Родом из детства

      Август сидел в кровати, подтянув колени к груди и обхватив их руками, и мрачно рассматривал непогоду за окном. Ветка росшего неподалеку от дома дерева била в стекло, отбрасывая жуткие тени, когда небо разрезала очередная молния. Темноты и грозы Август не боялся, но в одиночестве в этой комнате все равно чувствовал себя неуютно.       В конце лета ему исполнится целых пять лет, и мамуля решила, что он уже взрослый, чтобы иметь свою собственную комнату, а потому его переселили сюда из комнаты старшего брата. За неделю привыкнуть к этому он так и не смог. А Марк, кажется, этого даже не заметил. Август с обидой надулся, вспомнив брата. Хотя, конечно, он уже взрослый, ему все равно… Общения со старшим младшему не хватало — даже летом Марк постоянно занят, но раньше они проводили все вечера вместе, а сейчас не хватало даже просто чувства, что он рядом…       Август все же не выдержал, откинул одеяло, спрыгнул с высокой для него кровати. Молния в этот момент вновь осветила комнату яркой вспышкой, только корявая ветка отбросила тень на всю противоположную стену, а раскат грома заставил вздрогнуть.       В коридоре было темно и тихо. Августа спать отправили довольно давно, мамуля наверняка уже спит, а отец сидит в кабинете, он всегда долго работает, но кабинет внизу, так что Август не боялся, что он его увидит. Да даже если и увидит, вряд ли заметит, младший сын ему не интересен, а вот мамуля будет ругать, если узнает, что он ходит ночами по дому.       Август юркнул в соседнюю комнату под очередную вспышку молнии и тихо закрыл дверь. Август думал, что старший брат уже спит, и его голос заставил вздрогнуть не хуже грома:       — Август? Что случилось?       Август замер. Он не думал, что придется что-то объяснять брату, думал, потихоньку лечь под одеяло рядом, а утром будет уже все равно.       — Там темно, — наконец, неохотно ответил младший. — И молнии. И тебя нет.       — Ты никогда не боялся темноты, — невольно нахмурился Марк. Август и впрямь ничего не боялся, за неделю Марк это заметил бы, но он увидел только, что брату непривычно и не комфортно, но старший был уверен, что младший просто не привык ночевать в одиночестве, а значит, скоро привыкнет.       Август насупился, ожидая, что брат сейчас отправит его обратно в свою комнату, но Марк откинул одеяло и позвал:       — Идем.       Мгновенно повеселевший Август забрался на кровать, лег под одеяло и удовлетворенно обхватил старшего руками:       — Спасибо!       — Спи, мой хороший, — невольно улыбнулся Марк, взлохматив светлые волосы.       Вставал Марк рано, особенно летом, когда у него нет школьных занятий — у отца для старшего сына всегда много заданий. К тому же, Марка он считал уже взрослым и был очень недоволен, насколько старший сын владеет даром, хотя еще совсем ребенок, да и будут еще скачки уровня, что для отца не являлось оправданием. Сына он натаскивал, будто желал получить под свое командование универсального солдата способного выполнить любой приказ.       Глаза Марк открыл за десять минут до будильника, отключил его, чтобы не разбудить Августа, и позволил себе немного просто полежать, наслаждаясь тишиной и присутствием младшего. Новая идея мамули его не порадовала — общения с Августом после его переезда в соседнюю комнату стало слишком мало, и нехватка родного зова крови давала о себе знать, хотя Марк искренне не понимал, как такое возможно, ведь с отцом он общается часто. Впрочем, до появления Августа Марк и не представлял, что зов крови может быть приятным.       Но он понимал, что в чем-то Лидия права, да и Август довольно самостоятельный и независимый дракончик, он не имеет права его ограничивать только из-за собственных желаний. Вчерашнее появление брата его порадовало, и сейчас Марк чувствовал умиротворение, впервые за эту неделю, хотя и понимал, что должен чувствовать себя виноватым.       — Ты уходишь? — сонно спросил Август, когда Марк осторожно отодвинулся и сел на край кровати.       — Да, — обернулся к нему старший. — Спи, еще очень рано.       — Хорошо, — зевнул Август, вновь закрывая глаза. Марк невольно улыбнулся, провел ладонью по светлым волосам, помедлил мгновенье и ушел в ванну.       