Miles to go before I sleep

Земля 616. День 1.

I will never disappear For forever, I'll be here Fever Ray — Keep the streets empty for me

Мальчик-Который-Выжил, Мальчик-Который-Обрывает-Свою-Нить, приоткрыл глаза. Его окружали камни, песок и кактусы. Снег неподвластный жару земли. Не тающий на коже. Где-то на грани сознания бродила память о ласковой улыбке и всполохе рыжих волос. Волшебник зябко повел плечами, с досадой цокнул, глядя на свои ноги. Как обычно бывает при таких переходах, он оказался весьма скудно одет. Старшая палочка сама легла в ладонь, словно пытаясь успокоить своим весом. Мантию-невидимку, как и цепочку с воскрешающим камнем на шее он уже не заметил, привык к ним за века странствий. Волшебник взглянул на солнце, только начавшее подниматься над пустошью, в которой он оказался. Слева виднелась асфальтовая дорога, справа же была бесконечная, жаркая пустыня, края которой не было видно. С тяжелым вздохом встав, волшебник потоптался по снегу босыми ногами. Он сделал несколько шагов вправо, стряхнул с плеч нетающие снежинки, потряс волосами, нервно провел рукой по лицу. Беспощадное солнце отражалось от мертвенно белой кожи, не согревая ее. *** По горячему асфальту, разрезающему пустыню на две части, шел босой, полуголый парень с черными волосами, спускающимися до лопаток хаотичными кудрями. Он был бледен, худ и больше походил на призрака жертвы Мохаве, исчезнувшего однажды в ее жарком чреве, чем на человека из кожи и плоти. В какой-то степени он действительно был привидением, тенью того, кем он был когда-то, добрую тысячу лет назад. Перед глазами у него стояла странная картинка — как кто-то подбрасывал и ловил моток пряжи. И это разбивало ему сердце. Волшебник настолько глубоко погрузился в свои мысли, что автомобиль, резко затормозивший после того, как проехал мимо, почти не привлек его внимание. Лишь когда машина сдала назад и приглашающе открылась дверь в прохладный салон, парень нахмурился. — Господи Боже, ты же босой! — воскликнула девушка за рулем. — Залезай быстрее. С заднего сиденья кто-то протянул сонно: — Что такое опять, Ник? — Стеф! — Что? — Вставай! Волшебник пожал плечами и забрался в авто. — Ну вот когда Стеф задремала, — брюнетка стрельнула глазами в зеркало заднего вида, — Малышку повело в сторону. И мы решили сделать небольшой крюк, потом вернуться на главную дорогу, ведущую к Вегасу. Стефани закатила глаза. — Ник, уже сколько раз говорить, прости. — Малышку? — приподнял бровь волшебник. — Мою детку, — ласково погладила руль Николь. — Она со мной с рождения. Папа катал меня на заднем сиденье, когда я маленькой не могла уснуть. Это единственное, что могло усыпить меня тогда. Потом… потом она перешла ко мне по наследству. Она криво улыбнулась. Стеф высунула голову между передних сидений и вперилась в незнакомца цепким взглядом неожиданно темных глаз. Сдунула с глаз практически белую челку. — Так как тебя зовут, парниша? И как ты оказался в Долине Смерти в таком виде? — Долина Смерти… — протянул он. — Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня. — Ты не знал, где оказался? Ты что, с неба свалился? — Можно и так сказать. — Как тебя зовут-то? — Феникс, — сорвалось с языка волшебника, прежде чем он смог задуматься о том, кем же он был раньше. — Поверь мне, дружище, крутая кликуха тебе бы ни в жизнь не помогла в этой пустыне. Ты ведь реально мог умереть! — воскликнула Стефани. — Кто? Я? Что же, тогда бы я принял свою судьбу. — Чем ты занимаешься по жизни, Феникс? — Николь прищурилась. — Откуда ты? Почему ты не обгорел? На последнем вопросе Стефани почесала нос, с которого слезали хлопья кожи. — Я издалека. — Англия? С каждым