Аркан "Башня"

Несколько последующих дней в «Норе» царила крайне неприятная атмосфера, которую Лесли могла сравнить лишь с втрое умноженным презрением её факультета в отношении неё самой на протяжении всего шестого курса. Золотое Трио чаще обычного шепталось в уголке; Молли постоянно пыталась навязать ей домашние занятия, чтобы отвлечься; один из близнецов Уизли, Джордж, подшучивал над ее обличьем (светлые волосы и голубые глаза, высокий рост и длинные ноги «кузины Уивер» совсем не походили на ее якобы родственника Артура Уизли); а окклюменция на удивление самой Лесли удавалась ей куда лучше, чем в последние недели. Оборотное Зелье, к слову, гадким быть совсем не перестало. Интересно, это тело было бы во вкусе Драко? Да, Лесли казалось, что она постепенно сходила с ума. Навязчивые мысли она раз за разом настойчиво запихивала в постепенно восстанавливающиеся лабиринты разума, пока помогала миссис Уизли со всем для свадьбы. Это казалось слизеринке довольно забавным — справлять праздник во время войны, но что с того? Лесли не то чтобы считала, что Билл и Флер Делакур (опять же, подумать только, та самая Флер Делакур из Шармбатона!) не заслуживали праздника своей любви. Но правда — какова была вероятность, что Пожиратели не нападут на них вновь, пока половина волшебников на радостях упьется сливочным пивом, огневиски и магловскими аперитивами? И все же, Фоули предпочитала не озвучивать свои подозрения на публику. У всех членов Ордена Феникса, появляющихся в доме Уизли, было достаточно дел. Смерть Грозного Глаза порядком усложнила ситуацию, а его тело так и не нашли. На каждом шагу приходилось принимать довольно сложное решение, кому стоило доверять, а кому — нет. Иногда, глубокими вечерами замирая напротив зеркала в общей ванной (обычно, к этому времени все жильцы «Норы» уже спали или, как сегодня, были заняты активной подготовкой к предстоящему событию), Лесли прокручивала в голове события нескольких последних месяцев. И часто приходила к выводу, что смерть Грюма в какой-то степени косвенно могла быть и ее виной, как бы абсурдно ни звучала эта идея. Ведь это она не заметила «звоночки» Нотта и не остановила Драко в самом начале — недостаточно пыталась, или просто… Может, ей вообще стоило убить Малфоя давным-давно? Или оставить все как есть в будущем, а не пользоваться маховиком и проходить все заново? Тогда бы Лесли не «погибла», а родовой дом Фоули не сгорел бы по ее вине. Ее глаза, настоящего оттенка, замирают на покрытой шрамами коже груди, видной в отражении у самого нижнего края зеркала в ванной. Лесли часто не могла отвести своего взгляда от оставшихся на ней следов Сектумсемпры, ведь те каждый день служили болезненным напоминанием о ее доверчивости и реальности, с которой теперь приходилось мириться. И даже воспоминаниями. Порой она все еще путалась в происходящем, и это было даже заметно со стороны. Гермиона всегда смотрела на нее с сочувствием, Уизел — с непониманием, а его младшая сестра воспринимала «новую кузину» (какое же смешное описание, мерлинова борода) как почти полоумную Лавгуд. Наверное, это было и правда к лучшему для Джинни Уизли. Почти никто не называл Лесли по ее настоящему имени. Интересно, сколько времени нужно было человеку, чтобы забыть о своем собственном имени при таких обстоятельствах? Выходя из ванной, вновь под влиянием Оборотного, Лесли слышит голоса из комнаты мальчиков. Любопытство, вопреки всему, все же берет вверх, и она осторожно, огибая скрипящие половицы этого пролета, подходит к закрытой двери и прислушивается. — Потому что крестраж — полная противоположность человеческого существа, — Гермиона выдерживает паузу и Лесли почти видит, как подруга смотрит в глаза обоим гриффиндорцам по очереди, пытаясь донести до них смысл сказанного как можно лучше. Ведь это Герми — с ней по-другому быть не может. — Вот смотри, Рон, если я сейчас выхвачу меч и проткну им тебя насквозь, я же все равно не причиню твоей душе никакого вреда. Лесли почти смеется от сравнения подруги. Значит, речь снова зашла о тех самых крест-ражах. Наверное, ей стоило бы вновь вернуться к пересмотру дневников — Фоули без раздумий забрала их из Хогвартса, впрочем, как и все другие оставшиеся целыми вещи. Повезло, что Пожирателей почему-то ставшая пустой бумага совсем не заинтересовала. Прямо сейчас все семь записных книжек ровной стопкой лежали где-то в глубине цветастого магловского рюкзака Лесли (спасибо гриффиндорке за наложенное на него заклинание невидимого расширения, иначе Лесли бы чувствовала себя бездомной без хотя бы хогвартсовской доли своих вещей). Остальные же сгорели, чего уж говорить… — И это станет для меня подлинным утешением, не сомневаюсь, — раздается голос Рона. Гарри смеется. — На самом-то деле и станет! — продолжает Герми. — Но я о другом. Что бы ни произошло с твоим телом, душу это не затронет, она выживет. А с крестражем все наоборот. Жизнь обитающего в крестраже обломка души зависит от его вместилища, его заколдованного тела. Без него этот обломок существовать не может. Лесли хмурится, пытаясь переварить информацию. Лестница за ее спиной поскрипывает, заставляя вздрогнуть и метнуться обратно в сторону ванной, выключив свет и оставив тонкую щелку между дверным проемом и самой дверью, чтобы продолжить наблюдать. И правда: спустя