Оберегая врага

grouper — headache

— Лица? Лица-то запомнила?! Нет, ну шпана проклятая, совсем распоясались! Яра поморщилась, борясь с желанием втянуть голову в плечи. Легкие у Павла Чацкого были — любой оперный певец позавидовал бы! В детстве она часто слышала от друзей, что те побаивались ее отца: из-за громкого баса думали, что он постоянно кричит. — Не запомнила я ничего, — со вздохом произнесла она, перебирая пальцами петельки шарфа. План по избавлению от него успешно провалился — Иванов заметил и сказал об этом отцу, Яра даже оправдание придумать не успела. — Там темно было, фонари ещё не включили, — пояснила она, подняв взгляд на отца. Тот перестал, наконец, мерить комнату шагами, как на допросе, и остановился, вперившись в нее зелеными, как у нее самой, глазами. — Да и какая разница теперь? Все ведь обошлось… — Это сейчас обошлось! А вдруг они тебя завтра под подъездом подкараулят?! Яра подумала было сказать, что после весьма доходчивых объяснений от ее спасителей, хулиганы вряд ли станут к ней лезть, но благоразумно промолчала. Спорить тут было бессмысленно — проверено годами! Но отец как-будто прочел ее мысли, прищурился, сложил на груди руки. — А та троица, которую Федя застал? Они кто? — Да откуда мне знать вообще, кто они? — Яра, не выдержав, всплеснула руками. Ну в самом деле, с ней все хорошо, все обошлось, к чему вообще этот допрос с пристрастием? — Ты ж ему сказала, что они твои знакомые! И правда… Захотелось хлопнуть себя по лбу — попалась на собственной же лжи. Впрочем, нельзя было утверждать на все сто процентов, что она солгала. Они в самом деле познакомились. — Ну, мы действительно познакомились. Минут за десять до того, как он подъехал, — Яра пожала плечами, улыбнулась, надеясь, что это как-то поможет ситуации. Отец посмотрел на нее почти жалобно. Потер двумя пальцами переносицу и тяжело выдохнул: — Издеваешься? — Ни в коем случае! — заверила его Яра. — Марш спать! Кусая губы, чтобы не засмеяться, она поднялась на ноги. Подошла к отцу, чмокнула его в щеку. Он продержался со злой миной лишь несколько мгновений, мягко улыбнулся ей в ответ. С самого детства у них была особая связь: похожие не только внешне, но и характером, они всегда понимали друг друга с полуслова и находили способы примириться даже тогда, когда оба приходили в бешенство. — Обещай мне, что будешь осторожна, — щелкнув ее по носу, негромко произнес отец. Голос его звучал убаюкивающе-ласково, почти как в детстве, когда он допоздна читал ей сказки перед сном. — Сейчас такое в городе творится, мама не горюй. Эти беспредельщики границ не видят совсем. Не хочу, чтобы кто-то из них сломал тебе жизнь. Яра обняла его, прижалась щекой к груди и кивнула. Веселье как рукой сняло — отец говорил о серьезных вещах, игнорировать которые было бы глупо, она понимала это. — Обещаю, что буду осторожна, — произнесла она, отпрянула от него и улыбнулась. — Обещаю. ••• Утро встретило ее ледяным ветром и серым небом, угрюмо нависшим над домами. Кое-где в окнах горел свет, город медленно просыпался, готовился к новому дню. Ночью снова ударил мороз, и теперь казалось, что деревья покрылись прозрачной, стеклянной коркой — дотронься и она зазвенит. Пронзительно, громко, отчаянно. Яра сунула руки в карманы пальто и вышла на подъездную дорожку. Голую шею тут же обожгло холодом. Мама обещала попытаться спасти шарф, но девушка не была уверена, что решится надеть его снова. Все тело ломило от усталости, ей пришлось просидеть до поздней ночи — подготовить для конкурса оставшиеся стихи. Глаза болели, Яра то и дело зевала, прикрывая ладонью рот. Она была уверена, что не сможет нормально спать ночью, что ее будет мучить бессонница после всего произошедшего. Однако, едва ее голова коснулась подушки, девушка тут же заснула. И лишь на утро мысли вернулись к тому, что случилось вечером. Как могла обернуться ситуация, если бы Лампа не привел своих друзей ей на помощь? Весьма плачевно для нее, тут даже гадать не нужно. Однажды она краем уха услышала, как девочки в школе обсуждали случай, произошедший с одной одиннадцатиклассницей. Яра с трудом припомнила ее