Глава вторая. Новое приключение.
30 марта 2023 г., 22:08
— Он снова пришел за Котом? — испуганно скулит Перрито и поджимает хвост. Пес нервно всматривается в темноту расщелины и прижимает уши к голове, готовый сорваться, услышав лишь отголосок кошачьего крика. Но из пещеры не доносится и звука. И эта тишина гнетет еще больше.
— Нет, — качает головой Мягколапка. Однако то, как она встревоженно гладит его по голове, полностью выдает ее обеспокоенность. Появление этого волка никогда не могло быть предвестником чего-нибудь хорошего. Они не могли потерять Кота. Не теперь, когда их маленький мир, наконец-то, принялся выстраиваться в картину цельной и единой семьи, в которой каждый доверяет друг другу свои жизни. Китти раздраженно шипит и подскакивает с места, уже готовая доставать Кота в сапогах из лап самой смерти, однако кряхтение, доносящееся из мрака, ее задерживает. Из темноты они выходят бок о бок — Смерть и Кот, поддерживающий того в меру своих сил. И на свету волк выглядит таким потрепанным и мятым, будто он укрывался в этой пещере и проглатывал проезжающих мимо торговцев месяцами кряду. Его пончо потерлось в некоторых местах, до того белоснежная шерсть взбилась и почернела от грязи и свежей человеческой крови. Несмотря на то, что его рука судорожно зажимала бок, он все же не издавал ни звука боли, и его дискомфорт выдавали лишь напряженно сведенные брови.
Перрито неуверенно топчется на месте, и въедливый запах серебра снова щекочет его обоняние.
— Принесите воды, — бросает Кот друзьям, когда Муэрте присаживается на траву.
Китти нужно полсекунды, чтобы оценить состояние Смерти. Но даже не найдя сейчас в нем угрозы, ее настороженности это совсем не сбавляло.
— Хорошо. Мы будем рядом, — говорит Китти и уводит с собой Перрито к речке на окраине поля.
— Покажи, — герой тянется к чужим одеждам, но Муэрте отталкивает протянутую помощь. Волк насмешливо фыркает.
— Я сам о себе позабочусь. Что может сделать маленький gatito?
— Я смотрю, ты уже хорошо позаботился. — Кот показательно протягивает прихваченный намордник, больше похожий на бесформенный кусок железа. От одного его вида Смерть звереет. С низким рыком, он выхватывает его и выкидывает обратно в темноту пещеры — теперь от него точно должна остаться одна пыль. Однако это движение выбивает из него дух, и он шумно втягивает носом воздух. Кот находит этот момент подходящим, чтобы потянуться к чужим одеждам.
Волк тут же отшатывается от него и угрожающе скалится в сторону героя. Его ладонь только сильнее зажимает полученную травму.
— Коту в сапогах надоело доживать свой век?
От вида пасти, полной зубов, по коже кота проходится табун мурашек, его рука на чистых рефлексах замирает в сантиметре над оружием, но не достает его. Где-то глубоко внутри, на уровне звериных инстинктов, каждый нерв его тела кричит о возможной опасности. Его уши под шляпой взволновано прижимаются к голове.
— Я пытаюсь тебе помочь.
— О, и чем я заслужил помощь великой легенды? — в его голосе слышится яд. Рыжий хвост раздраженно мельтешит из стороны в сторону.
— Muerte.
— Gato.
— Все, что ты делал до этого — это прятался и истекал кровью. Сколько еще времени ты бы там провел, если бы мы не нашли тебя?
Карминовые глаза сощуриваются, в них горит пламя тысячи и тысячи упокоенных душ, и Кот не уверен не собирается ли Волк прямо сейчас добавить и его в нескончаемый счетчик. Тогда, на звезде желаний, они расстались мирно, но герой все равно оставался на кончике его острия, которое всегда могло разорвать нить его жизни.
Смерть тяжело выдыхает и, удивительно, соглашается с легким кивком. И тогда Кот замечает, насколько задеревенела каждая мышца в его теле и даже следующий вдох дался герою с трудом. Муэрте медлит, но все-таки отнимает руку. Кот отводит мешающую одежду и увиденное не на шутку пугает его.
Волк усмехается его реакции:
— Давай, Легенда, покажи, на что способен.