несколько секунд на лестничном проеме появляется тучный силуэт миссис Уизли, гневно направляющейся к двери в комнату Рона и Гарри. — Сожалею, что помешала вашей уютной беседе, — подрагивающим голосом произносит Молли, распахнув двери. — Я не сомневаюсь, что все вы нуждаетесь в отдыхе… Но в моей комнате свалены свадебные подарки, их необходимо разобрать, а мне помнится, будто вы обещали с этим помочь! Взволнованный лепет Герми почти заставляет Лесли усмехнуться. Почти. Фоули уходит спать пораньше, тайком подкрадываясь к соседней от Джинни кровати и взглядом невольно замирая на своем рюкзаке. Если Трио планировало сбежать отсюда, значит ей следовало сделать то же самое, так ведь? Лесли не была ярым приверженцем идеи вечно скрываться у Уизли. У нее не было вариантов вернуться в Хогвартс, ведь это было слишком рисково и могло закончиться болезненной смертью. У нее не было планов на будущее, не считая возможных заданий Люпина, которые преподаватель предложил ей, взяв обещание не рисковать. Смешно, но выглядел учитель довольно серьезно. Он даже обмолвился, что у Лесли будет партнер. Ладно, Фоули утрирует. Все было куда интереснее. Несколько дней назад, допоздна задержавшись в саду и поклявшись до конца своих дней ненавидеть садовых гномов, пробираясь сквозь кусты Лесли случайно натолкнулась на профессора Люпина, замершего напротив мерцающего в воздухе патронуса-лисы. И да, преподаватель заметил ее, подозвав к себе. Учуял, наверное — нюх оборотней-то был сильнее человеческого, так ведь? — Мисс Фоули… — Уивер, — поправила Лесли, дернув плечом. Ее взгляд невольно скользнул к молодому месяцу, как раз появившемуся среди облаков на почти чистом небе. — Что вы думаете делать после свадьбы Билла Уизли и Флер Делакур? Как кандидатура Лесли была рассмотрена при выборе контактного лица для перемещения маглорожденных волшебников и волшебниц в безопасное место она до сих пор не могла понять. Люпин просто оказался тем, кому предстояло озвучить данное предложение самой девушке, ведь мало кто знал настоящую личность кузины Уивер. И как Лесли согласилась на это предложение — это тоже оставалось большим вопросом, но уже у нее по отношению к себе самой. Наверное, большую роль сыграло то, что голос лисы (выглядящей абсолютно так же, как и ее патронус) показался до боли знакомым. И да, Лесли не озвучила свои подозрения касательно личности «надежного информатора, которого оставил после себя Альбус», как описал его Люпин. И нет, Лесли не сказала ни слова против того, чтобы быть контактным лицом данного Пожирателя. Конечно же, на пару с кем-то еще из Ордена, постарше. Так, на всякий случай. И да, Лесли настойчиво изолировала навязчивые мысли о голосе Драко Малфоя, пусть и видоизмененном. Но манера речи… Ее ведь было невозможно подделать? Соседняя кровать поскрипывает под весом Гермионы. Лежащая справа в своей койке Джинни продолжает сопеть, а Лесли пялится в потолок. — Ты не спишь? — голос гриффиндорки уставший. — Нет, — шепотом отвечает Фоули, поворачиваясь на левый бок и подперев голову рукой, чтобы ей было видно подругу в полумраке. — Герми… — М? — сонно интересуется гриффиндорка, уже закрыв глаза. — Почему у волшебников совпадает телесная форма патронуса? — Совпадает? — Да, как у Тонкс и Люпина, — кивает Лесли. Грейнджер хмурится, не открывая глаз: — Ты говоришь о Малфое? Слизеринка беззвучно смеется. — Обычно патронус отражает наши внутренние качества и черты характера, — Гермиона мешкает, приоткрывая глаза и поворачиваясь к Лесли лицом. Взгляд Герми скользят по ее силуэту в темноте, замирая на освещенных слабым светом от заглядывающей в окошко луны чертах лице. — Они могут меняться, как у Тонкс, из-за… — Чувств, так ведь? — Ага. Затем они обе молчат на протяжении по меньшей мере пятнадцати минут. Лесли начинает казаться, что подруга успела заснуть за такой короткий промежуток времени, однако ее голос раздается вновь, в этот раз едва слышимо: — Интересно, у Тео вообще мог быть патронус? — Не знаю, тебе виднее, — на автомате отвечает Фоули, тут же чувствуя, насколько двойственным выдался этот комментарий. — Наверное… — потеряно говорит Герми, шмыгнув носом. Лесли заводит руки за голову, глядя в потолок. Она сомневается в том, стоит ли озвучивать то, о чем она думает прямо сейчас. Прямо как в любых других разговорах, ведущихся в «Норе» за закрытыми дверями, и все равно до них долетающими. И все же, Фоули это делает. — В прошлом-будущем… — она сглатывает, пытаясь подобрать правильные слова. — В общем, Нотта не было на Астрономической башне. Герми молчит, переваривая информацию. Лесли не нужно говорить больше — Грейнджер сама дойдет до правды. — Малфой убил Дамблдора? — спрашивает гриффиндорка спустя какое-то время, повернув лицо в ее сторону. — Я не знаю, Герми, — честно отвечает Лесли, невольно вздрагивая из-за померещившихся ей мертвых глаз Драко. Потому что она не видела это собственными глазами, чтобы утверждать с полной уверенностью. Тот Малфой… Он не был похож на убийцу, он был похож на испуганного мальчишку. И что-то внутри Лесли хочет отчаянно верить, что он не убил Альбуса Дамблдора в прошлом-будущем вопреки своему заданию. И все же… Эти размышления не имеют ровным счетом никакого веса, ведь… Они не там. Они в этой реальности, где все было, есть и будет совсем по-другому.

