Back to you | Вернуться к тебе

(Неделя спустя, воскресенье) С того момента, как Чон Юнхо спросил бывшего супруга про второго ребёнка, прошла неделя. Не сказать, что Джун постоянно думал об этом, но моментами возвращался к разговору в перерывах, пока Чон Уён мирно спал. К сожалению, мальчик так и не выздоровел, наоборот сильнее разболевшись. Оба родителя надеялись, что Ён поправится за несколько дней при должном уходе, но температура практически не спадала и даже перевалила за тридцать восемь, из-за чего пришлось всё же вызывать врача. Ким так перенервничал, что музыкант уж думал, что врач потребуется не только сыну, но и бывшему супругу, который не находил себе места. Младший даже решил взять больничный, потому что уж слишком опасался за здоровье своего мальчика, да и не может же Чон Юнхо вечность проводить в их доме. Музыканту также требовалось немного личного пространства, отдыха и хорошего сна, потому что именно за этим он в Корею и приехал. Только вот сам Чон старший считал, что поступит неправильно, если бросит Хонджуна и уедет к себе домой в момент, когда ему больше всего нужна поддержка. - Почему ты снова приехал? Я же сказал тебе ехать отдыхать. - ворчит тёмноволосый, встречаясь взглядом со стоявшим на пороге его квартире Чон Юнхо. Тот улыбался чуть ли не до самых ушей, держа в руках донельзя заполненные пакеты. - Хонджун, у меня впереди целые месяцы на этот отдых и хорошенько вздремнуть я успею, а сейчас нам нужно позаботиться о нашем сыне. Так что держи пакет с лекарствами и дуй в комнату лечить его. Я пока разберу продукты и приготовлю нам чего-нибудь! - всучив молодому человеку небольшой пакетик со всеми необходимыми лекарствами, Чон, шаркая тапочками, плетётся на кухню. - Спасибо... - уставши шепчет сам Джун, с благодарностью и толикой нежности смотря бывшему супругу в спину. Всё то время, что он находится рядом, Хонджун более-менее чувствует себя нормально и спокойно. Лишь благодаря старшему он порой может закрыть глаза и поспать, зная, что в случае чего Хо сам встанет и даст Уёну все необходимые лекарства. - Кстати, солнце. Что скажешь, если мы все вместе поедем за город? - негромко спрашивает музыкант, зная, что дверь в спальню супруга открыта и он его слышит. - Врач сказал нам, что Уёну будет полезен свежий воздух, солнце и природа в целом, так что я подумал, что мы могли бы выбраться втроём за город. Наверное, ты не помнишь, но у моего отца остался домик в деревне, а там как раз и свежий воздух, и солнце, и природа. Уёну там обязательно понравится, я уверен. Мы можем провести там неделю, как врач и посоветовал, или больше, если захочешь. Что скажешь? - Я немного не уверен. - честно признаётся тёмноволосый, дав сыну лекарство и сразу же покинув пределы спальни, чтобы дать ему поспать. Сон - главный залог здоровья, поэтому пусть лучше побольше будет спать, нежели часто просыпаться в слезах из-за головной боли. - Почему нет? - с грустью спрашивает Хо. - Мы ведь поедем туда ради него. Ему это сейчас необходимо, как и тебе моя помощь. Да и не смогу я бросить вас там одних. - Дело совсем не в этом, Юнхо. Я просто... Понимаешь, всё это выглядит слишком по-семейному. Ты, я, наш Ёни, совместная забота о нём, ночи в одной постели, завтраки и прочее другое, что создаёт иллюзию нашей счастливой семьи. Это здорово, даже приятно, но непривычно. Я не привык к тому, что мы с тобой проводим так много времени вместе, что живём практически супружеской парой. Не привык. - Я понимаю. Но Джуни! - оставив пакеты с продуктами в покое, тёмноволосый стремительно сокращает между ними расстояние, взяв руки Джуна в свои. Несильно сжимает их, большими пальцами оглаживая кожу тыльной