Аркан "Башня"

Рольф аккуратно спускается по лестнице, следя за скрипом половиц под ногами. Его память не подводит — он наступает на нужные ступеньки по наитию, не издавая ни одного лишнего звука. Где-то над головой включается вода в душе. Лесли пожелала ему доброго утра по-своему хмуро и едва слышно, когда он прошел мимо приоткрытой двери в комнату теперешней владелицы этого дома. Скамандер не рассчитывал на особо радушный приём, но слизеринка и правда кажется неплохой напарницей на несколько первых взглядов. Он это и раньше понимал, так ведь? Даже змеи могут быть приятными и привлекательными. Остановившись посередине коридора на первом этаже, Рольф оглядывается. Его взгляд замирает на запертых дверях в библиотеку, но что-то подсказывает, что Лесли не накладывала никаких защитных заклинаний на помещение. Змеи недоверчивы, но не настолько. Слишком уж мало времени он пробыл тут — всего одну ночь. И судя по тихим стонам, которые он слышал около четырёх утра, Фоули спала всю ночь не самым спокойным сном. И Рольф был прекрасно знаком с кошмарами лично, так что физически не мог назвать это «слабиной» для семнадцатилетней школьницы. Он отпирает дверь, осторожно ступая внутрь помещения. Через огромные окна внутрь струится солнечный свет, почти что слепящий глаза. Рыжая листва вперемешку с соснами — опушка леса — невольно перехватывает дух, но он уже давно не впадает в ступор от вида чудес природы. Впрочем, он уже давно не впадает в ступор от чего-угодно. Скамандер уверенно пересекает библиотеку, почти не глядя по сторонам. Полки встречают его покорной тишиной, совсем отличной от хогвартсовских. Он знает, что он ищет. Черный дневник с одиноким числом на корешке лежит на столе, небрежно оставленный рядом с железной пепельницей в форме лебедя. Рольф останавливается у стола, прищуривая глаза. Его рука сама по себе поднимается, протягивая пальцы к чёрному переплёту записной книжки. Он не мешкает, беря дневник. И что-то подсказывает парню, какую страницу стоит открыть первой и почему на ней… — Рольф! Его взгляд скользит по странице, не замирая ни на секунду. От заклинания к легенде, от легенды к копиям записей из старинных решений суда и… — Ро-о-льф! Принеси полотенца с кухни! Скамандер ловко захлопывает дневник, возвращая его на прежнее место и оставляя в таком же положении, как и было ранее, до вмешательства. Он проходит обратно к дверям, мимо полок и висящего на одной из стен между ними круглого зеркала. Вид собственного лица в отражении не вызывает у Рольфа ни единой эмоции. Скамандер выскальзывает из библиотеки, напоследок оглядываясь и кидая короткий взгляд на портрет брюнета с внимательными тёмными глазами, висящий над письменным столом.

