Обретая свободу

      Август, 846 год.       «Через три дня меня отправят в Кадетский корпус, чтобы я прошла службу в армии, выбрала свой путь и шагнула во взрослую жизнь. Да кого я обманываю. Это была лишь красивая сказка, а на деле все было иначе. Эрвин не может оставить какую-то мелкую девчонку в стенах Разведкорпуса, вот и пытается сбагрить меня куда подальше. Сказать, что я была зла — ничего не сказать. Я была в бешенстве. Но у меня не было выбора. В моих силах лишь подчиниться и разрешить другим творить мою судьбу.       Год назад моя жизнь перевернулась с ног на голову. Вопросов было куда больше, чем ответов. Я только-только начала привыкать к жизни с разведчиками, обрела семью, если это можно было так назвать. И теперь мне предстоит все бросить и отправиться в армию? Что за несправедливость? Да и какая мне армия? Мне всего четырнадцать. Мой рост и хрупкое телосложение не подходят для суровых военных испытаний. Хоть каждый по чуть-чуть и тренировал меня весь год, но это не принесло никаких положительных результатов. Я крепко стояла на ногах, умела быстро бегать и могла похвастаться лишь ловкостью и сноровкой. Ближний бой давался с особым трудом, а вот верховая езда была моей единственной отдушиной. Умные и сильные животные меня влекли. Лошади упертые и выносливые. Иногда мне казалось, что мы чем-то похожи. Упертости мне было не занимать, а выносливость заключалась в вечных стычках с капитаном Леви.       При одной мысли об этом человеке меня бросало в дрожь. Раздражала его надменность, холодность и бесчувственность. Не раз я получала от него люлей и возвращалась в комнату с новыми шишками и синяками. Интересно, он ненавидит так сильно только мня или всех детей на свете?».       В очередной раз, пробираясь на кухню, как мышка, Кэти пыталась отыскать источник невероятно вкусного запаха. Скоро будет ужин. Сегодня воскресенье, а это означало только одно — картофельный пирог для командиров и элитных отрядов. Девочка ела с обычными рядовыми в общей столовой. Пресная и недосоленная пища вызывала лишь отвращение, но редкая возможность попробовать нормальную еду побуждала ее к действию. Воровать, конечно, не хорошо, но, как говорится: «Не пойман — не вор».       На грязной плите уже стоит ароматное лакомство. Недолго думая, тонкие пальцы хватают мокрое полотенце и одним рывком подцепляют кусочек горячего пирога.  Заскользив на жирном деревянном полу, воровка пытается скрыться из вида. Босые ноги несут ее в укрытие. Привычка редко носить обувь очень не нравилась Эрвину, но зато очень нравилась ей. Незаметно и бесшумно девочка могла подкрасться к кому угодно, что позволяло часто подслушивать интересные разговоры не для детских ушей или же воровать еду с кухни.       Небольшая коморка для швабр и ведер встретила проказницу запахом сырости и плесени, но ее это ничуть не смутило. Она знала, что здесь ее никто не найдет, и теперь можно спокойно насладится вкусным ужином.       С особым наслаждением доев последние крошки и облизнув каждый пальчик, девочка, наевшись, распласталась на полу. Посидев еще немного в своем убежище, она наконец-то решила выйти наружу. Из-за двери появилась светлая макушка. Осмотревшись по сторонам и удостоверившись, что рядом никого нет, худенькое тельце шмыгнуло в сторону выхода.       Слева послышались шаги. Видимо, солдаты выдвигались на ужин. Если кто-то заметит ее в мужском крыле, то Эрвин будет долго и нудно читать свою фирменную воспитательную лекцию и в наказание заставит убираться в конюшне. Пятки бросились бежать. Узкий длинный коридор не позволял скрыться от чужих взглядов. Справа послышалось шуршание брюк. Кэти в тупике. Ничего лучше не придумав, она ввалилась в первую попавшуюся дверь.       Захлопнув ее и скатившись вниз, девочка пыталась отдышаться. Окинув взглядом помещение, она не с первого раза поняла, где находится. Осознание пронзило стрелой. За соседней дверью доносился шум воды. Затем резкая тишина, а через секунду на нее уже смотрят удивленные серые глаза.       Леви стоял на пороге своей ванны, обмотанный полотенцем вокруг бедер, и злобно зыркал, бросаясь молниями.       — Что ты тут забыла? — Его красивый строгий голос с ноткой раздраженности и усталости врезался в детские уши.       