***

Холодный кафель. Слезы на ее щеках. Мерцающие огоньки в траве. — Пожалуйста, помоги мне! Сдержанное голубое платье по колено и без рукавов, совсем без декольте. — Драко, нет! Блондинисто-рыжеватые волосы, собранные в незамысловатое сплетение косичек на затылке. Боль. Боль. Боль. — Убей ее, Малфой. Сделай то, что приказал Темный Лорд. Лавгуд и ее отец, танцующие. Виктор Крам, разговаривающий с Гермионой. Смерть — она же горькая на вкус, так ведь? Или металлическая, как привкус крови во рту? — Ты сногсшибательна, — шепчет Лесли на ухо подруги, хитро усмехнувшись. — Лесли… — оробев, отрицает Герми. Уизел поглядывает на них через весь шатер. — Заткнись и прими комплимент, — Фоули берет бокал шампанского, покачивая им из стороны в сторону. Жидкое содержимое покорно катается внутри волнами, врезаясь в стенки и мягко скатываясь по их поверхности обратно вниз. — И сегодня я кузина Уизли, Уивер, — Лесли отпивает глоток, подмигнув гриффиндорке. Та розовеет, тут же опуская глаза вниз. — И нет, мне не нравится это имя. — Хотела сказать, что тебе идет, — хмыкает Гермиона, облизнув губы. — Этому лицу? — Лесли показывает свободной рукой сама на себя, тут же скривившись. — Фу. как ты меня узнала? — шутливо интересуется, вновь глядя по сторонам. — Твой фирменный взгляд, — подруга наблюдает за ней, почти улыбаясь. Лесли кивает Люпину и Тонкс, разговаривающим на выходе из шатра. Их лица собранные, ведь они следят за порядком. — Влюбленный в самую красивую девушку этого вечера, не считая той самой невесты, по которой сох весь Хогвартс, включая меня? — она не поворачивается к Грейнджер, переводя взгляд на Молли Уизли. Женщина начинает напоминать ей материнскую фигуру. Учитывая ее отношение к Лесли на протяжении недели ее пребывания в «Норе», по-другому и быть не могло. — Нет, осуждающий как будто все вокруг ниже тебя по статусу. Она вновь отпивает шампанского, взглянув на гриффиндорку и подмигнув ей. — А разве это не так? — интересуется с хитрой улыбкой, ущипнув Герми за талию. — Лес… Уивер! Не веди себя как… — Малфой, знаю, — Фоули закатывает глаза, поставив быстро опустевший бокал на стол. Она складывает руки на груди. — Дурная привычка. А что, в моих глазах все написано? Гермиона прищуривается, ее брови сводятся к переносице с почти сочувствием: — У тебя всегда взгляд такой. Сложный и недружелюбный. Лесли прищелкивает языком: — Как ты вообще со мной дружишь? — Не я это начала, — гриффиндорка пожимает плечами, робко улыбнувшись. — Но ты согласилась, — Фоули улыбается в ответ, покрутив покачав указательным пальцем в воздухе. — Было сложно устоять, — Грейнджер вздыхает, переводя взгляд на остальных гостей. Лесли делает то же самое, подмечая про себя, что в их сторону планомерно движется Крам. — И ты хорошо учишься. Уизел прожигает болгарского ловца взглядом — того гляди парень еще воспламенится от таких молний из голубых глаз. — Если сравнивать с Поттером и Уизли, то я, считай, настоящий бриллиант в море Сваровски, — Лесли косится вправо, быстро узнавая Гарри среди других гостей. Еще один любитель Оборотных по праздникам. — А еще раньше у меня было большое наследство. Согласись, из меня вышла бы идеальная пассия. — Вот только не преувеличивай, Уивер, — сквозь зубы отвечает Гермиона, ведь Виктор Крам останавливается совсем рядом. — Как дела, Виктор? — ее голос, Фоули готова поклясться, становится на октаву выше. — Замечательно, Миона. А кто твоя подруга? — Она уже исчезает, — загадочно отвечает Лесли, метнувшись в толпу. Грейнджер данной перемене явно не рада, однако у Лесли совсем нет желания разговаривать с кем-то кроме тех, кто знает о ее настоящей личности. — Уивер! Она оборачивается, услышав свое поддельное имя. Стоящий у стены шатра в паре метров от нее Артур Уизли тепло улыбается, подзывая Лесли к себе. Рядом с ним, оперевшись на стул одной рукой, расположился незнакомый ей парень. Немного старше нее, худощавый блондин с карими глазами. Ну куда мне… — Я только что как раз рассказывал Рольфу о магловских способах передвижения. Ты же часто пользовалась лондонскими подземельями, да? — Подземкой, мистер Уизли, — поправляет Лесли, натягивая на губы фирменно слизеринскую улыбку. — Да-да, я постоянно путаюсь, — смеется мужчина, вновь поворачиваясь к юнцу в магловском клетчатом