***

— С каких пор волшебники умеют готовить яичницу? — Ну, не все же волшебники безрукие. Лесли болтает ногами под столом, наблюдая за стоящим у плиты и внезапно вызвавшимся поваром-добровольцем Рольфом, готовящим яйца. Не считая искры от палочки, он почти не использует магию, скучающе наблюдая за густеющим желтком. — К слову, что за блондин приходил вечером? — интересуется парень, опираясь бедром о деревянную столешницу. Правая бровь слизеринки слегка дергается вбок, однако губы Фоули так и остаются сжатыми в неподвижную полосу. Лесли сглатывает, переводя взгляд на поверхность кухонного стола, за которым она сидит. Зачем ему об этом знать? Но ведь вы напарники. — Сложно сказать, — уклончиво отвечает девушка, выпрямляя спину. Она медленно поднимает глаза на Рольфа, наклонившего голову вбок и с интересом наблюдающего за ней в ожидании большей конкретики. — А ты попробуй, — он усмехается, но Лесли привыкла не верить улыбкам. И как бы Скамандер не вызывал доверия своей… мягкостью, он всё равно… Ей всё равно придётся работать вместе с ним, а вероятность повторного возвращения её «любимого» человека в этот дом слишком огромна, чтобы её игнорировать. В этой лодке их трое, и как бы Лесли не ненавидела это стечение обстоятельств, Люпин явно не планировал менять их информатора или методы работы, а чёртов Драко навряд-ли забудет свой путь в этот дом, являясь его хранителем. И зная его мерзкий характер, он не захочет его забыть. А других вариантов проживания у самой Фоули на данный момент совсем нет. Рольф прищуривается. Лесли отклоняет лицо вбок, намеренно нагоняя на себя безразличие. Она ставит локти на стол, упираясь в уголок нижними рёбрами. Девушка растопыривает пальцы в разные стороны, разглядывая свои сносно подпиленные коротко ногти, почти кривя губы при виде очередных отслоек по краям — стресс всё же даёт свой эффект. — Ты знаешь Малфоя? — её голос не дрожит, паника внешне никак не проявляется. Только вот полки внутри её хранилища дрожат, будто в лабиринте происходит самое настоящее землетрясение. Скамандер прыскает: — Как не знать самое молодое разочарование Пожирателей Смерти? Лесли дёргает бровями, переплетая пальцы обеих ладоней между собой в крепком замке и выставляя на них подбородок. Её глаза медленно скользят к стеклу кухонного окна и останавливаются на развевающейся на ветру листве почти у самого дома. Рольф разговор не продолжает, снимая яичницу со сковороды. Пока они едят, рядом со столом казалось быиз ниоткуда возникает серебристый силуэт волка, сообщающий им голосом Люпина о встрече через несколько часов в одном из музеев Ноттингема, закрытом по понедельникам. Впервые за долгое время слизеринка осознаёт, что совсем перестала ориентироваться в днях недели. Слова их бывшего профессора по ЗоТи заставляют её даже потом свериться с заклинанием времени и даты, пока она собирается за закрытыми дверями своей комнаты, а её партнёр занимает ванную, о чём свидетельствует шум воды за стеной. Перед выходом ей приходится зайти в библиотеку, чтобы забрать конверт для них с Рольфом (прежде чем взять его в руки Лесли успевает засомневаться в безопасности данного действия), а также «информацию для оборотня». Драко сказал это в своём стиле и она не была уверена, насколько ей следовало пререкаться со своим «почти» убийцей касательно его отношения к Люпину. Римус выглядит потрёпанным. Однако, его глаза загораются при виде Лесли, даже под оборотным. Профессор улыбается, почти незаметно. Она невольно припоминает, что у них с Тонкс будет ребёнок. Рольф пожимает руку профессору, будто старому знакомому, хотя их разделяют по меньшей мере пять лет. Пока они советуются в соседнем зале, слизеринка перебирает листовки на одном из стендов, прокручивая в голове слова Малфоя. Зелёный конверт для тебя и зоолога. Вместо того чтобы послушать Драко, она всучила конверт вместе с остальными бумажками Люпину в руки сразу же по приходу в музей, конечно же после ненавязчивого допроса о его предложении стать агентом Ордена Феникса. — Ваш информатор дал хорошую наводку на Патилов, — раздаётся хриплый голос профессора за её спиной. Лесли не оборачивается, прикрывая глаза и представляя обоих мужчин-спутников. Люпин не стоит твёрдо на ногах — его трясёт. Полнолуние будет совсем скоро. Рольф думает о чём-то похожем, если верить её ощущениям. — Разве они не сбежали в… — Какие у вас были планы на сегодня? Проливной шотландский дождь и сельская грязь. — Я потеряла тот момент, когда нас переквалифицировали в рыцарей-камикадзе, — произносит Фоули, сморщив нос. — Мне казалось, Орден Феникса занимается только потерянными случаями. Она не усмехается, пачкая свои трансформированные в резиновые сапоги кроссовки во влажной почве. — Сколько мальчику должно быть лет? — Лесли щурит глаза из-за летящих в лицо капель. — Семь, — сквозь свист ветра отвечает Скамандер, карабкаясь по горе вслед за ней. Маглорождённые волшебники искали защиты в самых разных местах, начиная от других стран и подполья и заканчивая сёлами на окраинах цивилизации. — Это Малфой передал? — И ещё несколько детей. Как думаешь, успеем сегодня? Лесли не отвечает, останавливаясь на вершине холма и чувствуя, как её пробивает холодный пот. — Выдохлась? — позади неё раздаётся порядком осипший голос Скамандера. Спустя несколько шагов парень останавливается рядом с ней, пытаясь отдышаться. Сердце стучит в ушах. — Лесли? — Рольф стоит, полусогнувшись и опершись ладонями на колени. Он поворачивает лицо в направлении девушки, но слизеринка не реагирует. — Что ты… Фоули сглатывает, переминаясь с ноги на ногу. Лабиринт памяти, бесконечный лабиринт памяти. Зелёные изгороди как на третьем состязании Турнира Трёх Волшебников. Мёртвый Седрик Диггори. — Лесли? Неправильные мысли. Глоток свежего воздуха. — Дом… — её хриплый голос всё же находит свой путь наружу. Рольф выпрямляется, всё ещё тяжело дыша. Он переводит свой взгляд в том же направлении, куда смотрит сама слизеринка. Пепелище. Черный зияющий в поле кратер и остатки когда-то небольшого дома. — Твой Малфой… — Он не мой, Рольф, — отрезает Лесли, срываясь с места. Она бежит вниз по холму в сторону места казни. — Лесли! — судя по крику Скамандера, он делает то же самое. — Куда ты бежишь, это же… Опасно? Рискованно? Безбашенно? Если честно, сейчас Фоули испытывает только злость и раздражение, связанные с Малфоем. Сердце вновь стучит в ушах. Её палочка в кармане, в зоне досягаемости. И всё же, реакция Лесли недостаточно быстрая, чтобы успеть поймать чёрный вихрь, возникающий будто из ниоткуда с правой стороны. — Протего! — голос Рольфа прокатывается рокотом, выставляя щит по правую руку от Лесли. Заклинание Пожирателя врезается в него, но сам тёмный маг успевает уйти в сторону, преградив путь девушке. На нём маска, такая же, как и у всех остальных. — Остолбеней! Мимо. Она трансгрессирует к зданию, а Пожиратель — вслед за ней. Скамандер всё ещё бежит вниз по холму, пытаясь найти её взглядом. — Редукто! Лесли отскакивает в сторону, прячась за покосившимся забором. — Диффиндо! — кидает девушка заклинание, не выглядывая. Мимо. Черный вихрь проносится над её головой. Фоули трансгрессирует вновь, на другой конец поля, пытаясь успокоить мысли. Мысли. — Авада… — Протего дуо! — она выбрасывает следующее заклинание вслепую, доверившись ощущениям. Из кончика её волшебной палочки вырывается голубоватый щит, успешно отражая зелёную вспышку. Пожиратель не реагирует: он продолжает атаковать её, вынуждая раз за разом трансгрессировать. Рано или поздно он сможет предугадать, куда она отправится, и… — Экспеллиармус! — выкрикивает мужчина, обезоруживая Лесли. Она замирает подобно лани в свете фар, тяжело дыша. Палочка отлетает куда-то в высокую траву. Их взгляды пересекаются. — Ещё одна в колле… Лесли начинает бежать. И чёрт с ней, с палочкой — умирать сегодня как-то… — Куда собралась? — Пожиратель возникает прямо перед ней, вынуждая вильнуть влево и споткнуться, болезненно покатившись вниз по мокрой земле. Она не хочет умирать на каком-то безымянном холме и…