имя, кажется, Инна. Она встречалась с парнем из группировки, проводила с ними много времени, дружила и общалась. А потом что-то случилось… Яра не знала подробностей, знала лишь, что однажды вечером девушка не вернулась домой. Со школы вышла, но до дома не дошла. И никто совсем ничего не знал. Не видел и даже не имел никаких догадок. Инну нашли через неделю. Далеко за городом, где начиналась лесополоса, у самого озера. Она лежала у кромки воды, раздетая по пояс, израненная… У Яры бежал холодок по коже от одних только воспоминаний. Что сделали с несчастной девушкой, в городе старались не обсуждать. По крайней мере, приличные люди этого не делали. Однако все и так было понятно. Парень ее клялся и божился, что не причастен к ее смерти, но доказательства его виновности все равно нашли. Одной из главных причин такого рьяного беспокойства у ее отца было то, что именно он расследовал то дело. Яра даже представить себе не могла, как ему, должно быть, было тяжело. За спиной у нее раздались быстрые шаги, и девушка испуганно обернулась. Мимо прошел пожилой мужчина, удивленно посмотрел на нее и покачал головой, что-то недовольно пробормотав себе под нос. Яра остановилась и перевела дыхание. Сердце колотилось так бешено, будто грозилось выбить ребра и выпасть прямо ей под ноги, в снег. Она подумала, было, что кто-то гнался за ней. — Совсем с ума уже сошла, — покачала головой девушка. — Мерещится то, чего нет. — Ага, и сама с собой разговариваешь, дела явно плохи, — раздалось совсем рядом, над ухом, и Яра резко выкинула сжатый кулак, смачно зарядив кому-то по скуле. — Ошалела, что ли, совсем?! Яра отшатнулась в сторону, уже приготовившись бежать, когда поняла, что это был вчерашний парень. Тот, которому она платок дала, чтобы кровь остановить. Турбо? Или как там его звать-то? — Ты Рэмбо пересмотрела, что ли? — недовольно пробурчал он, потерев ладонью правую скулу, покрасневшую от удара. Яра окончательно растерялась, даже не нашлась, что ответить. Что он тут вообще забыл? И как нашел ее? Следил за ней, что ли? — Прости, — сконфужено пробормотала она. — Я после вчерашнего немного нервничаю. Ну и, возможно, у тебя так пропадет желание подкрадываться к людям со спины. Турбо смерил ее скептичным взглядом из-под надвинутой на лоб шапки, кажется, намеревался выплюнуть какую-то колкость в ответ. Но Яра его опередила. Взяв себя в руки, вздернула подборок, посмотрела прямо в глаза: — Чего хотел-то? — Ты знаешь, я уже начинаю жалеть, что вчера заступился за тебя, — его губы растянулись в кривую ухмылку, и Яра закатила глаза. Она только время зря тратит! К тому же, они все еще были слишком близко к дому. Если отец, еще не отправившийся на работу, заметит их из окна, Яра точно проведет остаток зимы взаперти. — Ну пока, — она развернулась на каблуках и поспешила нырнуть в ближайший переулок. — Да погоди ты! Вот ведь неугомонная! — парень в два шага нагнал ее и несильно дернул за плечо. — Держи. Ярослава недовольно обернулась, опустила взгляд на протянутую руку парня. На ней покоился ее платок. Идеально чистый. Девушка моргнула удивленно, подняла вопросительно брови. Стирал он его, что ли? — Ну, твой ведь… — Турбо явно ожидавший от нее другой реакции, мгновенно помрачнел. Может, надеялся, что она на радостях на шею ему кинется? — Мой, — тупо повторила Яра. — Ты мог не возвращать его. Ничего страшного ведь… — Мне чужого не надо, — буркнул он, и девушка хмыкнула. Послушно забрала из его ладони платок, случайно коснулась холодной загрубевшей от мороза кожи пальцами. Тишину, повисшую между ними, наверняка было можно потрогать руками. Яра украдкой бросила на парня взгляд, отчего-то почувствовала себя виноватой. В самом деле, чего она вредину-то включила? Он ничего плохого ей не сделал. Вон, даже платок несчастный, и тот вернул! И тут же мысленно отвесила себе подзатыльник. Невольно подумала об Инне. Однако вслух произнесла совсем иное. — Как твоя голова? Ну, в смысле… — она коснулась одним пальцем своего виска, напоминая о вчерашней ране. — Рана на виске… — Слушай, ну заживет как-нибудь, если чем-то новым не наградишь, — парень перевел