Вместе с тембром его голоса сочилась, если будет правильно так ее назвать, кровь. Она не была привычного цвета диких маков. Нет, она стекала перламутровыми каплями, словно густое плавленое серебро. И его рана выглядела действительно… плохо. Кот не был уверен на все сто, и поэтому не мог сказать однозначно, возможно все было дело в ее цвете, но ему казалось, что меж ее краями виднелись, Santa Mariа, кости. Повидав множество сражений и отжив помимо этой еще восемь жизней, он не мог назвать себя излишне мягкотелым, но отчего-то сейчас ему стало дурно. У кого хватило бы силы настолько ранить Смерть?
— Неужели это правда сделала какая-то повозка? — неловко шутит он, на что волк вскидывает бровь. — Ты чуть не разорвал человека, lobo, забыл?
Смерть щурится. Должно быть, он действительно не помнил.
— Смутно, — все же признается он. Кот смотрит на него в ожидании продолжения, отчего Смерть забавляется только сильнее. Будто крово- или Гримм-знает-что-точащая рана была всего лишь какой-то шуткой. — Ты правда думаешь, что это имеет отношение к тебе или к твоей стае?
— Эта стая, — недружелюбно ощетинивается вернувшаяся Китти, — вытащила тебя из пещеры и сейчас старается тебе помочь. Даже несмотря на то, сколько проблем ты доставил Коту в прошлом.
Волк бросает на нее непроницаемый взгляд. Рана снова начинает кровоточить, и Кот останавливает в себе какой-то действительно глупый порыв просто заткнуть ее лапами. Вряд ли даже Смерти известно, сколько крови он успел потерять.
Мягколапка ставит кадку с водой рядом с ними, и Перрито присоединяет к ней другую — ту, что нес с собой в зубах. Они были треснутые, протекающие со всех сторон, но сейчас это было лучшее, что они могли достать.
— Держи, — Китти протягивает какой-то моток ткани.
— Gracias, — Кот благодарно улыбается, и пока излишне любопытный Перрито не заинтересовался делами Волка, просит его: — Перро, amigo, принеси веток для костра, — он морщится, внутренне сокрушаясь о потерянной возможности съесть паэльи и уснуть на мягких подушках. — Придется остаться тут.
Однако сам Перрито, готовый делить кров со своими друзьями даже в логове самого кровожадного монстра или в снежной глуши, ничуть не выглядит расстроенным. Китти неуверенно косится на Волка, явно не желая снова оставлять их наедине.
— Ты справишься? Я бы могла позаботиться об этом.
Кот краем глаза замечает, как на это предложение уши Смерти навострились, а рука снова потянулась скрыть уязвимое место от чужих глаз.
— Справлюсь, — отказывается Кот и улыбается.
Китти не спорит. Она идет за Перрито.
— Зови, вдруг что произойдет.
— Конечно.
Кот смачивает тряпку в воде и, когда она касается ранения, понимает, что решение остановиться здесь было наилучшим. Герой искоса поглядывает на Смерть. Тот лучился злобным весельем, наблюдая за тем, как неловко Кот промачивал чувствительные края, готовый, чуть что, бежать. И несмотря на чужую ехидную усмешку, он очень хорошо чувствовал это — тело под его лапами мелко дрожало.
Игнорируя на себе внимательный взгляд, герой смывал кровь и, возможно, чтобы успокоить свое собственное, невзначай вслушивался в чужое мерное дыхание. Муэрте дышал. Истекал кровью и морщился, когда Кот по неосторожности (или не совсем) давил слишком сильно. Несмотря на статус бессмертного бога, пожинающего утомленные смертными страстями души от зари рождения жизни до самого ее заката, он был слишком естественным. Если не счесть это за каламбур, Муэрте и правда был живым.
Хорошо, ладно, костей видно не было, его воображение слишком разыгралось. И все же глубокое, животное беспокойство никуда не делось. И он знает, что Смерть чует это. Волк глубоко вдыхает вечерний воздух, и его легкие наполняются пьянящим ароматом тревоги. Он оголяет клыки и глядит на Кота настолько озабочено, что складывается ощущение, будто они снова находятся в том непритязательном баре, и большая когтистая лапа вновь хочет сдавить его горло.
— Я так скучал по этому запаху страха, — раздается глубокий шепот рядом с его ухом. Теплое дыхание щекочет шерсть, а слова пробираются куда-то глубоко в район солнечного сплетения. Во рту резко пересыхает. Кот отскакивает от него на добрый метр, острие шпаги направляется в сторону глумящегося волка.
И лишь тогда Кот замечает, что Смерть не имел при себе нечто чрезвычайно важного.
