Аркан "Башня"

Они с Лесли смеются. Она улыбается, уклоняясь от его руки. Они дразнят друг друга обычными заклинаниями. Часто так делали, когда было скучно. Только в этот раз все получилось куда хуже, чем обычно. Он смотрит вдаль, греша вредной магловской привычкой — сигареты на вкус так себе, но от мрачности будней хотя бы немного, но отвлекают. — Opertum aperio, — в который раз повторяет Драко себе под нос, без зазрения совести стряхивая пепел куда-то вниз, на школьную территорию. Он не помнит, когда они с Лесли разговаривали в последний раз. Возможно, тогда летом, в Косом переулке? С тех пор они могли обменяться лишь «почти» взглядами, потому что он настойчиво игнорировал девушку, настолько, насколько мог. Так безопаснее для нее. Или для него? Признайся, Драко, ты слишком отчаянно желал сохранить обе вещи под своим крылом — статус, точнее семью, и Лесли. Реальность Драко Малфоя превратилась в не то чтобы игру на выживание, но в муторные попытки прийти к общему знаменателю с его актуальным положением в обществе. И если сравнивать ту ситуацию, в которой оказалась Лесли, с его собственной, то парень не назвал бы себя победителем в этой игре. Все они были проигравшими, просто возможно пока что не успели этого осознать. — Вскрыть скрытое, — в который раз повторяет Малфой сам себе под нос, выкидывая окурок. Что могло быть скрыто в Лесли от «земных глаз», если после этого заклинания ничего кроме ее характера не изменилось? Она не стала великой волшебницей, подобно Мерлину и Моргане; не открыла Тайную комнату, как Поттер на втором курсе; не спасла мир или его двоюродного дядю… Сириус Блэк — подумать только. Умер почти на его глазах, но отец вовремя… — Черт! — вскрикивает Драко, раздражаясь. Ему не стоит думать о событиях в Отделе Тайн и, уж тем более, о разбитом с его подачи пророчестве Батлеров. Просто не стоит. Он поворачивается к выходу с Астрономической башни, вновь мысленно возвращаясь к своему поиску хотя бы чего-то дельного о заклинании Opertum aperio. Ведь тогда все закончилось ничем: его расследование просто зашло в тупик, Лесли предложила встречаться и в тот же миг все покатилось к чертям. Теперь эти воспоминания казались такими давними, совсем оторванными от его настоящего. И вместе с почти полностью услышанным им пророчеством Батлеров покоились на задворках сознания Драко, подальше от любопытных глаз.

«Наследник Когтеврана победе Избранного станет ключом,

умерев трижды и переродившись. Судьба его — шестеркой стать…»

Его лето состояло из удручающего выполнения новых обязанностей Драко и поисков. Неустанных поисков хотя бы каких-то крупиц информации, которые могли бы прояснить и то, что стало с Лесли после его случайного заклинания; и то, что могло значить пророчество одного из ее родов в отношении самой девушки. И поиски его, в который раз, уперлись в тупик. Возможно, это было к лучшему. Даже если теперь Малфой имел возможность видеть Лесли только лишь на расстоянии, целующуюся с Ноттом. Все равно так лучше, чем со мной. Сколько раз за этот месяц он хотел просто поговорить с Лесли по душам? Выложить все проблемы на стол, обсудить, услышать ее мнение и шутки? Увидеть ее улыбку. Сжать ее пальцы между своих собственных. Ответить на ее вопрос. Быть на месте чертового засранца Нотта. Просто снова почувствовать, что они вместе. Плевать — как друзья или почти как пара. Наверное, спроси Драко кто-то о его мечтах сейчас, он бы сказал именно об этом. К счастью, никто не спрашивал. Ведь если бы кто-то узнал — сказать об этом было бы роковой ошибкой со стороны парня. Не в отношении себя. В отношении Лесли.