на нее насмешливый взгляд, по-кошачьи прищурил светлые глаза, и Яра снова растерялась, почувствовала, как волнение подкатывает к горлу. — Ничего не могу обещать, — съязвила она в ответ, развернулась и продолжила идти, нарочито медленно. Сама не понимала, почему, но точно знала, он пойдет следом за ней. Яра успела сделать несколько шагов, прежде чем слегка повернула голову, ожидая увидеть следующего за ней парня. Однако улица уже была пуста, Турбо и след простыл, будто его и не было вовсе. ••• — Ярослава! — голос Людмилы Андреевны резанул по ушам, и девушка медленно обернулась, натянув дежурную улыбку. Учительница махнул ей рукой, подзывая к себе, чуть наклонила голову и смерила Яру ледяным взглядом. Девушка едва сдержала вздох разочарования — подгадала ведь время! Теперь можно было забыть об обеде. — Надеюсь, что у тебя все готово для подачи заявки на конкурс? — поинтересовалась она таким тоном, будто заведомо знала, что Яра ответит отрицательно или откажется. Яра кивнула, открыла портфель и достала оттуда небольшую папку, протянула учительнице. — Все подготовила. Вы знаете, когда объявят дату начала отборочного тура? Учительница скривила губы, нехотя приняла папку, демонстративно открыла ее и пролистала. Яра прикусила щеку изнутри. И почему именно ее любимый предмет должна вести такая женщина? — Хорошо. Я сообщу, когда объявят дату начала, — кивнула учительница, уже хотела было обойти Яру и уйти, как вдруг остановилась. — Кстати! Чуть не забыла, сегодня во Дворце спорта… м, мероприятие. Там будут, в основном, старшие классы, твой тоже. Сначала небольшое объявление, потом танцы. Мне нужно, чтобы кто-то последил за порядком, потому что сама я не смогу прийти. У мужа юбилей, заказали ресторан, сама понимаешь… С семи вечера до девяти. Яра уставилась на нее, осознав, что угодила прямиком в ловушку. Откажись она сейчас, не видать ей отборочного тура, как своих ушей! От возмущения у нее даже язык онемел, и, наверное, к лучшему… Бесшумно выдохнув и с трудом совладав с собой, девушка медленно кивнула. — Конечно, Людмила Андреевна. За всеми прослежу, все сделаю. Учительница тут же расплылась в улыбке, сделала вид, что несказанно рада такой невероятной удаче, даже погладила ее ладонью по плечу. «Спасибо», правда, не сказала, но Ярослава подобных широких жестов и не ждала. Попрощавшись с коварной русичкой, девушка уныло направилась к женскому туалету. Ей жутко хотелось спать, а все надежды на то, что сегодня получится прийти домой пораньше и сразу лечь спать, канули в Лету. Толкнув дверь, она вошла в пустое прохладное помещение и подошла к первой раковине. Вода из крана полилась нехотя, медленно, и была ледяная, как в проруби. Яра наклонилась, набрала в ладони немного и умыла лицо. Кожу тут же начало приятно покалывать, дремота ненадолго отступила. Выпрямившись, девушка взглянула на себя в небольшое зеркало, висевшее на стене. Под глазами у нее залегли тени, лицо было бледным и осунувшимся. И это всего за несколько дней, проведенных в стрессе и переживаниях. Она даже подумать боялась, что с ней будет после поступления в университет. И все равно с нетерпением ждала этого момента. Растрепавшиеся светлые волосы заплела в не тугую косу, поправила сарафан и еще раз покрутилась перед зеркалом. Многие рассказывали о том, что ее мама в молодости была первой красавицей в школе, за которой ухажеры толпами ходили. Яра была мало на нее похожа внешностью, но и ей часто говорили, что она красивая. — Такая красивая, что парни исчезают рядом с тобой без следа! — скривив самой себе рожицу, произнесла девушка, и тут же осеклась. И почему она вообще подумала сейчас об этом? О нем? На собственный мысленный вопрос ответить она не успела, дверь в туалет резко распахнулась и вошли несколько девушек. Яра знала их; все три учились в параллельном классе и, кажется, водили тесную дружбу с группировщиками. Насколько тесную, Яре не хотелось ни гадать, ни знать наверняка. Девушки разом замолчали, завидев ее, переглянулись между собой. — Горбатая сказала, что караулить нас сегодня будешь, да, Ахматова? — бросила Алла, остановившись рядом с ней у