Я люблю тебя, но не как родителя

Энид вернулась в свой новый дом достаточно быстро, всего минут за пятнадцать. Она быстрым шагом подошла к многоэтажному дому в новом комплексе района, попутно здороваясь с соседями, с которыми недавно познакомилась. Подходя к двери, Энид достала ключи из портфеля и приложила их к магнитной пластине домофона. После неприятного пиликанья, дверь открылась и Синклер смогла войти. Из-за того, что Уэнсдей жила на шестнадцатом этаже, нужно было пользоваться лифтом, поэтому Энид уже нажала на кнопку его вызова и стала покорно ждать. Посмотрев на время, она увидела, что она довольно быстро добралась досюда. Наконец-то уже зайдя в сам дом, Энид разулась и по памяти стала идти на кухню. Она плохо помнила расположение комнат в квартире. — Вы всё-таки дождались меня, — сказала Энид, входя на кухню и видя спокойно сидящую Уэнсдей, листающую ленту в телефоне. — Ну, ты же попросила тебя подождать, — Уэнсдей встала и увидела улыбку Энид на её слова, — Хотя, по сути это я должна тебе помогать, а не ты мне. Я могла бы и сама приготовить. — Я хочу вам помочь, вы не должны нести всё на себе, тем более я не ребёнок, — уверенно произнесла Энид, для большей эпичности ей можно было топнуть ногой об пол. Уэнсдей тихо засмеялась, подходя немного ближе к Энид и легко потрепала её по белым волосам. Аддамс сама не понимала того, что делает, но почему-то её рука сама тянулась к этому белобрысому недоразумению. — Не ребёнок она, конечно, — добавила Уэнсдей и убрала руку, смотря на застывшую Энид, щёки которой моментально стали красными. Синклер хотела возразить, но Уэнсдей уже стала доставать продукты из холодильника. Хотя, возразить она, наверное, не смогла бы, ей просто не хватило бы смелости на это. Энид понимала, что доброжелательное отношение Уэнсдей к ней — это просто маска, и если всерьёз разозлить Аддамс, то мало не покажется. — Что ты хочешь, чтобы мы приготовили? — спросила Уэнсдей, когда Энид подошла к ней. — Я не слишком голодна, может быть салат? — предложила Энид, смотря на разнообразие овощей. — Хорошая идея, — согласилась Уэнсдей, — На улице жарко, поэтому действительно почти ничего не хочется есть. Аддамс предварительно помыла овощи и выложила их на стол, кладя рядом ножи и доски. — Ты можешь начать резать перец, а я капусту. Энид кивнула головой и принялась резать. Она не уточнила у своего родителя о том, какой именно формы резать овощи, но это же салат, какая разница? Синклер стояла сбоку от Уэнсдей, поэтому она могла незаметно бросать на неё взгляды боковым зрением. Она хотела запомнить это лицо. Энид заметила, что Уэнсдей довольно бледная, что было странным, учитывая то, что жили они в Калифорнии, где солнце было постоянным. У Аддамс были строгие черты лица, что делало её ещё более мрачной. Не зря она пишет такие жёстокие и насильственные книги. — Не устала пялиться? — спросила Уэнсдей, не отрывая взгляд от нарезки. Энид моментально отвернула голову, при этом закусывая губу. — Извините, — тихо произнесла Энид, но тут же услышала смешок со стороны, — Чего вы смеётесь опять? — ситуация повторялась. — Забавный ты ребёнок, Энид, — Уэнсдей впервые произнесла имя светловолосой. Энид вздрогнула, когда её назвали по имени. Из уст Уэнсдей это казалось так необычно, но она не могла отрицать, что ей это нравилось.