Такую можно и продать…

Доносящиеся до неё мысли Пожирателя заставляют Фоули начать цепляться голыми руками за почву, царапая кожу и раздирая и так сухие заусеницы об камни до крови. Она останавливается. Хлопок. Кто-то хватает её за волосы, заставляя взвизгнуть. — Симпатичное личико… — скалится мужчина за маской, вглядываясь в её искривлённое от боли лицо. Секунда. Две. Удар лоб в лоб — явно не тот, который она успела просчитать. Её голова гудит, но пальцы Пожирателя, ранее сжимающие её волосы, разжимаются. Бежать. Как можно дальше и как можно быстрее. — Инкарцеро! Мимо. Лесли снова падает на землю, скользя вниз. Она замечает всё ещё мечущегося неподалёку Рольфа, теперь сражающегося с другим Пожирателем. Ей нужна палочка. Или беспалочковая магия — но Фоули ещё не готова к такому уровню, она не Малфой и не… — Иммобилус! Её тело безвольно катится вниз. Лесли не в силах пошевелиться. Это конец? Здесь, под неистовым шотландским ливнем, в далёких горах и так и не спася мальчика? — Попалась, — её руку грубо дёргает Пожиратель, наклоняясь над обездвиженным телом Лесли. Она видит его глаза: тёмные, будто налившиеся кровью и… Незащищённые. Легилименция без палочки? У неё вообще бывают нормальные выполнимые идеи выхода из безвыходных ситуаций?

Лесли, «безвыходные» ситуации на то и безвыходные.

Она пересекается с хищным взглядом противника, пытаясь сделать глубокий вдох и как можно лучше сконцентрироваться. Фоули не может открыть и рта, не может вымолвить и слова или хотя бы немного качнуть головой, поэтому остаётся лишь произнести заклинание мысленно, представив бур.

«Легилимименс»

