Сигареты и шоколадные конфеты

Настя щурится от яркого солнца и, почти с остервенением задернув шторы, вытаскивает сигарету из полупустой пачки. Степа готовит блины, напевая под нос какую-то популярную песню. Бокова лукаво улыбается и снова концентрирует все свое внимание на сломанном телевизоре. Чинить технику у нее явно получается лучше, чем готовить еду. Отец на это всегда только глаза закатывал и шутил, мол как девчонка готовить не может. Степа же ничего не говорит. Просто идет к холодильнику, берет все нужное и готовит для Боковой самые вкусные блины. Настя от такой спокойной атмосферы просто в восторге. Слишком ей хорошо. Она иногда отвлекается от поломанного телевизора и непроизвольно заглядывается на Козырева. Его руки она считает самым настоящим произведением искусства, но вслух ничего не решается говорить. Слова тут излишни. — Ты так никогда не починишь его, — с усмешкой произносит Степа, ловко переворачивая очередной блин на сковороде. Бокова только фыркает и проклятый телевизор материт. Они с отцом его по очереди чинят, да вот толку никакого. — Когда-нибудь я в окно эту рухлядь выкину, — шепчет девушка, стряхивая пепел. Козырев смеется тихо, а затем выключает плиту и кладет на стол тарелку с блинами. Настя восхищенно пищит и, кидая все инструменты на подоконник, бежит к столу. Поломанная техника слишком быстро на второй план уходит. — Блять, ты где так научился готовить? — бормочет Бокова, блаженно прикрывая глаза. Степа смущается, а девушке за этим безумно нравится наблюдать. — Да часто наблюдал за тем, как мама готовит и запоминал, — он запускает пятерню в волосы, отводя взгляд. — Отца дома почти не бывает, а если и бывает, то заканчивается это все скандалом. Готовка как-то отвлечься помогает. Настя поджимает губы, судорожно подбирая слова. Этого солнечного мальчика ей до слез жалко. Боковой то не понять. Она, быть может, и росла с очень даже грубым отцом, но на деле дочь он безумно любил, пытаясь ей дать все возможное. У него это получилось. — Ты крутой, а отец твой мудак, — шепчет вдруг Настя, откладывая надкушенный блин. — Не повезло с родителями, значит с другими повезет. Твоей вины здесь нет. — она на мгновение замолкает, а затем вдруг коварно улыбается, — Хочешь я вместо тебя его нахуй пошлю, если сильно боишься? Степа хохочет на всю кухню так, что даже сама Бокова сдержаться не может. Он чувствует себя спасенным от железных лап отца и прочих проблем. Ему хорошо здесь, вместе с Настей Боковой, на небольшой кухне, где он готовит ей блины, а она курит и телевизор этот чинит. — Ты чай то будешь? — Козырев тему быстро меняет, доставая из шкафчика коробку чая. Настя активно кивает, а потом встает из-за стола, поспешно целуя парня в щеку. — Я люблю зеленый и с двумя ложками сахара. Степа запомнит. Вот так они и пьют чай, едят самые вкусные блины, слушают рок, да сплетни всякие друг другу рассказывают. А спустя два часа им уже становится скучно. Телевизор починит, блины съедены, посуда помыта, а все сплетни обсуждены. Настя экспериментирует на себе новую тушь и помаду, которую ей на днях подарила Наташа, случайно узнав, что у девушки то вся косметика почти закончилась. Бокова от такого презента в восторге была, а вот отец явно не одобрил, но решил промолчать. Добровольская с нежностью и заботой относилась к девчонке, что почти поселилась у них в отделении. Настя это ценила. — Ну, как тебе? — Бокова убирает косметику в шкафчик и разворачивается к скучающему Степе. — Самая красивая, — смущенно произносит он. Девушка самодовольно улыбается, а затем падает на диван, прикрывая глаза. — Пошли гулять? — предлагает неожиданно она. — Пошли. И они собираются. Бокова быстро убегает в комнату, ища свою красивейшую черную юбку. Девушка бережет эту вещицу как зеницу ока, ведь ее сшила мама. Настя печально улыбается, аккуратно