Аркан "Башня"

Комната Когтеврана. Комната Кандиды Когтевран, если быть точной. Может, там осталось что-то от Эндрю? — Лесли, можешь на секунду забрать Живоглота? Он любит сидеть у тебя на руках, хочу… Ей нужно будет вновь отыскать комнату и проверить, обязательно. И перечитать записи о диадеме. В тридцать пятый раз. — Конечно, — отвечает слизеринка на автомате, столкнувшись взглядом с рыжим котом, сидящим на коленях Грейнджер. Устрашающий каждого второго взгляд желтых глаз полукниззла вырывает Лесли из ее мыслей лишь на одну секунду, пока она вновь не уходит поглубже в себя. Нет, она не считала. Так что может быть и в сотый. — Не представляю, как вы его на руках держите, — фыркает Уизли, устроившись у окна. За ним шумит поезд, моросит дождь, проносятся бескрайние поля и горы, Англия сменяется Шотландией. Она сидит с тремя гриффиндорцами в одном купе. Как Лесли до этого докатилась? Ах, точно. На платформе все ее дражайшие сокурсники, довольно близкое окружение, если можно их так назвать, были в полнейшем восторге и были очень рады видеть Лесли не то чтобы после волнительного, лишенного общения лета, но и происшествия в Отделе Тайн (после чего добрую половину родителей факультета Слизерин упекли в Азкабан) и даже предшествующего этому побега из лап Амбридж, в который Лесли все еще не могла до конца поверить, учитывая свежесть и внезапность этих впечатлений в, казалось бы, вдоль и поперек исследованный ею промежуток времени. Пэнси Паркинсон прожигала ее взглядом издалека, на пару с Милли и Крэббом, и Гойлом, и Трейси. И это только те лица, которые Фоули успела заметить в толпе. Она была уверена, что ненавистных гримас в зеленых галстуках и дорогих мантиях поверх школьной формы на платформе было куда больше. Пожалуй, единственным светом в этом туннеле послужило семейство Гринграсс. Дафна едва заметно кивнула Лесли (спасибо на этом), одернув свою сестру (Астория уже успела задрать нос, пока Фоули приближалась к ним с другого конца платформы, намереваясь просто зайти в поезд). В конце-концов, она ведь понимала, что в этом году все будет совершенно по-другому. А что Малфой? Ну, только успев приметить белобрысую макушку в толпе, Лесли мигом повернулась в другую сторону и двинулась стремглав прочь, подальше от него. На полпути ее перехватила Полумна в сумасшедших очках, объявившая ей об обилии мозгошмыгов и заработавшая в ответ пронзительно холодный взгляд. Лавгуд улыбнулась ей слишком мило. Лесли передернула плечами и направилась на поиски Гермионы — можно ведь найти и другой вход в вагон, лишенный преград. — Дикие звери всегда находят общий язык, Уизел, — отвечает гриффиндорцу Лесли, вновь вынырнув из своих воспоминаний, сфокусировавшись на теперь ставшим самым раздражающем в помещении собеседнике и хмыкнув. Гарри слева от нее заливается хриплым смехом, поправляя очки на своей переносице. Гермиона закатывает глаза, поглаживая своего кота и подготавливая того к перемещению. Уизли щурит глаза, по очереди глядя то на слизеринку, то на своего лучшего друга. — С каких пор вы вообще общаетесь? — возмущенно интересуется Рональд, показав пальцем поочередно на каждого из них. Фоули уже было приоткрывает рот для ехидной ремарки в ответ, но ее опережает Поттер: — Так получилось, — он пожимает плечами в подтверждение своих слов. — Летом было скучно. — Не умеете вы каникулами наслаждаться, ребята, — фыркает Рон, вновь посмотрев за окно и проносящийся за ним осенний пейзаж. Лесли перенимает кота у Гермионы, шепча ему нежности в ответ на приглушенное рычание. Живоглот почти сразу замолкает, вновь уставившись на нее своими ярко-желтыми глазами. Его хозяйка тем временем косится в сторону продолжающего причитать справа Рона: — Миона, ты учишься, а Гарри вообще связался с… — Уизли явно не находит подходящее слово, после которого его бы не прибила собственная подруга, сидящая совсем рядом, поэтому несколько раз хватает ртом воздух, поджимает губы и так и не собирается с мыслями, — с… с чертовой… — Змеей? — заканчивает за него Лесли, растянув губы в нарочито милой усмешке. — Вертихвосткой? — она показательно поднимает перед собой ладонь, растопырив пальцы и рассматривая свои ногти, лишенные маникюра. — Врагом? — продолжает более глубоким голосом, вновь переведя взгляд на рыжего гриффиндорца и сладко улыбнувшись ему. — Давай, Уизел, я жду оригинальных комплиментов… — Ненавижу я тебя, — со вздохом продолжает Рон, в раздражении вскинув руки в воздух. — О, поверь дорогой, эти чувства взаимны, — продолжает подначивать его Лесли, покачивая головой. — И настолько ответны, что… — Грейнджер, как приятно видеть знакомые лица, — в проходе купе появляется знакомая кучерявая голова, чей владелец, Нотт, так резко перебивает сокурсницу и задерживает свой приветливый взгляд на добрые полминуты на Гермионе. — Как лето, хорошо провела время? Уизли явно выпадает в осадок, судя по его выражению лица. Да, челюсть у него отпала. Гарри рядом с Лесли настороженно поворачивается в сторону выхода в коридор, в непонимании нахмурив брови, явно пытаясь сопоставить сказанное и с голосом, и с его владельцем, и с его факультетской принадлежностью. Сама же Лесли едва сдерживает рвущуюся на лицо улыбку. Может быть даже злорадную — в конце-концов, она все еще до мозга костей слизеринка, и недавно всплывшая правда о том, кто нравится Грейнджер, все еще ее не отпустила. Ну, точнее, ее еще не отпустило по этому поводу, и Фоули еще не произнесла достаточно шуток для такой прекрасной ситуации. — Х-хорошо… — оробело отвечает Гермиона, нервно покосившись на Лесли. Та едва приподнимает правую бровь. Для любого другого это бы не значило ровным счетом ничего, но Грейнджер прекрасно понимает, что Лесли молча подначивает ее с превеликим удовольствием. Гриффиндорка отмахивается от подруги, вновь посмотрев на Тео как можно более дружелюбно, а не потерянно. — А ты? — Пойдет. Староста, правильно? — он кивает на с гордостью нацепленный