***

Она смотрит в зеркало и смеется сама с себя. С каких пор она целуется с первыми встречными? Это начинает входить в привычку. Целовать Ксавьера, пытаясь забыть Малфоя. Целовать Тео, пытаясь одновременно и забыть Драко, и привлечь его внимание. На утро после вечеринки, после того, как она вполне вероятно осталась одной из немногих трезвенников на этот вечер, так и не выпив ни капли алкоголя, Лесли начинала сомневаться в своей адекватности. Пить тогда просто не хотелось. И все же, эта выходка казалась каким-то пьяным закосом в неадекватную сторону ее личности, импульсивную и не просчитанную наперед. Ну и что теперь оставалось делать со сложившейся ситуацией? Пожинать плоды? Лесли сглатывает и умывается, водя руками по своему лицу. Ей нужно рассказать Гермионе о произошедшем? Или просто забить? Что было бы правильным решением в этом случае? Лесли вновь смотрит в зеркало, внезапно усмехаясь самой себе. Ладно, Нотт. Мяч пока в твоих воротах, но вот куда он отправится дальше — это решит сама Грейнджер. За завтраком к ней подсаживается Дафна, с совершенно аристократическим видом поедающая яйцо. Лесли смотрит на нее исподлобья, разрезая помидоры: — Как прошел вчерашний вечер? Старшая Гринграсс улыбается ей слишком ярко для слизеринцев: Фоули кажется, что такая улыбка встречается куда чаще за другими столами факультетов, чем у них. — Ты даже не представляешь, как прекрасно! Мы с Блейзом танцевали, кружились, в общем все, чего душа пожелает в такой прекрасный школьный вечер. И все же, глаза Дафны едва-едва выдают грусть. Она явно замечает повисшее между ними молчание, заметив паузу со стороны Лесли. Гринграсс чуть наклоняется над столом, ее накрученные светлые волосы спадают вперед: — Что-то случилось? Лесли продолжает устало смотреть на нее, сохраняя молчание. Дафна прищуривает глаза, а затем поворачивается куда-то вправо, прожигая кого-то взглядом. Лесли смотрит на ее профиль еще пару секунд, а затем с интересом поворачивается в ту сторону, куда так настойчиво глядит однокурсница. — День не задался с самого утра, девушки? — учтиво интересуется Тео, отвлекшись от разговора с Блейзом. Забини замечает внимание Лесли и закатывает глаза, не успевая скрыть это от Дафны — та одними только губами озвучивает ему угрозы. — Все прекрасно, Тео, — Гринграсс в который раз повторяет все то же слово, нарочито мило улыбнувшись. Ее убийственный взгляд все еще остается направленным на Блейза, отчего тот ерзает на своем месте. Затем Дафна поворачивает свое лицо обратно к Лесли и протягивает правую, бледно-аристократическую руку к ней, сжав запястье Фоули. Лесли отпускает нож, который она ранее держала в левой ладони, смотрит на так и недорезанный до ее стандарта бекон в своей тарелке, а затем вновь поднимает глаза на Дафну. — Ты что-то хотела мне рассказать? — теперь уже более терпеливо и понимающе спрашивает блондинка. — Даф, я… — Завтра я жду объяснений, и не позже, — Гринграсс вновь косится в сторону Тео, явно намекая на то, что она знает. Лесли дергает плечом.

