Часть 8
27 июля 2023 г., 21:43
"Чёрт-чёрт-чёрт, я не могу понять. Мой мозг кипит, я сейчас умру."
Джисон сидит над блокнотной карточкой. Видать, дело плохо. На носу экзамены, а он даже над текстом нормально не может сосредоточиться. Пропало бы оно всё пропадом, забилось б в самые глубины адища и не вылазило оттуда. Чёртова сессия. Так у всех?
Сначала ты, вроде, учишся, а потом начинает немного надоедать, это как не твоё теперь. Вообще, это не выгорание или что-то вроде этого. Просто усталость под конец года. Предчувствие сессии, практик и кучи беготни включая работу. Сейчас добавилась заботе о котёнке, а ведь Сон сам не в состоянии уследить за собой.
На письменном столе куча бумажек и фантиков. На шаре пыли можно записывать конспект и знать точно, что ближайшие дни никто это не сотрёт. Мусорное ведро переполнено в уголке, рядом с металлическим изделием валяються жестяные банки от энергетиков, несколько исписсаных ручек и множество, скомканных в шарики, блокнотных карточек. Таких же, как та, над которой пыхтит Джисон. Плакаты на стене давно выцвели, их парень привёз с собой ещё из родного города. Им лет 10, не меньше.
На коленях спит чёрный котёнок, потирается мордочкой о ткань спортивных штанов, ластится. Хан усмехается на это, поглаживает шерсть, делает пару фото радостной морды и сохраняет их в галерее, в отдельной папке. Там собралось уже около сотни разных фото и видео. Йору добавляет в его жизнь довольно много красок. Словно послан судьбой для поднятия морального состояния убитого жизнью мальчишки. А ведь он еле сводил концы с концами, хотя сейчас это и не сильно поменялось.
Как и ожидалось – из студенческой стипендии он заплатил за аренду квартиры, остатков хватает на пропитание. Этого достаточно, да? Ведь так же...
Почему чёртовое чувство пустоты заполняет голову все больше? Он что-то упустил, что-то забыл важное. То, без чего жить невозможно, без чего нереально будет его дальнейшее существование. Он забыл часть себя, вторую половину души, чувств, судьбы...
"Романтично, Сон, да. Очень романтично, но ты не в состоянии стать тем, кого кто-то полюбит."
– Эх, Йору. Ты же меня любишь? – В ответ котёнок слабо урчит, обливает указательный палец Хана пока тот слабо кивает. – Конечно любишь. Я же тебя кормлю, маленький ты проказник...
Котёнок не ответит ему словами, но продолжает показывать то, что хотел бы, громким урчанием. Он пытался показать и то, что забыл парень, но никак не мог. Почему же он не замечает...
***
У Минхо сердце кровью обливается. Он смотрит как его братишка сидит который час уже над распечаткой чертежа плиты, которую команда Ведьмы пытается достать уже пару дней. Веснушчатый пытается вычислить хоть что-то, но выходит скудно... Точнее никак. – Ликс, может отдохни... Хоть пол часа. Я тебе сделал чай. — Старший Ли стоит, оперевшись поясницей о деревянную поверхность барной стойки. Чёрные низы почти сливаются с его домашними спортивными штанами, но им не хватает лапок котят как декора. – Нет. – Ликс, отд... Глаза обоих буд-то вспыхивают голубым. Голос Сынмина звучит в голове крайне странно, но от слов, которые он скажет, станет хуже "Я расшифровал часть. Маг и человек. Слабый и сильный. Тьма подземная и свет небесный. Станут они на защиту мира да поддержку друг друга. А вот дальше не пойму. Там говорят о роду проклятых детей и соловьёв. Ересь." – Хорошо, я ничего не могу найти пока, так что ты очень помог. – Ликс говорит в голос, звук разлетается по комнате, отбивается эхом от стен. Ему гораздо легче говорить всё в слух так как в голове порой слишком много мыслей и сложно сосредоточиться. – Но какого чёрта ты использовал связь? Где твой телефон? "Вообще... Я на лекции..." Подвисают братья вместе. Словно их отключили от общей системы питания. Становится до одури смешно от представления того, как Сынмин, человек, который никогда не прогуливает и получает одни пятёрки, сидит в углу аудитории с текстом на бумаге и чертежом плиты на парте. Да, дело доверила Ведьма, но не столь оно важное же. Хотя, кому как. "Твою мать, Сынминни, я подпрыгнул на уроке химии от того, что тебя услышал, еле глаза спрятал, а ты... Так легко переводишь силы Джинни?" - голос Яна звучит крайне грозно, но Ли ржут уже в голос. Их младший сейчас сидит на уроке, прячет ярко-голубые глаза и при этом ещё может