Кроличья нора

      После того разговора Эл вернулся к себе в комнату с неприятным привкусом во рту, но когда пришла пора вновь посетить ядро ИИ, он уже был полон необъяснимого оптимизма. Кира, конечно, расстроен, но всё образуется. Эл поможет ему пройти через непростой этап демонтажа, пусть даже компьютер будет продолжать считать его ужасным человеком.              — Доброе утро, Кира, — приветственно сказал Эл. — На станцию только что прибыл корабль «W&W Cybernetics». Знаешь, что это значит? Настал день переезда, здоровяк. Сегодня мы перевезём тебя…              Он запнулся. Нахмурился.              — Что? — не понял Мелло, склоняясь над его плечом.              Эл отстучал на консоли команду.              — Кира? — снова позвал он.              Ответа не было.              Мелло заморгал, посмотрел поверх головы шефа в глазок видеокамеры.              — Кира? Ты здесь? — Эл снова тревожно застучал по консоли.              — Он наконец-то перешёл в спящий режим? — предположил Ниа.              — Он… — Эл яростно вбивал одну команду за другой. — Кира, ответь!              Тишина.              — Кира!              — Что?.. — Мелло побледнел.              — Его нет, — прошипел Эл. — Программное обеспечение ИИ… оно пропало.              Ниа подошёл ближе и навис над плечом шефа с другой стороны.              — Пропало? — переспросил Мелло. — Куда пропало?              — Просто пропало! — огрызнулся Эл. — Система стёрта!              — Но он же не…              — Он сам себя удалил? — тихо предположил Ниа, и оба мужчины резко повернулись к нему. Ниа чуть пожал плечами. — Самоубийство — вполне человеческое свойство.              Взгляд Эла стал бешеным:       — Нет… нет-нет-нет…              Мелло выпрямился:       — Такое было бы вполне логично…              — Нет, заткнись! — рявкнул Эл. — Я не могу потерять первый во вселенной разумный ИИ!              — Я это понимаю, Эл, но…              Программист ударил кулаками по консоли так, что парни испуганно подскочили.              — Проклятье… — прошипел он. — Чёрт, чёрт возьми…              Мелло неловко почесал в затылке, не зная, что сказать. Ниа вздохнул:       — Мы же не могли следить за ним двадцать четыре часа в сутки, Эл. В этом никто не виноват.              — Заткнись, — прорычал кибернетик.              — Мы всё ещё можем забрать ядро, — попытался успокоить его Мелло. — Другое на замену у нас есть, и можно будет провести экспертизу. Кроме того, у тебя сохранились все те файлы, что делал Кира, и…              — Заткнитесь оба! — заорал Эл, в отчаянии вцепляясь пальцами себе в волосы. Его помощники дружно замолчали. — Я слишком надавил на него…              — Ну… — Мелло замялся.              — Из-за меня мы лишились находки века, — Эл ударил себя основанием ладони по виску, потом ещё и ещё раз. Он был просто вне себя.              — Ватари поймёт, — кротко заметил Ниа.              — Да мне плевать, кто что понимает! — взорвался Эл. — Я злюсь на себя! Я облажался!              Вновь воцарилось неловкое молчание.              — Я же знал, что он несчастен. Я видел, что не нравлюсь ему, — тихо произнёс Эл. — Но всё казалось таким неизбежным, я был так уверен, что в долгосрочной перспективе всё наладится…              — Если такое случилось однажды, — рассудительно сказал Ниа, — то вполне может случиться снова.              Эл молча спрятал лицо в ладонях.       