парой часов ранее на грудь Гермионы значок, улыбнувшись еще шире. Ну конечно, все очарование Нотта направлено на Гермиону. Так ведь было и раньше, с любой девушкой. Ладно, не с любой. Грейнджер не отвечает — она безостановочно моргает, явно лишившись дара речи. — Да, мы с Гермионой старосты, Нотт, что-то еще? — недовольно интересуется Рональд, вновь обретя способность говорить. Лесли мысленно благодарит его за удачную вставку, потому что их подруга совсем вылетела из разговора. — Для тебя, Уизел? — Тео взлохмачивает пальцами свои темно-каштановые кудряшки, ставит руки на стенки дверного проема и немного наклоняется внутрь, почти оскалившись. — Ничего. Волны ауры приносят Лесли эфиры гнева Поттера и Уизли. Ладно, простым языком: ее легилименция работает на демо-версии. И сейчас слева от нее разгорается пламя гнева. — Да чтобы тебя… — Уизли явно поддается на провокацию слизеринца, но тот тут же его прерывает, как ни в чем не бывало впервые за весь разговор повернувшись к Лесли: — Малфой, кстати, темнее тучи. Позаботься о том, чтобы ваши маршруты не пересекались в ближайшее время. Это звучит как предупреждение или угроза? Фоули сверлит его внимательным изучающим взглядом, чуть сильнее сжав шерстку Живоглота, так и продолжающего тихо сидеть у нее на руках. Тео тут же поднимает руки перед собой, повернув ладони к ней: — Из самых добрых побуждений, — хмыкает он, вновь усмехнувшись. Лесли борется с непреодолимым желанием наслать на него жалящее заклинание, но это делу не поможет. У нее нет никакого желания зарабатывать еще одного врага в лице сокурсника, учитывая, что она не совсем уверена в змеином логове, где ей придется пожить в этом учебном году. — Безмерно благодарна, Теодор, — произносит она вместо этого мирно и мягко, разжав зубы. — И поздравляю со статусом, он заслуженный, — кивает Лесли, опустив ранее напряженные плечи. — Спасибо, — парень кивает, принимая ее лживые слова благодарности, но в глазах Нотта играют черти. — Жаль, что бейдж тебе не достался. Вряд ли ты хуже Пэнси. Ты не соответствуешь нашему факультету, Лесли. Старостой бы тебя точно не выбрали. — Уверена, она прекрасно справится со своими обязанностями, — Лесли играет в игру Тео, подражая ему. Ее пальцы теперь уже аккуратно сжимают шерсть Живоглота, который не возражает, судя по всему ощутив ее эмоции в этот момент. — Пэнси всегда умела командовать, — Паркинсон всегда была чистокровной истеричкой, но со стержнем. — Что ж, мне пора, — Тео смотрит на часы на запястье, в который раз проведя ладонью по блестящим волосам. — Поттер, Уизли, — любезно кивает он парням, что паром исходят от злости у окна, явно обеспечивая формирование конденсата на внутренней стороне стекла. — Дамы, — Нотт шутливо откланивается, продолжая свой путь по коридору поезда как будто их разговор не был чем-то выходящим из ряда вон. Проходят секунда, две. Живоглот смачно зевает на руках Лесли, привлекая к себе внимание всех присутствующих. Слизеринка улыбается ему, шепотом приговаривая, какой он хороший кот. И мысленно благодаря за терпеливость там, где она сама почти сорвалась. Уизли тем временем заливается очередной волной возмущений: — Да что он вообще о себе возомнил? Гарри, ты это видел? — он то складывает руки на груди, то возмущенно размахивает ими в воздухе. — Мы теперь всех слизеринцев собираем? — он гневно поворачивается к Гермионе, продолжающей сверлить пустым взглядом коридор, где только что скрылся Нотт. Уизли, не получив ответа, скривившись, смотрит на Лесли. — Когда Малфой, следующий в очереди? — рыжий наконец поворачивается к своему лучшему другу, громко и возмущенно выдохнув в полную силу, наверное, впервые за последние пару минут. — Вы совсем забыли о том, что мы видели в Косом Переулке? Лесли в ожидании поднимает глаза на молчаливо сидящую напротив Гермиону. Грейнджер так и продолжает завороженно смотреть перед собой в никуда. Герм. Гриффиндорка пересекается с ней взглядами, нервно разминая пальцы. — Гермиона? — Что, Рональд? Она явно не услышала его тираду. Лесли подсказывает ей, пользуясь небольшим трюком. Косой Переулок. Подруга благодарит слизеринку кивком. Фоули слушает их разговор вполуха, поглаживая Живоглота. В конце-концов, Уизли и так продолжает на нее нервно оглядываться, а Поттер явно заметил их молчаливый разговор с Гермионой, но предпочел ничего не говорить. — Так что Драко делал с тем странным шкафом? И кто были все эти люди, — Лесли кидает короткий взгляд в сторону сидящего рядом с ней Гарри. — Как вы не понимаете, это была церемония посвящения… Странно ощущать, что между ними установилось доверие. Она правда пытается слушать, пытается вникнуть в их разговор, но честно… — Прекрати, Гарри, — Гермиона едва качает головой, взяв в руки очередной тонкий учебник, один из многих в ее кажущейся бесконечной сумке. — Я знаю, к чему ты ведешь… Странно, что Тео ничего не сказал о приеме. Или об их столкновении в центре Лондона вместе с Малфоем месяц назад. — Он теперь… Может, оно и к лучшему. — Один из них. Чем меньше она об этом думает, тем лучше. — Из кого? — спрашивает Рон, переглянувшись с Грейнджер. Лесли сглатывает. — Гарри думает, что Драко Малфой отныне Пожиратель смерти. Это слишком сложно. У Лесли достаточно забот, чтобы об этом думать. Чем меньше она думает о… — Да ты сбрендил, — хмыкает Уизли, подавшись вперед. Лесли выпрямляет спину, нетерпеливо выглядывая в коридор в поисках продающей сладости проводницы. Что-угодно, лишь бы перевести разговор в другое русло. — Зачем Сам-знаешь-кому этот жлоб Малфой? Чем меньше она думает о все том же человеке, из-за которого она встряла во всю эту кашу, тем лучше. — А что Драко делал в «Горбин и Бэркс», мебель подыскивал? Уизли отвечает что-то другу, но этого Лесли не слышит, надеясь восстановить ускоряющееся сердцебиение. Живоглот поднимает на нее почти кажущийся осуждающим взгляд. — Слушай, его отец — Пожиратель смерти, все сходится, — перед ее глазами