When the crimson starts to spill

Была поздняя ночь. Снег окончательно превратился в дождь. Ливень был такой, что собаку из дома не выгонишь. Шум дождя наконец-то убаюкал Алессио. Раскинувшись на кровати звездочкой, акула мирно храпел. Где-то на полу валялась разбитая бутылка и мокрая рубашка. За окном загрохотал гром. Вслед за ним сверкнула молния. Идеальная симфония, богиня дождя Диона была в ударе. Неожиданно, в мелодии появился посторонний звук. Это был стук в дверь. Алессио перевернулся на бок, сквозь сон бормоча что-то невнятное. Но кто-то по ту сторону двери продолжал стучать долго и настойчиво. Вдруг Ал открыл глаза и сел на кровати. Сердце бешено колотилось — он услышал на улице кашель. Не долго думая он открыл дверь. — Кримсон?! — невольно сорвалось с его губ. Это был он. Промокший до нитки, пьяный и грязный. Не спрашивая разрешения бес, спотыкаясь и кашляя, вошел в дом. Алессио все еще не проснулся окончательно и с трудом воспринимал происходящее. Он закрыл дверь и прошел в комнату в след за Кримсоном. — Что ты... Вы здесь делаете, сэр? Бес повернулся к демону. По его щекам градом катились слёзы. Акула шагнул навстречу своему господину. — Что... Что случилось? — Алессио! — воскликнул Кримсон и упал к его ногам. Глаза Ала округлились. — Алессио, — всхлипывал бес, — Алессио! Послушай меня, прошу! Я знаю, ты не захочешь меня слушать, но прошу... Кримсон подполз к демону на коленях, и обвил руками его ноги. — Кримсон... — Я знаю, — перебил бес. — знаю нет мне прощения! Я поступил как последний выродок! Вел себя так, словно ты не более чем пустое место... Хотя на самом деле, это я не более чем пустое место! Умоляю, прости мою глупость! Алессио застыл, как вкопанный, все еще с трудом понимая что происходит. Кримсон, тот самый Кримсон, который сегодня вечером приказал ему уйти, сейчас стоял перед ним на коленях, целовал его руки и в слезах молил о прощении. — Пойми, — шептал он, — Все потому что я боялся, Ал. Один Сатана знает, что на уме у этого монстра... Я боялся своего отца! Отца и... И тебя... Я боялся что ты возненавидишь меня за Мокси... Я просто жалок! Но, черт побери, Алессио!! Я люблю тебя!!! Caro mio! Я...—голос сорвался, бес вновь захлебывался от кашля. Чрезмерные эмоции, захлестнувшие Кримсона, сыграли с ним злую шутку — судорога железными клыками впилась грудь. Вздрогнув от боли, бес упал на пол. Только тогда Алессио пришел в себя. — Чёрт! Испугавшись, он осторожно поднял задыхающегося от кашля Кримсона на руки и положил на кровать. Бес зажмурился, было очень больно, и у него начала кружится голова. — Успокойся, — сказал Ал, склонившись над ним. — Успокойся... Расслабься... — он медленно провел рукой по мокрой груди Кримсона. — Ты должен расслабиться, слышишь? Только тогда судорога отпустит... Бес закрыл глаза. Акула нежно гладил его по голове. — Расслабься... Мурашки пробежали по всему телу. Кримсон сделал медленный вдох и такой же медленный выдох. — Вот так... Дыши... — Алессио... — Тихо, Кримсон... Просто дыши... — Прости меня...— почти беззвучно прошептал бес перед тем, как потерять сознание.