На этот раз вечер был тихим и ясным, в отличие от вчерашней непогоды. На небе сияли яркие звезды, хорошо видимые здесь, далеко от города. Август сидел на подоконнике открытого окна, глазея на звезды и ожидая, когда хлопнет дверь в соседней комнате. Родители место его ночевки не заметили, зато даже мамуля отметила, какой сегодня Август спокойный, но ей же не объяснишь причину этого.       Наконец, отец отпустил Марка, так что Август нетерпеливо спрыгнул с подоконника, закрыл окно и тихо вышел из комнаты. Когда Марк вернулся в спальню из ванны, младший уже лежал в его кровати, старательно делая вид, что спит, но обмануть старшего брата у Августа никогда не получалось.       — Август, — Марк сел на край кровати рядом с братом, с интересом его разглядывая.       Август вздохнул и открыл глаза:       — Я боюсь темноты, — напомнил он причину своего нахождения здесь, которая вчера чудно сработала.       — Хм? — Марк скептично выгнул бровь, все так же глядя на брата, и Август даже дыхание затаил, ожидая, что старший ему опять не поверит, но Марк неожиданно кивнул, отводя взгляд: — Хорошо.       Август невольно с облегчением выдохнул и тут же сел, с интересом уточнив:       — Ты мне почитаешь?       — Почитаю, — со вздохом согласился Марк, вставая с кровати и отходя к столу за книгой. Кажется, отказывать брату в его капризах он научится еще нескоро… Хорошо, что отец не умеет читать мысли, такое отношение Марка даже к младшему брату он бы не понял.       Марк взял книгу и вернулся в кровать, ложась рядом с совершенно счастливым братцем.       Ездить с мамулей в гости Август не любил. Это было скучно, нудно и неприятно. Чужие прикосновения, даже матери, Август недолюбливал, а при подругах она всегда пыталась его потискать, погладить по голове или хотя бы держать за руку, показывая, какая она хорошая и заботливая мать. При этом совершенно игнорируя все попытки сына увернуться от прикосновений или не идти за руку — она сама говорила, что он уже взрослый, так чего сейчас-то ведет себя с ним, как с маленьким?!       Домой они вернулись довольно поздно, Август за эту поездку устал, к тому же ему было невероятно скучно — почему-то взрослые считали, что раскрашивать картинки цветными карандашами ему интересно. Мамуля сразу же отправила младшего сына в комнату, ее поездка тоже утомила и она желала отдохнуть в тишине.       В соседнюю комнату Август заглянул просто так, зная, что брата там нет, просто очень хотел его сейчас увидеть — уехали они утром и Марка он не видел, потому что старший ушел, когда он еще спал. Но Марк неожиданно обнаружился в кровати, хотя для сна еще слишком рано. Задернутые шторы создавали полумрак, но Марк, лежащий поверх одеяла, все равно прикрыл глаза рукой, и Август сомневался, что брату захотелось спать, и уж тем более, что отец его так просто отпустил.       — Марк, — Август закрыл за собой дверь и запрыгнул на кровать. — Ты заболел?       — Голова болит, — отозвался старший, повернув голову и приоткрыв глаза, чтобы увидеть младшего. Такие приступы для него нормальное явление — по приказу отца он слишком часто вычерпывал только формирующийся резерв дара, и эти приступы наказание. Отец почему-то считал, что таким образом повысит уровень дара старшего сына, хотя какой именно у него будет уровень сейчас говорить еще очень рано — до двадцати лет все может еще много раз измениться, а этот уровень у него и сейчас не такой уж маленький для этого возраста. Но Августу этого знать не нужно.       — Ой, прости, — сразу же перешел на шепот Август, вытягиваясь рядом с ним. Он знал, что иногда у брата болит голова, и что в этом случае лучше не шуметь, да и вообще оставить его в покое, уж если его даже отец отпускает просто полежать… Но уходить сейчас Августу совсем не хотелось. — Можно я останусь? Я буду тихо себя вести.       — Можно, — коротко отозвался Марк, вновь закрывая глаза рукой. — Как съездили?       — Долго и скучно, — Август протянул руку, неуверенно касаясь темных волос, и уже увереннее зарылся пальцами, не встретив сопротивления. Он знал, что в такие моменты Марк чувствует себя действительно плохо, и Августу так хотелось ему помочь, что буквально покалывало кончики пальцев, но как это сделать, он не знал.       