Август

      — На сегодня достаточно.       Ответом на эти слова послужило тихое «хорошо». Советы встал с кресла и направился к двери. Август остался сидеть за столом, складывая в аккуратную стопку тетради и учебники. Закончилось очередное занятие.       — Если у тебя будут вопросы насчёт домашнего задания, то не стесняйся спрашивать. Не забывай. — сказав это, Союз вышел из комнаты, тихо хлопнув дверью и оставив маленького немца одного.       Близился конец августа. Пару дней назад у Маши и Кости был день рождения, им исполнилось десять лет. Перед этим Союз опять уехал на пару дней из-за своих дел, а когда вернулся, то привёз с собой коробочку конфет, которой все очень обрадовались. Погода была солнечной и тёплой, лишь иногда шли слабые дожди, оставляющие после себя маленькие капли на окнах и ощущение свежести. В такую погоду даже самый заядлый домосед захочет выйти на улицу и прогуляться, и Август был не исключением. Закончив прибираться на столе, он, как и Союз минуту назад, встал и направился к выходу из комнаты. Прежде чем выйти в коридор, он по обыкновению прислушивается. Сейчас в этом нет особой надобности — с детьми Союза Август ладит вполне хорошо и уже не опасается, что встретит их, но быстро избавиться от этой привычки у него вряд ли получится. За дверью тихо, что неудивительно. Когда на улице хорошая погода, то после обеда в доме почти всегда тихо — его маленькие жильцы гуляют снаружи.       Пройдя коридор и лестницу, Август уже стоял перед дверью в кабинет Советского Союза, собираясь с силами, чтобы постучать. Почему-то каждый раз, стоя на этом месте, в голове у него появляется один и тот же вопрос: а это достаточно веская причина, чтобы приходить? Мысль странная, но очень беспокоящая Августа. Казалось бы — просто постучать и попросить, да и о чём он собирается просить? Пойти погулять! Но какими бы обыденными не были причины, по которым он стоит около двери в кабинет Советов, подобные мысли продолжали посещать его голову.       Наконец Август постучал. Советский Союз не открыл. После ещё нескольких попыток он приложил ухо к двери, чтобы понять, есть ли там кто-то.       — Август, что ты делаешь?       Названный подскочил, едва не вскрикнув от испуга. Обернувшись, он увидел того, до кого пытался достучаться. Союз стоял перед ним, уперев руки в бока и вопросительно глядя на него. Август облегчённо вздохнул и чуть ссутулился, прикрывая глаза. И как этот громила может так тихо ходить…       — Испугался? — русский беззлобно хмыкнул и шагнул к нему.       — Нет, — мальчик выпрямился, поднимая взгляд на хозяина дома, но быстро увёл его в сторону.       Улыбка Советов стала чуть шире. Он шагнул к двери и взялся за её ручку.       — Ну, — мужчина открыл дверь и чуть отошёл, — Заходи, рассказывай, зачем пришёл.       Август кивнул и поспешил войти в кабинет. Дверь с тихим хлопком закрылась, и Союз прошёл вглубь комнаты. Подойдя к столу, он обернулся, завёл руки за спину, опёрся ими о стол и ждал, пока маленький посетитель начнёт говорить. Август вздохнул, готовясь.       — Я бы хотел пойти на улицу. Погулять. — «товарищ» кивнул, продолжая молча смотреть. — Сегодня хорошая погода. Солнечно, тепло. И… и нет дождя…       Август сдавленно притих. Его напрягало отсутствие какой-либо реакции на его слова, помимо молчаливого кивка. В кабинете на несколько секунд повисла неприятная тишина, которая, кажется, была такой только для него.       — Погода и правда очень хорошая, — Союз повернул голову и через левое плечо и глянул в окно. Через него в комнату проникал тёплый солнечный свет, освещая её. — Для прогулки самое то.       Он отвернулся от окна и посмотрел на Августа. Мальчик стоял в нескольких шагах от него и непонимающе хлопал глазами.       — Так, хорошо, — Советы подошёл к Августу и присел перед ним на одно колено, — Я, наверное, чего-то не понимаю. Ты пришёл, чтобы предупредить меня о том, что ты пойдёшь гулять, так? — ответом послужил неуверенный кивок. — Так. Это хорошо, что ты решил меня предупредить. Но до этого ты ни разу так не делал, когда хотел выйти на улицу, верно?       — Я никогда не выходил из дома.       Союз удивлённо поднял брови. Увидев его реакцию, Август неуверенно продолжил:       — Мне можно выходить на улицу?..       — Конечно. Подожди-ка, ты правда всё лето не выходил из дома?       — Не выходил.       Опять молчание. Август начал чувствовать странную неловкость. Ощущение, что он сказал какую-то глупость, становилось всё сильнее.       — Так не пойдёт. Будем исправлять, — Советы легко похлопал его по плечу, поднялся на ноги и кивнул в сторону двери. — Пойдём.       Они спустились на первый этаж. В тёплое время года, когда обувь на улице, если не ходить в особо грязных местах, почти не пачкается, все в доме ходили в том же, в чём и на улице, просто как следует вытирая ноги об ковёр в коридоре, когда входили внутрь. Перед тем, как выйти на улицу, Август на всякий случай взял из своей комнаты тонкую кофту, которая на нём была, когда он только сюда приехал. Союз открыл дверь. В глаза ударил яркий солнечный свет, из-за которого маленький немец зажмурился и начал тереть глаза. Сзади послышался тихий хмык.       — Отвык уже от нормального света, да?       Август обернулся и немного хмуро посмотрел на «товарища». Глаза слезились, из-за чего всё казалось немного мыльным.       — Ну чего ты так смотришь? — Советы беззлобно ему улыбнулся, — Так, ты иди пока к воротам, а мне нужно детей предупредить, что мы уйдём ненадолго.       Вскоре они уже были за пределами участка. Август смотрел на пыльную дорогу. Он помнит, что за лесом есть просторное поле с маленькими коричневыми домиками. На русском языке это, кажется, называется «деревня». Очень маленький городок с маленькими домиками. В Германии тоже есть такие маленькие городки, он помнит, как вместе с братом они проезжали мимо таких, когда несколько месяцев назад ехали в Швейцарию. Ему стало интересно, есть ли поблизости города побольше? Этот вопрос он задал стоящему рядом Союзу.       — А зачем тебе это знать? Сбежать захотел? — он сказал это не в серьёз и с ухмылкой на лице, но Август всё равно возмущённо поднял плечи и поспешил сказать что-то в своё оправдание. — Да я шучу, шучу. Не волнуйся так. — Советы тоже поглядел на дорогу и, немного подумав, ответил, — Рядом есть несколько деревень. Одна из них очень близко, ты её наверняка видел, пока мы ехали к дому. Из больших городов ближе всего Москва.       Август на его слова кивнул и задумался. Москва. Интересно, а в Москве также красиво, как и в Берлине? А её воплощение? Оно хорошее? Он помнит воплощение столицы Германии, отец иногда просил его присматривать за маленькими братьями вместе с Хлоей, когда куда-то уезжал. Берлин был очень спокойным и сдержанным, поначалу Август его даже побаивался, но после пары прогулок и тайных подарков в виде небольших горсток конфет осталось лишь желание поскорее с ним увидеться и получить ещё сладостей.       Из раздумий его вывел голос Советов:       — Хочешь погулять по лесу? Покажу тебе одно красивое место, там тихо и спокойно.       — А там нет волков? Или медведей?       — Таких зверей рядом нет, не волнуйся, — Союз добродушно улыбнулся.       — Хорошо, — Август облегчённо выдохнул. После отцовских страшилок про страшных зверей, которые забирают в лес непослушных детей, желание гулять там у него пропало. — А место, про которое Вы говорите, далеко?       — Не очень. Ну, пойдём, — Союз направился в сторону леса и махнул Августу рукой, призывая идти за ним.       Какое-то время они молча шли по еле заметной тропинке. Тишину леса прерывали голоса птиц и редкие, слабые порывы ветра, которые раскачивали ветви деревьев над головой, создавая приятный шелест. Под ногами иногда трескались маленькие сухие ветки, тихо шуршала трава.       Всё это время Август думал. Он думал о самых разных вещах. О том, что зря взял с собой кофту, ведь даже в тени леса было довольно тепло. О том, что за место Союз хочет ему показать. Раз туда ведёт тропинка, пусть и не очень заметная, значит там периодически кто-то бывает. Хотя почему «кто-то»? Август почти полностью уверен, что туда ходит Союз с детьми. Интересно, а чем они сейчас занимаются? Наверняка Ваня и Костя сейчас бегают по двору, дерутся палками как мечами или гоняют мяч. Маша, наверное, сидит дома. Вечером прошлого дня она рассказывала ему о сюжете книжки, которую тогда читала. Рассказывала она сбивчиво, быстро, эмоционально, перескакивала с одного события на другое… Даже не сказала названия этой книги! Из её пересказа Август почти ничего не понял, но на каждое Машино «представляешь?!» и «ты понимаешь?!» он кивал и поддакивал всем её радостным возгласам.       А может быть она сейчас играет вместе со своими братьями на улице? Если так, то во что? В прятки? В догонялки? Август замечал, как после таких игр они возвращались очень уставшие и весь вечер в доме было тише, чем обычно.       «Их игры выглядят такими весёлыми… Интересно, а они согласятся поиграть вместе со мной, если я попрошу?..»       Появилось внезапное желание тоже каждый день проводить на улице, играть в разные игры, а вечером, когда сил почти не останется, возвращаться домой… Домой?       — Ой! — из мыслей его вырвал корень дерева, об который он споткнулся и чуть не упал на землю, но чудом смог удержать равновесие. На шум обернулся Союз.       — Всё нормально, Август?       — Д-да, — названный быстро выпрямился и взглянул на мужчину. — Я просто споткнулся.       Советы ещё пару секунд молча смотрел на него, после чего кивнул и продолжил идти. Август поспешил за ним, стараясь лучше смотреть под ноги.       В голове вновь появилась фраза, о которой он успел подумать, пока не споткнулся. «Возвращаться домой». Самым странным для Августа в этой маленькой фразе было то, что он имел ввиду под этим «домой». А имел он ввиду маленький домик, в котором он теперь живёт вместе с Советским Союзом и его детьми. Не тот дом в Германии, где он жил вместе с отцом и братом. Не его настоящий дом на его родине. Внутри появилось странное чувство. Как он так просто назвал своим домом это место? Он не считает его плохим, просто… Это так странно. Август не задавал бы себе этот вопрос, если бы сказал что-то подобное, пока находился вместе с Машей или её братьями. Для них это и правда их дом, и в определённой ситуации так было бы легче сказать, куда нужно идти. Для них это не просто здание, а дом. Место, которое они любят.       Настоящий дом Августа, который он любит и в который хочет вернуться, сейчас находится очень, очень далеко. И было непонятно, когда он сможет и сможет ли вообще туда вернуться. И фраза «возвращаться домой», которую он применил не по отношению к дому на его родине, а к дому, в котором он живёт чуть больше двух месяцев, вызывала странное чувство. В этой фразе, по сути, не было ничего ужасного, но ощущение, будто он… Будто он предал свой настоящий дом становилось сильнее с каждой секундой, которую он тратил на размышления об этом.       «Всё, хватит! — Август нахмурился своим и мотнул головой. — Что за глупости? Ничего я не предавал! Нет ничего плохого в том, что я быстро привык к этому месту и начинаю так его называть. Это даже… Хорошо! Было бы хуже, если бы всё это время я чувствовал себя здесь очень плохо».       