отчитывать кого-то. Несколько лет назад Хёнджин изобрёл способ связать их мысли. Не на постоянной основе, не без последствий, но они могут общаться телепатически если сосредоточатся на той тонкой ниточке между ними, которую создал Хван. Он устаёт, должен больше спать и поддерживать эту связь, но так безопаснее. Сначала каждый отказывался, отмахивался, но вскоре все осознали, что телефона может и не быть, или надо быть тихо в ситуации, где срочно нужно что-то сказать своим. Например лекции. Ликсу было проще всего со связью. Он тоже телепат, поймать нить для него как написать собственное имя трижды на карточке. Легко справился и Чонин, который смог всё сделать благодаря хорошему общению и обострённому чувству дара Джинни. Хуже всего было Сынмину. Он, как человек, не мог ощутить даже нить, не замечал влияния дара телепата на себе. Прошло несколько месяцев усердных тренировок его "чуйки", как это назвал Ян, и в общем поддерживания связи ибо она постоянно рвалась. "Вот умора, вы сейчас говорите обо мне, а я наблюдаю за щекастым." "Хёнджин, ты что там делаешь?" - голос Ли старшего звучит твёрдо. Хван ёжится как от холода, вжимает голову в плечи. "Наблюдаю, сказал же." "Подумал" "Ой, Сынмо, не ворчи, ты как всегда. Да, подумал." "Зачем ты там?" "Вообще. Я не видел его в универе, решил сгонять домой к нему, а оказалось, что этот грызун и вовсе с дома не выходит из-за учёбы. Сидит, как в пещере, над своей этой тетрадью, да лишь коту есть даёт. За третий час, который я тут уже, он думает лишь о том, что сессия близко." "Ты б тоже задумался" – Сынмин хмыкает, продолжает спокойно сидеть на лекции пока в ушах звучат голоса. "Он же всё равно сдаст вытягивая ответы из экзаменатора. Каждый раз одно и то-же." – За партой Чонин сидит скучающе, подперев щёку ладонью и прикрывая голубые глаза. Ему скучно, он знает эти химические реакции почти что с пелёнок, а вот постебать Хёнджина... О-о-о, это грех не сделать. В доме Ли оба брата синхронно улыбаются на выходку лекаря. Они переглядываются, Ликс кивает в сторону брата и стреляет взглядом на чашку чая в его руках. Видимо, всё же от напитка он не отказался полностью. "Твою мать..." – Джинни? Ты чего это? Чонин тебя удивил? — Феликс усмехается и делает глоток ароматного, фруктового чая. С ложкой сахара, как он любит. "Он словно и помнит, но не помнит... Блять, я не понимаю ни черта." "Ты о чём?" "Сынмин, он знает, что что-то забыл и считает это.. важным. Жизненно важным" Каждый замер. Сынмин перестал крутить в руках карандаш, палец Чонина застыл в воздухе перед очередным стуком о парту, Ликс, как статуя, сидит с чашкой в миллиметре от губ, а Минхо, пишущий паралельно сообщение одногрупнику, резко поднимает голову словно не верит тому, что услышал. Хёнджин падает на лавочку перед подъездом Хана. Он продолжает слышать скитания парня, его переживания. "Это невозможно, Хван. Просто невозможно..." "Никто ещё не мог разрушить или хоть надломить мою пелену..." Минхо молчит. Он прокручивает в голове каждое действие, каждое слово. Они всё сделали как и всегда. Никакого промаха. Не должно быть ошибок, это заученый алгоритм. Хёнджин поднимается с лавочки и опускает взгляд на носки светлых кедов. Ликс не может ошибиться, это не то. У этого парня иммунитет? Нет, он же забыл. Тогда можно было бы согнать на паранойю, но тут он слышит "я тебя знаю..." и зависает. Джисон его знает, но не может вспомнить. Не знает кто он, что из себя представляет, но точно уверен, что знает его. Вот чёрт, это становиться слишком интересно.***
Хан кидает взглядом в окно и замирает. Он видел эту красную макушку уже где-то, но вспомнить сложно. Словно провал. — Я тебя знаю... На улице сидит парень, смотрит себе под ноги у стучит ногой о асфальт. Задумался, что-ли. Его алые волосы поблёскивают под солнцем, лямка сумки перекинута через плечо. Он суёт руки в карманы светлых широких джинс и поднимает голову вверх слегка улыбаясь. Его глаза закрыты, но Сон уже не в состоянии отвести взгляд. "Такой красивый..." Улыбка становится шире на губах "незнакомца", словно он его слышит, упивается комплиментом. Он разворачивается на пятках, кланяется какой-то бабушке, что подходила к подъезду и уходит. Просто уходит, спокойно шагая по дороге, но Джисону не спокойно. Он его знает. Знает, но, чёрт его дери, откуда...
