Не давай мне любить тебя/Ромашковое поле

Феликс делал уроки, которые учитель попросил сделать до следующего его визита, в перерывах между предметами бросал тоскливый взгляд в окно, откуда открывался вид на крошечный город. Особняк находился на возвышенности, поэтому даже дремучий лес из его окон казался чьим-то садом, что уж говорить о городе. Феликсу так хотелось туда, хотелось узнать получше как живут люди, чем они заняты, о чём переживают и думают. Как дети учатся в школе, что проходят, сколько им задают на дом; как вообще протекает их жизнь и чем она отличается от его жизни. Феликс знает, что дома есть правило не упоминать лишний раз о людях и городе, но что поделать, если сердцем и душой парнишке так и хочется туда. Каждый раз, как он оказывался среди людей во всей этой суете, он чувствовал себя так, словно тут ему и место быть. Но стоило ему только заикнуться, что в городе ему хорошо и спокойно, то сразу получал от родителей замечания что-то наподобие: «сынок, чтобы в последний раз из твоих уст мы слышали такое». Но юноша ничего не смог сделать со своими чувствами. Феликс вздыхает тяжело, подтягивается, отчего пару косточек хрустит от долгого сидения и на свой страх и риск идёт на кухню, где сидели родители. Чонин вина отпивает вино из своего хрустального фужера и украдкой смотрит на мужа. Он прекрасно видел, как его волк словно на иголках сидит уже не первый день, и это сильно тревожит вампира. До него доносится тихое бурчание. — Любимый мой, в стае проблемы? — осторожно интересуется Ян. Кристофер поднимает на него взгляд, и вампир впервые видит такие грустные, темные глаза своего любимого, отображающие вселенскую усталость. — Не совсем. Скорее я в который раз убеждаюсь, что вокруг меня одни идиоты, — хмуриться оборотень. — Вот придёт время сменить вожака, на кого я должен буду положиться? Кому доверить стаю, если все мои приближенные недалёкие оборотни, которым лишь бы глотки друг другу перегрызть, а не народом заниматься, — почти рыча говорил Бан. — Пап, тебе стоит расслабиться, — внезапно услышали супруги на пороге комнаты. Оба смотрят на сына и ждут что же он выдаст дальше. — На улице такая погода хорошая, я подумал, если вы не заняты, может мы сходим прогуляться в город? — под конец голос Ликса совсем стих, парень слегка поджал губы, переводя взгляд то на Яна, то на Кристофера. те лишь быстро переглянулись между собой. Чонину очень хотелось отказать, но увидев лёгкий кивок от супруга, вампир сдался, и, тяжело вздохнув сказал сыну, чтобы тот шёл переодеваться. Сам граф все еще совсем понимает, как и под каким предлогом он вообще согласился лет десять назад спуститься в этот проклятый город. Вампир всегда думал, что всё-таки было бы лучше, если бы их дом был чуть ближе к остальным. Может, тогда бы его волчонок не горел желанием выходить туда, к людям, где ему будет так небезопасно. Феликс чуть ли не каждый день просится погулять. Чонину не хочется быть плохим папой, вот он и гасит в себе желание отказать, лишь бы сын был счастлив.

***

В городе и вправду была своя какая-то особенная атмосфера, словно более яркая, чем на территории поместья. Люди вовсю готовились к празднику в честь хорошего урожая, а именно граната, который в этом году порадовал жителей города множеством плодов. Тут с этой ягодой даже связана какая-то легенда, возможно поэтому у людей вокруг так светятся глаза. Везде висели флажки, украшения на прилавках магазинов, плакаты с объявлениями разных развлекательных программ, на ступеньках небольшого дома сидел старичок и плёл для детей, окруживших его со всех сторон, браслеты из гранатовых семян. Феликс словно маленький ребенок рассматривал это всё. Глазки его сверкали так, будто исполнилось одно из его самых заветных желаний. Кристофер и Чонин шли позади сына и тепло улыбались, видя, какое впечатление произвела на Феликса только начавшаяся прогулка по городу. Стоило им подойти к улице, где находилась городская школа, они все остановились по просьбе Феликса. — Сынок? — Чонин чувствует, что здесь что-то не чисто. Не просто же так подросток решил посмотреть на то, как из школы выходят дети. Феликс поворачивается к родителям и хватает их за руки, а на его лице читается надежда на что-то. — Можно мне в эту школу? — тихо спрашивает он. У Чонина тут же обрывается что-то внутри. Он резко освобождает руку от хватки сына и потихоньку начинает закипать. — Еще чего, — шипит вампир. — Папа… — Феликс переводит взгляд на Кристофера, но он тоже растерянно стоял в стороне. Полукровка родителю одними губами сказал: «пожалуйста». — Чонин… — Ян остановился, посмотрел и на мужа и на сына по очереди и ушёл вперед, добавляя одно: — Это не будет обсуждаться. Я всё сказал. Кристофер вздохнул и пожал плечами, приобнимая сына за плечи, немного похлопывая. Феликс закатил глаза и обиженно пошагал за Чонином.

