Аркан "Башня"

Огонь. Его слишком много. — Ай! Она бежит, спотыкаясь и падая, обжигаясь и вскрикивая. Лесли задыхается в дыму, пытаясь найти дневник, небрежно оставленный в её комнате. — Мама! Амалия не отвечает дочери — из спальни родителей не доносится ровным счётом ничего кроме треска горящей мебели, половиц и стен. — Папа! Лесли осталась сама в огне. Она поворачивается к выходу из своей комнаты, но весь коридор заволок дым, сквозь который виднеются острые языки огня. В её горле поднимается кашель, потому что чистого воздуха в здании совсем не осталось. Огонь подбирается ближе, заставляя Лесли отступить вглубь комнаты и впервые за всё время ощутить мокроту скатившихся ранее слёз на покрасневших щеках. — Мама… — с её губ срывается тихий, отчаянный шепот. Из горла рвётся всхлип, но вместо него треск дерева перекрикивает хриплый, дерущий горло кашель. Здесь слишком жарко. Почему занавески за её спиной горят? Фоули мечется по комнате, пытаясь понять, как ей сбежать. У неё не получается трансгрессировать. А окно… За окном — сплошной чёрный дым. «Думала сбежать, Фоули?», раздаётся довольное хищное шипение в её голове. Лесли сжимается, всхлипывая. Её палочки нет. Где она, чёрт возьми? Где она её оставила? — Мама! — Хватайся! Чьи-то цепкие пальцы хватают её за локоть, потянув на себя. Лесли обжигается о языки пламени, тянущиеся к ней от занавески, и вскрикивает. Запах дыма — он перебивает знакомый одеколон. Но серые глаза она узнает где-угодно. — Драко? — Держись покрепче, — блондин не реагирует на её истерику, сильнее прижимая Лесли к себе. Она дрожит всем телом, безостановочно взывая к родителям в своей голове. Где они? Они успели спастись? Они же не могли… Её внутренности сжимаются в огромный клубок где-то внизу живота вместе с раздающимся хлопком трансгрессии. Малфой так и продолжает крепко сжимать её бедро, не отстраняясь. — Где твоя палочка? Лесли смотрит прямо перед собой, куда-то в середину его груди. — Лесли? Почему Драко оказался в её доме? Как он узнал о нападении или… Холодная ладонь отпускает её бедро, легко оттолкнув от себя. Фоули сглатывает, медленно поднимая покрасневшие от слёз глаза на своего парня. За его спиной — бескрайний лес и шелестящая листва на деревьях. — Я не… Я не зн… — глаза Малфоя резко расширяются, а сам он перебивает лепет Лесли, так и не дослушав её: — В сторону! Девушка не двигается с места, однако слизеринец сам успевает схватить её за руку, потянув на себя. В жалких сантиметрах от растрёпанных, пахнущих дымом волос Лесли пролетает красная вспышка заклинания. Не зелёная — не Авада, как на Астрономической башне когда-то. Драко сделал почти то же самое, что и в прошлый раз. Но он жив — его сердце стучится под её ладонью, невольно нашедшей свой путь к плечу Малфоя. Он небрежно толкает Лесли, заставляя её свалиться на землю рядом с ним и по случайности прикусить язык стучащими от страха зубами. — Жди здесь, — бросает он небрежно, вскакивая на ноги с палочкой наготове. — Редукто! Малфой бросается в ту сторону, откуда прилетело заклинание. Его силуэт, одетый во всё черное, мечется между деревьями, не останавливаясь на секунду. Где её родители? Лесли медленно садится, начиная ползти по зелёной траве прочь от поля битвы. Светлые волосы Драко — это единственное, что отличает его от темноволосого противника в таких же одеяниях. Тёмных одеяниях. У неё перехватывает дух, и далеко не в позитивном смысле. Потому что Лесли узнаёт эту одежду, эту форму и она… — Круцио! Знакомая боль сковывает тело, заставляя выгнуть спину и кричать настолько громко, насколько это возможно. — Умеете же вы, Фоули, выживать, — тяжелый ботинок прижимает её дёргающуюся под действием заклинания правую руку, принося ещё большую боль. Слёзы снова стоят в её глазах. Сквозь пелену Лесли видит маску — ту, что она ожидает увидеть. Маску Пожирателя Смерти. — Заодно и предателя вычислили, — она чувствует, как мужчина, нависающий над её безвольно извивающимся на земле телом, скалится. Он сильнее давит ногой на её запястье, и если бы не боль Круциатуса, пронизывающая каждый сантиметр её тела, Лесли бы среагировала на хруст собственных костей. — Лесли! Крик Малфоя доносится до её ушей, но не фиксируется разумом. — Рад тебя видеть, Драко, — её мучитель отвечает парню, поднимая лицо и глядя на блондина в ответ. — Вот мы и нашли