неотвеченным вопросом Малышка притормаживала. — Ты меня пугаешь, Феникс, — выдохнула Николь. — И если ты сейчас не начнешь отвечать на мои вопросы, я тебя высажу. — Ник, нельзя же так! Брюнетка вдавила педаль тормоза в пол. — Не слушай ее. Ник, езжай. — Стеф, он может быть опасен! — Да ты посмотри на него! Кожа и кости! — Мне жаль, что я напугал тебя, Николь, но я не могу ответить на многие вопросы. Я и сам не знаю на них ответа. — Ретроградная амнезия! — Стефани всплеснула руками. — Тебе же нужно в больницу! — Почему же ты помнишь свое имя? Стеф, я ему не верю. Ты посмотри на его шрамы! — Он может помнить какие-то куски своей жизни. Может он слышал что-то о фениксах, или его реально так звали. Мозг сложная штука, может у него травматический шок, и постепенно он начнет вспоминать. Ник, пожалуйста, давай поедем? — Только держи шокер поближе, — брюнетка ожгла Феникса глазами. Парень благодарно улыбнулся Стефани. Он схватился за предположение об амнезии и твердо решил придерживаться этой теории. По крайней мере, до тех пор, пока не доберется до ближайшего города, в котором можно исчезнуть. В салоне воцарилось тяжелое молчание. Наконец, его решила разрушить Николь. — Знаешь, Стеф, я не думала, что ты найдешь тему для своей дипломной на обочине дороги. Извиняюсь, Феникс. — Я учусь на психотерапевта, — пояснила блондинка, вновь просунув голову между передними сиденьями. — Как думаешь, откуда у тебя такой шрам на лице? Волшебник прикоснулся ко лбу. Пожал плечами. — Что-то с детства, возможно. *** Фьюри, все еще сидящий в машине, оглядел палатки, раскинутые прямо посреди пустыни, окружающие аномалию. Коулсон, заглушив двигатель, повернулся к нему. — Сэр, судя по очертаниям тела, лежащего на снегу, можно сказать, что это человек среднего телосложения, с длинными волосами и примерно сороковым размером обуви. — Еще один божок на наши головы, — проворчал Ник. — Сэр? Фьюри открыл дверь. Как только они вышли из авто, к ним подбежал агент, явно из новичков. Он закрывал голову бумагами, пытаясь спасти от палящего солнца. — Добрый день, сэр! — бодро воскликнул он. — Итак, что мы имеем? Агент стушевался под строгим взглядом главы ЩИТа, в кои-то веки снявшего свой плащ. Поправил рубашку, короткие рукава которой обнажали обгоревшие руки, вытер пот со лба. — Снег в Долине Смерти летом, — полувопросительно протянул он. Кашлянул, поправил галстук, — он не тает уже второй день. Если судить по показателям спутников, тут было кратковременное электромагнитное возмущение. Также было когда… — Когда некий Тор свалился на Землю. — Верно, сэр. — Ведите. — При воздействии огнем снег тает, ученые не нашли в нем никаких аномалий, даже… — Даже что, Коулсон? — Его даже можно пить, сэр. Ник задумчиво смял в руке снежок. Еще раз оглядел круг из снега, немного поврежденный учеными, в середине которого угадывался след от лежащего тела. — Ближе всего тут Лас-Вегас, сэр. — Направьте туда агентов… и Романофф. Вначале нужно выяснить, чего эта «аномалия» хочет. Подключитесь к видеокамерам в этой области, отслеживаем… — Есть, сэр. *** Именно так Наташа оказалась в Вегасе. Помня, с чего начались приключения Тора на Земле, первым делом шпионка решила изучить больницы города. Зал ожидания в UMC был переполнен, так что никто не обращал внимания на рыжую женщину, стоящую у кулера со стаканчиком в руке. Она же внимательно изучала потенциально больных. Свадебная процессия с истерически рыдающей невестой, вокруг которой носились ее подружки в испачканных платьях, избитые студенты, футбольные болельщики, забуянившие посетители казино, чей пыл был охлажден не столь гуманными способами. Полуголого незнакомца, спокойно