проносятся еще свежие воспоминания из Отдела Тайн, презрительный взгляд Люциуса Малфоя и его снисходительность по отношению к самой Фоули. — Гермиона своими глазами все видела… Вдох-выдох. Пластинки, крутящиеся на граммофоне. Или нет? На чем они там крутится должны… Лесли кажется, что она слышит пронзительный писк в ушах. — Я уже сказала: я не знаю, что я видела. — Лесли, ты все еще думаешь об этом хорьке? — Поттер явно заметил ее молчание, не преминув закатить глаза. — Даже если бы мы об этом не говорили в открытую, ты же понимаешь, что он прихвостень Волдеморта. Лесли не огрызается на Гарри вслух, а вместо этого молча переглядывается с Гермионой, занявшей ранее нейтральную позицию в этом разговоре. Потому что факт того, что Малфоя ждет метка — в этой реальности, скорее всего, тоже — известен только ей и Грейнджер, а также нескольким членам Ордена. И может быть ее родителям. Но это не точно. Ну и, конечно же, она молчит по той простой причине, что Лесли в очередной раз перебивает Уизел: — И вообще: с каких пор вы с Малфоем не общаетесь? — Рональд, ты уже в курсе… — шикает на него Гермиона, но до рыжего ее слова явно не доходят: — Я не слышал этого от нее лично. Лесли поднимает глаза на гриффиндорца, прожигая его взглядом. Она еще активнее ерошит шерстку кота, отчего Живоглот впервые за долгое время едва слышно рычит. — Отдел Тайн помнишь? — она плюется ядом подобно змее, соответствуя символу ее факультета. На Лесли вновь волной накатывают неприятные воспоминания, которые она раз за разом прячет в самый дальний угол пятого ряда с виниловыми воспоминаниями. — Он свалил. Когда там бегала эта сумасшедшая и… — Вы не общались? Вообще? — спрашивает теперь уже Гарри. Лесли косится на него, как на предателя, и закатывает глаза: — Вы двинулись? Думаете, я бы об этом не сказала? — А слизеринцы? — ясно, у Рональда проблемы с доверием. Гермиона на секунду зажмуривает глаза, понимая, что разговор идет совсем не в то русло. Впрочем, чего они ожидали от мальчиков? Рано или поздно этим придуркам нужно раскладывать всю информацию по полочкам. — Они же… — Я не разделяю их взглядов, и вы все об этом в курсе, — грубо обрывает его Лесли, мысленно пнув проигрыватель с одной из пластинок. Пластинки, пластинки, пластинки. — Вопросы? — она оглядывает всех присутствующих по очереди, параллельно выискивая нейтральные воспоминания в голове, лишь бы отвлечь себя. Подальше от Малфоя и остальных слизеринцев. Где у нее медитации и мирные места в голове припасены? Наверное, лучше уединиться. Просто остаться наедине с собой. Все трое гриффиндорцев сохраняют молчание, теперь уже не решаясь перечить Лесли. Ее лучшая подруга смотрит на слизеринку с сочувствием и сожалением. Фоули сейчас не готова разговаривать с кудрявой гриффиндоркой о чем-либо, поэтому она сдержанно продолжает: — Если нет, мне нужно отлучиться. Герм, перейми кота, — Грейнджер послушно выполняет ее просьбу, потянувшись через проем к Лесли и с нежностью забрав Живоглота у подруги. Слизеринка поднимается на ноги, отряхнув брюки от шерсти (без малейшего успеха) и распахнув дверь в коридор. Затем она останавливается, обернувшись и спросив более дружелюбно, но без тени улыбки: — Я закрою дверь? — Хорошая идея, — тихо отвечает ей Гарри, заторможено кивнув. Он явно умерил свой пыл благодаря столь резкому ответу. Гермиона так и продолжает настороженно наблюдать за подругой, но Лесли игнорирует ее взгляд, двинувшись в сторону вагонов без купе. Может, прогулка ее немного освежит. О происшествии в Косом переулке, которое так взволновало Поттера, она еще точно успеет узнать. Все равно он не в таком состоянии аффекта, как в ее личном конце прошлого-будущего. Ее вопрос и так уже прозвучал под влиянием окклюменции. Поэтому Лесли смогла задать его максимально спокойно и нейтрально, но поддерживать внешний фасад — лишь часть кропотливой работы контроля собственного разума. Прогулка наедине, даже оминая кучки школьников, — это все равно прекрасная возможность потренировать свою окклюменцию. Потому что сейчас на ее мысленном проигрывателе пластинок завелась повторная назойливая шарманка «Малфой-Малфой-Малфой», которую Лесли настойчиво пыталась игнорировать все лето, в особенности последний месяц. И что в итоге? Любое неаккуратное упоминание Драко и все ее попытки летят к чертям собачьим? Нужно больше заниматься со Снейпом. Он и так сказал, что будет уделять ей время каждую неделю в среду и пятницу, но может стоило бы увеличить частоту занятий до трех? Или четырех, или пяти, или… Пластинка в ее голове продолжает крутиться, но с куда большей скоростью. Вот он, прогресс в никуда. Лесли переходит в соседний вагон, замирает напротив одного из широких окон в проходе и смотрит вдаль, наблюдая за сменяющимся пейзажем. Тихая водная гладь. Ни одной капли, которая могла бы ее потревожить. Проходящая мимо Лаванда Браун с презрением фыркает в ее сторону, но Лесли не реагирует. Драко Малфой, метка. Драко Малфой, метка. Метка. Лесли знает, что у него она будет. Она уже есть? Ее еще нет? Конечно, игнорировать его существование хорошо. Но даже если Лесли напрочь забудет о Драко Малфое, он ведь играет какую-то роль в этой… Войне? Возвращаясь к самому началу: ведь Лесли хотела его спасти, правда? Каким бы он придурком ни был, в самом конце своего прошлого-будущего он спас ее от Авады Пожирателя. Ценой своей жизни. А ранее выслал из Хогвартса прочь в надежде уберечь все от тех же Пожирателей. В Драко Малфое же должна была остаться хотя бы крупица хорошего? Даже после того, как он бросил ее в Отделе Тайн саму на пару с кружком геройств и спонтанных решений под предводительством Поттера? — Что вы чувствуете, Фоули? Грусть. — Подумайте, что вы чувствуете и почему. Чтобы компоновать воспоминания и эмоции, вам следует уметь их различать и понимать. Пока вы будете их игнорировать, они так или иначе будут находить пути обхода через выстроенные в вашей голове стены.

