или все наши усилия — лишь тщетные попытки сопротивления неизбежному концу? Файдаэн, в это время, в своих морских странствиях, наткнулся на остров Инферно и высадился на нём. Продвигаясь по обожжённой земле, он наткнулся на первый город демонов, Ур-Рио. Его атака была жестокой, безжалостной, и, уничтожив всех демонов, он захватил город. Но даже после этой победы, я не мог избавиться от ощущения, что в его душе поселилась холодная пустота, как будто с каждым убитым врагом он терял кусочек своей человечности. А я, продолжая своё блуждание по катакомбам, наткнулся на другой выход, ведущий к следующему острову, где располагался город демонов, Ур-Ишин. Атака на этот город была почти бессмысленной, так как охрана была слаба, и захватить его не составило труда. Но это было ли настоящей победой? Или лишь ещё один шаг в бездну отчаяния? Возвращаясь в Минсил, я снова увидел Файдаэна, но что-то в его глазах изменилось. Возможно, он начал понимать тщетность наших усилий. Мы вновь встретились, чтобы узнать, как обстоят дела у Оссира. Но что могло значить это знание в нашем бесконечном, бессмысленном пути, полном сражений и утрат? Оссир — имя, которое звучало как эхо в лесах Лесного Союза, имя, обросшее легендами, подобно древним деревьям, корнями которых обвиты самые сокровенные тайны. Оссир был не просто героем, он был воплощением силы природы, безмолвным свидетелем времени, затаённым в густых зарослях и на вершинах деревьев. Его мастерство с луком стало притчей во языцех, а меткость стрел — неоспоримым доказательством того, что человек способен достигнуть почти божественного совершенства в своём искусстве. Он был, возможно, лучшим стрелком нации, но его слава никогда не омрачала его скромности; даже когда командиры, один за другим, выражали своё почтение, Оссир оставался верен лесам, предпочитая их глухую тишину блеску и суете при дворе. Когда король Аларон искал достойных офицеров, чтобы доверить им судьбу королевства, он не колебался. Выбор пал на Оссира, хотя в глубине души последний предпочёл бы остаться в родных лесах, где каждый лист, каждая ветвь были ему ближе, чем людская хвала и почести. И все же, сомнения, мучавшие Оссира, исчезли, как туман, рассеиваемый первым лучом рассвета, после его первого сражения. Войска ощутили его силу, его присутствие, и, подобно тому как лес оживает с восходом солнца, так и они обрели уверенность и силу под его командованием. Это было явное преимущество, которое не могло остаться незамеченным. В 952 году, когда на горизонте замаячила новая угроза, король Аларон вновь обратился к Оссиру. На этот раз его миссия была более опасной, более важной — отправиться к восточным границам королевства на поиски легендарного артефакта, Слезы Асхи. Артефакт этот был окутан мифами и легендами, и его поиск был не просто испытанием воли и мужества, но и духовным путешествием, в котором Оссиру предстояло столкнуться с тенями своего прошлого и страхами своего сердца. Тем временем, Файдаэн, преданный своему делу и отдавшийся морским странствиям, прибыл к третьему городу демонов, Ур-Эстарот. Его путь был труден, и сердце его сжигала неуверенность, но разум был холоден, как сталь. Он знал, что единственный способ победить врага — это подчинить его себе. И, овладев демонами, он смог захватить город, но победа эта была подобна яду, медленно разъедающему душу. Каждый новый город, каждый поверженный враг лишь укрепляли в нём чувство отчуждения и внутренней пустоты, которая росла с каждым шагом, каждым взмахом меча. - Мы слово сдержали, честь свою защитили в боях суровых, Демонов разбили, города взяли в своё владычество. Драконы свободные вновь взметнут крылья свои над просторами, И в Иролан вернутся, как прежде, навечно. После того как последний город был взят, Файдаен погрузился в стремительные поиски изумрудных драконов. Эти поиски, подобно многослойным путям, вели его через бескрайние просторы мелких островов, что окружали более крупные участки земли. Здесь, на этих бесконечных крошечных островах, где дремала тишина и мир был погружён в свою мракобесную сутолоку, он неумолимо и настойчиво двигался вперёд, как неутомимый искатель в лабиринте судьбы. И вот, наконец, труд и муки его не пропали даром. Сумев преодолеть все преграды и трудности, он отыскал двадцать изумрудных драконов — тех самых существ, о которых говорил король Аларон, — вновь обретя частицу надежды и светлого будущего в этом омраченном мире. - Какая красота, надежда и любовь, В глазах и в блеске чешуи их скрыта. Ведь изумрудные драконы с нами вновь! У Ироллана есть надёжная защита! Когда Файдаен возвратился в Минсил, его сопровождали изумрудные драконы — величественные создания, как из другого мира. Честно признаться, я был потрясён зрелищем этих чудес. Наши драконы, хотя и обладают не меньшей доблестью, но этих, таких необыкновенных, я видел впервые. — Полагаю, задание завершено, — произнёс я, пытаясь скрыть своё удивление. — Совершенно верно, мой друг, — ответил Файдаен с тоном облегчения. — Теперь мы можем возвратиться к королю и доложить о выполнении миссии. — Тогда не будем терять времени, — сказал я, глубоко вздохнув. — Отправляемся.