— Грязнокровок не нужно истреблять, их нужно использовать, — смеётся Пожиратель, заглатывая обжигающий горло огневиски глоток за глотком. Тёмная комната освещается одним лишь светом от огня камина, падающим на пол. — Скажи это Тёмному Лорду, Малкольм, — отвечает другой, опершись на мраморную колонну. Тёмные силуэты. Крики. Приятная дрожь от насланного на маглов Круцио. Лесли тошнит — тошнит от этих ощущений, этой жадности к власти. Она пытается вдохнуть, но ничего не выходит — вместо этого Фоули давится недавними воспоминаниями Пожирателя, надеясь, что таким образом выиграет время, что он не сможет трансгрессировать вместе с ней в мэнор, или куда ещё… Голубая вспышка выбивает из неё дух, отчего всё вокруг гаснет. И может быть это бы могло напугать, но тошнота от всех этих злых, аморальных, неправильных мыслей стихает. Фоули снова может дышать — пусть и не полной грудью, ведь её тело всё ещё сковано заклинанием — но хотя бы чистым воздухом. — Реннервейт. Тёплые ладони на её щеках. Мокрые. — Лесли, — взволнованный голос. — Рольф? — спрашивает она едва слышно, дёрнув подбородком. И у неё получается: лицо саднит, как и пальцы. — Ты в порядке? — Говорит восемнадцатилетняя девочка, которая без палочки ввела Пожирателя в ступор, — хрипло смеётся пуффендуец, помогая ей сесть. Голова кружится. Земля всё ещё мокрая, и глина неприятно липнет к телу. — Я не… — Что ты сделала, кстати? И где твоя палочка? Лесли не отвечает на его вопрос, пытаясь прийти в себя. Увиденное в голове Пожирателя, теперь лежащего в отключке и ожидающего её «милостливого» (точнее, предусмотрительного) Обливиэйта, всё ещё проносится перед глазами Лесли. Она опять зацикливается на одном и том же, пытаясь выскочить из этой дьявольской петли. — Твоя палочка, — Рольф вкладывает древко в её закостеневшие от холода пальцы, обращая на себя внимание. Фоули поднимает глаза на своего путника, про себя подмечая, что битва потрепала и его. Глаза Скамандера немного очумевшие, мечущиеся по всему вокруг. Прямо сейчас они перескакивают с одной на другую части лица Лесли, не останавливаясь. С его помощью Фоули поднимается на ноги, пошатываясь. Она не смотрит на царапины, пытаясь не обращать внимания на боль во всём теле. — Домой? — интересуется Рольф, всё ещё придерживая её локоть. Дом. Странно понимать, что у них он есть. Лесли оглядывается на Пожирателя, чуть наклоняя голову вбок. Судя по той части воспоминаний, что она видела, он не знал об их с Рольфом приходе. Просто напал, заметив их на холме. Значит, вопреки её допущениям, Малфой их не сдал. Простое совпадение, как же смешно. Она прыскает себе под нос, покрепче перехватывая палочку. Партнёр косится на неё сбоку в непонимании, но ничего не спрашивает, хоть девушка и чувствует его нетерпение. Стирать память незнакомому человеку легко в моральном плане, но утомительно в физическом. — Что ты… — начинает было Скамандер, но Лесли перебивает его, даже не дослушав: — Убираю ненужное, — воспоминания тянутся к ней мерцающей голубоватой нитью, которую Лесли наматывает на пальцы свободной ладони, уставившись на блестящие кусочки. Всё, где были они с Рольфом. Она просто убрала лица, оставив лишь факт битвы и поселив идею об её успешности. Орден Феникса не Пожиратели — это любому понятно. Они с её новоиспеченным напарником даже и не допускали мысли, что можно было бы убить обоих нападавших. Скорее, они бы оставили их здесь, трансгрессировав обратно. Однако, сперва Лесли решительным шагом направляется в сторону сгоревшей лачуги, чувствуя накатывающую усталость. — Лесли? — окликает её Рольф, едва поспевая даже за хромающей девушкой. — Нам нужно идти, и лучше бы… — Нужно проверить, — отрезает она, вновь вспоминая о Малфое и его витиеватом почерке. Люпин отдал ей конверт со словами, что он был для них с Рольфом и что сам он открывать его не будет, ведь письмо адресовано не ему. Адрес. И ничего больше. Было бы опасно прятаться просто по адресу, так ведь? Она останавливается перед когда-то бывшими дверями домика, окидывая изучающим взглядом почерневшие от копоти стены и обвалившуюся крышу, выбитые стёкла и раскиданные тут и там вещи. Затем Фоули медленно поворачивается немного влево, замечая почти что спрятанные на виду, ведущие в недры земли двери. Погреб. Рольф за её спиной молчит, предпочитая наблюдать. Лесли не сильно интересует его мнение на этот счёт — она просто подходит к дверям, направляя палочку на замок: — Алохомора, — с её губ срывается заклинание на уровне шепота, и створки покорно разъезжаются в стороны, а одна из дверей распахивается. Фоули сглатывает, искренне надеясь, что она будет права и надежда на спасение мальчика ещё жива. Только поэтому она находит в себе силы чуть громче спросить, наклонив лицо вниз, почти заглянув в спускающийся под землю коридор: — Есть кто? Шорох. — Если ты Пожирате-е-ель, то… — раздаётся тихий всхлип из-под земли в ответ. Рольф почти вскрикивает с облегчением за спиной Лесли, тут же подскакивая к ней. И девушка не может не признаться самой себе, насколько сильно она разделяет чувства Скамандера в этот момент, вглядываясь в темноту и появляющееся из неё испачканное лицо маленького мальчика, который осторожно и медленно поднимается по крутой лестнице. Фоули позволяет себе улыбнуться сквозь боль.

