XLII Почти
30 апреля 2026 г., 16:20
25 день. Земля-616
So far from being free Of the past that's haunting me The future I just can't touch Ólafur Arnalds feat. Arnor Dan - So Far
Майк осознавал, что он здесь. В подвале церкви, что позволила ему проводить собрания по субботам. Новичок — парнишка с ампутированной по колено ногой — впервые за четыре недели молчания заговорил. Майк понимал, что его рот открывается, что глаза сочувственно смотрят на новичка, сидящего напротив. Но мыслями он всё ещё был в Башне Старка. Он замолк, позволяя Джеку говорить. Голоса в круге притихли. Взгляд соскальзывал к культе парня, и Майк усилием отводил его в сторону. Он знал, что мог бы быть на месте Джека. Что он должен был быть на его месте. В голове снова крутились сцены, которые никак не сочетались друг с другом. Оливер в магазине — плавающий взгляд, невнятная речь. Паломники у Башни. Их светлые, потусторонние взгляды. Майк не был религиозным человеком. Несмотря на то, что он молился неизвестно кому, когда сам себе заматывал ногу, сидя в канаве. Но он помнил солдат, которые верили. Такие обычно не жили долго. И вчера он снова видел те же лица. Людей, которые вложили свой жуткий, потусторонний смысл в того… «Мальчика». Колено сегодня было спокойнее обычного — лишь тихая, привычная ноющая боль. Словно Феникс и правда что-то сделал. Майк аккуратно, помогая себе руками, вытянул ногу. Поморщился. Слева Алекс бросил на него короткий, внимательный взгляд. Майк криво улыбнулся ему. Мысли снова вернулись к Оливеру. Уже в больничной койке, пытающемуся возражать врачу. Такому уставшему. Почти прозрачному. Феникс. Как телохранитель Тони подхватил его на руки, словно так и положено. И снова перед глазами встал Оливер — растрёпанные светлые волосы, бегающий взгляд. И как он тихо, не поднимая глаз, признался в том, что пытается покончить с собой уже несколько лет. Майк судорожно выдохнул. Оливер. Светлые волосы. Эти глаза. То, как тогда в тренажёрке парень, не стесняясь Майка, слез с эллипсоида и лёг прямо на пол. Олли тогда отмахнулся от помощи, проворчал что-то про сердце. Майк сидел рядом с ним. Держал его запястье — такое тонкое в его грубой ладони. Считал пульс — заполошный, слишком частый. Большой палец соскользнул чуть выше, чем нужно. Задержался там. На крошечной родинке, прямо на выступающей косточке. Стало тихо. Оказывается, Джек замолчал. Смотрел на Майка выжидающе. — Спасибо, что поделился с нами, — улыбнулся тот. — Кто-нибудь ещё хочет… — А ты сам как? — усмехнулся Алекс. Почесал шрам, пересекающий левую щёку. — Витаешь в облаках, Док. — Извините, не выспался. — Весёлая ночка? — Да какое там, — отмахнулся Майк. Предательски покраснел. — О, Док, колись давай! — Ну… я в магазин за хлебом пошёл. А там соседу плохо стало… пришлось скорую вызывать, — пожевал губу. Выдавил тихо: — Я всю ночь у него в палате сидел. — За хлебом сходил, — хмыкнул кто-то. — Нормально так. — Док, ты всегда так продукты покупаешь? — поддел Алекс. Майк криво усмехнулся. Не ответил. После собрания он долго сидел в своей машине. Тёр безотчётно колено, стараясь его согреть. Наблюдал, как машины выруливают на дорогу, как люди расходятся в разные стороны. Парковка быстро пустела. В конце концов он остался один. Пальцы на миг показались липкими. Он резко выдохнул. Жар. Песок на зубах. Где-то рядом кто-то орёт. Или это он сам. Майк сильнее сжал колено, отгоняя воспоминания. Дышать