3. Ради этого ничего не жалко
21 марта 2023 г., 11:50
Пи`Том оставляет их одних со строгим наказом ему приглядывать за Галфом, а до Суппасита только начинает доходить, во что он вообще ввязался, поэтому оглядывается с нарастающим страхом. И только теплые сияющие глаза удерживают его от паники, в которую он готов свалиться:
— И про какое время вы будете снимать?
Опять это странное слово!
Что Галф имеет в виду?
Но парень сжаливается над ним:
— Ты воин какой эпохи?
— Эпохи? — Суппасит хмурится. — Сейчас правит его величество Маха Таммарача.
Теперь черед Галфа морщиться и напрягаться, чтобы потом хлопнуть себя ладонью по лбу:
— О, династия Сукотаи, точно! — и виновато улыбается. — У меня с историей Таиланда не очень, да и кто упомнит эти сотни лет и сменяющихся правителей.
Теперь он очень близок к тому, чтобы потерять сознание от ужаса:
— Сотни лет?!
Парень смущенно пожимает плечами:
— Извини, я не помню точные даты, но вроде бы этот король правил где-то в 1500 году, а сейчас уже 2023. Так что да: больше 500 лет прошло.
Его шатает. Суппасит хватается за первое, что попадается под руку: плечо Галфа. А тот испуганно обнимает его, прислоняя к себе:
— Все хорошо? Голова закружилась?
Он не знает, что ответить, потому что воздуха резко стало не хватать, в то время как голова пытается осознать, что это — не дивный мир духов или богов, а будущее, в которое он каким-то образом смог попасть.
Зато теперь становится понятно, почему все выглядит так странно и почему Суппасит вообще не понимает некоторые слова. Он поднимает глаза на обеспокоенного Галфа:
— Это было так давно?
Парень неловко улыбается:
— Ну да, но вообще я люблю исторические сериалы и фильмы! Эти красивые костюмы, благородные воины! — и окидывает его взглядом. — Офигенно, что ты вот так вживаешься в роль, словно ты на самом деле воин Сиама! Ты даже говоришь как они! Что это за диалект? Какой провинции?
Суппасит еле слышно шепчет:
— Я и есть воин.
Галф восхищенно на него пялится:
— Наверное, много тренировался, чтобы быть в такой форме?
Он из последних сил кивает:
— Да, и было много сражений с врагами.
Парень на мгновение как будто застывает, хлопая глазами, а потом почему-то довольно улыбается:
— А, так ты в образе! Круто! Если хочешь, я могу тебе подыгрывать.
— Подыгрывать? — Суппасит снова ничего не понимает. — Это как актеры, что дают представление на потеху публике?
Галф с энтузиазмом кивает, все еще удерживая его в своих руках, отчего эти яркие глаза невероятно смущающе близки к его собственным:
— Да, сделаем вид, что ты — воин Древнего Сиама, который попал в будущее. Буду рассказывать тебе о нашем мире, а ты будешь озадаченно хмуриться и удивляться новинкам прогресса.
О да, хмуриться и удивляться — это то, чем он сейчас занимается!
Но сейчас его волнует больше другое: что парень отстраняется от него и больше не обнимает за плечи, успокаивая своим теплом:
— Все в порядке? Тебе лучше? Наверное, такая прическа сильно давит на голову, — и кивает на его пучок.
Суппасит находит силы покачать головой:
— Все нормально, я привык.
— А это твои волосы такие длинные или это парик?
И вот снова приходится удивленно хлопать глазами, не понимая значения слова, на что Галф охает:
— О, точно! Ты же не знаешь, что такое парик! Это чужие волосы, которые надевают на голову.
Удивление достигает своего максимума:
— Чужие?! Но зачем?!
Парень смущенно хихикает:
— А это даже забавно объяснять тебе такие простые вещи, — но потом продолжает уже серьезно. — Чтобы создать определенную прическу или прикрыть лысину.
Суппасит с трудом себе это представляет, но все-таки признается:
— У меня свои волосы.
И снова парень почему-то в восхищении:
— Такие длинные?! А покажешь, пи`Суп? — и тут же замолкает, видя реакцию. — Тебе не нравится такое сокращение? А, точно! Прозвища же недавно появились — в древности использовали полные имена.
— Прозвища? — он снова удивлен. — Галф — это не твое имя?
Тот хихикает:
— О нет! Галф — это по-английски “залив”. Меня зовут Канавут Трайпипатанапонг, но я выбрал такое прозвище, чтобы другим было проще ко мне обращаться.
Залив.
Суппасит почему-то улыбается: ему идет. Такой красивый, благородный, глубокий, в чьих глазах так легко утонуть…
Но парень в то время занят своими мыслями:
— Надо и тебе придумать прозвище! Хочешь?
Он снова не может отказать этим глазам:
— Хочу.
Галф снова морщит лоб, задумываясь:
— Как можно обращаться к воину Древнего Сиама?.. — а потом, озаренный какой-то мыслью, ярко ему улыбается. — Пи, а тебе нравятся сиамские кошки?