орденскую крысу. Как думаешь, Лорд не захочет казнить сперва её, а потом тебя? Боль. Как он сохраняет действие заклинания, даже не глядя на Лесли? — Мистер Нотт, прошу вас… — Или он предпочтёт преподать тебе урок, сделав с пустышкой всё, что только пожелает? Лесли зажмуривается, чувствуя, что её крик прекратился несколько секунд назад. Стенки разума крошатся под силой непростительного. Слева от неё Драко Малфой падает на колени, сжимая зубы. Их взгляды — затуманенных глаз Лесли, едва видных из-за опухших прикрытых век, и серых глаз блондина, полных отчаяния и паники — сталкиваются друг с другом в последний момент. Вот только его губы шепчут далеко не извинение. — Диффиндо… Красная вспышка, летящая в её сторону. Лесли вскакивает в своей кровати, хватаясь за кожу где-то над своим сердцем. Её мокрые от пролитых во сне слёз щёки и холод комнаты напоминают о том, что всё увиденное ранее было лишь кошмаром. Драко Малфой спас её и хотел убить. Спас? Он был в Пожирательских одеяниях. Но Пожиратели боролись с ним. Это неправильно, нелогично и абсурдно. Кошмар преследует её мысли до самого утра, ни на секунду не давая возможности расслабиться. Лесли не смыкает глаз, вздрагивая от любого скрипа или стука ветки деревьев в окно. Она слышит, как через коридор в комнате напротив просыпается Рольф; как он зевает, как он встаёт и прикрывает за собой дверь в ванную. Фоули не доверяет себе настолько, что не встаёт до полудня. Лишь ближе к обеду из-за крайней необходимости она отправляется в ванную, стуча зубами. Собственное отражение и глядящие в ответ наполненные истинным ужасом глаза немного приводят девушку в себя, пока она медленно раздевается, оставляя пижаму небрежно валяться на полу. Она поворачивает кран полностью влево, отчего кожу спустя несколько секунд ожидания обжигает кипяток. Так лучше — это поможет ей успокоиться. В своих мыслях Лесли ставит двери между проходами склада пластинок. Она устанавливает замки, тянущиеся от пола до самого верха, а потом отступает назад, сглатывая. На её глаза невольно попадается потрёпанный изумрудно-зелёный чехол, оставленный без пластинки. Он одиноко лежит на пустой железной полке, будто бы пялясь на неё в ответ. Фоули уходит прочь, глядя сквозь поднимающийся перед её носом пар от кипятка. Она сравнивает двух Малфоев — настоящего, того, что она видела примерно с неделю назад; и того, который предстал ей во сне. Они были похожи на одну и ту же сторону разных медалей, произведённых на одном заводе и имеющих единую гравировку, но прошедших отличные события. Их царапины, вмятины — вот то, что отличало казалось бы одинаковые монеты. Лесли не нравились кошмары. Они не были похожи на нормальные — скорее на воспоминания. А ей хватало пренеприятных впечатлений и прожитых событий, чтобы испытывать вьетнамские флэшбеки на своей шкуре каждый божий день. Но это не могло быть воспоминаниями, ведь девушка помнила, как горёл её дом. И он горел уже после того, как она «умерла». И она уже не жила с родителями. Складывалось впечатление, будто её разум сыграл с Фоули злую шутку, заставив сомневаться в правдивости происходящего. Но Лесли знает, как ощущается ложная память — это прекрасно знакомо ей благодаря всё тому же Драко. У неё нет пробелов и несостыковок. Она прекрасно помнит, как пришла к тому, что имеет сейчас. Вопрос только в том, насколько её это устраивает. До недавних пор Лесли никогда в жизни не согласилась бы со словами Фрэнка Бидарда о том, что память есть сущее наказание человека. И все же, оказавшись в ситуации, когда она помнила все злодеяния Малфоя и не могла помешать ему вновь вмешаться в её жизнь, Лесли оказывалась бессильным заложником собственных воспоминаний, будучи не в силах ни смириться с настоящим, ни забыть прошлое. И ладно если бы от сущей реальности можно было спастись во снах — так нет, Драко преследовал её и там. Открывая дверь из ванной с замотанными в импровизированный из полотенца тюрбан волосами, Лесли сталкивается с Рольфом. Парень в отличие от неё выглядит выспавшимся и довольно быстро оправившимся благодаря её зельям после вчерашней одиночной миссии в Ливерпуле. — Даже царапин не осталось? — спрашивает Фоули, замечая, как внимательный взгляд карих глаз напарника медленно скользит вниз, начиная с её кругов под глазами и заканчивая короткими шортами и не до конца вытертыми