восседающего в компании двух студенток, она смогла увидеть только с третьего раза. Глаза с него словно соскальзывали, что не могло не зародить определенных подозрений у шпионки. Мог ли этот парень быть той самой «Аномалией», о которой говорил Коулсон? Проведя несколько минут в раздевалке для врачей и медсестер, Наташа вышла оттуда в белом халате и очках в черной оправе, с волосами, собранными в пучок. Так что когда расстроенная и уставшая блондинка — подруга Аномалии, в очередной раз направилась к медсестре, чтобы уточнить насчет психиатра, ей преградила путь рыжая женщина в белом халате. — Я могу вам помочь? — Моему знакомому нужна помощь. У него амнезия. — Пройдемте. — Какой сейчас год? — Кто у нас президент? — Какой сейчас день недели? — Как тебя зовут? — Как ты оказался в пустыне? Ответом на каждый из вопросов был пустой взгляд и пожимание плечами. Или холодное, безразличное «Не знаю». Наташа положила пальцы на худое запястье. Под кожей хорошо были видны вены. — Ты точно ничего не помнишь? — Я помню запах гари, забивающий нос. Помню, как было больно… А потом наступила темнота. — Откуда ты? Парень посмотрел ей в глаза. Наташу вдруг пробрал холод. Она инстинктивно засунула руку в карман. Теперь она была уверена, что он был тем, кого искал Фьюри. Только один раз за всю свою жизнь шпионка видела эту запредельную усталость в глазах другого человека. Словно ему опостылел сам факт того, что он жив. — Зачем ты здесь? — этот вопрос сорвался с языка Наташи раньше, чем она успела осознать, что именно она сказала. — Всё хорошо. Достань пистолет. Если в меня выстрелить, только целься в голову пожалуйста, я умру. Давай. Я не буду сопротивляться, обещаю. Ласковая, понимающая улыбка. Точно как в детстве. — Так и должно быть, Наташа, — он кивнул, почти что прикоснувшись лбом к дулу. — Давай. Смелее. — Как ты это делаешь? — выдавила шпионка, тщетно пытаясь опустить пистолет. Она прилагала все силы к тому, чтобы вернуть себе контроль над телом. — Телепатия? Магия? — Оу, — наконец, она смогла опустить руки, едва не упав. Пистолет остался висеть в воздухе, прямо перед лбом Аномалии. — Я полагал, что это техногенный мир. Романофф потерла запястье, кивнула, не сводя глаз с пистолета. — В основном. У нас есть маги, своего рода. Конечно, не как в детских книжках, с волшебными палочками и драконами. Есть и Боги, во всяком случае, они себя так называют. Пошумел один тут пару лет назад, свалившись с неба. Теперь твоя очередь отвечать на вопросы. Зачем. Ты. Здесь? — У моего путешествия нет определенной цели, или причины. Я как перекати-поле, иду туда, куда дует ветер. Под мертвым светом больничных ламп его кожа, собравшаяся на щеках при очередной улыбке, показалась Наташе древним пергаментом. Она склонила голову набок, отзеркалила улыбку. — И сколько ты так путешествуешь, красавчик? — Уже очень, очень давно. — Несешь ли ты опасность жителям этого мира? Хочешь ли ты их подчинить своей воле? Он фыркнул, ткнул пальцем в пистолет, подхватил его. Шпионка подобралась, но вместо того, чтобы направить дуло на нее, парень протянул оружие рукоятью вперед. — Нет. Предпочитаю не вмешиваться. Не люблю шахматы, — в ответ на вопросительный взгляд пояснил. — Не хочу быть фигурой на чужой шахматной доске. Играть я тоже не хочу. — Скажи мне, перекати-поле, куда дует ветер? — Наташа, поразмыслив, спрятала пистолет в кармане. Не то, чтобы он смог ей помочь в этой ситуации. Аномалия закрыл глаза, вдохнул, словно пытаясь ощутить ветер. — Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой, рыжая? — Да. С тобой очень хотят познакомиться мои… друзья. Он легко спрыгнул с больничной койки, кивнул. — Что же, веди.