When the crimson starts to spill

Пальцы медленно вынули длинную металлическую палочку из уретры. — Да-а-а! — простонал Кримсон, содрогаясь в оргазме. Алессио медленно облизнулся, прищурившись. Бес со вздохом откинулся на подушку, закрывая глаза. Акула осторожно перевернул его на живот. — Ай, — тихо проскулил Кримсон. — Н-ненадо… Ал усмехнулся и развязал ему руки. — На сегодня с тебя достаточно. Напоследок шлепнув беса, демон встал и потягиваясь подошел к столику. — Какая же ты сволочь… — проворчал Кримсон. — Черт… Так издеваться с самого утра… Я теперь сидеть не смогу… Алессио подмигнул ему, поправляя одежду. Бес тихо фыркнул и улыбнулся уголками губ. Нет, эта акула определённо лучшее что случалось с ним в этой жизни. А ведь однажды едва не потерял его навсегда… И потерял бы если бы не одна случайность. — Почему в этом доме никто ничего не кладет на место?! Кримсон в ярости захлопнул дверь шкафчика. Штопора не было, а пить хотелось, при чём очень сильно. Бес принял тщетную попытку вырвать пробку зубами. — Ай… Бес поклацал зубами. Не хватало еще один золотой заработать. «У первого хоть история есть, — мелькнуло в голове Кримсона. — Как было бы глупо… Эй, откуда у тебя эти золотые зубы? Один я потерял во время пыток, а второй из-за неудачной попытки напиться! Так, о чем это я… Голова совсем не варит… Надо найти штопор.» Покашливая, бес спустился на первый этаж и направился на кухню. Перерыв все ящики и не найдя штопора, он вооружился вилкой. Пять минут мучений и бутылка была открыта. — Слава Сатане… Глоток вина был как глоток свежего воздуха и настроение сразу стало куда лучше. Сейчас Кримсон напьется, и тогда все плохие мысли перестанут его терзать. Может быть, даже удастся поспать. Отпив еще немного прямо из горла, бес направился назад в комнату, как вдруг споткнулся о что-то маленькое и черное. — Черт! Кримсон едва не выронил драгоценную бутылку. — Мокси! Если ты снова разбрасываешь по дому всякий хлам, тебе не поздоро… Кашель прервал речь. Скрипя зубами, бес поднял с пола маленькую черную записную книжку. — Что за ерунда… Повертев блокнот в руках, он открыл на первой странице. На ней черной ручкой нескольких корявым почерком была выведена заглавная буква А. Глаза Кримсона расширились. Сердце бешено заколотилось. Прижимая записную книжку к груди, он поспешно пошел в гостинную {ведь своей комнаты у него больше не было — в нее завезли супружеское ложе…} Плотно закрыв дверь, бес сел в кесло возле камина. «Это его ежедневник, — крутилось в голове. — Это ежедневник Ала, я знаю, у него много таких.» — Нужно его вернуть, — сказал сам себе Кримсон, приложившись к бутылке. — Нужно его вернуть… Однако, противится соблазну заглянуть в душу любимого был слишком велик, чтобы сопротивляться. Выпив еще немного, бес дрожащими руками открыл блокнот. Для простого смертного в дневнике Алессио не было ничего интересного. Как правило, это были заметки о погоде, услышанные обрывки фраз и итальянские слова. Но для Кримсона все это было увлекательнее самого интересного в мире романа. Он пил вино и безостановочно вчитывался в каждую строчку. «Какой у него почерк… Простой, без лишних закарючек… Такой понятный и приятный взгляду… Но почему ты ни разу не писал мое имя? Я бы… Хотел прочесть твои мысли обо мне…» Перелистнув страницу, бес замер. «Он вернулся.» — гласили буквы. Следующие два листа были зверски вырваны, а след за ними было написано: «Sta nevicando. С итальянского «идет снег». Хотя, правильнее переводить этот глагол как «снежит». Хорошее слово, похоже на «дождит». Это именно то что сейчас на улице. Забавный язык этот итальянский. Очень точный.» Кримсон перечитал записку, и на всякий случай перелистнул пару страниц. Но там ничего не было. Бес уставился в пустоту. — Он меня просто… Вырвал? Нет, этого не может быть. Кримсон вновь пролистал дневник. Погода, цитаты, обрывки фраз, итальянские слова, погода, слова, погода… Он вернулся… Вырванные листки… Sta nevicando. Кримсон сглотнул, ощущая в горле колючий ком и усмехнулся. — Что ж, — сказал он полупустой бутылка. — Славно, не так ли? Я хотел исчезнуть из жизни Ала, и я исчез! Он сам меня вычеркнул! С уст беса сорвался горький смешок и он сделал большой глоток. «Я боялся доставить ему проблем, теперь у него их не будет, — думал он, допивая вино. — К тому же, записки сами собой подтверждают факт, что он не будет страдать от нашего расставания. Это делает мне легче…» Кримсон посмотрел в окно. Луну заслонили тучи, начало «дождить». В глазах беса читалась печаль. Он бережно положил книжку в карман пиджака. — Но он просто взял и вырвал меня из своей жизни… — прошептал Кримсон. — Он… Больше не любит меня? Бес почувствовал горячие слёзы на щеках, и это его не на шутку разозлило. «Прекращай рыдать! Ты, жалкий слабак!» Кримсон зажмурился, но сопротивляться чувствам было невозможно. Зажав рот ладонью, он беззвучно всхлипнул. Его тихий плачь вперемешку с кашлем периодически заглушало вино. «А чего ты ждал, дурак? Конечно, ты ему больше не нужен, — ругал себя бес. — Ты сам оттолкнул его! Оттолкнул, сказал что больше не нуждаешься в нем!» «А еще вернулся с сыном! Думаешь что он рад, что ты занимался сексом со своей женушкой?» «Он ненавидит тебя, Кримсон.» «Но ведь у меня не было выбора! Я не люблю ее, это было настояние отца!!!» «Я просто боялся, я не хотел чтобы он пострадал…» «Видишь, ты добился своего!» «Я не хочу чтобы он забывал обо мне…» «Ты поступил правильно. Так будет лучше, ты оберегаешь его.» «Но тогда почему так больно…» Как же Кримсон запутался… Ему хотелось лишь одного… Свернувшись клубком в кресле, в полной темноте, бес прикрыл глаза и попытался успокоится. Но никак не получалось. Почему судьба так жестока с ним? Почему Кримсон не может просто быть счастливым? Буря эмоций разрывала легкие беса. За окном сверкнула молния. Бутылка со звоном разбилась о стену. — Я сам выбираю свою участь.