стороны ладоней, которая за эту неделю стала немного шершавой. - Пожалуйста, дай мне шанс. Я хочу показать тебе, что достоин снова быть рядом с вами и готов сделать для этого всё. Мне тоже непривычно из-за происходящего, но я не хочу, чтобы это всё прекращалось. Хочу как можно больше времени проводить со своей семьёй. С тобой в частности. - последнее Чон старший добавляет очень-очень тихо, но слова эхом разносятся в уже привычной тишине квартиры. Музыкант, набрав в лёгкие побольше воздуха, аккуратно кладёт ладонь на щёку бывшего супруга, нежно поглаживая, и Ким Хонджун, прикрыв глаза, наслаждается этой лаской, которая была для него сейчас такой необходимой. Он устал постоянно волноваться и переживать, желая хоть на несколько минут забыть обо всём и просто почувствовать себя любимым, нужным. Джун знает, что супруг нуждается в нём и готов ждать столько, сколько потребуется, но лично для него всё начинает путаться и он просто не понимает, чего хочет. С каждым разом одна его часть кричит всё громче и громче, что им нужно сойтись, ведь рядом с Чон Юнхо молодому человеку действительно хорошо, но другая часть по какой-то причине всё отрицает, приказывая затолкать свои чувства и желания куда подальше. Тёмноволосый чувствует себя слишком бесполезным. Он взрослый человек, но не может решить всё так, как и подобает взрослым. Вместо этого он ищет сотни отговорок, которые лишь оттягивают неизбежное. Ну вот и почему всё так? - Малыш. - ласково шепчет музыкант, заставляя чужое сердце забиться в бешеном темпе, а бабочек в животе проснуться. "Малыш" всегда так нежно звучало и звучит из уст Юнхо, что Хонджун готов на месте разрыдаться. - Ты сомневаешься, я знаю. Я тоже порой сомневаюсь в своих действиях, но, если мы не попробуем - не узнаем. Я не прошу тебя в данный момент просто взять и забыть все обиды, принимая меня обратно, я просто прошу шанс. Ещё один шанс. Я докажу тебе, что теперь моя работа не самое главное в жизни и докажу, что мои чувства всё ещё теплы. - Юнхо. - начинает младший, вдруг затихнув. Его взгляд приковывается к их соединённым рукам и он сам не понимает, как теряется во всей нежности этого простого жеста. Как давно они по-нормальному не держались за руки? - Давай съездим в деревню. Уёну будет полезно. - и слабо улыбнувшись, тёмноволосый аккуратно вытягивает свои руки из плена чужих, направляясь в сторону спальни, откуда его тихим хриплым голосом звал сын. - Тогда я всё подготовлю. Поедем сегодня вечером! - отвечает музыкант, воспринимая данный ответ за "Да" на просьбу о шансе. Ким и правда немного запутался - это чувствуется, но Хо сделает всё, чтобы его чувства прояснились и у них наконец появилась хоть какая-то определённость. Чхве Сан тем временем, поставленный в известность, что лучший друг на больничке с сыном, поскорее мчит в кафе, где они с Сон Минги должны были встретиться ещё двадцать минут назад. На дороге, к сожалению, образовалась пробка и светловолосый, по своей глупости, совсем забыл написать младшему о том, что задержится, поэтому быстро бежал с надеждой, что его всё-таки дождались. И на сердце сразу становится тепло, когда Чхве заходит в помещение, замечая за одним из столиков серую макушку. Они с Ги не виделись три с половиной дня из-за загруженности на работе и Сан буквально всем телом ощущал нетерпение от долгожданной встречи, которая случится с секунды на секунду. Оставив своё пальто на вешалке, светловолосый, радостно улыбнувшись, уверенно шагает к столу, без спроса присаживаясь напротив Минги. Тот даже сначала собирается наругать подсевшего к нему незнакомца, но увидев Чхве - это желание в миг пропадает, а на лице появляется широкая