***

Истошные крики боли. Всхлип Лесли. Боль. Чернеющий камень на кольце. — Малфой! Он пересекается взглядом с Эйвери, покрепче перехватывая свою волшебную палочку. — Давай, ты ещё не пробовал сегодня. Движения, доведенные до автоматизма. — Круцио! Крики. Два смертельных. Три Круцио. Одно Империо. Он не замечает течения времени: Драко кажется, что он своего рода скорлупа от бывшего драконьего яйца, только скорлупа его оказалась хрупкой подобно перепелиному. Его руки не дрожат после запрещенных заклинаний. Нет, наоборот: блондин твёрдо стоит на своих ногах, пялясь в пустоту и молча ликуя, ведь он слышал несколько хлопков трансгрессии. — Малфой! Похоже, их всё же было недостаточно. Он не реагирует на Нотта, уставившись на навсегда замершие зрачки блондинки-магловки, неудачно попавшейся под руку их наряда вместе со своей семьёй. Всяко лучше, чем… Ладонь Тео ложится на его правое плечо, сжав. Нотт стоит аккурат напротив него, совсем близко, будто изучая. Драко не реагирует. Он не вздрагивает, не отскакивает в сторону, не посылает Тео к чертям собачьим и не позволяет себе измениться в лице. — Она жива, так ведь? Драко смотрит сквозь бывшего почти товарища, пытаясь не забыть, как дышать. Он скрипит зубами, нащупывая ниточку мыслей Нотта, небрежно. — Это плохо закончится, Малфой. Он не отвечает, отступая назад. Ладонь Теодора опускается, но тёмные глаза, такие схожие с Грейнджер, совсем не такие, как у Лесли, его фигуру не покидают. Они продолжают неотрывно следить за движениями Драко, заставляя кожу чесаться. И всё же, Малфой игнорирует его. Он просто закрывается ото слов Тео, не позволяя себе впадать в панику, крепко сжимая все свои эмоции в ладонях до возникающей от перенапряжения головной боли. Он идёт дальше, не думая, не оборачиваясь. Дальше убивать и… — С каких пор волшебников хоронят без их палочек, Драко? — доносится ехидный комментарий, кинутый ему вслед, в то время как мысли блондина превращаются в бесконечный неуправляемый вихрь. — Увидимся, Нотт, — бросает он напоследок, трансгрессируя. Старая квартира в Нью-Йорке встречает его обманчивой тишиной. Вслед за звучащим за его спиной одиноким скрипом следует мягкое касание его разума, лёгкое прикосновение нежных женских пальцев, которое Драко тут же грубо отталкивает, скривив губы: — Я хожу к вам не на сеансы психотерапии. Блондин выпрямляется, выдыхая. Он косится вправо в ожидании ответа от старой волшебницы, растянувшей свои накрашенные ярко-красной помадой губы в обманчиво кажущейся стеснительной улыбке: — Я уж было думала, ты забыл о наших сессиях. Драко поднимает подбородок выше, медленно оборачиваясь. Когда-то светлые волосы женщины давно поседели, а гладкая кожа покрылась морщинами. Волшебники живут дольше маглов, но их возраст всегда заметен. Дамблдор был тому подтверждением. И что с того: он ведь не был бессмертен, так ведь? Порой Малфой сомневается в реальности смерти их бывшего директора, даже несмотря на то, что Нотт убил старика своими руками на его собственных глазах. — Ты снова слишком концентрируешься на одном и том же, Драко. Я пытаюсь.

Недостаточно, Драко.

В отличие от голосов семейства Фоули, каждого его члена, голос американки мягкий. Малфоя бесит её спокойствие и покладистость, ведь они настолько отличны от ситуации в Великобритании, что…

У нас мало времени, Драко.

— Вас голос подводит, или читать мысли всегда приятнее? Его саркастическая ремарка выходит слабой и… — Что ты видел в голове Лесли? Пауза. Драко прищуривает глаза, подходя ближе. Из камина раздаётся треск поленьев. Зачем ей камин, когда… — Что ты увидел, Драко? Американка не ковыряется в его голове, нет. Она — всего лишь учтивый гость, порой из чистого интереса вытягивающий наружу что-то спрятанное, но не запертое. И всё же, она лучшая в своём деле. — Даже не представляешь, как приятно слышать такое от симпатичного молодого человека на много лет тебя моло… — Хватит читать мои мысли, миссис Гольдштейн. Она всё так и смотрит на него с игривым прищуром, явно таким же, каким она когда-то привлекала молодых парней. Не таких, как он. — Лабиринт. Американка выгибает одну из бровей, не задавая свой следующий вопрос. Точнее, просто не озвучивая его. — Я не смог увидеть… — Твой крёстный постарался на славу с её тренировками, не так ли? Она провоцирует его. Раз за разом, пытаясь заставить сорваться. Ещё месяц назад ей это удавалось, но теперь… — Не будь так уверен в своих способностях, Драко. Сегодняшняя сессия проходит так же, как и все остальные. Малфою хочется разнести квартиру миссис Гольдштейн, попутно убив себя. Пенсионерка его желаний не разделяет, только смущённо смеётся. Он почти успевает закрыть двери, когда вновь слышит её голос: — Как, к слову, поживает мой внучатый племянник? — Драко смотрит прямо перед собой, нахмурившись. Морщины находят своё привычное место на его лбу только лишь потому что стены разума опустились до уровня плинтуса, спасибо уроку. Ему нужно собрать себя в руки, чтобы… — А его друг? Скамандер, точно. Они же породнились. Вслед за посещением легилиментки Драко направляется одно из главных отделений американского филиала Гринготтс, косясь по сторонам. Он бы не смог просто так трансгрессировать в Америку — каждый выезд под контролем, каждое перемещение может быть отслежено. Да и к тому же, змея на его руке подобна самому большому маяку на берегу бушующего океана, который не может оказаться не замеченным. Его ладони дрожат, некстати. Поэтому Малфой хватает ртом воздух в одной из подворотен, пытаясь успокоить свои мысли. Он раз за разом проверяет темный камень на своём кольце на безымянном пальце, будто забывая, что всё было в порядке парой секунд ранее. И нет, встретившаяся ему на выходе, завёрнутая в чёрную шаль Амалия Батлер, которая почти насылает на него неизвестно какое заклинание, делу не помогает. И нет, его Протего не спасает Драко от сломанного носа — кулак отца Лесли ясно озвучивает восклицание его жены в голове парня. Как ты мог её не спасти, подонок?