зеркала. — Или ты Цветаева? «Горбатой» ученики за глаза называли Людмилу Андреевну: из-за высокого роста она всегда ходила, чуть сгорбившись. Яра покосилась на нее и ухмыльнулась. — Я Маяковский, скорее. Но вы вряд ли знаете хотя бы одно из его стихотворений. Для этого на уроках надо присутствовать. — Не умничай, поэтесса, — фыркнула Алла, сверкнув на нее темными глазами. — Я тебя заранее предупреждаю, будешь мешаться под ногами, мой парень от тебя и мокрого места не оставит. Сиди себе у проигрывателя и делай вид, что тебя не ждут дома зубрильские дела. Девушка улыбнулась на этот примитивный подкол, предпочла не развивать дальше тему. Ей и самой не улыбалось провести весь вечер в компании озабоченных подростков, но пройти отборочный тур все же очень хотелось. — Сделаю вид, что ничего не замечаю. Особенно, ваших танцев, как у зверей в период спаривания, — бросила она через плечо и поспешила ретироваться. Драка в туалете не входила в сегодняшние планы. ••• — Поэтому мы призываем вас сообщать о любых случаях хулиганства и насилия! Дадим бой нарушителям порядка! — этот дерганый комсомолец, Яра никак не могла запомнить его имени, вещал со сцены уже больше сорока минут. И конца края не было видно его тираде. Девушка прислонилась боком к деревянной панели у двери в зал. Танцы должны были начаться еще пятнадцать минут назад, но выступление «О вреде насилия» слегка затянулось, и аудитория потихоньку закипала. Яра оглядела зал, заполненный подростками — всем не терпелось пуститься в пляс, никто особо и не вслушивался в речи парня на сцене. Хотя говорил он правильные вещи, подача крайне и крайне хромала. Наконец, его выступление подошло к концу, однако аплодисментов не последовало. Ничуть не смутившись, парень спустился со сцены, позволив наконец включить музыку. Яра наблюдала за тем, как молодежь тут же поделилась на небольшие группки — только сейчас она заметила, что среди учеников школы мелькают и чужие, незнакомые лица. На глаза ей попалась Алла, которая подхватила под руку высокого хмурого парня в спортивном костюме, рядом с ней уже отплясывали ее подруги со своими кавалерами диковатого вида. Только сейчас она поняла, что многие из них уже были не школьниками, гораздо старше. — Ты не танцуешь? — рядом с ней остановился Антон, одноклассник и единственный человек, которого Яра в самом деле была рада сейчас видеть. Улыбка сама расцвела у нее на лице при виде друга, который всю прошлую неделю провел в больнице с воспалением легких, и сегодня впервые вышел из дома. Выглядел он хорошо, и Яра, не сдержавшись, крепко обняла его. — Ты не представляешь себе, как я тебе рада! — Думала, я брошу тебя в стане врага? — хмыкнул парень, кивнув на танцующих. Губы у него скривились. — Медом им тут намазано, что ли? — Ты о чем? — девушка проследила за его взглядом, но никого конкретного не увидела. — Да я про группировщиков этих, — цыкнул Антон, сунув руки в карманы брюк. — Девчонки на них ведутся, а они и рады стараться. Ты смотри, будь осторожна, как бы не пристал никто. Яра хмыкнула, вспомнив вчерашний вечер. Опыт уже имеется, вот только сегодня в портфеле у нее, кроме школьных учебников, ничего больше не было. Никаких тебе неожиданных средств самообороны. — Оставь ты их, пусть себе танцуют, — пожала плечами девушка, поймав вопросительный взгляд друга. — Да и не думаю, что приставать они станут прямо здесь. На втором этаже еще вечерние репетиции идут, у театрального кружка. Слишком много свидетелей. — А ты чего не там тогда? — Хороший вопрос! Людмила Андреевна попросила присмотреть за порядком вместо нее. Так сказать, прийти ей на выручку. — Добровольно-принудительно? — ухмыльнулся Антон, посмотрев на нее сверху вниз. — Добровольно-принудительно! — согласно кивнула Яра, всплеснув руками. — Надеюсь, что мне это зачтется, когда будут решать, кто поедет на конкурс в Москву. Музыка вдруг сменилась на более ритмичную и веселую, и Антон протянул ей руку. Яра приподняла одну брови, уперла руки в бока. — А смотреть за порядком кто будет-то? — Ой, да брось! Ничего не случится за пять минут, пока ты потанцуешь! Давай, Ярик, на тебя