улыбка. - Сан, ты пришёл! - Да. Прости, что опоздал. На дороге образовалась пробка, а написать совсем забыл. Голова такая дырявая! - молодой человек смеётся, откладывая сумку в сторону и усаживаясь так, чтобы ему было удобно наблюдать за Соном. - Как ты? Что интересного произошло за эти три дня, что мы с тобой не виделись? - Да ничего особенного! Сделал наброски для новой картины и начал вырисовывать их карандашами. Посмотрел новые игрушки для Моришы и сдал на "отлично" зачёт по предмету. Учитель остался мной доволен~ - Ги расплывается в такой счастливой улыбке, будто хвастается перед мамой своей первой пятёркой. - Здорово. Ты умница! Покажешь мне наброски, как домой приедешь? Заинтриговал, знаешь ли! - светловолосый, даже не пытаясь скрыть, рассматривает каждый миллиметр чужого тела, пытаясь отпечатать в своей голове любую мелочь, которая напоминала бы ему о сероволосом. Как ни странно, но бумажка с его номером телефона по прежнему хранится у Сана около сердца, будто какой-то талисман на удачу. Чхве просто не может выкинуть её, потому что она каждый раз напоминает ему о том, как мило младший смущался в тот день. Чхве до необычного чувствует себя влюблённым придурком, но это чувство такое приятное. - Ну, честно говоря... Я принёс их с собой. - Ги смущённо потирает затылок и светловолосый готов поклясться, что в этот момент у него перекрывает дыхание. В первую очередь потому, что младший так мило выглядел, а во вторую потому, что на его шее красовалось странного цвета пятно. Со стороны может показаться, что это засос, но засос имеет другой цвет, а этот точно какой-то синевато-багровый. До Чхве доходит - синяк. - Я покажу, если не против. Я начал рисовать только на обычных листах пока, чтобы определиться, какую хочу нарисовать первую и какие краски хочу видеть. Там несколько вариантов, так что буду рад, если ты посмотришь и скажешь своё мнение! Старший растерянно кивает, пытаясь понять откуда на столь прекрасной шее могло появиться нечто такое? И вопросов бы даже не было, если бы Сон Минги не начал копошиться в своей сумке в поиске тех самым рисунков и из-под водолазки не проглянулось ещё два маленьких синяка. Чхве Сан просто уверен, что это синяки. А ещё невольно подмечает, как трясутся руки сероволосого и еле заметно подрагивает спина, стоит согнуться больше нужного. Что-то здесь явно не так и это "не так" очень ему не нравится. - Что происходит? - неожиданно спрашивает старший, сразу став максимально серьёзным. Сон Минги, неловко улыбнувшись, непонимающе смотрит на него. - Что? А что не так? - Что за отметины на шее? Это же синяки, я прав? - услышав это, глаза Ги округляются и сам он натягивает горловину водолазки как можно выше, скрывая все нежеланные отметины. - Нет, ничего такого! Всё хорошо. Просто бесился с Моришей и случайно ударился. Всё хорошо, правда! - Минги. - строго говорит светловолосый и младший начинает нервно бегать взглядом по помещению, не зная, что ответить. - Минги, скажи мне правду. - Сан, я уже сказал. Ничего серьёзного. - Они тебя бьют? - и Сон сразу замирает, чем только подтверждает слова собеседника. - Твои одногруппники. Снова соврал мне? - Нет, я... Я не врал, правда. Просто... - сероволосый сам не замечает, как на глазах наворачиваются слёзы и он изо всех сил пытается скрыть их, чтобы не привлекать внимание других посетителей. Только вот Чхве плевать на других, он хочет знать правду. - Это случилось после того, как меня увидели с тобой. После того дня, когда ты приехал за мной. Сначала они кидали тупые шуточки, мол "Снова ублажает богатых дядечек", а когда я сказал, что моя личная жизнь их касаться не должна - меня ударили. Первый раз в живот. Это