стало легче. Он уставился вперёд, в тёмное стекло. Пару секунд изучал своё смазанное, нечёткое отражение. Потёр лицо ладонью, будто проверяя — здесь ли он вообще. Перед глазами всплыло бледное лицо «Мальчика» с потусторонним взглядом. Феникс. Как он узнал про…? Майк усмехнулся себе под нос. Чушь. Он аккуратно, зашипев сквозь зубы, разжал руку. Колено прострелило — коротко, зло. Он уже знал, что дорога домой придётся его ноге не по нраву. Он достал телефон из кармана, разблокировал экран привычным движением. Зашёл в поисковик. Замер, вдруг поняв, что даже не знает, что именно хочет найти. И хочет ли. Пальцы чуть дрожали, когда он набирал имя. Феникс Блэк. Первые ссылки — видео. Он открыл. Звук включать не стал. Парень стоял перед камерами. Босой. В светлом костюме. Держался за бок. Говорил что-то. Бледный, как будто не видел солнца лет десять. Слишком худой. Майк посмотрел секунд десять. Закрыл. Прокрутил ниже. Фото. Глаза у него были странные. Не «светятся», как писали в подписях. Просто… не здесь. Словно Феникс видел что-то, недоступное человеческому глазу. Майк усмехнулся. Проворчал под нос: — Тоже мне. Ниже — ссылка на сообщество в Фейсбуке: «The Black Phoenix Risen». Восемь тысяч подписчиков. Включилось видео из сообщества — дрожащее, вертикальное, явно снятое украдкой. И подпись: «Я не уверен, что случилось, но мне стало легче дышать». Кофейня. Разговоры людей на фоне. И Феникс, держащий маленького, явно больного мальчика за руку. Сидящий на корточках. С лицом, как будто он сейчас упадёт в обморок. Когда он отпустил руку мальчика, Феникс не смог встать. Его подхватил Капитан Америка. Говорил ему что-то тихо, ласково, пока вёл к столику. Видео оборвалось. И комментарии: «что стало с мальчиком?» «говорят, у него был рак» «где мальчик?» «Я хожу в ту кофейню каждый день. Нас таких много» Майк сглотнул вязкую, горькую слюну. Листнул ниже. Обрывки. Кто-то писал про «чудеса». Кто-то — про «секту». В сообществе опубликовали новую фотографию. Толпа людей у Башни Старка. Все — с теми самыми, потусторонними, светлыми лицами. Подпись: «мы греемся в лобби по очереди. Нам сказали, что можно». Майк поморщился. Засунул телефон в карман. Завёл машину.***
Оказавшись дома, Майк сразу пошёл в душ. Он смывал с кожи порох и песок. Ежедневно. Иногда по два раза. Иногда — больше. Когда казалось, что всё вокруг пахнет кровью, болью и отчаянием. Когда ногу начинало стягивать, будто её всё ещё держит жгут. Выйдя из душа, он на секунду замер в коридоре, будто забыл, куда шёл. Экран телефона засветился. Сообщение. Если завтра будет время — зайди в Башню. Пройди в лобби, обратись на ресепшен. Скажи, что к Беннеру. Без удостоверения не пустят. Старк. Майк фыркнул. Рано утром в магазине, что находился в подвале его высотки, было тихо. Только жужжание флуоресцентных ламп над головой. Он стоял перед лотками с фруктами. Оранжевые бока апельсинов глянцево блестели под холодным светом. Он взял один. Повертел. Гладкий. Спелый. Как будто это имело значение. Вчера Оливер обмяк у него на руках. В этом самом магазинчике. У полок с чипсами. Майк сжал апельсин сильнее, чем нужно. Отпустил. Положил обратно. Взял другой. Как будто можно было выбрать правильный. Как будто это могло что-то изменить. Фрукты. Ему нужны были фрукты. Потому что… что? Потому что так делают? Потому что так правильно? Майк хмыкнул себе под нос. Вчера он держал его за плечи, тряс, орал, чтобы тот не вырубался. Чувствовал, как Олли уходит. А сегодня… Он стоял и выбирал апельсины. Оливер снова встал перед глазами. Лёгкое, костлявое тело, которое он прижимал к себе. Майк резко выдохнул. Схватил несколько апельсинов. Пошёл к кассе.***