каплями воды, скатывающимися с её ног в районе щиколоток. Скамандер заметно сглатывает — его адамово яблоко сначала поднимается, а затем опускается. Медленно. Губы сжимаются в тонкую полоску, пока не приоткрываются совсем на чуть-чуть: — Наш информатор внизу. Сказал, со мной общаться не планирует — но я как раз ухожу, мне нужно встретиться с Макгонагалл. Правая бровь Лесли невольно подскакивает вверх на этапе слов о нежелании Драко разговаривать с Рольфом. Она кивает, решая не отвечать ничего вслух. — Я вернусь через пару часов, — Скамандер кивает в ответ, тепло улыбнувшись. Он делает несколько шагов в направлении своей комнаты, пока не замирает, вновь повернувшись к Лесли теперь уже со сменившей дружелюбную заговорщической усмешкой. — Что? — вырывается нетерпеливый вопрос у девушки, потому что ей внезапно хочется поскорее спуститься вниз и хотя бы каким-то образом вылить на Малфоя всё то ведро неприязни и остальных неразобранных чувств по отношению к нему, накопившихся в груди. — Не шалите, — хмыкает Скамандер, скрываясь в своей комнате и хлопая дверью напоследок. Специально, чтобы Лесли не смогла его осадить. Похоже, Рольф и правда обращал внимание на её повадки так же, как и она сама, а не только пялился на участки открытой кожи в сочетании с «вызывающей» магловской одеждой. «Не шалите», Салазар его подери. Нашелся тут эксперт — в следующий раз она не будет бросаться навстречу с кучей зелий наперевес, увидев окровавленную рубашку. Хотя, можно мельком подлить ему Зелье рыгания. Кажется, что она точно видела его в уголке одного из шкафов в подвале — грех не воспользоваться. Только благодаря этому потоку мыслей Лесли в полном спокойствии спускается вниз и останавливается в дверном проёме, ведущем в кухню. Ей предстаёт вновь довольно интересное сочетание, в частности склонившийся над заваленным несколькими свитками столом, как раз ослабляющий серо-зелёный галстук и расстёгивающий верхние пуговицы своей накрахмаленной белой школьной рубашки Драко. — С каких пор ученики учатся за пределами школы? Малфой не поднимает головы, отвечая: — Как ваши отношения с зоологом? Лесли не поправляет описание Рольфа, прикусив губу. Одна из её ладоней невольно сжимается в кулак до побеления пальцев. Нет, она не будет реагировать на эту попытку забраться ей под кожу на ровном месте, учитывая их историю. Поэтому Фоули совсем не стесняется, отвечая очередным вопросом на вопрос: — Пэнси хорошо сосёт? Драко усмехается, отклоняясь на спинку стула и складывая руки на груди. Серые глаза смело пересекаются с её собственными, обжигая холодом окклюменции. Ну да, конечно, он же не выдержит всей реальности разговора с Лесли. И всё же, на короткую секунду оттенок серого будто теплеет: — У тебя всё… Однако, он так же быстро скрывается за более холодными тонами, а вопрос Малфоя остаётся незаконченным. Девушка предпочитает его проигнорировать, направившись к холодильнику за своим не-то-чтобы-завтраком-или-обедом. — О чём ты не мог поговорить с Рольфом? — интересуется она сдержанно, просматривая полки с едой. Её взгляд останавливается на оставленной со вчерашнего вечера пасте и местном магловском фермерском сыре. — Если он не понимает шуток, то это не моя проблема, — Лесли закатывает глаза, захлопывая дверцу холодильника. — Чертежи на столе для Люпина, зоолог спрашивал на прошлой неделе через патронуса. Напомни ему, что его патронус-ворон моему шпионскому делу не помогает — если хочет меня убить, то пусть сделает это лично. — Может, это я его попросила, — пожимает девушка плечами, ставя чайник кипятиться. Она выбирает ромашковый чай, замечая, как едва-едва заметно дрожат её пальцы. Лесли встряхивает руку, поджав губы. Малфой смотрит ей в спину, норовя прожечь дырку между лопаток. И всё же, вслед за этим его взгляд плавно опускается ниже. — Как ты вообще в таком… Ходишь? — М? — Фоули оборачивается, не понимая, о чём он говорит. Затем Лесли замечает искривлённые губы и лёгкий румянец на щеках Драко, контрастирующий с жёстким взглядом серых глаз. — А, ты о шортах? Он закатывает глаза, вновь отдавая своё предпочтение чертежам на столе. Девушка победно усмехается, засчитывая себе один балл против Малфоя. Тот молчит ещё по меньшей мере четверть часа, за которую Лесли успевает поесть, ознакомиться с одним из чертежей и даже вспомнить о последнем письме