***

В таком режиме жизни прошло ещё две недели. Энид смогла более-менее приспособиться к новой жизни, она как минимум, теперь помнит расположение всех комнат в доме и теперь не теряется в коридоре. Уэнсдей вела себя нормально, но Энид чувствовала её напряжение. Она знала, что у её погибшей семьи были какие-то проблемы с Уэнсдей Аддамс, но она никогда не решалась спросить. Она боялась, что Уэнсдей это может задеть или разозлить. Было уже поздно, но свет в комнате Энид горел, а она сама переписывалась с Йоко. Танака никак не могла отстать от светловолосой. Йоко Ну и как тебе живётся с этим книжным монстром, ахах? Энид Ну, она вроде нормальная, или старается такой быть. Я наслышана о том, что она была знакома с моей семьёй и у них были разногласия, я хочу спросить у Уэнсдей об этом. Йоко Ооо, ты совсем бесстрашной стала? Я бы не рискнула. К слову, как она в роли родителя? Проявляет свою родительскую любовь? Аахах. Энид Я не знаю, она вызывает у меня противоречивые чувства. В роли родителя я её не вижу. Йоко Ты видишь её в роли девушки, да? Йоко уже знала ответ на свой вопрос наперёд. Она уже давно поняла, чем закончится их общение с Уэнсдей. Энид Не сгущай краски. Ты же понимаешь, что она взрослый человек и тем более мой опекун? Так, стоп. Кто сказал, что она мне нравится? Не навязывай мне свои шипперские наклонности, Йоко! Такана не успела ответить на сообщение, как пришло ещё одно. Энид Так! Она, кажется, идёт в мою комнату. Дверь медленно открылась и из неё выглянула Уэнсдей в чёрной футболке и таких же спальных брюках. Сама Аддамс не спала, для неё это было привычным. Но она должна была следить за режимом сна ребёнка, которого скинули на неё. — Почему ты не спишь? — спросила Уэнсдей и подошла к Энид, которая сидела по-турецки на кровати. — Я не могу уснуть, — пожала плечами Энид, — Сейчас просто переписываюсь с подругой. Уэнсдей стояла пару секунд молча, а потом резко развернулась и подошла к выключателю света, чтобы выключить столь яркий свет. После чего она села на кровать Энид, ожидая от неё реакции. Светловолосая вопросительно на неё смотрела, но она не ожидала, что её резко потянут на кровать за плечи. — Что…что вы делаете? — Энид не могла сплести даже несколько слов вместе, когда её положили на кровать, — Мисс Аддамс? — Ты же говорила, что не можешь уснуть одна, — спокойно ответила Уэнсдей, лежа на спине. Энид ничего не ответила, она боялась даже пошевелиться. Где-то в районе груди появилось желание того, чтобы прикоснуться к девушки с боку, это желание росло с каждой секундой. Синклер задержала дыхание и медленно перевернулась на бок, лицом к Уэнсдей и обняла её одной рукой за талию, а голову положила на чужое плечо. Глаза Энид были открыты, она не дышала до того момента, пока не почувствовала руку на своей спине, которая придвинула её ближе. Тогда светловолосая нервно выдохнула и зажмурила глаза. — Почему ты так меня боишься? — в темноте задала вопрос Уэнсдей. — Это настолько заметно? — ответила вопросом на вопрос Энид, сильнее сжимая ладонь на чужой талии. — Да, — рука Уэнсдей стала гладить спину Энид, из-за чего та покрылась мурашками и спрятала своё лицо в плечо Уэнсдей, — Ты будто даже дышать рядом со мной боишься. — Мне кажется, что я вам неприятна, — тихо ответила Энид, — Я знаю, что между моими родителями и вами что-то было, я хочу знать что. На лице Уэнсдей появилась ухмылка, но Энид этого не увидела. — Я расскажу тебе завтра, а сейчас спи. Энид прижалась к чужому телу сильнее, кажется, это было именно то, чего она так долго хотела. Телефон Энид вибрировал от сообщений подруги, но Синклер не собиралась отвечать на них сейчас. Йоко Чем вы там таким занимаетесь, что ты не можешь мне ответить? А потом ты ещё говоришь что-то про шипперские наклонности?