Я — для тебя

Маша смотрит в окно автомобиля Лауры и, честно говоря, ход её мыслей уже «под шофе», и без алкоголя. Она вспоминает жизнь со своим суженым-ряженым — да, счастье. Типичное такое счастье из дамских романчиков. Рестораны по выходным, моря по отпускам. Поцелуи перед сном и перед уходом на работу. Но разве он раз, хотя бы раз смотрел на неё так, как Лаура? С этой нежностью и заботой. Такой контраст с образом, который она отыгрывает на камеру. Хотя Лаура восхищает её и в образе строгой директрисы «школы леди», и сейчас — без образа, просто она. Маша как-то запоздало понимает, что, наверное, не любила мужа. Да, ей с ним было хорошо. И он подарил ей достаточно хороших моментов, чтобы если и считать его козлом, то не полным. Но всё же это была обычная привязанность. Ей было хорошо с ним, и этого отрицать нельзя. Но рядом с ним её сердце не начинало биться чаще. И его рядом с ней, судя по всему, тоже. Лаура даже не смотрит на неё, она сконцентрирована на дороге, но сердце Маши бьёт рекорды по количеству ударов в минуту. Возможно, своего объевшегося груш мужа ей даже нужно поблагодарить. Он раньше неё понял, что нельзя всю жизнь прожить с человеком, рядом с которым тебе просто хорошо, а не волшебно. Не крышесносно. Не окрыляюще. Рядом с Лаурой ей всегда было именно так. Пусть даже она этого не осознавала полностью. Маша прячет улыбку. Столько лет живёт, опытная женщина, а до сих пор считает, что Лауру она «просто-уважает-как-коллегу-ничего-личного-но-она-такая-красивая-и-потрясающая-божечки». И хотя она понимает, что взаимности ожидать от Лауры — всё равно что ждать снега летом, она разрешает себе помечтать. Особенно когда смотрит на пальцы Лауры, держащие руль. И на выбившуюся прядку волос. Маша позволяет своему внезапно лирическому чувству плыть свободно, она не ограничивает его. Это не пошлость, не замена уже-не-мужу. Это подсознательное, поэтическое чувство. Эмоциональный бриз свободы от самой себя. Маша признаётся себе, что Лаура ей нравится. В самом возвышенном и чистом понимании слова «нравится». И одновременно в самом глубоком, искреннем и сильном. Её бывший муж одним сообщением перечеркнул всё, что у них было. Почему она одной мыслью, одним маленьким разрешением самой себе, не может позволить себе стать счастливой хотя бы на один вечер? Лаура паркуется возле какого-то магазина. Ой, а Маша совсем забыла, что они собирались купить бутылочку чего-то очень вредного, но заманчивого. — Уже решила, чего хочешь? Маша хочет сказать «прикоснуться к твоей руке, а лучше — погладить щёку…», но вовремя прикусывает язык. — Я думала, мы пойдём вместе. Лаура улыбается. — Уже вижу на всех фанатских сайтах: «Лаура Лукина и Мария Третьякова пришли покупать алкоголь вечером, а потом поехали в неизвестном направлении в одной машине». Маша отмахивается с видом «тю, какие пустяки». В который раз заставляя себя жить только здесь и сейчас, а не в прошлом или в будущем, она говорит: — Не переживай, о нас и без этого чего только не писали. — Маш, тебе наливать не буду, ты уже навеселе, я посмотрю. — Но Лаура знает, что этот перепад настроения связан со стрессом. Маша мало спит, много работает и ещё больше нервничает. Вот и получается закономерный результат. — Не дождёшься. Давай, пойдём уже. Не то не продадут, одиннадцать скоро. Лаура усмехается, но больше не пытается переубеждать свою коллегу. В магазине людей нет, уже поздно. Продавцов тоже мало, да и те настолько устали, что им некогда всматриваться в покупателей. Да и вообще, не все же в курсе шоу «Пацанки». Или каких-то ещё шоу. — Выбирай быстрее, не то будем пить детское шампанское, — произносит Лаура, глядя на время. Маша выбирает алкоголь так, как Лаура себе и представляла — словно фея выбирает, какого цвета у неё сегодня будут крылышки. — Интересное, да? — спрашивает она сама у себя, рассматривая этикетку полусладкого. — Но настроение не то. Хочу шампанского. Ты хочешь? — Разумеется. Я доверюсь твоему вкусу. — Краем глаза Лаура замечает, как продавец пристально на них смотрит. Либо узнал, либо подумал, что две алкоголички решили вечерком украсть себе пару бутылочек для вечерней попойки. Возможно, второе, потому что день съёмок дал о себе знать, да и лицо у Маши до сих пор немного заплаканное. — Мой вкус говорит… — она задумчиво рассматривает стеллаж с шампанским, будто картины в галерее, — розовое шампанское? Звучит романтично. Лаура хочет указать на явно случайно произнесённое «романтично», но продавец подошёл слишком близко. — Через пять минут пробить не сможем, давайте на кассу, — устало говорит продавец. — Да, я как раз выбрала. — Маша подходит к кассе и продавец пробивает покупку. Лаура хочет оплатить сама, всё-таки, её идея была, но Маша уже прикладывает свою карту к терминалу. До дома Лауры сравнительно недалеко. — Что же ты там выбрала? Похвастайся, — просит Лаура, выводя машину с парковки на дорогу. — Розовое шампанское, Испания. Одиннадцать градусов всего, так что утром трагедии не будет. Надеюсь, будет вкусное. Лаура снова молчит, но на «всего» так хотелось указать! Одиннадцать градусов для неё — это «всего». А Мария Владимировна не такая простая, как кажется на первый взгляд… — И вот видишь, никто ничего не стал замечать, говорить, фотографировать, — продолжает рассуждать Маша. Словно эти разговоры её успокаивают. — Ты слишком много думаешь лишнего. — Ты же сама раздражаешься с огалтелых фанатов, которые нас шипперят, — напоминает Лаура, останавливая машину на светофоре. Она улыбнулась, посмотрев на Машу. — Раздражаюсь, и что с того? — Маша обижается. Точнее, делает вид, что обижается. И Лаура это понимает. — Меня вообще мало радует, что мне постоянно смотрят в рот и в постель. Надоело. — Маш. Я понимаю, что мы — медийные личности, всё такое… — Лаура вздыхает и возвращает взгляд к дороге. — Но всё же. Пойми, мы не всегда под камерами. Мы простые люди, которые снимаются для телешоу, вот и всё. Мне тоже нужно это понять. — По крайней мере, тебя не ждет размусоливание желтыми газетками того, что тебя бросил муж. Легко тебе говорить, что мы люди. А я уже и сама не понимаю, кто я и чего хочу. — Приедем домой — помогу понять, моя запутавшаяся в себе девочка, — обещает Лаура. После этой фразы Маша удивительно мягко и спокойно, несмотря на вспыхнувшее пламя в районе сердца, осознаёт, что Лаура на её волне. И уже с трепетом и предвкушением — что шампанское обязано помочь эту волну поймать.