костюме. — Рольф, это наша кузина Уивер, моя… Племянница, да. Внучатая. Уивер — Рольф Скамандер, наш почти зоолог и близкий друг Ордена. — Очень приятно познакомиться, Уивер, — парень протягивает ей ладонь для рукопожатия, наклоняясь вперед. Лесли едва сдерживает порыв отпрянуть, кивая. И нет, ладонь она не пожимает, отчего улыбка Артура нервно дергается вниз-вверх. — Будем знакомы, — не обращая внимания, она нервно оборачивается, пытаясь найти в толпе Гарри. — Знаете, мне кажется… Мой брат, Барни. Вы его не видели, случайно? Глаза Артура округляются в понимании. — А, Барни… — он оглядывается, тоже в поисках Поттера. — Вон он, как раз разговаривает с Элфиасом Дожом. Что-то случилось, Уивер? Случилось то, что из меня будто вытянули всю слизеринскую способность смешиваться с толпой, и мне хочется спрятаться где-то в уголке. — Нет, что вы, дядя. Как думаете, мне следовало бы спасти его? Рольф с интересом наблюдает за ней. Лесли настойчиво игнорирует внимательный взгляд. Что, ему нравятся недорыженькие? — Кажется, он вовсю вовлечен в беседу, — внезапно, Артур хмыкает. — О, к ним как раз присоединилась наша тетушка Мюриэль, — он переглядывается со Скамандером, засмеявшись. Блондин хмыкает. — Кажется, Барни скоро понадобится твоя помощь. Не будем задерживать. Лесли кивает: — Ага, — она поворачивает лицо к Рольфу. — Было очень приятно познакомиться, Рольф. Может, потанцуем потом? — спрашивает она совершенно без задних мыслей, не рассчитывая осуществить этот план в будущем. — С удовольствием, Уивер, — блондин произносит ее поддельное имя мягко, улыбаясь одним уголком губ. Она понимает, что он флиртует. И он даже милый — но Лесли не нужны бабочки в животе в такое время. Она осторожно движется между гостями, направляясь к Гарри. — О, эта девица Фоули совсем… Лесли замирает, вытянувшись подобно струне. Покосившись на пожилую даму в фиолетовой мантии, она прислушивается к ее разговору с другой волшебницей. — Разве из нее могло выйти что-то хорошее? Ведь Амалия и Дэниел растили ее почти без магии, вдали от чистокровного общества. Никаких приемов, никаких гувернанток из Франции. Даже домовиков! Чего они еще могли ожидать от девочки? Моя племянница говорила, что она постоянно видела Лесли в школе с этой… Магловкой, как ее… Вон, стоит, в красном платье… — Ты про Гермиону Грейнджер? — Конечно про нее, — женщина осуждающе прищелкивает языком, надув губы. — Фоули ведь мог жениться на сестре Паркинсона, Гортензии, ты знала? — Совсем нет, — Лесли сглатывает, отступая. Палочка в кармане ее платья невольно нагревается. — А он выбрал эту… Батлер. Дурное зерно — ты уж мне поверь, прямо как ее младший брат. Помнишь, скандал был? — Не скандал, а преступление, Карина! Самое настоящее преступление! — восклицает стоящий рядом с дамами мужчина, раскрасневшись. — Он варварски ворвался в Отдел Тайн и разгромил там все! И что ему было за это? Ничего?! Исключили из школы! — Ну, яблоко от яблони не далеко… — Ты в порядке? — раздается знакомый голос под боком, заставляющий Лесли повернуться и выпасть из транса. На нее глядят карие глаза Поттера, видоизмененные благодаря Оборотному зелью. — Не слушай их. — Тебе легко говорить… — вырывается невольно, пока Лесли не моргает несколько раз, осознавая, кому она это сказала. — Извини. — Ничего, — грустно улыбается Гарри, поправив очки. Проблемы со зрением остаются при Оборотном, или он по привычке их не снимает? Лесли еще не выяснила этот момент за последнее время, особо не приходилось проверять. — Не хочешь потанцевать? — Избранный кивает на медленно танцующие пары, среди которых кружатся Герми с Крамом. Уизел ожидаемо стоит рядом со своей младшей сестрой, красный от переполняющего его гнева. — Пожалуйста, не затопчи мне ноги, — кивает Лесли, нервно оглянувшись на тех, кого она ранее подслушивала. — Ты же знаешь, что мы благодарны за все, да? Она не отвечает, осторожно касаясь вспотевшей ладони Поттера и невольно морщась от другой, которая ложится ей на талию. — Я знаю, но… Гарри не торопит ее с продолжением, глядя им под ноги — сдерживает данное обещание. Лесли пересекается взглядом с Рольфом, почему-то продолжающим наблюдать за ней даже не смотря на все еще разговаривающего с ним Артура. — Плевать на слухи, — Поттер вновь привлекает ее