проводя рукой по приятной ткани. Степа молча ждет в коридоре и даже напоминает позвонить Бокову-старшему, или записку хотя бы написать. Настя отыскивает какой-то листочек и корявым почерком оставляет отцу послание. Они идут по оживленным улицам, болтая обо всем без остановки. Бокова смеется громко и говорит тоже довольно громко, а укоризненные взгляды бабулек игнорирует. Козырев к такому уже привык, даже начал некоторые черты от девушки перенимать. Например, игнорировать укор и недовольства в свою сторону. У него это получается не совсем хорошо, но он очень старается. Затем они даже умудряются поиграть с местными мальчишками в футбол, поругаться с ними и едва не подраться. Бокова в драку лезет почти самой первой. Козырев тоже не особо против, но потом резко понимает, что огромную ораву они вдвоем просто не смогут одолеть. Приходится брать все в свои руки, а точнее схватить Настю и уйти куда подальше. Девушка всю дорогу в красках описывает как бы она их там всех уложила, а Степа молча слушает и улыбается. В городе слишком оживленно. Козырев вдруг замечает тир и глаза его загораются огнем. Уж это он любил. Бокова улавливает его настрой почти сразу, а затем ведет их прямиком в тир, обгоняя прохожих. Свои немногочисленные карманные им приходится отдать. Рослый мужичок на них скептически смотрит и только головой качает, словно уверен, что подростки проиграют. — Дядь, лицо попроще сделай, — Настя нахально улыбается, а Степа за ней повторяет. И они стреляют. Попадают оба точно в цель. Бокова радостно хлопает в ладоши, крепко обнимает Степу, а затем оборачивается к хозяину тира и смотрит на него самодовольно. Получают они заслуженные игрушки и гуляют спокойно по парку. Настя все любуется своим белоснежным зайцем, а Козырев доказывает, что его мишка куда симпатичнее. — Кстати, а ты на скейте катался когда-нибудь? — вдруг спрашивает Бокова. Степа отрицательно качает головой. Настя останавливается и пристально смотрит куда-то вдаль. Недалеко от них светловолосый мальчишка как раз катается на скейте, да так хорошо, что Козырев тихо присвистывает. — А хотел бы покататься? — Мы не будем его красть, Насть, — решительно произносит парень. Бокова возмущенно вскидывает брови и больно пихает его в бок. Конечно, благовоспитанной девочкой она не была, но и до краж не опускалась. Хотя, может быть, иногда. Год назад, например, когда в темной головушке что-то вспыхнуло и появилась идея прихватить пару безделушек на рынке. От отца досталось тогда сильно. Бокова до сих пор с ужасом тот разговор вспоминает и руки при себе держит. — Мы просто попросим его одолжить нам скейт на минут десять, — она хватает Козырева за руку и идет к мальчишке. — От него не убудет. Степан прям-таки предчувствует нечто плохое, но по итогу молча идет за девушкой. Та слащаво улыбается незнакомому мальчишке и поправляет короткие волосы. — Привет. У тебя очень крутой скейт. Одолжишь на минут десять? Блондин останавливается, окидывая пару высокомерным взглядом. Одежда на нем дорогая, скейт тоже недешевый. Все так и кричит о напыщенных понтах. Степе он уже не нравится. — Ну если заплатите, то, может быть, и дам. Бокова громко фыркает и медленно подходит, так опасно скалясь. — Пацаненок, не наглей. Десять минут погоды не сделают, поэтому будь человеком добрым и скейт нам дай, — она легко хлопает его по плечу, хотя на дружелюбный знак это не похоже. — А иначе настучим на тебя за что-нибудь и вместе со своей деревяшкой в камере сидеть будешь. — У вас даже доказательств никаких нет, — паренек брезгливо отряхивает худощавую руку. Козырев взорваться готов, но вместо этого только нахально ухмыляется, глядя мальчишке прямо в глаза. — Зато есть связи в милиции. Сечешь? Блондин недоверчиво косится на них, но и рисковать явно не хочет. Непонятно, передумал он так быстро