***

По прибытию домой Ян сразу же ушёл в спальню, дабы сбавить свой пыл, чтобы случайно не сорваться на домашних. Тем временем как Кристофер предложил сыну с ним вместе отправиться в стаю. Сказать честно, полукровка не горел желание туда идти, ведь он знает, что кроме как бабушки с дедушкой ему в станице никто рад не будет. — Ну что ты, пошли, развеешься, — подбадривает сына волк, — тем более наша станица не хуже городка будет! Так что нос не вешай и пошли. — Ну па-а-п, — тянет парень. Кристофер только цыкает на такое поведение сына: — Послушай, вампирчик, давай оставим твоего папу наедине с собой, ему точно нужно переварить сегодняшнюю прогулку, — говорит Крис, присаживаясь на край кровати сына. — А мы пока к родителям моим забежим, твоя бабушка как раз хотела тебе ягод передать, а еще по дороге домой может и Сынмина вытащим из плена его семьи, — Феликс хихикает, ему нравится слышать, как отец называет дом и семью двоюродного брата пленом. — Хорошо, пошли, только можно еще в ведьминскую деревню забежать? Ингредиенты куплю. Бабуля скорее всего много ягод передаст, чтобы они зря не пропали, испеку с ними пирог. — ты ж мой пекарь, конечно можно, — Кристофер треплет сына по голове и выходит из комнаты, говоря, что предупредит Чонина об их уходе и сразу же спустится. Вампир выходит на балкон, провожает взглядом мужа с сыном и заходит обратно. В голове мыслей так много, и среди них ни одной хорошей. Что такого он сделал этому миру, что на плечи вампира решили повесить груз в виде желаний сына? Эх, если бы он знал ответ на этот вопрос, ему было бы гораздо легче. А пока Ян поправляет рукава своей блузки и с отвращением смотрит на шрам, что появился у него еще в раннем детстве. Именно этот шрам держит в памяти Яна тот день, когда маленький вампир, вместо того чтобы слушать дедушку и его наставления по защите от охотников, убежал в лес, ибо ему было слишком скучно дома.

***

— Мой маленький граф, ваш дедушка будет ждать вас и вашу сестру во дворе, — говорит ему нянечка. Чонин капризно мотает головой, всем своим видом показывая, что не хочет он идти на эти учения от дедушки. — Зачем мне это надо? Нет никаких охотников! Вон ни папу с мамой, ни дядю, ни тетю, никого не ловили эти охотники! Это только дедушке попадались они. А сейчас их нет больше! Так зачем мне идти? Может это все выдумки! — всё задавался вопросом маленький Чонин. Он совсем не понимает, зачем ему надо знать, как от охотников спасаться, если нет их больше. Никто на их род уже давно не охотился. Присматривающая пыталась всеми силами уговорить маленького неугомонного вампира сходить на это занятие. И кажется у нее получилось, хотя так думала только она, ведь что во дворе кроме старшего графа и сестры Чонина не было никого. В тот день родители Яна всё поместье, всех прислуг на уши поставили, приказали всем искать их мальчика. Все углы пусть перероют, но главное чтоб из любой точки света Чонин был возвращен домой живым и невредимым. А Чонин на самом деле вылетел из окошка своей комнаты, тогда, когда во дворе не было никого, кто мог его заметить. Летел он туда, куда глаза его темные глядели, так он и попал в лес. Мальчику поначалу нравилось там, так загадочно и по особенному хорошо было тут находиться. Нет никаких ворот, через которые нельзя переходить. Нет строгих учителей, что вечно были недовольны и всегда слишком много задавали. Нет трусливых родственников, которые внушали, что за пределами дома опасно. Из летучей мыши он превратился обратно в ребёнка и с сияющими глазами стал осматривать все вокруг, трогать красивые цветы, коих на территории поместья не было. — И ничего не опасно здесь. Выдумали всё, чтобы спрятать от меня и сестры эту красоту, — недовольно пробурчал он себе под нос. Правда, на счёт «опасно» Ян очень сильно ошибся. Через некоторое время, мальчик услышал недалеко от себя выстрел, а после почувствовал жгучую боль в руке. Стрела с серебристым наконечником прошлась по предплечью вампира. Чонин схватился за руку и в панике стал бегать глазами, чтобы найти того кто запустил эту стрелу. Откуда-то из-за деревьев сразу же вышел охотник и рядом с ним мальчик, на вид ровесник Чонина. — Попался, — ухмыльнулся мужчина, — так и знал, что не всех еще перебили! Чонин испугано дрожал всем телом, не зная как поступать. Бежать не получится, охотники его сразу поймают, в худшем случае застрелят на месте. Он ранен и простреленная рука даёт о себе знать, не прекращая каждый раз, при малейшем движении адски жечь и заливать кровью его одежду. — Чанбин, смотри как нужно расправляться с вампирами, — у Чонина от этих слов мужчины выступили слезы. Ему еще никогда не было так страшно, как в тот момент. Он шептал себе под нос что-то, умоляя, чтобы кто-то из семьи поскорее нашёл его. И Яна будто услышали, потому что почти в тот же момент, как он начал об этом думать откуда-то прорезался голос папы. Чонин от осознания, что его нашли, начал плакать звать родителя к себе. — Папа! Папа, я тут! — слезливо кричал вампир, со страхом смотря на охотника, что готовился к новому выстрелу. Но он не выстрелил, точнее отец Чонина успел перенаправить арбалет, чтобы в сына не попало. — Чертов Ван Хельсинг, только попробуй притронуться к моему сыну, — прошипел старший Ян, сжимая сильнее руку охотника. — не поздоровится и тебе, и твоему сыну, — вампир до ужаса сильно впился ногтями в кожу охотника, заставляя его извиваться от боли, и вдруг поймал себя на том, что у него самого глаза залились красным от одного вида крови. Чтобы не потерять контроль над собой, он с силой откидывает руку охотника и идет к своему сыну. — еще хоть один раз увижу тебя или кого-то из вашего проклятого рода рядом с моим ребенком, от вас живого места не останется. — С этими словами граф поднял сына на руки и направился домой. Тогда Чонину сильно досталось от семьи. Наказали его на две недели уж точно, может и меньше, но дни, проведенные только в стенах дома, казались жутко длинными, и мальчик совсем потерялся во времени. Будучи маленьким Чонин вынес для себя один важный вывод: охотники есть, и они не жалеют никого, будь их жертвой взрослый или ребенок — им без разницы, они убивают без малейшего сожаления.