внимание, подняв голову. Она поджимает губы. — Главное, ты жива, так ведь? Лесли не знает, что ответить на его вопрос. Такое впечатление, будто психологически она стоит на все том же раздолье, как и когда-то. С одной стороны ее поджидает вариант бездействия, с другой — опасность с риском реальной смерти. — Лес… — Гарри замолкает под ее посерьезневшим взглядом. — Ты же знаешь, что твоей вины ни в чем нет? — Смешно, — хмыкает слизеринка, кружась. Гермиона коротко улыбается ей справа. — Тебе-то легко… — Мы уже это обсуждали. Сириус, Дамблдор… — Я, — смеется Лесли, прикусив губу. — Такое впечатление, что я только хуже сделала с маховиком. — А у тебя был выбор? И правда — разве он у нее был? Как Лесли могла оставить своего лучшего друга умирать? Она ведь не бессердечная, у нее тоже были свои собственные чувства. Каким бы ни был Драко Малфой, он все равно был ей близок. И как бы отчаянно Лесли не игнорировала свои эмоции, он все еще заставлял сердце в груди трепетать — не то от волнения, не то от гнева. — Может, его и не было… — признается она сама себе тихим шепотом, замечая нахмуренное лицо Джинни Уизли. В это же время рыжеволосая девочка складывает руки на груди, скрежеща зубами. Рон косится на нее сбоку, тихо комментируя: — Она по хорькам, не по очкарикам, Джин. Проходит еще несколько секунд, пока сестра не переводит на него свой резко ставший непонимающим взгляд, а Рональд передергивает плечами. Наверное, ему следовало промолчать, но он не сдержался. Конечно, он не фанат идеи отношений Гарри и Джинни, но что поделать? — Вот как, — едва слышно произносит младшая Уизли, вновь поворачиваясь к танцующей паре. Ее светлые брови медленно ползут вверх, а глаза наполняются пониманием. Мозг складывает два и два, внезапно понимая, откуда у них взялась «кузина Уивер» и почему мама так тепло относилась к ней. И почему все эта же Уивер выглядела такой несчастной. И почему Гермиона постоянно шепталась с ней, хотя ранее знать Уивер не знала. Как она выжила? — Рональд Уизли, марш танцевать! — между ней и братом всплывает мама, тут же переводя свое внимание на дочь. — Джинни, давай! Сейчас все должны присоединиться! — Ну, мам… — Никаких «Мам»! Барни, Уивер — разделитесь уже наконец и потанцуйте со своими кузенами! Лесли почти успевает отскочить в сторону, но неуспешно — рука Молли ловко хватает ее локоть, возвращая девушку на прежнюю точку. Танцующие рядом волшебники закатывают глаза. Руки Уизела кладут ей на талию. — Для понимания… — Мы с тобой ненавидим друг друга, — проговаривает слизеринка вслух вместо Рона, криво усмехнувшись. Да, гримаса была похожа на малфоевскую, но что поделать? Уизли, судя по его закатившимся глазам, думает то же самое. Музыканты начинают играть совершенно другую мелодию — традиционную. Они с Уизелом делают шаг назад, друг от друга. Лесли вертит головой в поисках Герми — та продолжает хихикать о чем-то с Крамом на другом конце их ряда. Почему-то это напоминает Фоули о том, что она хотела спросить у Золотого Трио. — Когда устраиваете побег? — интересуется Лесли, касаясь своей ладонью раскрытой ладони Уизела. Тот спотыкается на ровном месте, почти упав. — О чем ты? — Ты, лучшая треть и Шрамированный, — поясняет Лесли, вновь оглянувшись, только теперь уже в поисках Гарри. — Когда в планах смыться? — Ты не должна… — начинает бормотать Рон. — Но я уже знаю, — перебивает Лесли. — Так перестань! — его раздраженное восклицание привлекает внимание танцующих рядом гостей со стороны Флер. — Зачем к вам приходил Скримджер? — вместо этого спрашивает девушка, перескакивая с темы на тему. — Это не твое дело, — Рональд скрипит зубами. — Ладно, значит поинтересуюсь у более сговорчивых, — она закатывает глаза, готовясь к переходу к другому партнеру. — Вот и интересуйся! — шепотом рявкает Уизел. — Рон, с кузинами так не разговаривают, — шутливо хмыкает перенимающий ее близнец Уизли. — Я Фред. — Хорошо, Джордж, — кивает Лесли, замечая под боком мечтательную Лавгуд. — Привет, Полумна. — Привет, Уивер, — что-то в глазах когтевранки выдает ее проницательность. — У тебя очень зеленая аура, будто ты не одна. Лесли невольно переглядывается с близнецом Уизли, нахмурившись. Тот весело пожимает плечами, передавая девушку к следующему кавалеру, которым оказывается ее новый знакомый.