Башня Старка была видна издалека. Логотип — его фамилия, то ли просто бренд, то ли потеха для эго. Хотя Майку Тони не показался тщеславным. Тони. Держал Оливера за руку. Уговаривал поехать к нему. И едва сдерживал слёзы. Майк припарковался чуть подальше. Вышел из машины, чуть не забыв пакет с фруктами. Сегодня колено стреляло только при сгибании. Дошёл до входа. Первое, что он заметил, — охрана. Люди в чёрных костюмах. Их было много. Слишком много. Он встал в очередь к ближайшему сканеру. Все проходили через них тихо, привычно. Даже сотрудники — показывая охранникам свои бейджики. — Сумку, пожалуйста. Майк протянул апельсины, чувствуя себя идиотом. Охранник заглянул внутрь. — Вы в пентхаус? — спросил он тихо, почти неловко. — Мальчик любит фрукты. Майк кивнул. Рамка. Металлодетектор. Рентген. Его даже ощупали — быстро, по-деловому. Пройдя все осмотры, Майк наконец смог оглядеться вокруг. Сотрудники кивали администраторше, направлялись к лифтам. Охранники. Но были и другие. Люди в инвалидных колясках. Сидящие на стульях. Матери с детьми на руках. У некоторых в руках были бумажные стаканчики. Кто-то прислонился к стене, закрыв глаза. Кто-то тихо разговаривал, почти шёпотом. Все — с тем самым просветлённым взглядом. Майк поморщился. — Вы к нему? Он повернул голову. Женщина лет сорока смотрела на него внимательно. Почти с надеждой. — К кому? Она удивилась. Как будто это было очевидно. — К Целителю, — мягко сказала она. — Вы же… сюда? Майк молча смотрел на неё. — У вас кто-то болеет? — добавила она уже тише. Старик, сидящий на диване, подал голос: — Кофе там, — указал в сторону небольшого киоска. — Бесплатно. Можно взять. Майк выдохнул под нос тихое ругательство. Невольно зацепился взглядом за киоск: девушка возилась с кофемашиной, ставила на стойку стакан за стаканом. Люди подходили, брали, возвращались на место. Никто не торопился. Не толпился у стойки. Не спешил. Им некуда было спешить. Что-то у него на лице дёрнулось — женщина вдруг заговорила быстрее: — Мы знаем, что он не спустится. Говорят, он болеет. Мы просто… — Тут дышится легче, — поддержал кто-то. Остальные «паломники» согласно закивали. Майк сжал челюсть. — Я не к вашему «Целителю». Он отвернулся, двинулся к ресепшену. За спиной снова зашуршали приглушённые голоса. Майк криво улыбнулся администраторше: — Я к доктору Беннеру. Брэнсон. Протянул удостоверение. Девушка-администратор спустила наушники с головы, вгляделась в его фотографию. Проверила что-то на экране. Кивнула в сторону лифтов: — Вам туда. Майк снова улыбнулся. Прошёл к лифту. Охранник кивнул ему, отступил в сторону.***
Пентхаус был залит солнечным светом. — Босс, прибыл мистер Брэнсон, — мягко сообщил Джарвис. Охранник у лифта заглянул в пакет, пробурчал: — Проходите. Майк прошёл дальше. Телевизор был включён. Пингвины шли по льду — медленно, спокойно. Голос диктора что-то ровно объяснял. Как будто в этом доме всё было нормально. Майк сделал ещё шаг. Сначала он услышал голоса. Не сразу понял, откуда. Потом слова начали складываться в фразы. — Я сказал — нельзя, — жёстко произнёс Тони. Майк замер на границе кухни. Феникс сидел за столом, откинувшись на спинку стула. Наклонил