***

Две недели спасённых детей. Ни одной жертвы, несколько сражений с Пожирателями или Егерями. Сегодня они заявляются домой по уши испачканными в крови «случайно» разорванного редукто егеря. Лесли не могла остановить истерический смех, обнаружив отлетевшую в сторону голову мужчины около тридцати, так что Рольфу пришлось буквально тянуть её в сторону точки трансгресии. Ах да, они теперь не занимаются делом вслепую — это, несомненно, большой прогресс. После душа, нескольких часов отдыха и одного дневного кошмара Лесли сталкивается со своим соседом на кухне, спустившись за каким-то лакомством. Рольф стоит у холодильника, наблюдая за свистящим чайником. Он почти сразу замечает её присутствие, улыбнувшись одним краешком губ (про себя Фоули подмечает, что улыбка Скамандера всегда такая, односторонняя). — Ещё и шести нет… — он кивает на стену, где висят часы. — Чаю? Лесли кивает, сглатывая. Она кричала из-за кошмара. Интересно, Силенцио ещё держалось, или успело спать? Рольф не спрашивает её об этом. Не факт, что он не слышал её криков. Он похож на того человека, который бы попридержал своё любопытство для сохранения мирных отношений. Пуффендуец. Совсем не почётно в понимании чистокровной элиты. Но разве Лесли когда-либо причисляла себя к ним? — Любимый цвет? — он откусывает небольшой кусок шоколадного печенья, махнув ещё нетронутым куском зажатым между его пальцев в её направлении. — Если я скажу тёмный насыщенный изумрудно-зелёный, меня обвинят в чистокровном супрематизме? Рольф заливисто смеётся. — История магии или Магловедение? — По релевантности или по важности? — Скамандер играет бровями. Она дёргает плечом, наклонившись ближе к столу: — Ты хоть сам понял, что спросил? Они смеются, съедая пачку печенья. За окном темнеет. — Индиго. — Ого, какие запросы, — напыщенно прищелкивает Лесли языком. — У нас таких цветов в палетке нет, придётся обходиться… Хлопок. Их с Рольфом взгляды пересекаются в который раз за вечер. Странно, как быстро ты привыкаешь к человеку и его повадкам живя бок о бок, даже когда никогда не виделся с ним ранее. — Ты знаешь, кто… — начинает было вопрос Скамандер, но его прерывает звук открывающейся входной двери. Блондин хватает оставленную на столе рядом палочку, однако Лесли останавливает его небрежно кинутым: — Всё в порядке. Всё равно никакой незваный гость не может проникнуть в этот дом — в этом она уверена. А список тех, кому местоположение коттеджа Нарцисс известно, чрезвычайно короткий. И только один из посвященных не являлся сюда с их последнего столкновения в библиотеке. Брови Рольфа сведены к переносице. У Фоули даже особо нет желания объяснять. Шаги. Лесли поворачивает лицо в сторону дверного проёма ведущего в коридор, натыкаясь взглядом на совсем не идеальную осанку наследника Малфоев и его растрёпанные волосы. И нет, ни капельки сочувствия она не ощущает. Драко хмурее тучи — он буквально игнорирует присутствие их обоих, проходя на кухню и внаглую распахивая холодильник, будто он вообще может знать, что это такое. — Малфой, у тебя совсем ориентация… — Мы с тобой на короткой ноге, забыла? — интересуется он, даже не поворачиваясь. Впавший в граничащее с паникой состояние Рольф так же пристально наблюдает за их гостем. Бутерброд. Они наблюдают, как Драко Малфой делает бутерброд. И Лесли даже не уверена, что смущает её больше: его действия в целом или то, что он делает прямо сейчас. — Значит… — молчаливую паузу решает нарушить Рольф. Драко перестаёт жевать хлеб с ветчиной и сыром, прищурив глаза. Он всё ещё не смотрит на них со Скамандером, пялясь куда-то сидящей за столом девушке за спину. — Ты у нас Драко Малфой? Усмешка. Хищная. Белоснежные зубы, как всегда. Фоули закатывает глаза ещё до его заносчивого ответа, поворачивая лицо в сторону — если она будет смотреть на него ещё какое-то время, то точно повторит трюк Гермионы с третьего курса. — Я убил тебя, если ты этого не помнишь. Глаза Драко прожигают её профиль. Лесли качает головой, прыснув: — И? Она не смотрит на Малфоя, чувствуя, что Рольф наблюдает за её реакцией так же внимательно, как и сам слизеринец. Дверной проём же такой интересный и… Старого знакомого её поведение явно не устраивает, ведь он проходит несколько шагов и специально замирает в её поле зрения, вынуждая поднять глаза на его лицо. Глаза Драко раздраженные, похожие на ледяную сталь. — Мало того что никто не должен знать, что ты жива, так и тот факт, что я помогаю Ордену… — он не заканчивает, будто намекая, что истина известна им обоим. Лесли выгибает одну бровь, задирая подбородок выше: — Он член Ордена. Рольф в их разговор предпочитает не вмешиваться, громко сёрбнув чай. Малфой хмурится ещё больше: — Я ему не верю, — он смотрит на неё слишком пристально. Лесли смотрит в ответ, пытаясь удержать свой поток эмоций в голове. Паника. Страх. Недоверие. Злоба. Раздражение. Насилие