***

— Миона, ты не понимаешь! Малфой… — Гарри, хватит уже говорить о Малфое, — Гермиона раздраженно отмахивается от него рукой, продолжая идти по коридору. — У тебя достаточно проблем, чтобы еще гоняться за ним и… — Разве ты не видишь, как он настроил всех слизеринцев против Лесли? — продолжает Поттер, едва поспевая за подругой. Другие школьники оборачиваются на них, но Избранный настойчиво игнорирует взгляды, в то время как его подруга будто бы пытается избегать как их, так и его. Ну еще бы, Гермионе очень даже известно, что из себя с большой вероятностью представляет Малфой на шестом курсе. Пожирателя смерти, кого же еще. Но Лесли не говорит о нем, она будто просто игнорирует его существование, хотя во многом ее переживания заметны даже невооруженным глазом. И ей будто бы плевать, что весь факультет Слизерина (за вычетом лишь нескольких его представителей) яро ополчился на Фоули. В последние дни Гарри будто бы с цепи сорвался: его совсем понесло после нескольких вылазок с Дамблдором (о которых они условились не говорить Лесли, но судя по всему слизеринка знала о наличии факта тайны, но предпочитала его игнорировать) и отсутствия Малфоя на крайнем матче по квиддичу (том самом, где Гарри успел «не использовать» свой Феликс Фелицис, а Рон затем вовсю испробовал губы Лаванды Браун и с тех пор будто бы совсем затерялся в своих первых «отношениях»). И даже странно: Гермионе казалось, что она должна была загрустить из-за этого, но ей было как-то… Плевать? Как бы это лучше описать? Все ее мысли в этом русле занимал никто другой, кроме как… — Привет, Герми, — проходя мимо, Нотт салютует слишком приветливо, отчего Гарри даже оступается и почти падает, так сильно шокировавшись. Гермиона нервно кивает, про себя подмечая, как слизеринец перенял ее форму имени у Лесли. — Слушай, ну правда, после поезда и… — Ты уверен, что он не дал тебе в нос чисто из-за вредности? Этого можно было ожидать от Малфоя. — Но Гермиона, ты не понимаешь! Он постоянно что-то замышляет, разве тебе это не ясно? Она замечает Лесли в конце коридора, ожидающую начало следующего урока по рунам вместе с несколькими остальными слизеринцами, из-за чего Гермиона рывком останавливается посреди дороги, нервно сжав лямку сумки. Гарри равняется с ней, продолжая причитать под боком: — Я пытался попросить Лесли проследить за ним, но он ее похоже избегает даже больше, чем она его, — Фоули в это время замечает их издалека, в легком удивлении наклонив голову вбок. Гермиона закатывает глаза, глубоко вдыхая. Вокруг них уже почти нет учеников. И сердце в груди колотится, для полного счастья. — Тем более… Малфой! Черт возьми. Девушки думают совершенно одинаково, хотя их разделяют добрые десять метров. Проходящий мимо подобно призраку Драко игнорирует голос Поттера. И вместо второго взывания какого-то черта Гарри приходит в голову толкнуть его в спину. — Гарри! — вскрикивает Гермиона, кидаясь в его сторону. — Прекрати! — она хватается за мантию друга, но тот продолжает докапываться до своего школьного врага: — Что ты замышляешь, Малфой? Выкладывай, иначе… — Иначе что, Поттер? — Гермионе кажется, что она слышит голос Драко впервые за весь семестр, да и он кажется очень хриплым и на удивление… уставшим? Лесли в дальней части коридора сперва удивленно поднимает брови вверх, а затем резко бросается в их сторону. Зачем? Ответ на этот вопрос Гермиона получает буквально через пару секунд. — Я расскажу Дамблдору, что ты был в Косом Переулке и постоянно исчезаешь с… — только начинает шипеть Гарри. — Заткнись! — Малфой замахивается кулаком, так и не давая Гарри возможности договорить. И все же, сказанное ранее в голове Гермионы тоже не сохраняется, потому