Лесли, что-то не так.

— Вот мы и встретились, — хмыкает Рольф, галантно беря ее под руку. Они обходят друг друга по кругу, не разрывая зрительного контакта. — Ты очень хорошо танцуешь. — Это комплимент?

Лесли, перестань танцевать.

Она хмурится, игнорируя голос на краю разума. Слуховые галлюцинации? Или мысленные? — Если ты сочтешь мои слова за него, то стопроцентно, — они соприкасаются ладонями. — Ходила в магловское кино? Один из последних фильмов…

Хватит!

Рольф что-то сказал о «Звездных войнах», да? — Мне кажется, что родители брали меня с собой на третью часть, но хоть убей, ничего не помню.

Не время флиртовать!

Рольф усмехается, меняя направление движения. — Скоро должен выйти новый…

Лесли!

Она хмурится от почти крика, отражающегося эхом от стен сознания в ее голове, совсем не замечая, как чернеет камень на ее незаметном кольце. — О чем? — Знаешь, маглы любят рассказывать предыстории… Глаза Лесли замирают на Гермионе, которая устало присаживается на соседний стул от потерянно стоящего рядом Гарри.

Беги!

Фоули вертит головой, пытаясь отмахнуться от голоса в своей голове. Рольф обеспокоенно перехватывает ее руку, успевая словить девушку на пути к падению. — Все в порядке? — тёмные глаза наблюдают за ней, невольно напоминая о грозовых тучах Малфоя. Малфой. Голос. Слизеринка готова поклясться, что… Она сходит с ума? — Да, — отвечает Лесли неизвестно на какой вопрос.

Беги!

— Я лучше присяду, голова закружилась, — сотая ложь легко слетает с ее уст, а ноги сами несут девушку в сторону Золотого Трио. В этот самый момент, когда до потирающей лодыжки Гермионы остаются несколько метров, сзади Лесли раздается непонятный свист, вынуждая споткнуться и совсем не элегантно упасть на траву, больно ударившись правым коленом.

Пожалуйста…

Она оборачивается, подмечая про себя, что все огни в шатре погасли, а гости замерли, в изумлении уставившись на мерцающий в полумраке голубой силуэт рыси. — Министерство пало, — Лесли поднимается на ноги, отступая в сторону ребят. Она, как и многие другие, узнает в говорящем патронусе голос Кингсли. — Скримджер убит. Они уже близко. Ее рука нащупывает волшебную палочку, сжимая древко.

БЕГИ, ЛЕСЛИ!

Уши наполняют крики и вопли мечущихся в панике волшебников, что начинают трансгрессировать в другие места, домой или куда-угодно, лишь бы вовремя сбежать. В периферию зрения Лесли попадает ее ладонь, кожа которой прямо на глазах начинает менять оттенок. Черт, черт, черт. Она забыла о сегодняшней дозе? — Уивер! Она поворачивается к вскочившей на ноги Гермионе, что тянет к ней руку сквозь толпу, уже схватив Гарри. — Встретимся у Бродяги! — выкрикивает Лесли в ответ, трансгрессируя на верхний этаж «Норы». Фоули бросается в девчачью комнату, хватая свой цветастый рюкзак, стоящий в уголке, и на ходу трансформируя свое платье в магловские футболку и шорты. Она забирает куртку Гермионы (ту самую, зеленую) и вновь концентрируется на перемещении. Крики с улицы доносятся до ее ушей.

Что ты здесь еще делаешь?!

Слизеринка нервно выглядывает в окно, замечая окружающие шатер фигуры в черных одеяниях. Пожиратели, да? Вряд ли это министерские работники…

Почему ты медлишь?!