Он решительно кивнул своим мыслям, которые наконец начали поворачиваться в сторону получше, чем такие размышления. Почему его вообще так задела эта фраза? Ответ найти очень легко: отец всегда говорил о том, как важно любить свою родину, свой дом, и что для Августа и Клауса, как для будущих воплощений, это становится ещё более важным, чем для обычных людей. Он с братом всегда внимательно слушали всё, о чём им говорил отец, кивали на все его наставления и обещали, что обязательно будут им следовать, когда станут действующими воплощениями. А что теперь?       «Я ещё не взрослый и не действующее воплощение, я пока не могу сделать что-то хорошее или плохое для моей родины, — он задумчиво свёл брови к переносице, — Да, я назвал это место домом, но это ведь не преступление! И… И разве у меня не может быть несколько мест, которые я могу так называть? Дом в Германии для меня, конечно, намного важнее…»       — Мы почти на месте.       На этот раз Августа из мыслей выдернул Союз. Маленький немец вздрогнул и посмотрел на своего спутника. Он был повёрнут к нему спиной, поэтому взгляд мальчика остановился на его затылке. Ответив тихим «угу», он решил постараться больше не уходить в свои мысли очень глубоко. По крайней мере, пока он гуляет.       Высокие деревья, закрывающие небо, большие и маленькие кусты, ветками загораживающие проход, звуки каких-то птиц… Невольно вспоминаются те разы, когда он вместе с братом и отцом точно также гуляли в лесу недалеко от дома. Только в том лесу было больше хвойных деревьев и меньше кустов. В одну из таких прогулок он увидел сразу двух белок, которые по очереди бегали друг за другом по стволам сосен. Последовав их примеру, братья тоже решили поиграть в догонялки, к которым вскоре присоединился и их отец.       … Из-за стволов отовсюду слышался звонкий детский смех. В голову Рейха, прямо в затылок, прилетела очередная шишка. После каждого его «Ай!» смех становился громче и веселее.       — Ах вы… — он обернулся, стараясь поймать взглядом мальчишек постоянно бегающих от одного дерева к другому. Они то и дело выглядывали из-за стволов, показывали ему язык и снова прятались. — Вы от меня так просто не убежите!       Игра в догонялки очень быстро переросла в закидывание отца шишками. Братья без слов придумали простой план: пока один из них бегает перед Рейхом, второй кидает в него шишки, а когда «мишень» оборачивалась, дети менялись ролями. Смех становился громче с каждым его «Когда я вас поймаю, вам будет очень плохо!» и другими подобными возгласами. Большую часть из них он выкрикивал лишь для того, чтобы их развеселить. И это работало.       Август, стоя за одним из деревьев, прикрывал рот ладонью, стараясь не смеяться слишком громко, чтобы не выдать себя. Он поднял очередной «снаряд» и осторожно выглянул из-за дерева, но неожиданно его схватили и с громким «Попался!» подняли над землёй. Мальчик испуганно вскрикнул, но в следующую же секунду рассмеялся и начал пытаться выбраться из рук отца, наигранно грозно требуя отпустить его. В следующее мгновение к ним подбежал не менее весёлый Клаус, тоже желающий покататься на руках у отца…       На губах Августа невольно появилась улыбка. Счастливая и печальная одновременно. Когда у отца появлялся выходной, в хорошую погоду они почти всегда шли в этот лес. Часто они просто ходили по узким тропинкам и говорили о самых разных вещах, которые приходили в голову. Больше всех говорил Клаус. При этом он часто махал руками, повышал голос и оборачивался то на Августа, то на отца, о чём-то спрашивая.       