Я сделала все правильно, но ничего не изменилось.

Пластинка. Широкая, с огромным количеством борозд. Пластинка, которую она вкладывает в бордовую папку и прячет между сотни таких же. Лесли, напоследок сжав поручень, поворачивается в сторону своего вагона, намереваясь сполоснуть лицо и затем пройтись в переднюю часть поезда. Она сейчас где-то в конце, а ехать еще всего пару часов и… Она дергает дверь туалета в своем вагоне. Дверь распахивается. Пэнси Паркинсон полусидит на раковине. Ее рубашка расстегнута, один рукав сполз вниз, оголяя плече. Острые ключицы видны сквозь тонкую светлую кожу, на которой россыпью заметны красно-фиолетовые точки. И да. В следующий момент Лесли сталкивается с надменным, усмехающимся и обжигающе-холодным взглядом предмета ее последних размышлений. Дверь туалета хлопает о соседнюю стену. Лесли просто разворачивается, начиная идти в обратном направлении, в сторону купе Золотого трио. Всяко лучше, чем зрелище, которое успело предстать ее глазам. Чья-то рука дергает девушку за плечо, затягивая внутрь одного из бесконечных купе. Лесли уже почти дает ее владельцу в лицо, пока она не слышит недовольное: — Фоули, попустись. Она моргает несколько раз, пока не замечает перед собой знакомую физиономию с россыпью веснушек и голубыми глазами ненавистного ей лучшего друга Гарри Поттера. — Ты тоже это видел? — спрашивает Лесли едва слышно, с грохотом хлюпнувшись на сиденье. Уизли садится на свое прежнее место напротив, непонимающе глядя на нее из-под рыжей челки. — А где Гермиона с Гарри? — Наш новый профессор зельеварений собирал самых «многообещающих» учеников, кажется. А Гермиона пошла проверять наших сокурсников, — отвечает ей Рон. Лесли передергивает плечами, подняв глаза на стоящую на верхней полке клетку Живоглота, где сам кот нетерпеливо расхаживает по своему скудному пространству, явно недоумевая, где же ходит его хозяйка. — Тебя тоже искали, но… — Я поняла, — обрывает его девушка, сложив руки на груди и повернувшись в сторону окна, намереваясь до конца этой поездки игнорировать своего соседа и хранить относительное понятие баланса. И честно, ей не так интересно, кто ее искал. Сейчас — совсем уж. Она просто не хочет думать ни о чертовом Рональде Уизли, Малфое или Паркинсон в туалете, ни о засосах на ее шее, ни о циничности в серых глазах… — Я не твой фанат, но Малфой тебя не достоин, — внезапно выдает Рон, как ни в чем ни бывало потянувшись к еще не открытой шоколадной лягушке, валяющейся на одном из сидений купе. Лесли кажется, что весь мир одновременно уходит у нее из-под ног и собирается в единый пазл, служащий твердой землей под стопами.