смотреть больно — бледная и уставшая. Девушка несколько мгновений смотрела на него, прищурившись, но в итоге сдалась. Ухватилась за его теплую ладонь, позволив увести себя в круг старшеклассников. На дискотеки она почти никогда не ходила, предпочитая проводить время на репетициях, но сверстники говорили, что там всегда было весело. И сейчас девушка наконец поняла, что они имели ввиду. Когда заиграла известная ей песня группы «Цветы», молодежь в один голос радостно завопила, пустившись в пляс. На мгновение все переживания отошли на второй план, Яра оглядела сверкавшие улыбками лица вокруг, позволила общей будоражащей лихорадке захватить себя, втянуть в безостановочный поток. — Вот видишь! — довольно отметил Антон, глаза его засверкали в мерцающем свете ламп. — А ты не хотела. — Признаю, я была предвзята, — хихикнула Яра, когда друг приподнял руку, позволяя ей покрутиться. — Но я готова поменять свое мнение! Когда песня закончилась, девушка отошла к колонне отдышаться. Прислонившись боком к белоснежной поверхности, она обвела взглядом зал, убеждаясь, что все спокойно. Отовсюду доносились смешки и хихиканье, веселые голоса обсуждали какую-то ерунду, о которой Яра, будучи сосредоточенной на учебе, никогда не задумывалась. На мгновение ей стало грустно. Возможно, стоило давать себе чуть больше свободы, отпускать проблемы, которые порой казались концом свете, и позволять себе просто быть подростком. Задумавшись, она лишь в последний момент заметила приближавшегося к ней с другого конца зала Турбо. Отчего-то все тело прошило огнем волнения, она стремительно вытерла вспотевшие ладони о край сарафана, сложила руки на груди, будто воздвигая между ними невидимую стену. Турбо заметил это издалека, приблизился к ней с легкой ухмылкой на губах. — Ты сегодня наш конвой? — поинтересовался он, прислонившись бедром к колонне с другой стороны. Так, чтобы наверняка заслонить своей широкой спиной ей весь обзор. — И как ты только догадался? — дернула плечом девушка, отвела взгляд. Ее все еще злило его внезапное утреннее появление, а затем не менее внезапное исчезновение. — Да вот, увидел твой задранный важный нос с того конца зала, так и понял. Яра перевела на него угрожающий взгляд, но, не выдержав, рассмеялась. Напряжение, повисшее между ними, с самого вчерашнего вечера, разрослось до гигантских размеров, а затем просто… лопнуло. Плечи Турбо чуть расслабились, он лениво сунул руки в карманы, чуть наклонил голову, лукаво всматриваясь в ее лицо. — Потанцуешь со мной, Ярослава? Яра, расслабившаяся было, почти испуганно на него посмотрела. Раздвоение личности у него, что ли? Нельзя было точно сказать по его лицу, насмехался ли он над ней или же был серьезен. Девушка скользнула взглядом по его ровно очерченным губам, смутилась еще сильнее и пожала плечами. — Мне смотреть за порядком нужно. — Будешь смотреть прямо с танцпола, — как ни в чем ни бывало отозвался Турбо, и девушка поняла — он не смеялся над ней. Кажется, даже и сам волновался. Нервно пожевал нижнюю губу, провел пятерней по спутанным кудрям. — Оттуда, вроде как, даже виднее. — Как тебя зовут? — неожиданно даже для самой себя спросила девушка. Парень удивленно округлил глаза. — Тур… — Да нет, не клички эти ваши, — махнула рукой девушка. — Имя-то у тебя есть? Мое ты знаешь. Он несколько мгновений смотрел ей прямо в глаза, затем вдруг улыбнулся. Обворожительно, совсем обезоруживающе, так, что Яре захотелось снова отвести взгляд и вообще провалиться сквозь деревянный пол. Уши у нее наверняка покраснели от смущения, и девушка беспомощно обвила руками живот, наклонила голову, пытаясь прикрыть нещадно розовеющее лицо волосами. И совсем не ожидала, когда его рука вдруг осторожно коснулась прядки ее волос, мягко убирая за ухо. — Валера. Яра удивленно посмотрела на него, застыла, пытаясь понять, какие чувства вызвало в ней его прикосновение. Смущение уж точно, но… Было что-то еще. Несколько мгновений его пальцы еле-еле касались ее волос, а затем парень убрал руку. Неловко кашлянул и качнул головой: — Так что, танцевать идем? — Не идете! — Антон возник между ними буквально из