Второй шанс

      Цыганка снова появилась в Успенском переулке. Матреша увидела, что из дома в сопровождении двух лакеев выходят старушка и молодая женщина с толстой косой. Цыганка торопливо перебежала улицу, чтобы оказаться ближе.       Соня помогала барыне забраться в коляску. Потом сама легко запрыгнула на подножку с кошачьей грациозностью. Цыганка выскочила прямо перед лошадьми, чтобы вглядеться в лицо соперницы. Темный взгляд, изогнутые дугами брови, чувственные губы. Красивая, завистливо заключила цыганка, узнав черты из портрета, который однажды набросал Долохов. Соня, поймав на себе взгляд, смутилась, поняв, что ее оценивающе оглядывают.       Коляска тронулась, Матреша осталась у дороги. В ее голове зрел план мести.       Ее связь с Долоховым началась еще до войны с французами. Он поразил ее воображение своей дерзостью и удалью. Цыганка жила под его крышей почти год перед тем, как он уехал в полк. После пожара в Москве она бежала и вернулась уже в 1814 году. Тогда же она узнала, что Долохов снова живет в городе. Она сама нашла его, и все опять завертелось.       Его властность и буйный нрав сковали ее волю. От него цыганка была готова вытерпеть что угодно. Измены — Долохов при ней водил в дом актрис. Порой они даже развлекались втроем с какой-нибудь из его новых девиц. Временами он ухлестывал за какими-то изящными барынями, те реже, но тоже пару раз появлялись в его доме. Пропажи — Долохов, не предупредив, мог исчезнуть на несколько недель. Постоянное пьянство — он пил почти каждый день, но всегда сохранял рассудок. А еще у него бывали дни, когда он, как будто соскучившись, вдруг выкидывал что-то пугающе жестокое. Провоцировал кого-то на дуэль неожиданным оскорблением, но из всех драк выходил победителем. Заключал немыслимые пари на огромные суммы, рискуя собой.       Цыганка, которая робела перед ним, обожала даже эту темную сторону. А ведь была еще и светлая.       Долохов был щедр — никто не дарил ей столько украшений и не давал столько денег. Он заставлял прислугу обращаться с ней как с госпожой. Любил ее пение. Пытался учить ее читать и не сердился, когда у нее ничего не получалось. Однажды сводил в маленький театр, но Матреша ничего не поняла, только разглядывала с любопытством наряды и грим актрис. Когда она заболела, вызвал ей одного из лучших врачей в Москве. Никогда не смеялся над ее страхами, хотя сам ничего не боялся, и умел ее успокоить. Когда начиналась гроза, пугавшая Матрешу до дрожи, она бежала к Долохову, если он был дома, и садилась у его ног. Мужчина гладил ее по голове, и она чувствовала себя под защитой. Еще была все затмевающая страсть. Долохов ценил в ней отсутствие стыда.       В конце концов, в отличие от других любовников, он ее никогда не бил. Долохов применил к Матреше силу только один раз — когда она пыталась порвать письмо от той девушки, которую она теперь встретила.       В сердце Матреши билось желание лишить эту барышню красоты. Она представляла себе быстрый удар ножом по лицу, брызнувшую горячую кровь. Справившись с первым чувством ревности, цыганка отказалась от этого плана, за который ей самой пришлось бы заплатить жизнью. Она решилась действовать тоньше.       Через два дня, когда Соня с Белозеровой вернулись после пикника в парке, цыганка возникла перед ней и бросила под ноги черную землю.       — Земля пожрет тебя! — зашипела Матреша, тараща глаза. Соня замерла, она в ужасе смотрела на цыганку. — И страдать тебе перед тем вдвое больше, чем пришлось страдать мне.       Татьяна Васильевна быстро нашлась. Она громко велела лакею дать по шее этой мерзавке. Цыганка уже пустилась наутек, высоко подбирая юбки.       Соня на святки всегда гадала и иногда даже верила в это незатейливое домашнее колдовство. Проклятие по-настоящему ее испугало. Вечер был испорчен. Тем не менее на следующий день девушка почти забыла о неприятном происшествии. Когда Белозерова спала после обеда, она вышла на улицу, намереваясь прогуляться перед домом. Матреша снова появилась перед ней. На этот раз она выплеснула барышне в лицо воду из чашки. Соня вскрикнула.       — Как стекает вода, так и красота стечет с твоего лица. Как высыхают капли, высохнет твое тело, — произнесла грудным голосом цыганка. Соня попятилась и побежала обратно к двери.       За ужином взволнованная девушка разбила чашку и порезалась об осколки. Этот эпизод теперь представился ей в черном цвете. Она стала всматриваться в свое отражение, ожидая, что черты скоро начнут расплываться, как грозила колдунья.       