***

Лесли игнорирует презрительные взгляды со всех сторон, усаживаясь где-то на краю слизеринского стола. Дафна снова кивнула ей в коридоре, Блейз «приветливо» махнул ладонью, в то время как Пэнси, идущая с ним под руку, скривилась явно от отвращения. Ей плевать, правда. Все они не то чтобы недостойны, но вряд ли когда-то смогут отступить от своих навязчивых идей чистоты. К тому же, половина родителей слизеринцев после рейда в Отделе Тайн поселилась в Азкабане, и это далеко не тайна, что Лесли была их единственной сокурсницей, каким-то немыслимым образом ввязавшейся в эту заварушку. Лавгуд на этом фоне просто самый логичный аутсайдер. Фоули — белая ворона, на которую готовы наброситься все вокруг. В этом она уж точно убедилась еще на пероне… — Что, из Мунго выгнали раньше времени? — Лесли игнорирует едкие слова Гойла, едва сдерживая свой порыв закатить глаза. — Ты меня слышишь? — Глухая, видать, — фыркает Крэбб. Оба заливаются смехом, вновь вернувшись к горячему обсуждению девушек с других факультетов, с которыми можно позажиматься в этом году. Лесли же поднимает глаза на зал вокруг, оглядывая знакомые лица. Ханна Аббот улыбается ей издалека, мотнув головой, впрочем как и Терри Бут, и когтевранец, с которым они когда-то делали проект по Травологии. Даже тот же Долгопупс приподнимает уголок губы. Сказать по правде, Лесли все еще змея в их глазах, но она бы и не хотела быть кем-либо другим. Странно другое. Почти все уже сидят на своих местах, в ожидании начала торжества. Двери хлопают в последний раз — она игнорирует светлую макушку, которая движется к их столу. Тут же где-то справа раздается затяжной возмущенный вскрик Паркинсон, от которого хочется заткнуть уши. Лесли игнорирует Драко. Малфой ее, наверное, тоже. Чертовы Малфой и Паркинсон со своими лобызаниями. Она продолжает летать в своих мыслях, глядя на унылые выражения лица присутствующих, ведь лишних поводов для радости нет. Лесли прекрасно понимает каждого — чистокровных, потому что атмосфера не лучшая, маглорожденных и полукровок — потому что им грозит смертельная опасность. Да и речь Дамблдора в этом году совсем не радует. Лесли помнит, что в прошлом-будущем было так же. И что… Слизнорт — старичок за преподавательским столом — пока еще не глава факультета, но новый преподаватель Зельеварения. С каких пор Снейп наконец-то добрался до своей работы мечты почти в самом конце их обучения? Она даже не задумывалась об этом в прошлом. А еще Лесли осознает, что именно показалось ей одновременно непривычным, и в то же время совершенно закономерным. Гарри. Его нет в зале, хотя он был с ними в поезде. И это совсем не хорошо, в такое-то время. Лесли поднимается на ноги, решительно шагая в сторону гриффиндорского стола под множеством прожигающих ее фигуру взглядов, в том числе их нового профессора по зельеварению. Она останавливается аккурат между Роном и Гермионой, с громким хлопком уперев ладони в шероховатую поверхность стола львиного факультета: — Где Гарри? Ее подруга удивленно поворачивается, дожевывая кусочек картошки: — А ты его не видела? — Нет. Ты? — Думаешь, я бы спрашивала об этом? — продолжает Лесли, чуть наклонив голову вбок, отчего ее волосы спадают вниз. Сидящая напротив младшая Уизли тоже настороженно смотрит по сторонам в поисках Поттера. — Фоули, если ты не заметила… — начинает Рон, сидя слева и продолжая жевать, но Лесли с улыбкой поворачивает лицо к нему: — Уизли, можешь по имени, я не кусаюсь. — Ребят… Гермиона явно чувствует назревающую ссору, пытаясь ее заглушить, но Уизли уже повышает свой голос, нервно заглатывая остатки пищи во рту: — Змея, ты еще не… — Гарри! — его прерывает вскрик Гермионы, глядящей куда-то за Лесли. И слизеринка, и гриффиндорец синхронно поворачиваются ко входу в зал, впрочем как и многие остальные школьники. Поднимающийся в их головах общий вопрос, однако, озвучивает только Уизли: — Кто его побил? Лесли же прищуривается, глядя на подбитое лицо и поломанные очки Поттера, а затем оборачивается в сторону стола своего факультета. Почти каждый слизеринец едва ли не шипит в ее сторону, прервав свой прием пищи. Малфой же, подперев подбородок ладонью, задумчиво смотрит в пустоту. И той нарочитой радости, прежней надменности, статусности, гордости, присутствовавших в поезде, в нем совсем не видно. Он игнорирует ее, впрочем как и всех вокруг. И Лесли вновь испытывает терпкое чувство дежавю, от которого она так стремилась отвыкнуть с самого начала.