что хруст челюсти Гарри заставляет ее закричать и потянуть того на себя, но безуспешно. Поттер вырывается из ее хватки и наносит ответный удар, куда тверже малфоевского, отчего слизеринец отлетает назад, прямо в руки Лесли. — Вы совсем с ума сошли? — выкрикивает слизеринка, вцепившись в руку Малфоя. Тот пытается отмахнуться от девушки, но не слишком успешно — его движения слабые, будто он изможден. Гермиона тем временем вновь хватает Гарри, гневно приговаривая: — Прекрати! — она поворачивается к своей подруге, молча намекая увести Драко подальше отсюда. В этот же момент откуда не возьмись по другую сторону от Гарри всплывает Джинни, быстро смекнувшая, что к чему, и торопливо делающая то же самое, что и Гермиона. Она тянет Поттера назад, что-то наговаривая тому шепотом на ухо. И пусть в лице Гарри все еще читается необъяснимая ярость, уговоры Джинни все же немного действуют — он сам отступает назад, не отрывая глаз от Малфоя. Драко его взгляд игнорирует, норовя стряхнуть руки Лесли с себя, но Фоули не отпускает — она тянет его за собой, гневно шепча: — Пошли, какие к черту уроки, — она говорит это куда-то в пустоту, так и не решаясь взглянуть парню в глаза. Лесли рада, что оказалась рядом в такой момент, и что Гермиона, и даже младшая Уизли — тоже. И пусть она, салазар ее подери, не имеет ни малейшего понятия, о чем сейчас толковать с ее бывшим лучшим другом и непонятно кем приходящимся ей теперь, Лесли тянет его за собой в девчачий туалет с расчетом, что тот окажется пустым прямо в начале вечернего урока. — Заходи, черт возьми, — она заталкивает Малфоя внутрь перед собой, захлопывая за ними дверь. Именно так, впервые за последние месяцы, Лесли и Драко оказываются наедине. Стоящими напротив друг друга в полнейшей тишине, нарушаемой лишь звуком капающей воды в одном из умывальников. Лесли сглатывает. Ей непривычно оказываться в такой ситуации — она не знает, что следует говорить, как и куда смотреть. Фоули уже настолько отвыкла от общения с ним, что даже не верится, что они были так близки. В который раз, вкус предательства терпкий. И все же, ей в голову лезет вчерашний поцелуй с Ноттом, который не принес ей никаких эмоций, кроме как непреодолимое желание что-то изменить. Однако Лесли не готова говорить с Малфоем, пока тот даже не смотрит в ее сторону. Драко будто бы избегает ее взгляда — он смотрит куда вбок, сжав зубы. Из его левой половинки носа все еще течет кровь, капая на белую рубашку. Да и на лице остались несколько царапин, которые… — Обопрись на умывальник, — на выдохе говорит Лесли, решая сдвинуться с мертвой точки. Черт возьми, не говори ничего. Малфой только лишь поднимает на ее глаза — и то на короткую секунду, а затем складывает руки на груди, вновь отвернув лицо. Интересно, его левое предплечье… — Мы еще успеем в молчанку поиграть, делай, что я говорю. Драко вновь косится на девушку, в то время как она достает белый платок из сумки, поставив ту на пол. Лесли смачивает ткань в воде, глядя на собственные руки. Она не хочет разговаривать. Не хочет выяснять отношения. Даже если вчера очень хотела. Лесли поворачивается к парню, который как раз устраивается между двух умывальников на выступе, почти что поравнявшись с ней ростом. Она подходит ближе, останавливаясь на небольшом расстоянии и вглядываясь в отрешенное лицо Драко. — Мне нужно подойти ближе, — ее голос понижается до шепота. Лесли ожидает, что Малфой фыркнет, но вместо этого он послушно расставляет ноги и опирается обеими ладонями о стенки умывальников по две стороны от своего тела, чуть-чуть наклонившись вперед. Он все еще не смотрит на нее — взгляд Драко направлен ей куда-то за спину, пуст и сосредоточен. Лесли кажется, что