***

Вампир устало вздохнул. иногда ему самому надоедают плохие мысли, но выкинуть эти воспоминания их головы — значит забыть урок, который преподнесли ему охотники. Пока он сидел в комнате, он не заметил, как дом наполнился громкими разговорами, смехом, а когда вышел, остановившись около лестницы, столкнулся с приятным запахом выпечки. Ах, его сын такой талантливый, умный и добрый смог бы стать будущим вожаком и помогать отцу, но. птичка хочет свободы. А кто такой Ян Чонин, чтобы запереть Феликса в клетку? Он волен сам выбирать свою судьбу. Немного поразмыслив, граф спустился на первый этаж, остановился около кухни. Все резко замолчали, ожидая чуда. — Хорошо… ты пойдёшь в ненавистную мне школу для людей. — Феликс уже хотел радостно запищать от такой новости, но Чонин продолжил. — но при условиях. Во-первых, Сынмин идёт с тобой, — Минни удивленно смотрел то на счастливого брата, то на дядю, по взгляду которого было четко понятно, что он говорит на полном серьезе. — вдвоём будет легче отбиваться от этих тупоголовых. И, во-вторых, рассказываете мне обо всем, даже если вам кажется, что это пустяк, ясно? Чудо произошло. Феликс отложил палочки и полетел к папе, крепко обнимая. Чонину оставалось лишь гладить сына по спине, наблюдать за увеличенными глазами племянника и нежной улыбкой и глазами полных любви и обожания супруга. — Спасибо! Спасибо! Спасибо, папа! — Ликси мог, кажется, еще пару сотен раз поблагодарить папу. — Я обещаю, что мы будем приглядывать друг за другом, не ввязывать в неприятности и хорошо учиться! — Мне плевать на оценки, главное ваша безопасность. Для этих тупоголовых людей вы слишком умные. Под веселое хихиканье Феликса граф сел рядом с мужем и положил голову на его плечо. — Ты поступил умно, — сказал Кристофер поглаживая вампира по его темным, шелковистым волосам. Чонин поднимает свой взгляд на мужа, и Бан видит в этих глазах переживание. — Умно, потому что согласился с хотелкой Ликса? — Нет, потому что ты не позволил страху принять за тебя решение, — Чан знает, насколько тяжело Чонину приходятся такие решения. И он правда горд за мужа, за его маленькие победы над внутренними страхами. А у самого Чонина всё еще борьба внутри. Он пока не может полностью принять то, что сам только что сказал. Было чувство такое, словно это всё слишком импульсивные слова. Он хочет чтобы прямо сейчас можно было повернуть время вспять и не давать никакого разрешения. Но смотря какой счастливый рядом Феликс, Чонин понимает, что просто не мог никак по другому поступить. — Я ведь правильно поступил? — оборотень кивает вампиру. — Посмотри сам, Феликс светится как только что начищенное стекло. Да и что может произойти с ними рядом с «тупоголовыми»? Все будет хорошо, верь мне. И Чонин верит.