***

Драко Малфой никогда не был фанатом школы. Теперь — тем более, учитывая, какую политику ведет Дамблдор и как… Он отворачивается от непослушной копны волос Грейнджер, радостно отчитывающейся Слизнорту о том, что она унюхала в амортенции. Тео сбоку беззвучно смеется. — Ты-то что чувствуешь, а, Малфой? — Нотта явно забавляет сама ситуация, особенно учитывая то, что они стоят буквально в метре от якобы благоухающего котла. — Никакого запаха нет, — фыркает Малфой. Я не могу быть в нее влюблен. Да и вообще в кого-либо. — А ты проверь, Малфой. Тео «случайно» толкает его вперед, отчего Драко почти налетает на стол с котлами, норовя разочаровать их нового профессора зельеварения в первый же день. И да, Драко чувствует чертов запах, которого там быть не должно. Свежесть духов с нотками зеленого чая. Клубнику. И салазаров ландыш. Никакой гвоздики Пэнси или сливочного пива. Запах его личной версии любовного зелья въедается в его подкорку. Как же мало нужно, чтобы сбить его с толку. — Держись за свои задания, идиот, — бормочет Нотт, вновь толкнув его локтем в бок. Драко кивает, приступая к приготовлению зелья на сегодня. Хорошо, что Слизнорт не устроил перетасовку. Попади он с Лесли за одну парту, то… Он поднимает глаза, замечая, как сама девушка сверлит его взглядом, уж больно часто пялясь на его прикрытое тканью рубашки предплечье. О чем она думает? После Отдела Тайн, Косого переулка, отсутствия ответа на приглашение Блейза… Драко сосредотачивается, потянувшись к разуму Лесли, так хорошо ему знакомому. И впервые в жизни натыкается на бетонную стену. Высокий забор, и ничего за ним не видно. Хотя, это похоже на здание. Снаружи обшарпанное. Единственное, что слышит Драко — лишь отдельные мысли, пролетающие мимо него. Слизнорт обучал Эндрю. Или Снейп? Малфой отступает, мотнув головой. Если он задержится, она заметит. И если он полезет внутрь здания, то тоже. Его радует, что Лесли научилась защищать свой разум. Лишь бы этого было достаточно в конце.

Он не хочет знать ничего о том, что сейчас важно для нее.

Лесли тем временем, покосившись на куда более расслабленного Поттера в сравнении с хаотично размахивающей руками Гермионой рядышком, поджимает губы. В руках Гарри — уже знакомый ей потрепанный временем учебник зельеварения старого образца, исписанный вдоль и поперек. Лесли помнит возмущения Гермионы по поводу него в прошлом-будущем. Есть ли смысл говорить, что она права, что этот учебник не соответствует их программе и несет в себе что-то иное, возможно опасное? Фоули снова упирается в размышления о переменах. Что стоило бы сделать? Что стоило бы изменить? Все равно во многих вещах судьба повторилась. Пожиратели в Азкабане (до поры до времени), Малфой претендует или уже заполучил метку Пожирателя смерти, а еще они не разговаривают. Хотя, это если исходить из того, что известно самой Лесли. Прошлая Гермиона говорила о задании, об опасности. Если все осталось так же, как и было ранее, если Драко до сих пор не уверен в своем решении на сто процентов, стоило бы снова попробовать его убедить. Но хочет ли Лесли этого? Она устала, черт возьми. Постоянно бегать за ним и умолять.

А как еще по-другому мир спасать, Лесли?

— 10 минут и заканчиваем, друзья! — объявляет Слизнорт, с важно-дружелюбным видом проходясь между парт. Лесли замечает, что стол Крэбба и Гойла залит непонятной мягкой жижей. Впрочем, неудивительно. Ее напиток Живой смерти выйдет не самым худшим: он будет лучше, чем в прошлый раз. Даже странно, учитывая, что Зельеварение никогда не было ее коньком. Возможно, таким образом она замолвит лишнее словечко за собой перед Слизнортом — спустя день до нее таки дошли слухи о «Клубе слизней». Ладно, сложно было не услышать об этом от самой Гермионы по дороге сюда, ведь воодушевленный рассказ длился по меньшей мере 15 минут. Ее подруга не разочаровывала — летнюю депрессию Грейнджер как рукой сняло еще в поезде. Она продолжала щебетать направо и налево об учебе, учителях, рейтингах и так далее. Ее значок старосты был гордо нацеплен на грудь, совсем не болтаясь. И даже разговор с Тео Ноттом выбил ее из колеи лишь на пару мгновений. Лесли гордилась Гермионой, правда. Не исходя из того, что ей было куда тяжелее соответствовать, интегрироваться в магическое общество так быстро и внезапно, но просто потому что… Грейнджер всегда была другой. Она всегда была яркой. И она заслуживала таких хороших, пусть и специфических друзей, как Поттер и Уизли. И пусть Рональда Лесли все никак почти не воспринимала, он правда был хорошим другом. Просто со своими тараканами в голове. И даже чертов Тео был способен быть ей ровней, пусть и слишком опасной. В сущности, теперь все познавалось в сравнении. Гриффиндорцы больше не казались Лесли взбалмошными, просто слегка импульсивными. Львиная гордость во многом шагала нога в ногу со змеиной, но в ней не было ни капли надменности. Цинизм, которым окатила Лесли ее родная гостиная сегодняшним утром, невозможно было сравнить ни с чем. Одна лишь старшая Гринграсс тихо ожидала ее на выходе из гостиной за ближайшим углом, осторожно постучав по плечу в виде приветствия. Как оказалось, родители Дафны тоже были не особо рады их общению. В такие времена… Приходилось выбирать сторону. И многие этого делать не желали. Только вот она уже успела, и последствия приходилось принимать без сомнений, иначе Лесли свела бы сама себя в могилу. И даже запах амортенции не изменит ее отношение к данной ситуации.