она узнает окклюменцию в его зрачках. Она смотрит на него снизу вверх, делая шаг вперед и выставляя левую нерабочую руку вперед, ладонью упираясь в стену за спиной парня. Зачем ты это делаешь? Мне нужно обработать рану. Это Драко Малфой, черт возьми! Я знаю. Лесли чувствует дыхание Малфоя на своей шее. Не в первый раз — это она понимает, но не хочет принимать. — Ты не могла бы обработать раны до конца, или мне к Помфри пойти? — он впервые заговаривает за все это время. И все же, в голосе Драко нет издевки, это простой вопрос, высказанный с ледяным спокойствием и полнейшим самообладанием. Интересно, он думает о ее поцелуе с Тео Ноттом? Он понимает, что она сделала это специально, или ему плевать? Почему она теперь не такая смелая, как вчера? А с каких пор ты стала смелой гриффиндоркой, а, Лесли? Девушка поджимает губы, отворачивает лицо, пытается как можно более незаметно втянуть в сжавшиеся легкие воздух и не показать свою панику. — Ты боишься. Он смеется. Драко чуть выгибает спину: — Что в этом такого, Лесли? Ей кажется, что он флиртует. Изощренно. Ей же только кажется, да? Она одергивает себя: Малфой просто издевается над ней, ничего более. Он мстит за что-то, даже при том, что они не общались. Просто потому что теперь Лесли для Драко — очередной предмет для издевательств, и странно, что за все прошедшее время она все еще это не осознала. Ведь это было закономерно. Фоули медленно поднимает глаза к его собственным, ожидая, что взгляд Малфоя все еще направлен куда-то ей за спину, однако в горле девушки встает ком. Драко смотрит в ответ, слишком пристально. Внезапно уголки его губ едва-едва приподнимаются вверх в истинно-малфоевской ехидной усмешке, до боли знакомой. Он просто играет. — Прекращай, — Лесли пытается прошипеть, но выходит слабый хрип, сквозящий страхом. — А что ты мне сделаешь? — он наклоняет голову вбок, нарочно опуская взгляд темных глаз на ее губы. Лесли знает — даже если ей этого не видно, его глаза смотрят еще и ниже, куда-то под ее блузкой, теперь от мимолетно попавших брызг воды неприятно холодящей тело. Малфой просто дразнит ее. Да, он всегда так делал — и нет, таких крайностей он себе не позволял. Он просто играется. Они даже не друзья. Она отмахивается от давящих мыслей — поднимает платок, прикладывая его к небольшой ранке на скуле парня, а затем осторожно проводя под его носом, вытирая кровь. Драко просто… Она так сосредоточенно протирает раны на его лице, что не замечает левой ладони Драко, отпускающей умывальник и ложащейся на заднюю сторону ее шеи, едва-едва надавливая. Лесли сглатывает — это движение Малфой жадно ловит глазами, более себя не сдерживая. Что он делает? Их взгляды пересекаются на короткую секунду и он подается вперед, наклоняя лицо вниз ввиду их разницы в росте. Лесли в страхе закрывает глаза, задрав лицо вверх. И все же, это движение Драко не смущает — он впивается губами в ее шею, вызывая в ответ невольный тихий стон. Малфой целует ее жадно, тянет к себе, давит пальцами на шею девушки, не давая ей возможности отстраниться. — Драко… — Заткнись, — почти рычит парень, кладя свою правую ладонь на ее талию. Это неправильно. Лесли пытается отстраниться, роняя платок: — Малфой… Он мстит за вчерашнее? — Замолчи, пожалуйста, — шепчет он. Голос Драко подобен шелесту листьев. Его ладони холодные, заставляющие Лесли вздрогнуть и замереть, подобно лани в свете фар. Она зажмуривает глаза, пытаясь успокоить стучащее в груди сердце. Это неправильно, салазар его подери. Лесли не хочет связываться с ним опять: Малфой — это дело заранее проигрышное, он ее не услышит. В этом нет смысла, не было никогда. Они не друзья, они не общаются, он просто мстит и… И все же.

