XX Я здесь
22 мая 2025 г., 10:27
Земля 616. День 12.
Keep with me when I'm low
Keep with me when I lose control
I'll never, never leave
I'll never, never leave
Moon & I, "Keep With Me"
В Башне стояла выморочная тишина. Как в церкви после службы. Когда свечи потухли, и даже Бог ушел. Миссия должна была начаться с утра. Никто не спрашивал, отменят ли ее. Мстители просто собирались. Словно в замедленной записи. Феникс лежал в палате. Его дыхание было ровным, едва слышным. Пахло солью и железом, больничной стерильностью, и... чем-то еще. Памятью о прошлом. Молитвами, которых никто больше не знал. Тони сидел на стуле рядом с больничной койкой. Не отрывал от него глаз. Как будто даже моргать боялся. - Мы... нам надо идти, - тихо сказал Стив. Хрипло, как будто голос сорвал. Он стоял у двери, уже в форме. - Нат, подежуришь? - Конечно, - отозвалась женщина. Неловко, придерживая больную руку, села в кресло у окна. - Кто-то должен. Стив кивнул. Посмотрел на Старка. - Ты с нами? Глаза Тони были красные, руки все еще в засохшей крови. Он помолчал. - Если он проснется... - начал было. Осекся. Наташа поняла без слов. - Я буду здесь. Одного не оставлю. Обещаю. Тони осторожно взял ладонь Феникса. Не сжал. Казалось, нажми чуть сильнее - порежешься. Или кость сломаешь. Такой тонкой, нечеловеческой казалась его рука. - Я вернусь. Ты же знаешь, да? Я всегда возвращаюсь. Так что ты... оставайся. Дыши. Просто дыши. Убрал прядь волос со лба. Погладил по щеке. И ушел. За спиной хлопнула дверь. Феникс не проснулся. Но губы дрогнули. Как будто он слышал.***
Когда Мстители вернулись с миссии. Когда Наташа почти заснула, уткнувшись щекой в кровать у ног Феникса. Когда аппараты замигали чуть ровнее. Тогда дверь приоткрылась. Тихо, как будто на отпевание. Роуди. Он стоял у порога в спортивной одежде. Выглядел так, будто прибежал... и задержался в коридоре. Словно боялся зайти. - Наташ, - прошептал он. - Спит, - приподнялась она. Голос со сна хрипел. - Стабильный. Шпионка не повернулась к Джеймсу. Поправила плед. Как будто свечку поставила на алтарь. Роуди кивнул. Подошел. Нерешительно. Он смотрел на Феникса, будто не верил. Не мог принять, что он живой. Здесь. Перевязанный, больной. Но живой. - Он говорил что-то. Я не расслышала. Но это был не земной язык. Скорее... асгардский. Нет. Что-то... Наташа замолчала. Роуди смотрел на нее, ожидая продолжения. - Звучало... - она потерла висок, - как молитва. Или заклинание. - Он говорил во сне? - Нет. Как будто... Как будто кто-то говорил через него. Кто-то старый. Нет. Древний. Потом все-таки повернулась к Джеймсу: - Ты это тоже чувствуешь, да? Он кивнул. Медленно. Как будто признаваясь в преступлении. - Да. Но как это объяснить? - Не надо. Это что-то... за пределами человеческого понимания. Даже для таких, как мы. Роуди молчал. Опустился на край койки. Очень осторожно. - Я не вовремя, да? - посмотрел на Феникса. - Ты пришел, - ответила Наташа. - Он знает. - Хорошо, - выдавил Роуди. Наклонился ближе. - Прости. И в этом было все, что он не мог сказать. Чему не подобрать слов. Потом - тишина.***
А в другом крыле... Тони сидел на диване, сгорбившись. Локти на коленях. Руки в крови - засохшей, въевшейся. Он даже не заметил. Или не захотел смывать. В плече что-то ныло. Футболка противно прилипла к телу. То ли пот, то ли кровь. Он не пошел переодеваться. Не пошел мыться. Он просто остался там. Как будто боялся, что если выйдет - исчезнет что-то важное. Роуди вошёл бесшумно. Закрыл за собой дверь. Постоял немного, прежде чем заговорить: - Ты не ел, - не вопрос. Констатация факта. - Тони… Старк поднял голову. Глаза у него были красными. - Он шептал что-то, - хрипло сказал Тони. - Я не понял ни слова. Но… это было что-то неземное. Не отсюда. А я... только держал его. Роуди сел напротив. Тихо. - Он выживет. - А если не выживет?! А если я опоздал? - Ты не опоздал. - Нет, я… Я его терял. Держа на руках. И ничего не мог сделать. Я - чертов гений, миллиардер, спаситель планеты - а он умирал от ножа. Моего ножа? Или ножа мертвого друга Стива? Черт его знает. Это все настолько... Он провел руками по лицу. Роуди смотрел. Молчал. И только потом сказал: - Тони. - Что? - Я не узнаю тебя... Раньше ты и в аду шутил. Когда мы теряли людей - ты злился, матерился. Но сейчас ты... - Сломался? - резко, как выстрел. - Нет, - мягко. - Ты боишься. Не за себя. За него. - Конечно, боюсь! - почти сорвался Тони. - Он же… Он такой… - Маленький. Тони стиснул зубы. - Он чувствует все, как будто кожи нет. Каждое прикосновение - ожог. Все до крови. И при этом он сильнее всех нас. Только никто не