Чертов одеколон Малфоя, чертовы цитрусовые нотки и чертово средство для ухода за метлами.

Лесли поднимает глаза на учителя, дернув уголком губ. Все равно я сделала все, что могла.

***

— Мисс Фоули, нам не посчастливилось познакомиться в поезде, — Слизнорт задерживает ее после урока, дружелюбно улыбнувшись. Лесли непривычно видеть столь приветливого преподавателя по Зельеварениям. Если честно, она даже скучает по Снейпу. — Да, профессор, — улыбаясь, отвечает Лесли вместо своих неозвученных мыслей. Она на секунду оборачивается, про себя подмечая только сейчас скрывшуюся за дверями класса белобрысую макушку. Странно, что он ушел лишь пару минут спустя, когда они остались здесь втроем. — Мне очень не терпелось познакомиться с вами и… — Вы, верно, слышали о моем клубе? — она кивает, перехватывая лямку школьной сумки. — Я приглашаю вас. Профессор Снейп очень положительно отзывался о ваших стараниях, — ага, скорее о моих многочисленных проходных результатах в сравнении с Малфоем. Меня ведь сюда как и Поттера отправила Макгонагалл, выловив вчера после пира. — Вы дружите с мисс… Грейнджер, так ведь? — Да, профессор. — Надеюсь, вы будете ей ровней в вашей предстоящей совместной работе на этот семестр. Северус посоветовал определить вас именно с ней, а не с мистером Малфоем. Я был, по правде, даже удивлен, что из вас с Драко не получилось хорошего… Да черт возьми, заткнись, старик. — …дуэта. К слову, как поживает ваша мама? Она была очень одаренной ученицей, Батлеры раньше никогда не блистали в зельеварениях. — Мама занимается семейным бизнесом… — Наследство вашего отца, так ведь? Они всегда были вместе, сколько себя помню. С самого первого курса. Дэниел всегда был за спиной Амалии, что не свойственно мужчинам рода Фоули, вы знали? Лучше уж о родителях, чем о Малфое. — Нет, профессор, — Лесли решает его не перебивать, сглатывая свое раздражение. Она вновь записывает свои эмоции на пластинку, которая вскоре отправится в мусорную корзину. — Ваши родители — и правда пример очень удачного дуэта, я ждал похожего от мистера Малфоя и вас, но парень так… Ушел в себя, верно? Вы ведь дружили раньше, что разладилось? — По правде говоря, профессор… — Он даже напоминает мне вашего дядю, на моем последнем году преподавания. Лесли затыкает себя и свое желание огрызнуться, навострив уши. Слизнорт вздыхает, повернувшись к одному из стеллажей с ингредиентами: — Эндрю был очень талантливым малым, жалко, что так закончил… Северус, конечно, его умения никогда не ценил, впрочем как и многие преподаватели, но… — Профессор, не могли бы вы рассказать мне больше о моем дяде? Сколько себя помню, о нем никогда не отзывались положительно, что понятно и… — О, я понимаю вас, уж точно после ваших летних подвигов, — смеется Слизнорт, подмигнув ей. Лесли сглатывает, покачнувшись из стороны в сторону на затекших ногах. — Жаль, что я обучал Эндрю только до третьего курса. Я ушел на пенсию, и меня сменил ваш декан, профессор Снейп. Думаю, он бы точно удовлетворил ваше любопытство, учитывая то, насколько положительно отзывался о вас в сравнении с остальными. Никогда не понимал его неприязни к Эндрю, да и к мистеру Поттеру, к примеру… Гарри — прекрасный сын своих родителей и… Снейп. Все сводится к нему, значит. Что ж, это не самый худший вариант, правда?

***

После разговора со Слизнортом она размышляет о ближайшей встрече со Снейпом и планах на нее, игнорирует оценивающие взгляды даже самых младших слизеринцев и едва уворачивается от неряшливо спускающегося по лестнице Невилла, который успевает застесняться, извиниться, поблагодарить ее за участие в походе на Отдел Тайн и даже пригласить Лесли на отборочные в Гриффиндорскую команду по квиддичу, которые состоятся через две недели. Проходящая мимо Пэнси лишь фыркает, махнув своим черным хвостиком. Самое интересное — Лесли соглашается, улыбнувшись Долгопупсу. И даже не думает, что сошла с ума. Уже вечером, засыпая, Фоули сортирует свои мысли, компонуя эмоции. И поэтому ей снятся серые глаза, ехидно поднятый уголок губ, а еще ее собственное отчаяние. И Лесли рада, что среда наступает уже на следующий день. Только их декан не блещет восторгом, что был так заметен в словах Слизнорта.