Почему она не отталкивает Драко?

Его губы останавливаются где-то совсем рядом с ее собственными, замерев в ожидании. — Спроси то, что ты хочешь знать. Лесли знает: Малфой сейчас не ковырялся в ее мыслях. Вы знаете друг друга слишком хорошо. Как раз поэтому я не должна поддаваться. Мне нужно отстраниться, уйти прочь и забыть, затея с Ноттом была абсурдной, это неправильно. Драко не на их стороне, он не принадлежит ей. Совсем скоро он станет таким же, как и все они… Лесли чувствует пристальный, пробирающий насквозь взгляд серых глаз, похожих на осенние грозовые тучи. — Метка, — шепчет она едва слышно, сглатывая. — У тебя? — Почему тебя это так волнует? — Малфой постукивает пальцами по ее талии, почти что раздраженно выдыхая. Фоули поджимает дрожащие губы, срывающимся голосом продолжая только после минуты молчания: — Ты знаешь, почему. Драко тихо хмыкает, заставляя поднять на него удивленные глаза. Он опускает ладони, отчего Лесли делает шаг назад. Парень наблюдает за ее лицом, отвечая: — Так проверь. Она мнется. Лесли смотрит себе под ноги, тяжело дыша. Малфой терпеливо ждет, не притягивая ее к себе, не отталкивая. Он наблюдает за тем, как она кидает испачканный в его крови платок в умывальник и нервно сглатывает. Глаза Драко жадно следят за каждым ее движением, будто бы документируя ее поведение в мысленном протоколе. Лесли боится двинуться с места, потому что не хочет. Она не хочет проверять, правда ли то, о чем она думает. Фоули боится подтвердить свои опасения, да и обвинения Гарри тоже. Потому что раньше они не приходили к такому моменту, так ведь? Они всегда знали, чего ожидать друг от друга. По крайней мере в общем. Почему они пришли к этому? Потому что он дистанцировался первым. Потому что она по незнанию влезла в передрягу, что потом с его подачи стерла Гермиона. Потому что Драко Малфой погиб на ее глазах. — Давай же, — внезапно, его голос спадает до шепота. Он протягивает Лесли свою левую руку, растягивая манжеты рубашки. Лесли чувствует, как на нее планомерно накатывает истерика, и все же она хватается за мужское запястье, начиная медленно тянуть рукав вверх, минуя синеватые вены, что видны из-под алебастровой кожи. И выдыхает. Метки нет. Она водит пальцами по предплечью Драко, осторожно прощупывая кожу. — На ней нет заклинаний, — произносит парень, откидывая ее сомнения. Лесли поднимает на него глаза, чувствуя, как из тех катятся слезы. Малфой даже почти улыбается ей, приподнимая брови. Он чувствует, как слабеет ее хватка, и опускает руки, затем притягивая Лесли к себе. — Как же… — Успокойся, — шепчет Драко, уткнувшись в ее макушку носом. Лесли плачет в его рубашку, пытаясь не всхлипывать. Малфой же старается успокоить поднимающееся в душе беспокойство. Он не сдержал себя. Пытался, и не сдержал. Драко зажмуривает глаза и сортирует мысли, пытаясь очистить разум, но выходит из рук вон плохо. Его пальцы подрагивают, и Лесли не замечает это только из-за собственной дрожи, пробирающей ее тело. Ты, черт возьми, должен был оставить ее в покое. Он крепко сжимает девушку в своих объятиях, глядя в дальний угол туалетов. Его глаза наполнены грустью, паникой и волнением. Что теперь делать? Малфой втягивает в себя воздух, понимая, что Лесли немного утихла и просто обнимает его за шею в ответ, порывисто дыша. Как назло, в его голову внезапно лезет вчерашнее зрелище — она, целующая Нотта. И именно это подталкивает его к мысли — коснуться края разума беззащитной девушки, мысли которой он пытался прочитать все эти недели несмотря на то, что ему не стоило бы их знать. Совсем незаметно, так, чтобы она не осознала его присутствие. Он должен был держаться в стороне. Дом Блэков. Снейп. Усталость. То, как она скучала по нему и… Драко не должен лезть Лесли в голову — его мысли не… Лето с Поттером. Их столкновение в Косом Переулке. Он гневно выдыхает, злясь на Поттера. Чертов Избранный — он везде. — Прости меня. — Поттер извиняется перед слизеринцами? Что я пропустила? Он умеет извиняться? Драко перебирает волосы на затылке девушки, вдыхая аромат. Ландыш. Клубника. Зеленый чай. — Драко, — ее голос резко возвращает его в реальность.

Уйми свои нервы, Малфой.

— Да, Лесли? — тихо спрашивает он в ответ, перехватив ее талию.

Тебе нужно выполнить задание.