***
— Так что же произошло? — спрашивает Перрито, устраиваясь около костра в их импровизированной лежанке, собранной из вещей пострадавшего торговца. На огне уже румянилась пойманная в реке рыба. Они собрали побольше дубовых веток на тот случай, если температура совсем опустится. Эта ночь обещала быть особенно прохладной. Зима была близко. Сидя напротив троицы, Смерть что-то выводил палкой на земле и от каждого случайно брошенного им взгляда на кого-нибудь из его друзей, Кот напрягался всем телом и, если быть честным, готов был достать оружие в любой момент. Волк отвечает лаконично: — Охотник. — Охотник смог поймать тебя, lobo? Забрать оружие и надеть намордник? — смеется Кот и даже крохотная мысль о том, что какой-нибудь, например, Крысолов смог бы перехватить контроль над Смертью, вызывает приступ смеха. Глупость, да и только. — Как он мог? С глухим щелчком палка в руке волка ломается надвое. — Он забрался туда, куда не должна ступать нога смертного, и сам решил свою судьбу. Ему недолго осталось. — Куда забрался? — уточняет Перрито и под колючим взглядом Смерти съеживается. Китти прижимает пса ближе к себе и недовольно морщит нос. — Не важно, — говорит кошка и успокаивающе гладит своего друга по холке. — У нас впереди большое дело, Перро. Нужно подумать об этом. Невидимая пасть сжимается на шее Кота сильнее. Он с преувеличенным энтузиазмом хлопает в ладоши. — Так каков наш план, lobo? На него удивленно уставились три пары глаз. В тишине между ними раздаются лишь стрекотания сверчков и треск горящих веток. Перрито просиял: — Мы поможем ему? — Нет, мы не будем разбираться в проблемах Смерти, — щетинится Мягколапка. Щенок смотрит на нее так умоляюще, что его глаза по-глупому разъезжаются в разные стороны. Будто они говорили о тонущем котенке, в самом деле. — Он раненный и нуждается в нашей помощи. — Не нуждаюсь, — вмешивается Муэрте. Китти показывает на него лапой. — Вот видишь, он сам говорит, что мы ему не нужны. Но Кот в сапогах не принимает этого: — У него жар из-за ранения, он не знает, что говорит. — Я в порядке. — Тебя сбило повозкой! Смерть глухо рычит, его шерсть взъерошивается от раздражения, но Кот, на удивление, был настроен решительно. Китти складывает лапы и смотрит на героя так пытливо, будто пытаясь прочесть его мысли. Она качает головой и вдруг примирительно выдыхает: — Я не знаю, почему ты так на этом настаиваешь, но хорошо. Кот весь загорается от азарта. Кажется, будто даже его усы закручиваются от возбуждения перед новым геройским приключением. Он вскакивает на лапы и торжественно достает шпагу. Его перо и плащ колышутся от легкого дуновения ветра, и мягкий свет огня делает его образ героя лишь величественнее. — Мы поможем тебе, lobo. К твоим услугам лучшие воры всех королевств. Мы достанем твое оружие и вернем тебе честь, пускай даже сама судьба попробует встать у нас на пути. Буквально полсекунды Смерть выглядит искренне пораженным, но его настрой быстро меняется. Он буравит Кота таким тяжелым взглядом, что все его внутренности съеживаются. Муэрте отвечает просто: — Bien. — Хаха! — задорно смеется Кот и прячет шпагу за пояс. — Так каков наш план? Волк берет новую ветку и задумчиво дорисовывает на земле что-то еще. — Логово охотника находится на северо-западе в трех-четырех днях пути отсюда. Я помню дорогу и смогу отвести нас туда. Вы достанете мое оружие и наши пути на этом разойдутся. Охотник обычный человек, но хорошо осведомлен о делах магии. Может вызвать некоторые трудности, но для вас это не должно стать проблемой. Кот поднимает на него глаза. — Это стало проблемой для тебя, верно? Муэрте поджимает губы. — Да. — Слишком просто для человека, который ранил Смерть, — замечает Китти. — Как он смог? — Для вас, — повторяет он, — это не будет проблемой. Кошка подозрительно щурится. Но их диалог прерывает радостный лай: — Готово! — улыбается Перрито и протягивает Китти нанизанную на шпагу рыбу. Смерть перестает обращать на них внимание. Он что-то продолжает выцарапывать на земле, но Кот старается даже не смотреть в его сторону. Иначе у него совсем пропадет аппетит.***