— Снейп, вы ведь учились с Эндрю Батлером, верно?

— Профессор Снейп, вы преподавали Зелья Эндрю Батлеру, правильно? Мужчина поднимает на нее суровый взгляд, даже не моргая:

— С чего вас заинтересовал этот отщепенец?

— Это мой дядя, профессор. Младший брат моей мамы и… — Поверьте, это мне прекрасно известно, — Северус откладывает несколько свитков в сторону, откинувшись в кресле и пристально наблюдая за неподвижно стоящей у кресла по другую сторону стола Лесли. Девушка мнется, тяжело выдыхая. Даже странно, что она настолько привыкла к мужчине за последние недели. — Но после вашего похода в Отдел Тайн я начинаю сомневаться, не семейная ли это черта… — Профессор… — Не перебивайте, — она послушно замолкает, сжав левую ладонь в кулак и впившись ногтями в нежную кожу ладони. — Эндрю Батлер заигрался со временем и сам поплатился за это. С тех пор, как он пропал без вести… — Но каким он был в школе? — внезапно нетерпеливо спрашивает Лесли, переминаясь с ноги на ногу. — Вы уверены, что хотите задать именно этот вопрос, Фоули? Взгляд темных глаз преподавателя ледяной, пробирающий насквозь. Лесли знает, что он делает: проверяет, выполнила ли она домашнее задание. Одна из бетонных стен здания осыпается мелкой трухой под силой бурения, направленного внутрь. Девушка морщится, сжав спинку кресла перед ней пальцами другой руки. Мужчина фыркает. Явно на пластинки. — Вам не нужны уроки чаще, чем три раза в неделю. Мы добавим только понедельник, — Лесли даже слышит толику одобрения в его голосе, получая ответ на вопрос, который она задала еще с порога по приходу, минут с 15 назад, а декан оставил неотвеченным. — Большее количество занятий будет слишком большой нагрузкой и спровоцирует обмороки. Вы конечно не Поттер, но девушка. И сегодня вы явно не в состоянии заниматься. Жду вас послезавтра в районе восьми, не вздумайте опаздывать, — он делает неопределенное движение ладонью в ее сторону, будто прогоняя от себя. Лесли кивает, понимая, что другого ответа она вряд ли добьется. Она опускает голову, поворачиваясь к дверям, пока не слышит тихий оклик за спиной: — И практикуйтесь в свободное время. «Невмоготу» в вашем случае приведет к печальным последствиям. Она хмыкает себе под нос, не отвечая. Выходя из кабинета, Лесли медленно вдыхает холодный, пропитанный сыростью воздух подземелий. Орден боится за свою информацию, так ведь? Вряд ли их так сильно волнует ее жизнь, если что-то случится. Угрожает ли Лесли такая же опасность, как в прошлый раз? Тогда она даже не знала, что за ней могли охотиться Пожиратели смерти. А теперь, после столкновения с самим Волдемортом в Отделе Тайн? Быть может, определенную роль играло пророчество Батлеров? В конце-концов, в нем говорилось о Гарри. А Гарри не переставал быть Избранным, тем, кому суждено… Суждено? Почему она так думает?

«Наследник Когтеврана победе Избранного станет…»

Если Эндрю учился на Когтевране и гонялся за диадемой Кандиды Когтевран, мог ли он быть убежден в том, что также является ее наследником? Учитывая его амбициозность, это было вполне возможно. Да и теперь, после кражи маховика прямо на ее глазах, Лесли примерно понимала, почему его жизнь плавно скатилась к чертям. К тому же, не факт, что диадема Кандиды Когтевран вообще когда-либо была в Министерстве. Только теперь хотелось понять, могло ли остаться в Тайной комнате Когтеврана что-то от Эндрю, но после его кражи? Ведь он мог теоретически вернуться сюда, хотя бы на день, забрать вещи. Он бы точно не упустил возможность заглянуть в эту кладезь знаний вновь. Да и к тому же, самой Лесли не терпелось проверить зеркало, ведущее в Невермор. Это бы существенно упростило транспортировку дневников, ведь там, Лесли уверена, хранилось куда больше информации, что могла ей пригодится. Именно поэтому сейчас Фоули отправилась блуждать по коридорам школы в поисках той самой двери. Она даже находит тот самый узкий коридор, отгоняет от себя воспоминания о последней прогулке сюда вместе с Гермионой и Драко, возможно ее самыми близкими друзьями за всю жизнь, и едва сдерживает рвущуюся наружу истерику. Не просто потому что Малфой ее бросил и игнорирует — она будет его игнорировать абсолютно так же, в ответ. И плевать, что с ним случится, какое задание ему дали. Это все… Ниже ее достоинства.

Ну и как ты это сделаешь, Лесли?

Ты опять врешь себе.

Лесли сдерживает рыдания, дыша через рот, потому что нос забит. И потому что в стене напротив нее нет дверей с загадкой, а чертов потухший факел на стене вспыхивает ярким пламенем, явно от ее внезапного нервного срыва и последующего за ним всплеска магии.

Да, уроки Снейпа точно пойдут ей на пользу.