Татьяна Васильевна велела прислуге гонять цыганку. Вскоре на крыльце появились нарисованные чем-то бурым знаки. Их оттерли, но они появлялись вновь. Матреша часто вертелась поблизости. Соня замечала ее во время выездов. Та издалека делала какие-то пассы руками и что-то выкрикивала. Компаньонка Белозеровой всерьез начала опасаться выходить из дома. В субботу она все же решилась ехать с барыней в театр. От этого удовольствия Соня не была готова отказаться.       За час до планирующейся поездки Соня вышла через дверь для прислуги, чтобы отдать распоряжения по приготовлениям конюху. Рядом хлопнула калитка — цыганка вошла во двор.       — Что тебе от меня надо? — Соня вытянула вперед руки, подняв ладони.       — Отрекись, отринь того, у кого цвет весеннего неба в глазах и солнце в волосах, — заговорила цыганка, не отходя далеко от калитки, чтобы в случае чего юркнуть назад на улицу. Соня сразу вспомнила голубые глаза Долохова и его светлые кудри. — Коль развяжешься с ним, то и зло, мною наверченное, от тебя отвяжется. А если встретишься с ним еще, втрое усилится мое проклятие. И ломать будет твои кости, волосы вылезут, а глаза вытекут. Сгниешь изнутри и сгинешь.       Соня, услышав эти слова, внезапно испытала не страх, а обиду. Почему она должна отказываться от него? Соня подумала, что ближе Долохова и Татьяны Васильевны у нее никого нет. О семье она почти не вспоминала. Девушка совершенно не по-барски вдруг свернула кукиш — знак, отгоняющий сглаз, — и показала цыганке. Та удивилась, но быстро взяла себя в руки. Матреша хотела придумать еще какое-нибудь страшное проклятие, но барышня возвысила голос — она звала прислугу. Цыганка бросилась бежать.       Долохов, которого Соня надеялась встретить еще до начала спектакля, опоздал. Он вошел в зал, когда свет уже не горел. В перерыве он поднялся к Белозеровой в ложу. Его встретил молящий Сонин взгляд, девушка сама поднялась навстречу.       — В чем дело? — Долохов почувствовал неладное. Соня с отчаянным выражением на лице прикоснулась к его руке и осталась в таком положении. Мужчина не двигался. Девушка прислушивалась к своим ощущениям. Не похоже было, что проклятие сбывалось. Рядом с ним, наоборот, становилось спокойнее.       — Извините, — пробормотала Соня, отходя и садясь назад на свое место, — вы только не смейтесь, но мне нужно кое-что вам рассказать.       Долохов перевел вопросительный взгляд с Сони на барыню. Белозерова ободряюще ему улыбнулась. Старушка притворялась, что не видела только что того, как ее компаньонка метнулась к мужчине. Он сел возле Сони.       — Меня уже несколько дней преследует цыганка, — сказала Соня. Выражение лица Долохова стало кислым. Он был уверен, что знает, о какой цыганке речь. Только как, интересно, Матреша нашла ее?       Девушка поспешно пересказывала ему, как цыганская колдунья ее пугала. Долохов, хоть и был раздосадован, отдавал дань должного изобретательности Матреши. В гаданиях и колдовстве любовницы, в которые ни секунды не верил, он всегда находил своеобразную поэтичность. Соня не скрыла от него ничего, даже последнюю встречу с цыганкой, во время которой та требовала отказаться от Долохова.       Браво, Матреша, подумал он. Признаваться в том, что Соню преследует его бывшая любовница, Долохов не собирался. Когда Соня взглянет на ситуацию трезво, вероятно, сама обо всем догадается.       — Только не говорите мне, Соня, что вы суеверны. Это умаляет ваш ум, — насмешливо сказал он. Соня выглядела пристыженной.       — Немного, — ответила она.       — И что же, боитесь черных кошек, перебегающих дорогу? — мужчина ее откровенно дразнил.       — Кошки мне нравятся, — задумчиво сказала Соня. — А вот зайцев — да, побаиваюсь.       Заяц, перебежавший дорогу, имел то же значение, что и кошка. Однажды Соня отказалась сопровождать Николая Ростова на охоту, потому что перед их санями выскочил косой. Она вернулась домой, а кузен тогда отправился дальше. День у него действительно сложился крайне неудачно. Волк ушел, лошадь попала ногой в яму, гусар вылетел из седла и чудом не свернул шею.       — Я вас уверяю, что заяц ничуть не страшнее кошки. Он, конечно, кажется крупнее, но кошка вам скорее может навредить, оцарапав.       Соня, слушая его, все больше успокаивалась. Разбирая случившееся, девушка приходила к выводу, что после встреч с цыганкой ничего страшного с ней не произошло.       — Вы думаете, мне стоит просто не обращать на нее внимания? — спросила Соня.       — Ну почему же, — Долохов придумал, как ответить Матреше, — знаете, цыгане сами верят в свои сказки больше всех. Они в этом смысле, как дети. Когда цыганка явится, прокляните ее в ответ как-нибудь позаковыристее. Только не пытайтесь подражать ей с этими фокусами с обливанием и прочим.       — Вы шутите? — Соне такое никогда не бы не пришло в голову. — Как я могу ее проклясть?       — Наобещайте ей чего-нибудь устрашающего, только не конкретного, а то, если не сбудется, она не испугается.       Дерзкая идея Долохова ее увлекла. Соня решилась последовать его совету.       На следующий день девушка вышла из дома одна. Она надеялась, что цыганка опять ее найдет. Матреша, которая следила за домом уже два часа, быстро побежала вдоль забора, чтобы выпрыгнуть перед барышней.       — Как день исходит, так и твое время истекает, — Соня вначале услышала голос с цыганским акцентом, а уже потом увидела свою преследовательницу. Та продолжала. — Беды в тенях прячутся, крадутся, приближаются. Не скрыться, не увернуться, не отразить, — Матреша на этих словах рассчитывала увидеть испуг на лице соперницы. Девушка стояла на месте, не пыталась бежать и внимательно ее слушала. — Злой рок тебя настигнет.       Соня пошла вперед, к цыганке. Они были примерно одного роста. Темные глаза барышни оказались прямо перед ее лицом. Спокойствие жертвы показалось Матреше неправильным. Девушка подняла руку и положила ее на плечо цыганки. Странный жест.       — Я забрала твою удачу, — сказала Соня ей в лицо. Матреша отступила, стряхивая ладонь девушки с себя. Эти слова поразили ее. Взгляд барышни показался ей почти черным — ведьминским. Она сделала еще три быстрых шага назад и едва не угодила под проезжающий экипаж. Матреша неловко отскочила и упала на колени, содрав кожу. Она бросила быстрый взгляд на барышню. Девушка улыбалась. Цыганку захватил страх, женщина поднялась и поспешила прочь, не оглядываясь.       Соня, чрезвычайно довольная собой, вернулась в дом, где ей пришло в голову одно воспоминание. Девушка пошла к себе в спальню и стала перебирать письма Долохова, которые бережно хранила. В одном из первых он описывал ей свою жизнь. Соня быстро пробежала глазами текст. Там было что-то про красивую женщину. Вот это место — «она цыганка». Ах ты ж! Позже в переписке между делом Долохов упоминал, что разошелся с ней. Причин он не называл. И Соня не осмелилась предположить, что это произошло из-за нее.       Долохов приехал домой под утро, уже рассвело. Он был приятно пьян. На крыльце сидела Матреша. Вид у нее был жалкий. Лакей, узнавший ее, не стал пускать в дом, но и не прогнал.       — Меня ждешь? — беспечно бросил Долохов, приближаясь. Женщина подняла на него измученное лицо.       — Она ведьма, — сказала цыганка. Долохов усмехнулся. — Слышишь меня? Говорю тебе, она ведьма!       Цыганка бесстыдно задрала юбку, показывая разбитые коленки. Она быстро рассказывала, как барышня прокляла ее, а потом она едва не угодила под лошадей. Затем у торговой лавки Матрешу облили помоями. На самом деле хозяйку просто разозлила цыганка, которая стояла у входа и отпугивала покупателей. Позже Матреша встретилась со знакомым купцом, который любил иногда провести с ней время, за что подкидывал деньжат. Вопреки обыкновению он был мрачен — у него не выгорела крупная сделка. Зло он сорвал на цыганке, которая неуместно и показательно веселилась.       — Я все поняла. У нее черные глаза — колдовские, — говорила цыганка о Соне. Долохов в каком-то смысле был согласен, что у Ростовой волшебный взгляд. — Она из тех ведьм, что в кошек оборачиваются. Видел, как она ходит? Как на мягких лапах.       — Ну так не суйся к ней больше, — посоветовал Долохов.       — Мне уже поздно беречься, чувствую сглаз сильный, — обреченно произнесла цыганка. Мужчина едва удержался от смеха. Он попытался обойти ее, Матреша подскочила и схватила его за предплечье. — Себя не спасу, так дай попробовать тебя уберечь.       — Меня неудачи не преследуют, — сказал он и дернул рукой, цыганка держала крепко.       — Околдовала она тебя. Я вижу. Дай мне попробовать приворот снять, — молила женщина. — А не то она сердце тебе из груди вынет.       Долохов мягко отодвинул Матрешу от себя, заставляя отпустить.       — Уже вынула много лет назад, — произнес он. — И я об этом не жалею.       Он проснулся днем. Лакей подал ему письмо от Сони, которое пришло еще утром.       Вы могли сказать мне, кто эта цыганка. Вы ведь ее знаете. И почему она меня преследовала?       Ответ Соня получила вечером. Долохов был чуть более многословен, чем обычно.       Конечно, я мог сказать вам, кто она. А еще мог бы напугать ее вместо вас. Но тогда, Соня, вы бы не постояли за себя.       Девушка почувствовала справедливость его замечания. Действительно, она никогда не отвечала окружающим на нанесенные обиды. А вчера смогла защититься. Сама.       Матреша была на вас рассержена за ту переписку, которую мы с вами вели. Уверен, она больше не явится к вам. Лишить ее удачи — весьма оригинальный ход. Поздравляю.