голову вбок, будто слушал не слова, а что-то под ними. — Тебе страшно за меня, — тихо выдохнул он. — Но ему всё равно больно. — Конечно ему больно! — Я могу… забрать. Он перевернул ладонь, лежащую на столе. Тони резко накрыл её своей рукой. — Нет. Ты. Никуда. Не пойдёшь. И никого лечить не будешь. — Мне же… — Феникс опустил голову. — Мне лучше. — Да ты ходить не можешь! — сорвался Старк. — Ты же… — Могу. — Нет. Тони на миг сжал его тонкие, почти прозрачные пальцы. Отпустил — слишком резко, будто испугался, что сейчас сломает. Заговорил тише, почти уговаривая: — Пташка, ты посмотри на себя. Ты не спишь нормально, не ешь без напоминаний, не ходишь. — Я могу помочь. Могу. Я знаю, как. — Я тоже знаю, как это выглядит, — отрезал Тони. — Ты после этого не встаёшь. Феникс опустил голову. Тони наклонился к нему. Одной рукой сжал плечо парня, вторую положил на спину. — Птичка. Я знаю, что ты привык жертвовать собой. Что ты… не умеешь ставить границы. Поэтому я ставлю их за тебя. Понимаешь? Феникс не сразу ответил. Сидел, уткнувшись взглядом в стол. Сжимал и разжимал пальцы. — Это не границы, — тихо сказал он наконец. — Это… отказ. Тони чуть сильнее сжал его плечо. — Это защита. — Для кого? — Для тебя. Феникс покачал головой. Отвернулся. — Послушай меня, — тише, мягче заговорил Старк. — Ты сейчас думаешь, что это обмен. Что ты возьмёшь на себя — и станет легче. Он не шевельнулся. — Я не дам тебе убить себя. Ни через спасение других. Ни через… Тони положил ладонь на его запястье, замотанное белоснежным бинтом. — Даже если я хочу? — едва слышно. — Даже если ты хочешь. Тишина. Пингвины на экране продолжали идти вперёд, один за другим. — Тогда это не выбор. — Это лечение. Иногда его делают без согласия пациента. Майк напрягся. Что-то в этой фразе неприятно зацепило. Он кашлянул. Звук получился громче, чем хотелось. — Кхм… Я, кажется, не вовремя. — Ты-то вовремя, — бросил Тони. Повернулся к нему, всё ещё придерживая Феникса за спину, словно боялся, что тот может упасть со стула. — Брюс хотел с тобой поговорить. О, апельсины? Оставь тут, у раковины. Олли заставит их мыть всё равно. Майк кивнул. Хотел что-то сказать, но мелодичная трель лифта его прервала. С потолка раздался голос Джарвиса: — Доктор Беннер прибыл из медблока, босс. — Отлично. Брэнсон, встретишь его? — Тони уже не обращал ни на что внимания. Вновь обратился к Фениксу тем самым мягким, убаюкивающим голосом: — Пойдём, Пташка, полежим. Отдохнёшь. Тот лишь покорно поднял руки и позволил себя поднять. Как ребёнка. Майк прошёл в гостиную, стараясь выкинуть из головы глаза парня. Его взгляд был слишком взрослым. Как будто он видел слишком много. Не тянул он на «мальчика». — Мистер Брэнсон, — Халк… доктор Беннер поприветствовал его кивком. — Добрый день. Майк сразу же зацепился взглядом за Оливера. Тот сидел на диване, откинувшись назад, прикрыв глаза. В слишком большой для него толстовке, в спортивных штанах, сонный, растрёпанный, он казался ещё моложе. — Я хотел у вас уточнить, — Брюс указал на кресло. Майк сел. Провёл вспотевшими ладонями по коленям. — Во-первых, что именно принял мистер Браун? — Снотворное. Он сказал, что это было… — Майк метнул быстрый взгляд в сторону Оливера. Тот сидел, размеренно дыша, словно разговор его не касался. — Снотворное. И алкоголь. От него пахло… — Понятно, — кивнул Брюс. — Скажите, пожалуйста, когда это произошло? Примерно. — Минут за двадцать до