Игнорируя голос в своей голове, Лесли вновь концентрируется на кофейне, где они сидели вместе с мамой перед посещением Гриммо. Капучино, эспрессо, круассан на двоих… Кажется, будто ее внутренности меняются друг с другом местами, а земля уходит из-под ног. В следующий момент Лесли падает на сваленный в кучу мусор, ойкнув. Внезапно уличный шум кажется детским лепетом на лужайке по сравнению с криками паники испуганных свадебных гостей. Она поднимается на ноги, поморщившись от грязи и неприятного запаха. Отряхивая одежду, Фоули задается вопросом, что именно побудило ее договориться о встрече с Золотым Трио. Она действовала так, как подсказывало сердце, инстинкты. Даже не мозги. Лесли замечает лужу под уличным фонарем, подходя ближе. И правда: из отражения на нее смотрит она сама — погибшая в конце мая Лесли Фоули. — Мерлинова борода… — раздраженно бормочет девушка себе под нос, накидывая на голову капюшон и застегивая куртку. Футболка из платья вышла очень хлипкая, но, по крайней мере, так она будет привлекать меньше внимания к себе. У нее сейчас нет времени рыться в глубинах рюкзака в поисках запасов Оборотного зелья. Фоули выглядывает из подворотни, замечая кафе — то, к которому она хотела переместиться. Она поправляет капюшон и выходит на улицу, пытаясь влиться в слабый поток возвращающихся домой маглов. Главное не привлекать внимания. Лесли идет в дом Блэков по памяти, предпочитая смотреть себе под ноги и до побеления костяшек сжимать лямку тяжеленного рюкзака на спине. Волдеморт напал на Министерство — значит, все уже было поставлено против них. Ребят будут искать, впрочем как и всех членов Ордена. Все гости свадьбы (те, кого идентифицируют Пожиратели или кто там вторгся в дом Уизли) будут под подозрением. Хорошая новость: кузину Уивер даже если и найдут (Лесли надеется, что этого с бедной девушкой не случится), то ничего кроме ее обычной жизни не узнают. Плохая новость… Что ж, удачно, что у нее как раз почти закончились волосы не существовавшей никогда ранее кузины Уивер, а сама Лесли Фоули мертва. Только сейчас-то она выглядит так же, как и до своей смерти, правильно? И ей нужно искать новое обличье для примерки, точнее новые волосы для зелья. Уивер нельзя использовать больше — на всякий случай. Она не планировала будущее настолько далеко, был вариант украсть пару волосков со свадьбы… Лесли забредает в парк, устало заваливаясь на лавочку. Ту самую, где она когда-то ждала Сириуса Блэка. Воспоминания приносят неприятное чувство стыда, заставляя шмыгнуть носом и поднять глаза к затянутому городским смогом звездному небу. Затем, сделав глубокий вдох, Лесли оглядывается по сторонам и достает волшебную палочку, направляя ее на свое лицо. Она мало экспериментировала с этим видом Трансфигурации, но что поделать? Метаморфизация, или как ее там — точно не ее конек, но попробовать стоит. Фоули надеется, что ее нос и губы немного меняют форму, а волосы и правда окрашиваются в смольно-черный цвет, но зеркало, как и Оборотное зелье, лежит где-то слишком глубоко в рюкзаке и доставать его нет ни малейшего желания. Она переводит дыхание, пряча палочку, а затем вновь поднимается на ноги, продолжая путь к дому на Гриммо. Спасибо на том, что Гермиона научила ее видоизменять свой внешний вид на случай проблем с Оборотным. Сколько львятам понадобится времени, чтобы… Хлопок. Лесли вертит головой, пытаясь найти источник. И правда: в пяти метрах справа от нее, совсем неподалеку от скрытого между соседними высокими обветшалыми домами обитания Блэков, появляются три силуэта. — Львята! — окликает она их, ускоряя шаг. В тот же момент на нее оказываются направленными по меньшей мере две палочки из трех. — Кто близнец хорька? Лесли останавливается, уставившись на взлохмаченную Гермиону. Взгляд подруги безостановочно мечется по сгорбленной фигуре слизеринки, не останавливаясь ни на секунду. — Ксавьер Торп, — ее родной голос заставляет поежиться. Грейнджер, а вместе с ней и Рыжий, опускают палочки. Ранее замерший Гарри выпускает сдерживаемый им выдох, поворачиваясь к дому своего крестного. — С тобой все в порядке? — в то время как Уизел прожигает Лесли взглядом, их подруга подходит к ней и крепко обнимает со всепроникающим чувством облегчения. — А с вами? — Несколько приятелей твоего суженого, а так ничего, — она закатывает глаза на ответ Рональда, но никак не комментирует. — Рон! — А я что, неправду говорю? — Вы идете? — Гарри уже отпирает калитку, и Лесли видит появляющийся между двух соседних домов знакомый