Август прижался к брату и старший машинально обнял его свободной рукой, давая устроиться близко и максимально удобно, а потом… Август и сам не понял, что произошло, но Марк вывернулся одним слитным движением, сел и схватил братца за плечи:       — Август, что ты сделал?       — Что-то плохое? — испуганно спросил Август, не ожидая от всегда спокойного брата такой нервной реакции.       — Нет, прости, я не хотел тебя напугать, — уже гораздо спокойнее отозвался Марк, отпуская его. — Ты… убрал боль.       — Это же хорошо, — Август неуверенно улыбнулся.       — Тебе еще нельзя пользоваться даром, ты слишком маленький, Август, — покачал головой Марк.       — Я не знаю, как я это сделал, — беспечно пожал плечами Август. — Но у тебя плохо болит голова, так не должно быть.       — Это всего лишь головная боль, — покачал головой Марк, ложась обратно и потянув брата к себе. — Зато теперь мы можем просто поболтать… Расскажи мне, как вы съездили.       Август охотно лег рядом, дал брату себя обнять и стал рассказывать. Легкий холодок от прикосновений Марка он, конечно, заметил и уже понимал, что Марк делает то, что запретил ему — применяет дар. Но если ему это так хочется, то пусть, сам Август ничего неприятного не чувствовал.       Марк с интересом выслушал рассказ братца, немного отвлекая его разговором от неприятных ощущений, все же ментальный дар всегда направлен против, даже если применять его для помощи. Но Марку нужно убедиться, что с Августом все в порядке, потому что он слишком мал для применения дара. Да, то, что он смог его разбудить сейчас, показатель будущего уровня и искреннее желание помочь, а еще, что головная боль, как выразился Август «плохая», но лучше этого больше не допускать.       — Август, — уже вечером серьезно сказал Марк, заставив младшего брата забыть о шалостях и играх. — Не говори родителям, что у тебя получилось использовать дар.       — Думаешь, отец будет меня учить? Так же, как тебя? — чему и как отец учит брата Август, конечно, не знал, но понимал, что отец слишком строг, хотя на него самого он почти не обращал внимания.       — Да, а тебе это не нужно. Ты понял? — Марк взял брата за подбородок, чтобы увидеть его глаза и убедиться, что брат понимает все правильно. — Ты еще слишком мал для такого… обучения.       Да, дар творца отцу не нравится, но мимо такого уровня он не пройдет — чтобы разбудить дар Марка в этом возрасте родителям пришлось очень постараться, а тут все само собой получилось… И Марка передергивало от одной мысли, что отец будет делать с братом тоже, что с ним самим.       — Хорошо, — послушно кивнул Август. Вообще, иметь общие секреты с братом ему даже нравилось, и уж тем более он не собирался о чем-то рассказывать родителям, если Марк попросил этого не делать.       В свой день рожденья (ему исполнилось целых пять лет! Теперь-то он точно взрослый и ему не нужно будет ходить с мамулей за ручку!) первую половину дня Август капризничал и обижался на весь белый свет, потому что ему было плохо-плохо-плохо! Отец забрал Марка и они уехали куда-то рано утром, а мамуля не хотела его слушать, да и вообще уже устала пытаться его переупрямить, так что оба пребывали в не лучшем настроении. А вечером должны собраться гости…       На счастье Августа отец с Марком вернулись за пару часов до приезда гостей, и мамуля устроила отцу истерику, что она «не может больше с этим мальчишкой», а потому за Августом должен присмотреть Марк, успокоить его и помочь одеться. Отец, которому совершенно не хотелось опозориться перед приглашенными влиятельными людьми, а главное драконами, согласился, и Марк без лишних слов ушел к брату.       — Август, что случилось? — заглянул в комнату младшего брата Марк.       — Марк, вы приехали! — оживился Август, соскальзывая с кровати и бросаясь к брату. Марк толкнул дверь, закрывая ее за своей спиной, и присел, чтобы поймать младшего. Обычно такое поведение ему совсем не свойственно — конечно, он эмоционален, но с мамулей таких капризов, да еще и в ожидании большого количества гостей, когда надо показать себя с лучшей стороны, Август себе не позволял.       — Что с тобой, мой хороший? — мягко уточнил Марк, проводя ладонью по светлым волосам, по худой спине, прижимая к себе обнимающего его брата. — Что-то болит?       — Нет, — с обидой ответил Август, который уже отчаялся как-то объяснить мамуле, что его беспокоит. — Мне просто плохо.       — Ясно, — невольно нахмурился Марк, отстранил Августа и предложил: — Можно мне посмотреть?       — Можно, — с облегчением согласился Август, действительно обрадовавшись, что брат все сам поймет и ничего объяснять ему не нужно. Марк подхватил брата на руки, и Август охотно обхватил его руками за шею, а ногами за пояс, прижимаясь всем телом и ощущая надежные руки, которые его поддерживают. Такого обращения он не стал бы терпеть даже от отца, да и тому вряд ли пришло бы на ум носить младшего сына на руках, но Марку можно, тем более сейчас, когда Август чувствовал себя нехорошо.       Марк сел на кровать, дал брату повозиться, тоже устраиваясь поудобнее, и одну руку устроил на его спине, а вторую запустил в светлые волосы, фиксируя его так, чтобы отстраниться и помешать младший не мог, потому что уже предполагал, в чем дело.       Вначале Август даже не понял, почему брат его так посадил, и только почувствовав уже знакомый холодок, переходящий во что-то не особо приятное, понял, что отшатнуться — первая неконтролируемая реакция — не может и напряженно замер. Конечно, Марк это почувствовал, и конечно его подозрения, что все дело в даре творца, столь сильном, что братец уже сумел его разбудить, подтвердились. Августа надо просто немного успокоить, убрать лишние эмоции…       Не то, чтобы Марк умел это делать, но по-прежнему считал, что говорить родителям о даре Августа не лучшая идея — мимо такого уровня отец не пройдет, и тогда Марк брата уже не сможет защитить, уж лучше сейчас все самому немного подкорректировать, не ставя никого в известность.       Марк и сам бы не сказал, в какой момент все вышло из-под контроля — вначале у него ничего не получалось, Август сопротивлялся, и это нормальная реакция, но давить и заставлять брата в таком вопросе старший совсем не хотел, а потом… А потом будто лопнула мешающая струна и на Марка волной обрушились чужие чувства, на которые сейчас он вполне мог повлиять. Август расслабился, обнял его, уткнулся носом в шею, уже не чувствуя ничего неприятного, наоборот было очень уютно, комфортно и безопасно.       — Август, — позвал Марк спустя несколько минут, когда навел порядок в обрушившемся на него водопаде чужих эмоций, уже просто лаская, перебирая светлые волосы, полностью убрав дар. — Ты как?       — Хорошо, — с задержкой отозвался младший, сонно моргая. — Еще так посидим?       — Тебе пора одеваться, скоро придут гости…       Август молча кивнул, отстранился, соскальзывая с его коленей, и послушно пошел одеваться, уже без споров и капризов. Чувствовать он себя стал хорошо, хотя это странное плохое состояние было не только сегодня, а пару предыдущих дней, но раньше он понимал, что так вести себя нельзя, а вот сегодня изображать, что ничего не происходит, стало уже невозможно…       И только перед выходом из комнаты Август поймал брата за руку:       — Марк, ты сделаешь так… вечером?       О том, что спать он будет в комнате брата, Август даже не упоминал — с той грозовой ночи он ночевал в ней постоянно, уже не придумывая никаких причин для этого, поняв, что его «хочу» для Марка вполне достаточно.       Марк посмотрел на брата почти растерянно. Он уже понял, что они сделали — слияние, — но не был уверен, что так можно, хотя об этом процессе знал слишком мало, чтобы судить наверняка. Да и из того, что он знал, сделать это не так уж просто, а у них с Августом само все получилось, учитывая разную направленность их дара, так не должно быть, так что он наверняка понимал этот процесс неправильно и не мешает разузнать подробнее…       — Не думаю, что это можно делать так часто, — наконец, ответил старший. — Но я сделаю это, когда тебе понадобится в следующий раз.       — Хорошо, — немного разочарованно согласился Август и доверчиво взял брата за руку.