ниоткуда. По глазам его Яра сразу поняла — он в бешенстве. Турбо смерил его ледяным, презрительным взглядом, разом растеряв свое очарование. Теперь он выглядел угрожающе, и девушка содрогнулась от этой мгновенной перемены. Секунда, и парень, улыбавшийся ей и приглашавший ее на танец, стал похож на тех, кто еще вчера пытался сделать с ней невесть что. Это ее здорово напугало. И отрезвило. — Исчезни, чушпан, иначе заставлю пожалеть, что вообще рот раскрыл, — низко процедил Турбо, и Яра тут же шагнула вперед и встала между ними. — Так, стоп! — она прижала раскрытую ладонь к груди Антона, слегка толкнув его назад, перевела взгляд на Турбо. Он смотрел только на нее, слегка разочаровано, но не враждебно. Яра подумала, что это неплохой знак. Тяжело вздохнула и покачала головой. — Извини, Валера. Кажется, потанцевать не получится. Ухмылка, скользнувшая по его губам, была недоброй, а взгляд, обращенный на Антона — и того хуже. Ярослава мысленно взмолилась, чтобы они не устроили драку прямо здесь. Антон, конечно, вымахал под два метра ростом, но против плечистого и здоровенного Турбо, воспитанного уличными драками, у него не было ни единого шанса. — Пожалуйста, только не надо устраивать драку, — взмолилась она, обращаясь, скорее, ко второму, нежели к обоим. — Пожалуйста, ладно? Валера смотрел на нее еще несколько мгновений, явно взвешивая все «за» и «против». Взгляд его медленно скользил по лицу Яры, оценивая бледные щеки, поджатые, искусанные губы, задерживаясь на них. — Хорошо, герой, — наконец, кивнул он, и девушка облегченно выдохнула. Турбо перевел взгляд на Антона. — Но ты… Если увижу тебя здесь еще хотя бы раз, отделаю так, что мать родная не узнает. И, развернувшись, ушел. Яра прижалась спиной к колонне, покачала головой. Ее всю немного трясло, она успела здорово испугаться не только за друга, но и за весь этот дурацкий вечер. Антон кашлянул, привлекая ее внимание. — Че он хотел-то от тебя? Вы знакомы? Захотелось огрызнуться и послать его куда подальше. Яра прикусила язык, сама опешила от этого внезапного приступа злости. И чего это она так реагирует? Неужели, действительно расстроилась, что не потанцевала с ним? — Давай просто помолчим, ладно? — попросила она, стараясь звучать как можно более вежливо. Взгляд скользнул по залу, выискивая высокую фигуру, однако Турбо уже нигде не было видно. Окончательно расстроившись, девушка прошла к скамье и просидела оставшиеся несколько танцев там. Антон явно обиделся на нее, потому что ушел, не попрощавшись и даже не предложив провести ее до дома. Когда включили последнюю песню, Яра потянулась и решила сходить в уборную и умыться. Оставалось потерпеть еще каких-то полчаса, и она окажется наконец дома и сможет поспать. Звуки медленной, лиричной песни приглушились закрывшейся дверью. В коридоре почти никого не было, никто не стал упускать возможность пригласить на медляк вторую половинку. Девушка спустилась по лестнице вниз, прошла под ней и потянула на себя дверь. И тут же поняла, что что-то не так. В нос ударил сильный металлический запах, который был ей знаком. Прошлым летом, когда они поехали с семьей на дачу, Яра каталась на велосипеде и на скорости влетела в овраг, слишком поздно заметив его и не успев притормозить. Она тогда разбила все лицо и чудом не сломала нос. Мама чуть в обморок не упала, когда девушка вернулась домой вся в крови. И ее запах стоял у нее в носу еще целую неделю после случившегося. Металлический, удушливый. Страшный. Она не сразу заметила фигуру, сидевшую под одним из умывальников. А когда узнала ее, ужас окатил ледяной волной, приковал к месту. Перед глазами заплясали темные круги, а к горлу подступила тошнота. — Антон! — девушка бросилась к нему, упала на колени и схватила его за плечи. Парень слабо застонал, и Яра опустила взгляд, похолодела, увидев торчащую у него из бока рукоять маленького ножа. Кровь ручьем струилась по его рубашке, стекая на грязный, затоптанный пол. Девушка наклонилась к его бледному лицу, тихо позвала, но друг не отозвался. Яра уже хотела подскочить на ноги и начать звать на помощь, когда за спиной у нее хлопнула дверь.