ей вход. По ее коже невольно пробегает холодок от воспоминаний, в том числе того, как Лесли поднималась по этой лестнице с мамой. И все же, она идет вслед за Уизелом, покрепче перехватывая лямку рюкзака на своей спине. Мрачноватый коридор встречает их холодом, паутиной и головами эльфов-домовиков (и как она их раньше не замечала?). — По-моему, тут кто-то уже побывал, — раздается обеспокоенный шепот указывающей на опрокинутую подставку для зонтов Гермионы. — Ее могли уронить, когда Орден уходил отсюда, — бормочет в ответ Рон. — Ну так и где же наведенные против Снейпа чары? Лесли хмурится на слова Гарри, но молчит. — Может быть, они срабатывают только при его появлении? — предполагает Уизел. Они вчетвером ютятся на коврике у двери, прижавшись к ней спиной. — Долго будем толпиться? — ехидно интересуется слизеринка, делая шаг вперед. Вслед за ней ступает Гермиона, тут же заметно вздрагивая от громкого шепота Грозного Глаза, доносящегося с лестницы: — Северус Снейп? — Мы не Северус! — гаркает Гарри в ответ, прежде чем на него что-то налетает из темноты. Лесли отскакивает в сторону, взвизгнув. В следующий момент справа от нее раздается тихий лепет Гермионы: — Это н-наверное и есть заклятие К-косноязычия, которое Грозный Глаз припас для Снейпа. Косноязычия или некосноязычия — Лесли закатывает глаза, прикрывая глаза от накатившей усталости. — Поттер, тут же был домовой эльф, призывай его и покончим с этим… Гарри ее не слушает, вновь делая шаг вперед. Шорох в тени на другом конце вестибюля заставляет Лесли вскочить на ноги и метнуться обратно в направлении входной двери, вжавшись в соседнюю стену. — Гарри! — она переходит на крик, замечая летящую в их сторону высокую призрачную фигуру с отлетающими назад волосами и бородой по пояс, бесплотным пустым лицом и пустыми глазницами. — Нет! — кричит Гарри, подняв палочку и пятясь от силуэта Дамблдора. — Нет! Не мы! Мы тебя не убивали… На слове «убивали» фигура взрывается в воздухе, превращаясь в серое облако пыли. Кашляющий Поттер поднимает слезящиеся глаза на Гермиону, осевшую вниз у двери, прикрыв голову руками. Стоящий слева от Лесли Рон подобно осиновому листу трясется с головы до ног, медленно опускаясь на корточки рядом с подругой и неловко похлопывая ее по плечу, приговаривая: — Все п-путем… оно п-пропало. — Грязнокровки, чума болотная, стигматы бесчестья, позорище дома моих предков… Лесли морщится из-за криков престарелой Блэк, зажимая уши ладонями. — ЦЫЦ! — рявкает Гарри и тычет в портрет палочкой, отчего портьеры вновь съезжаются. — Домовик! Позови его! — повторяет Лесли. Казалось бы, впервые за все время Поттер обращает внимание на нее слова, тут же повышая голос: — Кикимер! Хлопок — Лесли вновь вздрагивает, потянувшись за палочкой. — Да, хозяин, — раздается недовольный скрежет где-то на уровне ее колен. Фоули опускает глаза на худощавое существо, раздраженно выдохнув. — Снова в старом доме моей хозяйки вместе с осквернителем крови Уизли и грязнокровкой… — фыркнув на Рона и Гермиону, старый эльф поворачивается к Лесли, окидывая ее внимательным взглядом снизу-вверх. — Чего тебе? — раздраженно интересуется девушка. — Настоящая госпожа поместья… — Ты спятил? У тебя есть Поттер, слушайся его уже! — нетерпеливо рявкает Лесли, ни капельки не жалея о своем тоне. Она по привычке поворачивается к Гермионе, ожидая увидеть гнев за такое обращение с эльфом в ее глазах, но вместо этого подруга почему-то смотрит на нее, как на сложный учебный материал, будто пытаясь разгадать пазл. — Конечно, миссис. Лесли пропускает мимо ушей комментарий домовика, проходя дальше в глубину дома. — Лесли, там не… — Если я сейчас же не воспользуюсь ванной, не поздоровиться кому-то другому! — перебивает она взволнованный голос Гермионы, перескакивая ступеньки через одну на скрипящей под ногами лестнице. Вслед ей раздается тихое заклинание подруги, которое однако никак не влияет на звенящую тишину поместья, не считая поскрипывающих половиц под тяжелой походкой Лесли. — Гоменум Ревелио! Лесли уже почти захлопывает за собой дверь, слыша тихий голос Уизела: — Ну хорошо, пережила ты серьезное потрясение. И чего ты этим… Закрыв дверь, Фоули прислоняется лбом к шероховатой деревянной поверхности, медленно выдыхая. Просто. Успокойся. Она поднимает глаза к потолку, смаргивая набежавшие на глаза слезы. В ее голове вновь проносится вопрос Гарри

— Главное, ты жива, так ведь?

— Ты жива, вот и радуйся, — смеется Лесли сама с себя, зажимая рот ладонью, дабы не всхлипнуть.

Жива.