было не так больно, как я ожидал. Потом сбили с ног и несколько раз ударили по щеке. Они... Шутили надо мной. Очень обидно. И я снова ответил, за что меня избили сильнее. - Но они не могли ударить тебя по шее именно так. Ги, я же вижу, что это похоже на следы удушения. Пожалуйста, Ги, скажи мне... - пододвинувшись поближе к сероволосому, Чхве накрывает его руку своей, несильно сжимает. Ему требуется всего несколько секунд, чтобы почувствовать дрожь в чужом теле. Сон Минги очень страшно. - Они душили тебя, да? Что они ещё сделали? - Они... Точнее, он. Он душил. Мой бывший. - сказав это, молодой человек иронично усмехается, опуская голову вниз. По щеке предательски стекает слеза, которую он спешит стереть, но следом за ней бежит ещё одна и ещё, опаляя жаром и щёку, и сердце. - Он говорил, что я похож на дешёвую шлюху, которая сделает за деньги всё. Он душил меня, потому что я отказался... - Ги замолкает. - Отказался... "Отсосать им." - заканчивает за младшего светловолосый, улыбаясь. Но улыбка его была совершенно не весёлой или насмешливой, наоборот. Ему было обидно за Минги, а также обидно из-за того, насколько может низко пасть парень, раз принуждал бывшего, который никому ничего не сделал, отсасывать своим друзьям. Мерзко, подло и низко. Младший не заслуживает к себе такого свинского отношения. - Не надо, не продолжай. Я всё понял. И они сделали это только из-за того, что видели нас вместе? - в ответ сероволосый кивает. - И поэтому ты писал мне, что не можешь прийти ко мне в кафе? - и снова кивок. - Но почему сразу ничего не рассказал? - А разве я мог? Мы с тобой знакомы от силы две недели, а незнакомым людям о таком не говорят. И я боялся. Тебе ведь может быть всё равно на мои проблемы, так что смысл был рассказывать? - Но мне не всё равно, Минги! Я уже говорил, что ты приятный парень и мне нравится общаться с тобой! Мне не всё равно, потому что ты хороший человек, который заслуживает хорошего к себе отношения. Я бы помог - тебе просто стоило рассказать. - Прости... - извиняется младший, шмыгнув носом. - Просто ты не такой, как все, Сан. У тебя нет ко мне отвращения, презрения или желания никогда не знать. Мне нравится с тобой общаться, потому что ты единственный, кому я могу рассказать всё. Я не хочу потерять такого человека из-за своего нытья. - Это вовсе не нытьё! - ругается светловолосый. Он понимает, что злиться на Минги слишком глупо, ведь его страх вполне оправдан, но ему обидно, что Сону приходится проходить через всё это в одиночку. - Так, ладно. Кафе отменяется. Вставай живо и давай за мной. - Что? Куда? - резко подняв голову, сероволосый заплаканными глазами смотрит на старшего, наблюдая, как он одевается. - В больницу. Для начала я хочу оценить серьёзность нанесённых травм, а затем мы поедем к тебе, где я позабочусь о тебе должным образом. - Сан, не нужно! Это вовсе не нужно! Я и сам могу! - Сон Минги, вставай. Я не позволю тебе просто так терпеть всё это, ясно?! Если люди не хотят понимать словами, то я объясню им по-другому. Бить не буду, не бойся, но есть и другие способы заставить людей не касаться тебя и пальцем. Пошли. - старший аккуратно тянет молодого человека на себя, помогая ему одеться, а после, взяв его руку в свою, ведёт прочь из кафе. Сероволосый был одновременно счастлив, что Чхве понял его правильно и напуган из-за того, что может случиться дальше. Ему бы не хотелось, чтобы потом и у него, и у самого Сана появились проблемы, а они обязательно появятся, если не забыть про произошедшее. Хотя Чхве Сан просто так не позволит сделать этого. Если потребуется - со всем миром судиться будет, лишь бы защитить того, к кому его чувства более чем нежные.