Наверное, вот так удивленно пялиться на парня — это уже его нормальное состояние. Тот тут же понимающе улыбается и достает из кармана какую-то коробочку, в которую начинает тыкать, а потом протягивает ему:
— Вот, смотри! Ну не красавец ли?
Длинная изящная кошка с темной головой, хвостом и лапами заставляет его изумленно охнуть и даже забыть об этой волшебной коробке:
— А такие существуют?!
Галф весело смеется:
— Ну конечно! И ты мне его напоминаешь: такой же красивый, но немного испуганный котик. Давай я буду звать тебя пи`Мью?
— Мью? — он пробует на вкус это слово. — А что это значит?
— На английском — это “мяукать”, — парень смущенно убирает в карман свою коробочку. — Но звучит классно!
— Мью…
Имя вообще не подходит к образу грозного воина, который выходит победителем из самых жестоких битв, но если благодаря этому будут так сиять глаза этого мальчика — он на все согласен. Поэтому кивает:
— Хорошо, пусть будет так.
И тут же получает вознаграждение в виде яркой и красивой как цветок улыбки:
— Вау, спасибо! Пи`Мью!
Мью…
Это все еще звучит странно и непривычно для него, но почему-то приходит осознание: там, в своем мире он — Суппасит, а здесь — Мью для этого теплого солнышка, словно его жизнь разделилась на две части.
— Мью? Пи`Мью?
Он отвлекается от мыслей на этот звонкий голос и отзывается на свое новое имя:
— Да?
Невозможно красивые глаза смотрят на него так просяще:
— Расскажешь мне еще сегодня о лошадях? Откуда ты столько о них знаешь?
Мью… Мью же?.. кивает и решает говорить правду, раз этот прекрасный мальчик воспринимает все это как игру:
— Воинов учат обращаться с животными, в том числе полностью заботиться о своей лошади, тренировать ее, ухаживать за ней, иначе ты просто не выживешь в походе. Конь — это твой боевой товарищ, который тебя не раз спасет, поэтому ты относишься к нему соответственно: на привале ты в первую очередь занимаешься им, даешь воду и вдоволь еды, а потом уже обращаешь внимание на свои потребности.
Он с улыбкой вспоминает своего любимого гнедого рысака, который сейчас отдыхает от долгих путешествий на вольном выпасе, а Галф возбужденно хватает его за руку:
— А ты сам чистишь свою лошадь?
Мью кивает:
— В походе — конечно, во время длительных остановок. А дома о нем могут позаботиться слуги, но все же я предпочитаю это делать сам, потому что Киет доверяет мне, как и я ему.
— Киет?
— Да, это значит “достоинство”, — он улыбается. — Ты бы видел этого красавца!
Эти красивые губы растягиваются в ответной улыбке:
— Представляю… — но потом парень снова озадачивается. — Так ты будешь меня учить?
Мью старается не улыбнуться, глядя на этого нахохлившегося птенца:
— Да, я же обещал.
— Каждый день?
А на этот вопрос он не знает, как ответить:
— Не уверен, что у меня получится…
Он вообще не представляет, как это все провернуть, потому что зеркало пропустило его сюда один раз, но кто даст гарантии, что это повторится?
Но снова эти сияющие надеждой глаза заставляют его пообещать:
— Да, хорошо, я буду очень стараться.
И замирает, когда счастливый парень его внезапно обнимает, тесно прижимаясь к груди:
— Спасибо! Спасибо, спасибо, спасибо!
Мью медлит, боясь пошевелиться и спугнуть это солнечное счастье, но потом осторожно опускает руки на прильнувшее к нему тело, обнимая в ответ, и умирает от странного щемящего ощущения в груди. В его мире не принят такой тесный контакт, но сейчас он наслаждается таким тактильным и открытым мальчиком, который не стесняется проявлять свои чувства.
Поэтому, когда он через некоторое время прощается с ним и осторожно, чтобы никто не заметил, подходит к зеркалу, ему остается только умолять:
— Я не знаю, как работает вся эта магия, но прошу тебя: помоги! Мне нужно каждый день тут появляться на несколько часов! Галф сказал, что будет ждать меня около шести — я вообще не понимаю, что он имеет в виду, но пожалуйста! Ты же можешь сделать так, чтобы я приходил вовремя! Я готов за это заплатить.
Мью извлекает из-за пояса кинжал и полосует свою ладонь, а затем прикладывает ее к холодной поверхности:
— Прими мою жертву!
Зеркало идет рябью, поглощая кровавую дань, а потом он ощущает, как проваливается вновь и оказывается в собственной комнате глубоко ночью.
Да, время в их мирах тоже не совпадает, но как на это повлиять — Мью не знает. Он только надеется, что этот артефакт встанет на его сторону и поможет вновь увидеть это улыбчивое солнышко, который смотрит на него так искренне и прижимается к нему так доверчиво.
А ради этого ничего не жалко.