из-за красоты Боковой, из-за угрожающего взгляда Степы или из-за этих глупых угроз, но скейт в конце концов отдал. — О, ну все, спасибо, парень! — Настя подмигивает ему и вместе со скейтом отходит подальше. Степа благодарить никого не собирается, а потому молча наблюдает за тем, как Настя неумело катается. Эти ее попытки подружиться со скейтом такие забавные, что парень сдержать смех не может. Бокова в очередной раз едва не падает и со злостью деревяшку пинает, на что слышит возмущенный крик владельца. — Прости, пацан! Не буду больше, — она поднимает руки в знак капитуляции, а затем разворачивается к Степе. — Ты сам то попробуй. Невозможно это. Козырев уверенно подходит к скейту, хотя на самом деле абсолютно ничего в этом не смыслит. Судорожно вспоминает пацанов с его двора, которые с утра до ночи катались на этих скейтах, раздражая бабушек. И по итогу у него что-то да выходит, правда очень неуверенно и неумело, но он хотя бы каждую секунду не падает с него, в отличие от Боковой. Девушка недовольно фыркает, складывая руки на груди. — Ты говорил, что не умеешь. — Не умею, — соглашается Степа, набирая скорость. — Просто я очень способный мальчик. Бокова глаза закатывает, а Козырев усмехается, вдруг почувствовав себя профессионалом. По счастливой случайности получается то у него действительно сносно. Он даже расслабляется немного, да ускоряется постоянно. Только удача то длится недолго. На дороге совсем неожиданно появляются два пьяных мужика, о которых ему сообщает Бокова. Козырев громко матерится, едва успевая спрыгнуть с проклятого скейта, который через мгновение въезжает в одного из мужчин. Настя подбегает к нему, настороженно осматривая подвыпивших людей. С ними дел лучше никаких не иметь, Бокова не понаслышке это знает. Поэтому она, не давая вставить мужикам и слова, быстро берет скейт и отходит на приличное расстояние, не забыв при этом извиняюще улыбнуться. — Извините пожалуйста, мы не хотели! — Вы че, малышня, совсем оборзели? — еле выговаривает один из мужиков, слегка покачиваясь. Вот теперь Степа еще сильнее ощущает, что их прогулка закончится чем-то плохим. — Мы уже извинились, — аккуратно говорит Козырев, лишь бы не спровоцировать пьяниц на еще большую агрессию. — Пацан, да похуй нам! — подключается второй. — Вас родители вообще ничему не учили? Как угорелые носитесь на своих этих досках. Настя и Степа презрительно морщатся. Дружелюбная улыбка слетает с лица мгновенно. — Слышь, дядь, еще слово, и я тебя сама тут воспитывать начну, — цедит Бокова, сжимая в руках скейт. Мужчины хохочут и едва не валятся на землю. Алкоголя в них явно больше, чем здравого смысла. Остальные люди странно косятся, но на помощь явно не спешат. — Ну, и что ты мне сделаешь, девочка? Ты хоть знаешь, кто я такой? Степа словно слышит, как терпение у Боковой ломается на куски и разлетается. Теперь он начинает догадываться, почему она скейт крепко держит. Видимо, сегодня они эту вещицу не украдут, но точно сломают об чью-то голову… — Похуй мне. А затем следует удар. Да такой сильный, что Козырев вздрагивает. Скейт, к всеобщему удивлению, не ломается, а вот пострадавший с болезненными стонами валится на траву. Настя нервно улыбается, поправляя темные прядки. У Степы сердце бешено колотится. В его голове уже всплывает картина, где их вяжут и закидывают в камеру. А там до отца не так далеко… — Ты че, ахуела совсем?! Козырев не успевает среагировать, когда второй мужик толкает Бокову так, что та падает вместе со скейтом на землю и болезненно шипит. Тогда терпение лопается уже у Степы. Он, сам не успевая за своими действиями, быстро хватает стеклянную бутылку, стоявшую возле лавочки, и со всего размаха разбивает ее об лысую голову. Шум на весь парк стоит такой, что Козырев пугается еще больше, а Бокова только одобрительные слова кричит. Подскакивает