Кот еще некоторое время вслушивается в дыхание своих друзей и в то, как под ухом в спокойном ритме бьется их жизнь, когда все же решает открыть глаза. Он поднимает голову и щурится от лучей раннего солнца, пробивающихся сквозь листву. Лес встретил их прощальным щебетанием птиц, улетающих переживать зиму в более теплом месте. Герой осторожно, чтобы не потревожить сон друзей, выпутывается из переплетения лап и хвостов. Он с тихими щелчками разминает залежавшиеся суставы, после ночи на неудобном месте. И ведь они могли бы проспать эту ночь в теплой и мягкой постели, если бы не последние обстоятельства. Кстати о них. Волка не было на его месте, и Кот был безмерно благодарен тому, что сразу по пробуждении не встретил его горящих ненормальным блеском глаз. Затянув потуже ремень, он скрепляет плащ брошью и натягивает сапоги. Закончив собираться вместе с надетой шляпой, он замечает по ту сторону оставшегося с ночи пепла несколько рисунков. Воровато оглянувшись, чтобы ничей волчий нос не мог вынюхать его любопытства, Кот подходит к ним и понимает, что Муэрте весь вечер разрабатывал карту, по которой они будут следовать. Начиная с этой точки, около остроконечных скал, они должны были пройти дальше через лес, миновать реку и… Кот задумчиво потер подбородок. Между их целью и водоемом находился ничем не помеченный пустырь. Пробел. От мыслей его отвлекает далекий всплеск. Он бросает еще один взгляд на карту и идет следом за звуком, что уловил его чуткий слух. Проходя по уже знакомой дороге через дубовую рощу, он выходит к пшеничному полю и водяной мельнице. Волчью спину он замечает практически сразу. В свете солнца, без оружия и пончо Смерть выглядел на удивление нормально. В обычный день ему бы и в голову не пришло подумать о том, что волк перед ним уносил на тот свет чужие жизни. Кот подходит к нему ближе и лишь теперь замечает, что склонившись над рекой, Муэрте заново перевязывал рану. На его пепельной шерсти блестели капли влаги и больше никаких потеков крови или грязи на нем не было, будто и не он вчера кидался диким зверем на торговые повозки. — Злорадствуешь, gato? Муэрте даже не поворачивает к нему головы. — Нет, — Кот неловко поправляет шляпу и следом ловит на себе острый взгляд. — Может быть, совсем немного, — все же признается он. Наблюдая за тем, как Волк перебинтовывал свой бок какой-то найденной тканью, герой напоминает: — Ты бы мог попросить помощи, знаешь? Ловкие руки Смерти на момент замирают, но затем продолжают методично завязывать узел. — Ты не получишь десятую жизнь. Кот глупо моргает. — Что? — То, зачем ты навязываешь мне свою помощь, — низко рокочет он. — Ты умрешь в свой срок и у тебя не будет ни единой дополнительной минуты, Кот в сапогах. — Я не прошу об этом. — Неужели? — иронично произносит Смерть. Убедившись, что ткань сидит плотно, он накидывает на себя пончо. — Тогда в чем причина? Кот запинается и не находится с быстрым ответом. Волк тихо хмыкает, явно уже сделав какие-то свои выводы. Ну и пожалуйста. — Как Охотнику удалось тебя поймать? Муэрте тихо фыркает, должно быть, посчитав этот вопрос глупым. И в самом деле, кто захочет делиться своими слабостями? Кот меняет вопрос: — Как ты выбрался? В этот раз волк снисходит до ответа: — Это забрало два дня. Я, — он щелкает языком, явно подбирая слово, что звучало бы менее унизительно, чем «сбежал», — ушел оттуда, когда он был уверен, что ему больше не грозит смерть, — глухой смешок. — Звучит знакомо? Кот отводит взгляд и замолкает. Некто мало того, что смог тяжело ранить Муэрте, так и надеть на него тяжелый, металлический намордник. Волк сбежал и не мог не то, чтобы позаботиться о своей ране, а даже снять с себя этот капкан. Dios mio, они нашли его в настолько плачевном состоянии, что он толком не осознавал ни себя, ни свое окружение. Героя осеняет: — Ты говоришь, что от его логова до этого леса три-четыре дня. Значит все это время ты… Волк так резко поднимается на лапы, что сердце кота пропускает удар. — Нам пора. Кот оборачивается в сторону дубовой рощи. Меж стволов раскинувшихся деревьев их уже ждала Китти. Они выдвигаются в дорогу, следуя указке Смерти. И их путь обещал быть непростым.