Только сейчас Кэти удалось нормально рассмотреть капитана. Голый торс, покрытый заметными шрамами разных размеров, мокрые черные волосы, беспорядочно свисавшие и закрывающие глаза. Капли, скатывающиеся по шее, продолжая свой путь к ключицам, и пронзительный взгляд серых глаз. Отрицать, что он был красив, не было никакого смысла. И пусть сейчас ее не очень интересуют мальчики, но красивых и статных мужчин в Разведке было хоть отбавляй. Однозначно, Леви был не самым высоким и мускулистым, однако его широко расправленные плечи и рельефный пресс придавали ему мужественности.       — Не заставляй меня повторять дважды.       — Я решила проведать тебя, — ничего лучше не придумав, выпалила девочка. Не станет же она рассказывать правду, что опять украла еду и теперь скрывается ото всех в его кабинете.       Вздернув бровь, он внимательно посмотрел ей в глаза. Капрала трудно обмануть. Девушка понимала, что он раскрыл ее ложь. Пятясь к выходу, она мечтала лишь об одном — выбраться отсюда живой и невредимой. Почему из десятка дверей попалась именно эта?       «Вот черт!»       В мгновение ока парень оказался позади нее, заслоняя единственный путь к спасению. Пискнув от неожиданности, Кэти подскочила на месте, упираясь ладонями ему в грудь.       — Капрал, пощади! — С какой же мольбой она смотрела в эти холодные глаза цвета грозовых туч.       Маленькая никчемная девчонка, попадающая в передряги, смотрела на парня, как на серийного убийцу. Может она в чем-то и права. Роль убийцы была отведена ему еще в раннем детстве, не давая другого выбора. Два глаза цвета сладкой карамели были огромными от испуга, худые руки дрожали, а нижняя губа подвергалась пытке, палачом которой выступали верхние зубы. Он так старательно избегал эту девчонку, которая раздражала, даже не будучи рядом. Что совсем не замечал ее специфической внешности, которой многие восхищались. Этот странный цвет глаз, казалось бы, не должен сочетаться с таким же странным цветом волос, слишком светлым для местных блондинок.       «Никогда еще не встречал кареглазых блондинок», — промелькнул в его голове этот факт.       Фарфоровая прозрачная кожа позволяла увидеть все венки, по которым стремительно бежала кровь.       «И как она живет вообще? Совсем прозрачная.»       Внимание молодого человека привлек ее неопрятный вид. Распущенные, слегка взъерошенные волосы, заляпанная льняная рубашка и протертые старые брюки. А еще ее грязные босые ноги и крошки, прилипшие в уголках губ.       «Наверняка стащила булку с кухни. И почему эта девчонка вечно ходит без обуви?»       Руки зачесались помыть и причесать это чудовище. Солдат, равно порядок, опрятный внешний вид, рассудительность и хладнокровность. Все это совершенно не вязалось с этой девицей, которую Эрвин хочет сбагрить в армию. Капитану приходилось несколько раз наблюдать за ее тренировками. Сделав вывод, что она безнадежна и вылетит из Кадетского корпуса в первый же день, парень не знал, хорошо это или плохо. Обратно ее точно не примут. Однако же, если что-то пойдет не так, то можно сдать ее в какой-нибудь приют для сирот. Эти мысли не раз посещали его голову.       — Сядь, — сухо сказал капитан, слегка наклоняя голову в сторону стула, стоявшего в углу. На ватных ногах Кэти побрела к цели. Плюхнувшись на стул, она ожидала очередного выговора. Но то, что сделал Леви, повергло ее в шок.       Своими горячими пальцами он небрежно провел по длинным волосам, зачесывая их назад. Ловким движением рук он заплел тугую косу, доходящую до пояса, и громко вздохнул:       — Свободна.       Пулей вылетев из кабинета, девочка даже не удосужилась поблагодарить его.       «Что это на него нашло?»       От ощущения мягких волос между пальцев на капитана нахлынули старые воспоминания. Перед глазами промелькнул образ задорной девчушки с выразительными зелеными глазами и каштановыми волосами. Руки невольно потянулись вперед, желая ухватиться размытый образ давней подруги, что подобно призраку, появился перед глазами. Мимолетное наваждение спало так же внезапно, как и пришло.       «Ее больше нет», — шепотом произнес парень, будто бы напоминая себе об этом.       Отбросив ненужные мысли, Леви натянул привычную маску безразличия и приступил к выполнению своей вечерней работы.