как ни в чем не бывало, замахивается этим скейтом дурацким и без разбору бьет еще пару раз пьяниц до синяков. В крови у обоих адреналин бушует. — Пацан, прости! — Бокова отбегает от кричащих мужиков и кидает скейт в сторону перепуганного мальчишки, а затем поворачивается к Степе. — Че встал? Побежали. Не хочу я с отцом встретиться. И они бегут так быстро, насколько вообще могут. Даже дедушку какого-то с ног сбивают. Степа пытается выкрикнуть извинения, но в ответ только маты от старика получает. Бокова истерично смеется и даже умудряется упасть, коленки в кровь разбивая. Шнурки развязались. Вот так и бегут они по всему парку, надеясь выйти из этой перепалки чистыми. Но все как всегда идет по кривой… *** Интуиция Степу не обманула. Все-таки оказались они в отделении быстрее, чем ожидалось. Козырев предпочитает обвинить во всем этом шнурки на кедах Боковой, о которые она постоянно спотыкалась и затормаживала их побег. Настя же просто молчит, поедая конфеты Степы. Добровольская неодобрительно губы поджимает, глядя на этих двух оболтусов, но все-таки заботливо подает Насте ватку и перекись. — Давай я, — Козырев забирает все это из дрожащих рук девушки и опускается на корточки перед ней. Та шипит постоянно и что-то недовольно бормочет. Козырев осторожно дует на ранки, пытаясь сделать этот процесс как можно менее болезненным. — Да ты прям джентльмен, — шепчет Настя, поправляя спутанные волосы. — Кстати, бутылку об голову этого мужика ты круто вообще разбил. Эпично выглядело. Прям как в фильмах. Степа на такое глаза закатывает и отмахивается. Мать то ему точно такого не скажет, а отец тем более. — Твою мать, вы шо творите то, герои любовники? — в кабинет врывается Боков-старший вместе с обеспокоенным Валерой. — Они первые начали! — громко восклицает Настя, поднимаясь со стула. — Самооборона это была! — Какая нахуй самооборона? — рявкает Женя, с остервением доставая сигарету из пачки. — Одна скейтом отпиздила, другой бутылкой стеклянной по башке дал. Шо то вообще самообороной твоей не пахнет. Бокова лишь демонстративно фыркает, складывая руки на груди. Степа молча наблюдает, нутром чувствуя все негодование со стороны отца, однако парень не боится. Он нагло смотрит на него, ни капли не раскаиваясь. Валера это знает прекрасно. — Я все понимаю, Насть, но это того не стоило, — мягко произносит Валерий. — А, значит нам стоило просто терпеть все эти унижения? — теперь уже в словесную перепалку вступает Степа. — Ты вообще молчи, — недовольно бормочет Евгений и отворачивается от неугомонных подростков. Настя тоже не боится. Она больше за свою юбку переживает и за раны на коленках. Драгоценная вещь, к счастью, особо не пострадала, только постирать надо будет. — Мы считай отстаивали честь скейта, — Бокова равнодушно пожимает плечами. — Которым ты и отпиздила этих мужиков? — Евгений издевательски выгибает бровь. — Ну, что под рукой было, тем и воспользовалась… Степа тихо смеется, почти сразу натыкаясь на недовольный взгляд отца. — Пошли вон отсюда, — устало произносит Боков, указывая на дверь. Настя этому только и рада. Она извиняюще улыбается и, схватив Козырева, выходит из кабинета. *** Теперь поздним вечером им приходится ждать своих злых родителей возле отделения. Настя курит уже вторую сигарету, лежа на коленях у Степы, а тот просто хочет растянуть этот момент до бесконечности. — Как колени? — заботливо интересуется он, аккуратно поглаживая спутанные волосы девчонки. — Ты обработал и сразу лучше стало, — она ярко улыбается. Парень копирует ее улыбку. Бокова слишком красива и прекрасна для этого мира. Он готов обрабатывать ей эти боевые раны вечно, лишь бы она для него так всегда улыбалась… — Твой отец сильно будет ругаться? — осторожно спрашивает Козырев, заметно нервничая. Бокова усмехается и выпускает дым ему прямо в