того, как я его нашёл, — ответил Майк, не задумываясь. — Может, тридцать. — Вы уверены? — Да. Он ещё держался на ногах. Плохо, но… — не закончил. — Рвота была? — Нет. Только когда его уже повело. — Он терял сознание? — Почти. Начал проваливаться. Речь поплыла, координация ушла. Брюс кивнул. — Вы вызвали скорую? — Да. — И держали его в сознании, — спокойно добавил доктор Беннер. Майк чуть повёл плечом. — Пытался. — Как именно? Майк на секунду замялся. — Разговаривал. Тряс. Не давал закрывать глаза. Брюс смотрел на него чуть дольше, чем раньше. — Давление проверяли? — На глаз. Пульс был быстрый. Слишком. — Дыхание? — Поверхностное. С перебоями. Брюс кивнул. — Спасибо. Это очень помогает. Вы медик? Майк усмехнулся. — Нет, — помолчал пару секунд. Добавил: — По работе приходилось раньше. Брюс не стал уточнять. Поднялся с дивана. — Вы к нам надолго? Майка снова перебил ИИ: — Доктор Беннер, босс просит вас подойти. У мистера Блэка… проблема. Брюс выругался сквозь зубы. Побежал в сторону жилых комнат. Майк пару секунд смотрел ему вслед. Сел на диван. Почти прошептал: — Оливер? Тот лениво приоткрыл глаза. — А… — выдохнул. — Ты. — Я, — кивнул Майк. — Как ты? Оливер пожал плечами. — Нормально, — сказал он тихо. Вышло неубедительно. Лениво, медленно поднял ладонь. Потёр лицо. Пальцы дрожали. Рука упала обратно. Майк потянулся было к ней, но одёрнул себя. Окинул Олли взглядом. Бледный. Глаза мутные. Дышит как-то неглубоко. Майк старался вытряхнуть из головы вчерашнюю картинку. — Я… — начал он, потом замялся. — Я, кажется, понял. Оливер повернул к нему голову. Он всё ещё был не до конца здесь. — Что? — Ну… — Майк пожал плечами, подбирая слова. — Про тебя. И… Старка. Оливер смотрел на него. Долго. Наконец спросил: — И что понял? — Ну ты же… — Майк замялся, понизил голос. — Ты сейчас не работаешь, да? Оливер нахмурился. — Нет, — почти вопросительно ответил он. — И тебе… тяжело, — продолжил Майк. — По здоровью. Оливер пожал плечом. — Можно и так сказать. Майк кивнул, будто всё встало на свои места. — Я понял, — повторил он тише. — Он тебя подобрал. Закрыл всё. Помогает. Оливер смотрел на него. Долго. Как будто пытался догнать смысл. Фыркнул тихо, улыбнулся Майку. — Ну… получается, так, — ответил он со смешком. Слова повисли между ними. — Слушай, — сказал Майк мягче. — Ты не виноват. — И в чём же? — приподнял бровь Оливер. — В этом всём, — Майк махнул рукой неопределённо. — Что тебе сейчас нужна помощь. Что ты не тянешь. Это нормально. — Думаешь? Майк наклонился чуть ближе. — Я могу помочь, — сказал он тихо. — Если что. Ты не один. Ему вдруг показалось, что парень смотрит на него как-то иначе. Мягче. Почти… с нежностью. — И как ты хочешь помочь? — Как хочешь. Могу приходить. Тебе, наверное… У тебя есть друзья? Прости, конечно, но я ни разу не видел, чтобы кто-то к тебе в гости ходил. — Ты за мной следил? — с улыбкой спросил Оливер. Его рука переместилась ближе к ладони Майка. Почти коснулась. — Ну, твоя дверь же напротив моей. Я не… я не специально, — попытался оправдаться Майк, только сейчас поняв, как это звучит. — Просто… я иногда не могу ходить. Сижу дома. Оливер моргнул. Слова будто не сразу дошли. Он кивнул. — Угу. Понятно. Он пробормотал что-то под нос. Съехал немного вбок. Уснул. Майк придержал его голову, чтобы шея не затекла. Подложил подушку. Так и остался сидеть рядом. Слишком тихо. Он смотрел на него. На тени от ресниц на бледных щеках.