*****

      Пролетели три последних беззаботных денька. Стоя на пороге Главного штаба Разведкорпуса с небольшим узлом вещей за спиной, Кэти прощалась со всеми.       — Малышка, я буду скучать! Не давай себя в обиду и будь умничкой! Не забывай свою тетушку Ханжи и пиши мне письма каждую свободную минуту, — загребая девчонку в крепкие объятия, бормотала майор.       «Тетушка Ханжи? Это уже смешно!»       — Да-да. Я поняла. Не реви.       На самом же деле Харрис знала, что эта безумная ученая будет скучать не по ней, а по их экспериментам с Титанами, которые так и не увенчались успехом. Что Кэти только не делала: сидела рядом с ними, ела, читала им книги, даже пыталась погладить, но их желание сожрать ее было куда сильнее невидимых чар. Видимо, это было всего лишь совпадением, что в тот злополучный день они не замечали ее. Наверное, она была слишком худой и неаппетитной по сравнению с остальными жителями, коих они предпочли ей. Эрвин и Ханжи даже слегка разочаровались, что у девочки нет никаких супергеройских способностей и сил спасти этот обреченный мир.       — Кэти, — раздался до боли знакомый голос. Эрвин не спеша шел в ее сторону с грустной улыбкой на лице. — Все взяла? Ничего не забыла? Пройдемся еще раз: не грубить, не хамить, слушаться, подчинятся. Все усвоила?       — Как будто это возможно, — хихикнула девочка.       — Кэтрин, — строго произнес он ее полное имя. Слушать нудную напутствующую речь совершенно не хотелось, но шумно выдохнув, малышка подняла глаза на командира. — Ты должна понимать, что мне было очень трудно пропихнуть тебя в Кадетское училище. Ты абсолютно не подходишь по возрасту. Будь готова к тому, что будешь на два года младше своих товарищей. Я приложил не мало усилий, чтобы твоя жизнь сложилась хорошо. Никаких выходок! Ты меня поняла? Там этого не потерпят, и никто не придет тебе на помощь. Четыре года обучения весьма длинный срок, но не переживай, они пролетят незаметно. Три из них ты будешь жить в казарме, а последний в том месте, куда решить пойти. По окончанию учебы ты сможешь выбрать путь, с которым свяжешь свое будущее: Разведкорпус, Военная Полиция или Гарнизон. Решать придется тебе. Но я надеюсь, что ты меня услышала и примешь правильный выбор и пойдешь в Военную Полицию. Удачи тебе, дорогая и до встречи!       — Есть, сэр! — Отдав честь, девочка посмотрела на мужчину с некой обидой. Ей не хотелось уезжать. Она отчетливо понимала, что прежней жизни пришел конец, и вот так просто заявиться в кабинет командира и рисовать за его столом уже не получится. Она больше не сможет беззаботно прогуливаться с Петрой или слушать очередную историю Ханжи про эксперименты над Титанами. Теперь они будут старше по званию, и обращаться к ним придется подобающе. Не говоря уже и о том, что она не увидит их все четыре года.       «Вот же скотство!»       Попрощавшись со всеми, белокурая особа уселась на небольшую лошадь и в окружении своих сопровождающих двинулась в путь. Бросив последний взгляд на место, ставшее домом хотя бы на время, ее глаза встретились с его серыми и мрачными. Он смотрел ей вслед из-под челки, облокотившись о высокий старый дуб, росший на территории корпуса. И слегка качнув головой в его сторону, будто прощаясь, Кэти выехала за ворота.