лицо. — Нет. Он успокаивается быстро. А вот твой устроит скандал, да? Степа неопределенно ведет плечом. Ему вообще в родную квартиру идти не хочется. У Насти лучше, теплее. — Переночуй у меня сегодня, — серьезно произносит девушка без тени улыбки. — Не могу. Слишком часто у вас… Вот только Бокова проблемы в этом не видит. — Вообще похуй. Дверь позади громко скрипит, заставляя Степу испуганно обернуться. На улицу выходит уставший и чересчур недовольный Евгений и, конечно же, Валерий. — Ну шо, голубки, настало время прощаться и разбегаться по своим гнездам. Настя выглядит расстроенной, но с колен парня все же поднимается и, делая последнюю затяжку, под хмурым взглядом отца выкидывает бычок. Путь до машин проходит в полном молчании. Настя прихрамывает, то и дело осторожно дотрагиваясь кончиками пальцев до руки Козырева. Такая игра ей кажется забавной. — Вы же понимаете, что совершили ошибку? — вдруг спрашивает их Валерий. Бокова демонстративно закатывает глаза. — Ошибку совершила та пьянь, что на подростков полезла, — девушка равнодушно плечами пожимает. — Но вы не должны были устраивать драку. — Но мы устроили, — спокойно произносит Степа. — И сделали бы это еще раз. Козырев-старший устало вздыхает и пытается оставаться таким же спокойным. Девушка на эти жалкие попытки усмехается. — С тобой мы еще поговорим. — Как поговорите? Скандал устроите? — Бокова не скрывает в своем взгляде отвращение. — Тактика хуевая, держу в курсе. — Ну ты бы хоть молчала, — шепчет Евгений. — Не буду. Отстань. Валера на провокацию не ведется, решает промолчать. Все-таки это дочь его напарника. Когда приходит время прощаться, Настя крепко обнимает парня. Тот тепло улыбается, оставляя быстрый поцелуй на ее щеке. — Всего доброго, дядя Валера, — она наигранно улыбается. — Надеюсь, когда-нибудь вы станете хорошим мужем и отцом, а не будете на Добровольскую заглядываться. И в эту же секунду что-то очень громко взрывается. Наверное, это невозмутимость Козырева-старшего. — Настя, как ты… — Нет, идите нахуй. Она отправляет воздушный поцелуй Степе и довольно идет прямиком к машине. Евгений потирает переносицу, медленно осматривая каждого присутствующего, и понимает, что он очень сильно заебался. — Жень, это не норма. — Не, Валер, нахуй иди. *** Через пару дней на улице опять льет дождь. Бокова поедает очередные конфеты, принесенные Степой. Тот снова пришел к ней поздним вечером, умоляя остаться на ночь. Женя только рукой на это махнул, смирившись окончательно. — У тебя эти конфеты заканчиваются вообще? — с набитым ртом спрашивает она. — Нет. Пополняю свои запасы только ради тебя. Настя тихо смеется и целует парня в макушку. — Мило. У нее в комнате невероятно уютно. Козырев отсюда уходить не хочет. По радио играет какая-то спокойная музыка и Настя блаженно прикрывает глаза. Степа не смеет даже лишние движение делать. Бокова такая расслабленная, лежит у него на коленях и ест его конфеты. Все ссоры с отцом как-то сами собой забываются, им здесь не место попросту, потому что Настя Бокова их только одним своим видом разгоняет. — А если бы тебе осталось жить месяц, то чтобы ты сделал? — спрашивает вдруг девушка и тянется к сигаретам. Степа хмурится. Вопрос хоть и кажется ему странным, но он всерьез задумывается. — Объездил бы с тобой все концерты, — шепчет он, заботливо убирая с девичьего лица темные пряди. — И просто старался бы все время рядом быть. — Ты и так это делаешь, — со смешком произносит Бокова. — Да, я знаю. А затем Настя сама тянется к его губам. У Козырева крышу от этих поцелуев срывает. Все вокруг совсем неважным становится. От Боковой отчетливо пахнет сигаретами и духами какими-то приятными. Поцелуй у них со вкусом шоколадных конфет. Степе это нравится. Ему в принципе вся Настя целиком нравится. — Все пути от тьмы ведут прямо к твоим голубым глазам…