можно посчитать за эмоцию? Слова, Лесли. Ты всегда умела играть словами, не обязательно продолжать притворяться нетерпеливой гриффиндоркой. — Я тебе тоже не верю, однако ты же приходишь без приглашения. Насмешка. Вот, что она видит в его глазах. А ещё много окклюменции. Прищур. Обманчивое спокойствие. Красноватое пятно под носом. Девушка хмурится, но теперь уже в непонимании. — Лесли, хватит уже, — в голосе Малфоя звучит почти что мольба. — Вот именно, — что у него с носом? Вряд ли у Драко появились проблемы с кровотечением. Конечно, он выглядит потрёпанно, но не будто его пытали. Нос… Сломан? — Хватит со мной разговаривать, Малфой, — несмотря на свои мысли, она продолжает гнуть свою линию, невольно поднимаясь на ноги. Драко смотрит в ответ — всё равно сверху, ведь их разница в росте в который раз явственно напоминает о себе совсем не в пользу Лесли. Усталость. Небольшой осколок, на краю непроглядной стены окклюменции в глазах Драко. — Проваливай, — произносит слизеринка почти рыча. Прищур. Ещё один слой окклюменции поднимается в голове Малфоя. Он не прощается — просто уходит, хлопнув дверью. Лесли смотрит в дверной проём, чувствуя, как между лопаток на спине пробегает невольная дрожь. Из потерянного состояния её выводит хмыкающий Рольф: — Грубо ты с ним. Девушка не смотрит в его сторону, сглатывая. И всё же, она оставляет недовольство в своём голосе, как бы сильно сердце в груди не «отрывалось» за всю ту удержанную во время разговора с Драко панику. — Он почти меня убил. Странно, что её голос не срывается до уровня истеричного шепота. — «Почти» важное слово, — комментирует Скамандер, и Лесли не слышит в его словах ехидности, только дружелюбие. Может, она разучилась различать плохое и хорошее в людях? Драко Малфой тому пример. — Даже поспорить не могу, — она медленно выдыхает, наконец-то впервые за долгую минуту моргая. Лесли опускает плечи, чувствуя, как по всему её телу прокатывается волна напряжения. Она помоет свою посуду утром, сейчас она просто либо уронит керамику, либо заставит взорваться. Её глаза находят внимательный взгляд Рольфа, почти обеспокоенный. Лживая улыбка сама собой появляется на бледных губах девушки. — Не засиживайся, хорошо? Он кивает с ответной улыбкой. Не такой, как у Малфоя. Тёплой и спокойной. Лесли не идёт спать — она осторожно ступает в сторону лестницы, вглядываясь в небольшую, спрятанную под ступеньками дверцу. Чтобы войти внутрь и спуститься в подвал даже ей с её ростом приходится согнуться в три погибели и почти чертыхнуться под нос, хватаясь за стремянку. Здесь темно. Собственный неразборчивый шепот напоминает Фоули шелест листьев за окном. И холод подвала — он такой же, как и на улице. Пробирающий до костей. Не так, как в её снах после Сектумсемпры. Он слабее, но вполне ощутим. Здесь чувствуется английская осень. Оставленный ею несколько назад пустым котёл таковым и остался. Баночки на столе всё ещё пребывают в полнейшем беспорядке. Оборотное не варится так быстро, как хотелось бы. Да и любое другое зелье — тоже. Лесли поднимает глаза на запачканное временем зеркало на стене напротив. Её взгляд уставший и почти разгневанный, но привычный огонёк в нём отсутствует. Разговоры с Малфоем подобно сегодняшнему изматывают — это стоит признать. Даже если они случаются раз в несколько недель. Он всё ещё заставляет Лесли что-то чувствовать, будь то гнев или раздражение или даже страх. Перед ним или за него. Девушка опирается ладонями о шершавую столешницу, переводя дыхание. Она видит бесконечные запасы зелий накопленные не то Эндрю, не то Малфоем. Слышит тихий рокот шагов Рольфа над собственной головой. Чувствует запах сырости помещения, которое толком невозможно проветрить. Лесли думает о Драко, в который раз, и это не даёт ей покоя. Он уходит и приходит, каждый раз хамя ей, без каких-либо приукрашиваний и смягчений. И всё же, от него за километры тянет чувством стыда. Безоар. Измельчить. Заметить, что у неё остались всего три камушка. Травы. Медовая вода, пока зелье не станет зелёным. Шаги Рольфа над её головой стихают. Мятные ветки. Синий. Мешать, пока не станет розовым. Лесли пыталась натренировать свою память до состояния фотографической с помощью рецептов зелий. Таким образом, любая ошибка стоила ей ценных потерянных ингредиентов. Самонадеянно и беспечно — но она же слизеринка, так ведь? Fortuna fores adiuvat, удача помогает смелым. И рисковым. Взболтать медовую воду. Долить, пока она не увидит оранжевый. Подождать, пока он не сменится желтым. Совсем не по-слизерински. С каких пор она стала гриффиндоркой? С тех самых, как решила не пытаться убить Малфоя при каждой встрече? Одна ягода омелы. Зелёный. Мешать, пока не станет голубым. Насколько это решение было авантюрным? Нет, оно было просчитанным риском. Оно было змеиным, таким, какое бы приняли её родители.