Во время одной из таких прогулок они неожиданно попали под сильный ливень. В тот раз они зашли в лес немного глубже, чем обычно, поэтому домой вернулись совершенно мокрыми. Тогда дождь, по словам отца, закончился только глубокой ночью. Клаус на утро жаловался, что долго не мог уснуть, а вот Август тогда заснул очень быстро. Звук стучащих по окну капель его очень успокаивал. Кстати о звуках… Сейчас он начинал всё лучше слышать откуда-то спереди звук журчащей воды.       Деревьев и кустов на пути становилось всё меньше, и уже через пару минут они вышли на небольшую поляну, которую на две неравные половины разделяла небольшая речка.       — Пришли, — Союз остановился в нескольких метрах от реки и, уперев руки в бока, обернулся к Августу. — Нравится?       Маленький спутник Советов вышел вперёд и оглядывался, чуть приоткрыв рот и загораживая рукой глаза от солнечного света. Деревья поблизости его почти не загораживали, и светлые лучи теперь падали прямо на пришедших. Этот яркий свет красиво блестел в бегущей по гладким камням воде, притягивая к себе взгляд.       Мальчик обернулся к Союзу. В его глазах был отлично виден ответ на вопрос коммуниста. Такой восторженный и, в какой-то степени, удивлённый взгляд заставил Советов улыбнуться, чуть сощурившись от яркого света.       Какое-то время они провели молча. Август ходил вдоль берега речки, иногда аккуратно перешагивая по выступавшим камням на противоположный. Она была не очень широкой и неглубокой, поэтому он мог делать это без особых опасений упасть в воду. Союз же отошёл ближе к лесной тени и оттуда наблюдал за своим маленьким спутником. Откуда-то из леса доносились голоса птиц, болтающих друг с другом о вещах, понятных только им.       Время возвращаться пришло для Августа неожиданно. Он разглядывал какие-то светлые цветочки в траве на краю поляны, когда к нему подошёл Союз и сказал, что им пора идти обратно. Мальчик кивнул и, напоследок оглядев поляну с речкой ещё раз, направился за Советами. Когда-нибудь надо обязательно прийти сюда ещё раз.       Несколько минут они шли в тишине, нарушаемой лишь различными лесными звуками. Это молчание, как и в прошлые разы, прервал Союз, обращаясь к своему маленькому спутнику.       — Слушай, Август, я всё хотел тебе о кое-чём сказать, да забывал постоянно, — он замедлился, чтобы идти рядом с ним. Названный поднял на него взгляд. — Так вот, через пару дней нам нужно будет уехать в Москву до следующего лета…       — Почему? — Август высоко поднял брови, удивлённо и непонимающе смотря на Советов.       — Я всё сейчас объясню, не надо перебивать, — он усмехнулся и посмотрел на мальчика, который после его слов стушевался, пробормотав тихое «извините». — Нам нужно уехать, потому что в сентябре мои дети должны пойти в школу. Будет удобнее, если мы будем жить в квартире неподалёку от неё.       — Но… Но ведь это они будут ходить в школу, а не я, почему тогда и мне нужно уезжать отсюда?       — Ты тоже туда пойдёшь, просто немного позже. Будет намного лучше, если ты поедешь вместе со всеми и привыкнешь к новой обстановке до начала учёбы в школе.       На слова Союза Август кивнул и опустил взгляд на землю.       «Переезжать? Опять? Как же так… — он растерянно бегал глазами по земле. — Я ведь… Я совсем недавно привык к этому дому, а теперь придётся привыкать к новому? Он сказал, что мы будем жить в квартире в Москве… М-м-м… Там точно будет много незнакомых детей. Ужас! Я с его детьми не смог сразу подружиться, как же я смогу это сделать с другими? А вдруг они будут… Грубее, чем Ваня и Костя? Что тогда? Ох… — Август тихо вздохнул. Он мотнул головой, стараясь отвлечься от подобных мыслей. — Всё, хватит! Я хотел погулять и отдохнуть, а думать об… Об этом всём можно и дома. Дома…»