***

Вчера она так и не пошла на оставшиеся занятия. В принципе, кроме Древних рун была только Травология, и на ней ее удачно оправдала Дафна, заявившая об этом сегодняшним ранним утром после того, как она громко хлопнула входной дверью только с той целью, чтобы Лесли проснулась. Она же устроила допрос с пристрастием, не дав возможности вылезти из постели. — Так что, как целуется Тео? — интересуется она уже через час, по дороге с завтрака на первые занятия по Трансфигурации, уже после кропотливого объяснения (конечно же, ложного), что Лесли немного выпила и ее понесло не в ту степь и… Лесли отмахивается от Дафны, как от назойливой мухи: — Проверь, тогда и сравним. — Мы с Блейзом… — Я знаю, все серьезно, можешь не объяснять, — устало продолжает Фоули, активно смотря по сторонам. Где шляется Драко? Они разошлись вчера, выходя по отдельности. Так показалось… Лучше. Он толком не разговаривал, впрочем, как и сама Лесли. Они просто простояли еще добрые двадцать минут, обнимаясь, пока Фоули не посмотрела на его левое предплечье по второй раз и снова не вздохнула с облегчением. По дороге в гостиную (ее почему-то клонило в сон, что очень странно, даже с таким уровнем усталости) около шести часов вечера один из стеллажей с наградами треснул, когда она заметила какую-то из грамот двухсотлетней давности с фамилией Батлер. Лесли списала это происшествие на очередной всплеск магии и покрепче перехватила свою волшебную палочку, для успокоения души несколько раз проведя указательным пальцем по гладкой вишневой древесине. Драко не стал Пожирателем на шестом курсе. Опасность миновала, да? Она хотела надеяться, правда. — … и мы пойдем в Хогсмид на этих выходных, что думаешь по этому поводу? Лесли? — Гринграсс щелкает пальцем по ее плечу, привлекая внимание. — Постоянно летаешь в облаках. Это на тебя шарм Теодора так подействовал, да? — блондинка смеется над ней, кивая куда-то вперед. Лесли поворачивается в указанную сторону, видя Нотта и Забини, смеющихся и разговаривающих в конце коридора. — Если бы, — отмахивается девушка, прыснув. — Лесли, я как раз тебя ищу! — теплая девичья ладонь ложится на ее плечо в тот же момент, привлекая к себе внимание. Затем всплывает ее обладательница — Гермиона пытается отдышаться, явно до этого хорошенько пробежавшись по коридору. Лесли усмехается ей в ответ: — С утра пораньше тренируешься к ближайшему гриффиндорскому матчу? — Грейнджер закатывает глаза, уперевшись ладонями в свои колени и все так и пытаясь восстановить дыхание. Слизеринка вновь поворачивается к своей однокурснице, но Дафна уже понимающе кивает, так и не давая возможности озвучить просьбу: — Я исчезаю, — она делает было шаг в сторону своего парня, когда вновь замирает, помедлив. — Подумай над предложением, ты же толком не развлекаешься в этом году. Шестой курс бывает только раз в жизни, — говорит Гринграсс возвышенно, будто какое-то торжественное объявление на балу, и, взмахнув своими идеальными локонами, уходит. Ага, раз в жизни. У меня уже второй пошел. Лесли смотрит ей вслед, замечая пристальный взгляд Нотта, направленный на подругу справа от нее. — Я жду объяснений, — фыркает тем временем гриффиндорка, наконец отдышавшись и дернув Лесли за руку. Странно, они теперь куда чаще касаются друг друга. Такое впечатление, что их дружба стала куда более тактильной. Говорит Лесли после вчерашни обнимашек с Малфоем в девчачьем туалете вместо уроков. — О чем? — невинно интересуется Фоули, подняв уголки губ. Гермиона прищуривает глаза, сурово поджимая губы: — Я вчера настойчиво убеждала профессора Бабблинг в том, как тебе нездоровилось прямо перед уроком, — Грейнджер складывает руки на груди, не желая отступать. Лесли в то же время наблюдает за проходящими школьниками, надеясь увидеть знакомую светловолосую макушку, которую она совсем не видела со вчерашнего дня. Им с Драко нужно в самом деле… — Спасибо тебе большое, Герми. Это было очень… — Спасибо в карман не положишь, как ты бы сказала, — фыркает ее подруга, тоже глядя по сторонам. — Кого высматриваешь? Кстати, что с Малфоем? Гарри списал все на «падение», и если бы… — Не здесь, — шепчет Лесли, покосившись на своих сокурсников. Нотт от них отделяется — проходит мимо девушек как будто бы намеренно медленно, хмыкая себе под нос. Гермиона розовеет. — Будь по твоему, — шепчет она, даже не думая. Они обе проводят сокурсника взглядом, пока Лесли не успевает опомниться первой: — Ты, к слову, не задумывалась сходить на один из вечеров у Слизнорта?