Лабиринт в голове Лесли угрожающе кряхтит.

Ей лучше не думать о них. Иначе всё… Ещё один безоар в топку — остались два. Где она возьмёт ещё? Драко Малфой одновременно пугал Лесли и манил к себе. Она хотела знать, почему он почти убил её и всё же не сделал этого. Он прекрасно отдавал себе отчёт в том, что сделал — Драко не наслал на неё Сектумсемпру в состоянии аффекта или по случайности, он планировал это точно так же, как и смерть Дамблдора в прошлом-будущем.

Прошлом. Будущем. Сложно.

Розовый. Ещё одна ягода омелы. Она может собрать их в лесу, правильно? Это не так сложно, как и некоторые другие травы. Просто нужно будет запомнить, как они выглядят, а потом на свой страх и риск отправиться в лес. И тут два варианта: либо она отравит себя же, добавив в будущие зелья непонятно какие яды, либо Лесли наткнётся на егерей и судя по всему разочарует Драко Малфоя как никогда ранее. Ну, точнее, она самолично позаботится о том, что испортить ему всю малину. Фоули была самой настоящей слизеринкой, предпочитая наблюдать за своим теперешним «врагом» и когда-то ранее «любимым» человеком. Она вообще говорила Драко, что любит его? Сейчас хотелось стереть все свои сомнения из памяти, чтобы не прокручивать вечера с ним на бесконечном проигрыше и… Красный. Добавить огня и оранжевый. Тушеная мандрагора, зелёный. Гриффиндорка бы кинулась на Малфоя с кулаками. Лесли почти сделала это, но смирилась. Медовая вода, голубой. Тушеная мандрагора, синий. Нет, она не смирилась. Фоули струсила. Потолочь рог единорога. Фиолетовый. Одежда министерских работников, не егерей. Лесли не струсила — она поняла, что не выиграет в этом сражении. Драко слишком умело вёл себя с палочкой, а она только то и делала, что пыталась воспользоваться отсутствием своего физического преимущества. Эссенция лаванды, такая же, как в мешочке у её кровати. Розовый. Шесть… Она останавливается, медленно выдыхая, пусть хочется и выкрикнуть что-то ругательственное. Шесть безоаров, а у неё только два. Лесли присаживается на табуретку, нагибаясь к коленям и пальцами зарываясь в свои чистые после душа волосы. Она смотрит перед собой, куда-то в пустоту между своими коленями, пытаясь медленно дышать носом. Драко Малфой — загадка года, чёрт возьми. Её губы дрожат. Из плохих новостей — у неё не будет противоядия от обычных ядов, потому что Фоули вряд ли успеет раздобыть ещё четыре безоара в течение следующих двадцати четырёх часов для этого зелья. Из хороших новостей — …

Не то чтобы Лесли есть, чему радоваться.

Однако, вспоминая порядком потрёпанный внешний вид её старого знакомого, дела у Драко порядком хуже, чем её собственные. Лесли грустно усмехается сама себе, невольно сравнивая себя с сумасшедшим шляпником из магловского произведения.