***

      Прибывшие сотрудники «W&W» помогли демонтировать ядро Киры, чтобы отправить его на экспертизу, и проследили за установкой нового ИИ на место прежнего. На пять ужасных секунд система полностью отключилась, погрузив всю станцию во тьму, а затем Токио-3 вернулась к жизни во всей своей автоматической мощности. Эл мог поклясться, что слышал радостные аплодисменты, прокатившиеся по всей станции.              Новый искусственный интеллект, МИСА, имел полностью синтезированный женский голос, и для ушей Эла это звучало, как скрежет ножа по стеклу. То и дело морщась, он собрал свои личные вещи и на лифте спустился в ангар, к кораблю.              — Так жаль, — посетовал провожающий его Соитиро. — Я про Киру.              — Да, трагедия, — угрюмо согласился Эл.              — Бедняжка, он ведь просто… — не договорив, Соитиро сокрушённо покачал головой. — Вы вернётесь обратно в «W&W»?              — Да, — проворчал Эл. — Мне нужно заняться исследованиями того, что у нас осталось. Я питаю слабую надежду на то, что Кира не преуспел и что я, возможно, смогу его оживить, но…              Соитиро понимающе кивнул.       — Что ж… — он перевёл взгляд на готовый к отбытию шаттл. — Я полагаю, пора прощаться, мистер Лоулайт?              — Да, я… — Эл вынужден был прерваться, когда из лифта к ним с воплем выбежал офицер Аизава.              — Мы нашли его! Капитан! Мы…              — Чёрт возьми, Аизава, — поморщился капитан. — Сбавьте тон, зачем так кричать?              — Пациент в коме! Мы нашли его! — Аизава, остановившись, согнулся пополам, пытаясь отдышаться. — Он жив! Каким-то чудом он очнулся и вышел к людям!              — Что?.. — ошеломлённо пробормотал Соитиро. — И с ним всё в порядке?              — Похоже на то! — засмеялся Аизава. — Я направил его в медпункт для осмотра и уже уведомил его родителей, но когда я его впервые увидел, он стоял на ногах, разговаривал и…              — Невероятно! — радостно просиял капитан. — Фантастическая новость!              — Надеюсь, он сможет рассказать нам хоть что-нибудь о том, кто похитил его из больницы, — закивал Аизава.              Эл ощутил, как внутренности в животе завязываются в тугой узел.              — Мистер Аизава, а вы уверены, что это тот самый человек, который пропал?              — А? — заморгал офицер. — Ну… да, конечно же! У нас не так много других пропавших мальчишек!              У Эла закружилась голова. «Он же не мог… ведь не мог же?»              — Капитан Ягами, — он решительно скинул с плеча сумку. — Мне необходимо немедленно поговорить с этим человеком.              — Простите? — опешил Соитиро. — Но, мистер Лоулайт, разве вам не пора на корабль?              — Забудьте о корабле, — отрезал Эл. — Я должен увидеть этого человека сейчас же.              — Но… мистер Лоулайт, его родные…              — Согласно предоставленным мне Федерацией полномочиям я приказываю вам…              — Ваши полномочия распространялись только на исследования нашего ИИ, — резко ответил Соитиро. — Коматозные пациенты за пределами вашей юрисдикции.              — Я считаю, что эти два дела имеют прямую связь, — буркнул Эл.              Соитиро помолчал, и через несколько секунд на его лице появилось выражение ужаса и понимания.              — Такое невозможно, мистер Лоулайт.              — Несколько недель назад мы сказали бы, что и Кира невозможен, — напомнил ему Эл. — Вы действительно желаете рискнуть?              Капитан в сомнениях пожевал губу, но в конечном итоге согласился:       — Хорошо, уговорили. Идёмте.              Эл, забыв про сумку, заторопился за ним.              — Лоулайт? — окликнул его Мелло, высовываясь из шлюза. — А мы разве не…              Эл, едва глянув на него, отмахнулся:       — Отвезите ядро в «W&W» сами! Я потом прилечу на другом корабле!              Мелло недоумевающе заморгал, обернулся назад, к Ниа, но Эл, уже забыв о них, покинул ангар.              На транспорте, чем-то напоминающем гольфкар, они с капитаном и Аизавой очень быстро домчались до медицинского центра. По дороге Эл с помощью Мисы слинковал планшет с сетью Токио-3 и, воспользовавшись своим спецдопуском, принялся лихорадочно просматривать всю имеющуюся информацию на пациента, Лайта Миками.              — Значит, он ходит? И разговаривает? — уточнил он у Аизавы.              — Да, именно.              — Три недели назад он был овощем, — заметил Эл, прочитав файл. — Его уже хотели отключать от аппарата искусственного жизнеобеспечения.              — Ну, да, но…              — Приехали, — уведомил их капитан. Эл торопливо выскочил из автокара. Что он собирается сказать? Что он может сделать?              Он знает. Знает.              Он больше не позволит Кире уйти. Необходимо всё исправить.              Соитиро провёл по дверному замку карточкой доступа, и Эл первым ворвался в палату.              Лайт Миками сидел на кушетке, положив голову на изящное плечо обнимающей его женщины. Женщина гладила его по волосам, крепко прижимала к себе. Бедняжка думала, что к ней вернулся её сын.              — Капитан? — приветственно кивнул вошедшему Соитиро отец мальчика.              — Доброе утро, — поздоровался капитан, наблюдая за тем, как Эл с ногами забирается в кресло. — Познакомьтесь, это Эл Лоулайт, он из «W&W Cybernetics». Мистер Лоулайт, это родители Лайта, Теру и Киёми Миками. А это Лайт.              — В чём, собственно, дело, капитан? — поинтересовался Теру. — Всё, конечно, произошло весьма сумбурно, но я хотел бы забрать сына домой и, если честно, не совсем понимаю, какое отношение программист может иметь к едва вышедшему из комы пациенту?              — Ваш сын пропал из больницы, когда мы проводили исследование предыдущего ИИ станции, Киры, — вступил Эл, положив на колени планшет. — У меня есть основания полагать, что… — он замешкался, с трудом подбирая слова, — что Кира причастен к исчезновению вашего сына из отделения интенсивной терапии и к его нынешнему выздоровлению.              — Причастен? — тут же придрался Теру, скрещивая руки на груди. — Что вы имеете в виду под словом «причастен»?              — Мистер Миками работает в нашем юридическом отделе, — пояснил Соитиро. — И я уверен, что…              Дерьмо. Получится ли убедить адвоката?              — Я требую провести Лайту МРТ мозга, — заявил Эл.              — Простите? — вскинул брови Теру.              — Это совершенно безвредная процедура, — заверил его Эл и многозначительно добавил: — При условии, что в мозгу вашего сына нет ничего металлического.              Лайт Миками чуть скосил на него глаза, одарив совершенно ничего не выражающим взглядом из-под ресниц.              — Да что вы себе… — задохнулся от возмущения Теру и обернулся к сыну. — Ты хочешь МРТ, Лайт?              — Нет, пожалуйста, — жалобно захныкал паренёк.              — Тогда нет, — твёрдо отрезал Теру, вновь поворачиваясь к Элу.              — Я требую…              — Мы — граждане Империи Хризантемы, — отчеканил Теру. — И, согласно этому, я имею право отказать в проведении ненужной медицинской процедуры моему несовершеннолетнему сыну. И я более чем имею на это право в том случае, когда запрос на процедуру исходит от программиста, а не от врача.              — Сэр, — настойчиво проговорил Эл, — у меня есть основания полагать, что ИИ, убивший восемь человек на этой станции, причастен к состоянию вашего сына, и если мы будем бездействовать, могут погибнуть ещё люди.              — Что ж, мистер Лоулайт, — выплюнул Теру, — это замечательная теория заговора, но до тех пор, пока вы не предоставите мне убедительных доказательств или официального приказа, обязывающего моего сына пройти проверку, мы будем отклонять ваши запросы. И если вы… — он ткнул пальцем в капитана Ягами, — предпримете хоть одну попытку пойти против меня, я буду судиться с вами до следующего столетия. Мало того, что ваше неумелое управление станцией привело к тому, что находящийся в коме подросток был похищен, так вы теперь хотите вывалять нас в ещё большей грязи? Вам следовало бы стыдиться, капитан Ягами.              — Я понимаю, насколько неприглядно всё это выглядит, — Соитиро расправил плечи. — Но мы с мистером Лоулайтом разделяем уверенность в том, что в этой истории замешан Кира. Я ни в коей мере ни к чему вас не принуждаю, мистер Миками, но очень попросил бы вас подумать…              — Вам повезёт, если после того, как я с вами закончу, вам позволят протирать столы в кафетерии, — снова ткнул в него пальцем Теру. — Сейчас мы уйдём. Я намерен забрать сына домой, так что не стойте на пути.              Дерьмо. Дерьмо!              Эл с силой прикусил большой палец, беспомощно наблюдая за тем, как Теру Миками выводит свою семью из палаты. «Надо что-то сказать. Что-то сделать!» — лихорадочно думал он, сильнее впиваясь зубами в плоть.              Лайт, выходя из дверей, украдкой обернулся, встретился с ним глазами и… подмигнул.              Эл ощутил на языке вкус собственной крови.