видит. Помолчал. Уставился на свои руки - в засохшей крови, в машинной смазке, которую никак не вытащить из-под ногтей. - Я вижу, - Роуди ответил тихо. - Поэтому пришел. Потому что, Тони… ты смотришь на него так. Ты никогда ни на кого так не смотрел, дружище. Он замолчал. В глазах было что-то невыносимо человеческое. - …И мне страшно. Тони отвел взгляд. Хотел сказать что-то. Потом просто пожал плечами. Роуди не отступил: - Это… черт с ним, - улыбнулся почти виновато. - Я бы и сам, наверное, влюбился, будь моложе. Чертов маг, говорящий загадками. Свалился нам на головы из другого измерения, и шепчет молитвы на языке богов. Как тут не потерять голову? - Тогда чего ты боишься, Утконос? - Я боюсь, что ты сгоришь, - Роудс наклонился вперёд. - Потому что знаю тебя. Ты отдашь за него все. Без остатка. У тебя в глазах... как будто ничего дороже в жизни не было. - Не было, - согласился. Просто. Как истина. - И разве не в этом суть? Отдавать? - Не всю душу, Тони. Не до последнего винтика. Даже ради него. Снова воцарилась тишина. Зыбкая, тонкая. Пошевелись - исчезнет. Роудс тяжело вздохнул. - Ты хочешь быть ему всем. Я это вижу. Но он не ребенок. Он сам по себе. Он пережил... чтоб его, ты же слышал про распятие. И про Ад с Раем. Он гелиокарриер поднял, черт возьми! - Он все равно ребенок, - прошептал Тони. - Когда спит. Роуди встал. Подошел. Осторожно положил ладонь на плечо друга. - Не забывай, что ты тоже человек. Не только для него. Для нас. Для меня. Я тебя не брошу. Его тоже. Мы вместе. Окей? Тони медленно кивнул. Роуди похлопал его по руке. - Душ прими. И перебинтуйся.***
Первым пришел запах людской больницы. Запах хлорки, замытой крови и отчаяния. Писк медицинской техники. Потом - луг. Трава. Свежескошенная. Феникс распахнул глаза. Он сжимал в кулаке несколько стеблей, посыпанных землей. Поднес их к лицу. - Здравствуй, Перекати-Поле, - прошептала Наташа. Под глазами тени. Рука в гипсе. На щеке полоска, как будто она только проснулась. Парень моргнул. Глаза потеплели. - Рыжая. - Как ты? Феникс не ответил. Растер травинку в пальцах, поморщился от судорожно сжавшихся безымянного и мизинца. Положил руку обратно. - Ты разговариваешь во сне. Ты знал? Он посмотрел на нее с легким удивлением. - Не английский. Не русский. Ни на что из здешних языков не похоже. Может... асгардский. Но звучало иначе. - Заклинание? Шпионка хмыкнула. - Ну, тут ты у нас только из колдунов. Хочешь пить? Феникс пожал плечами. От воды не отказался. Жажду он все еще не чувствовал. Как и голод. С этим было сложно после... После. Он даже не возразил, когда Наташа мягко отодвинула сломанной рукой его пальцы от стакана. Коснулась только гипсом, не кожей. Отпив немного, Феникс отстранился. Замер. Услышал что-то. Кого-то. Не звук - мысль. Посмотрел на дверь. Та распахнулась. Тони стоял в дверном проеме. С мокрыми волосами, в спортивных штанах и заношенной футболке. На плече тонкий разрез под повязкой. Едва заметный. Позабытый уже. Босиком. Дышал тяжело, как будто бежал сюда. - Железный, - мягко произнес Феникс. Выдохнул, - Тони. - Птаха, - прохрипел тот. На неверных ногах подошел к кровати. Упал на колени. Феникс посмотрел ему в глаза и сразу отвел свои. Как будто обжегся. Слишком много всего было во взгляде Тони. Безумной, беззаветной любви. Той, что не просит взаимности. - Ты здесь. Старк уткнулся лбом в кровать у его руки. Плечи дрожали. Феникс смотрел. Минуту. Век. Он не знал, как это - когда тебя ждут. Не требуя ничего. Он нерешительно поднял руку. Пальцы до сих пор сводило судорогой. Но он положил ладонь на чужую голову. Кожа едва заметно засветилась. Тони вздрогнул. Под повязкой на плече стало тепло. Тони на секунду замер, не веря. Потом вспомнил - он ведь порезался. Еще на миссии. Теперь боли не было. Только дрожь в чужой руке. В тот же миг - вспышка. Кадр из чужой памяти. Он - на коленях. Феникс на полу. Мраморно бледный, красивый, как что-то уже не живое. Кровь. Такая красная. Такая реальная. Шум в ушах. Крики. Топот. Взгляд стеклянный. Пустой. Как у мертвого. И его голос. Тихий. "Отпусти". Феникс вздрогнул. Он не знал, что Тони это помнит так. До каждой черточки. - Ты испугался, - тихо произнес он. - Прости. Дверь за Наташей тихо прикрылась. Тони всхлипнул. Пробормотал что-то бессвязное. Язык не слушался. Поднял голову. Прижался лбом к его ладони. - Я не привык, чтобы боялись за меня. - Черт тебя дери, Птичка, - с дрожью выдохнул Тони. - Я не ухожу, - улыбнулся Феникс. Губы побледнели. - Я здесь. Старк посмотрел на его руку. Потом на свое плечо. Под повязкой уже не болело. Совсем. Феникс закрыл глаза.