Уэнздей, которое касалось некоторых пожирательских набегов в штате, где находился Невермор. А также о том, что они на пару с Ксавьером нашли кое-что, что не следовало упоминать в письмах в целях безопасности. Лесли наблюдает за Драко, пользуясь его молчанием и занятостью. У неё была идея встречи с Аддамс и Торпом, и Орден бы вряд ли её одобрил, Рольф в том числе. С другой стороны, они ведь могли просто о ней не узнать, как и о многих других «скелетах» в личном шкафу грешков Фоули. И да, идея встречи была своего рода рисковой авантюрой, но чем собственно занимались они на пару со Скамандером, рыская по магической Англии по указанию тайного «союзника» из рядов Пожирателей Смерти, который прямо сейчас сидит напротив неё и является одним из единственных, кому известна реальная история за фарсом смерти Лесли Фоули? — Ты слишком громко думаешь, — фыркает блондин, прищёлкивая языком. Лесли наклоняется вперёд, опираясь локтями о стол. Она поднимает брови вверх, пристально глядя на переносицу Драко: — А ты знаешь, о чём конкретно? Он хищно усмехается, как всегда по-малфоевски. Не смотрит на неё, только почти шипя отвечает: — Возрадуйся, Снейп похоже натренировал тебя даже лучше, чем меня. Лесли не успевает задаться вопросом, когда это их декан преподавал окклюменцию Драко, когда тот продолжает: — Но я уверен, что это какая-то абсолютно несоизмеримая с реальностью идея с львиным привкусом. — Мне нужен портключ в Исландию. Между ними повисает молчание. Ноздри Малфоя двигаются вместе с раздраженными вдохами и выдохами парня. Лесли чувствует гнев, поднимающийся в ауре юноши. Он поднимает на слизеринку взгляд потемневших глаз, кривя губы: — Ты спятила. — Знаешь, после «почти» смерти это не самая худшая побочка. Её саркастическую ремарку Драко не оценивает. — Если хочешь попасть в плен Пожирателей, говори прямо и окажешься запертой в своей спальне в обозримом будущем, — Малфой скалит зубы, невольно напоминая ей Пожирателя во сне. Яблоко от яблони… Мистер Нотт… Почему её подсознание выбрало отца Тео? Нужно будет подумать об этом позже. — Мне нужно встретиться с кое-кем. Это важно — ты можешь просто помочь? — она решает пойти на попятную, наблюдая за реакцией. Малфой задирает нос, прищуривая глаза. — С каких пор ты готова со мной договариваться? Я же злой монстр, — он намеренно играет её высказанным ранее вслух мнением. Лесли дёргает головой: — Компромисс страшная штука, — она проводит языком по губам, наблюдая за реакцией. Холодный фасад Драко не меняется и надменное выражение с его лица не спадает, но ей совершенно точно кажется, что что-то в глазах Малфоя будто надламывается. — Мне нужно встретиться… — Это как-то связано с дневником твоего дяди? Они оба знают, какой именно дневник он имеет в виду. Фоули выдерживает паузу, взвешивая все варианты ответов в своей голове. — Возможно, — отвечает девушка сдержанно, выбирая что-то между правдой и ложью. Да кому ты врёшь, ты же точно уверена, что то самое «что-то» совсем не связано с крестражами, оно скорее всего связано с пророчеством, которое тебе не с кем обсудить. Драко — не самая лучшая кандидатура, благонадёжностью не отличается и доверием твоим совсем не располагает, а Рольф — разве вы настолько близки? Ты даже не рассказала о нём Гермионе, чего уж говорить? Драко внимательно наблюдает за её лицом, будто пытаясь проследить за её мыслями. Интересно, он научился различать, когда Лесли врёт и когда она говорит правду? Малфой отклоняется назад, вновь. Он поджимает губы, опуская глаза на кольцо на своей правой руке. Черный камень привлекает внимание своей непроглядной пустотой цвета. Лесли напротив хмурится, явно не понимая, на что он смотрит. Парень медленно выдыхает, так и не предоставляя ей ни положительного, ни отрицательного ответа.

***

— Как ваша партнёрша, мистер Скамандер? — Профессор Макгонагалл… — Минерва, вы уже давно закончили школу и работаете… — И всё же, — Рольф улыбается ей, поправляя трансформированное в мантию магловское пальто. — Всё идёт своим чередом. Мы сработались лучше, чем ожидалось. — Она с вашего факультета? Скамандер молчит, поднимаясь из-за стола. Декан Гриффиндора встаёт вместе с ним, отвечая на свой же вопрос: — Хотя, учитывая ваши рассказы, уверена что нет. Может, одна из моих воспитанниц? Впрочем, я думаю, что мне не следует этого знать. Не зря же её личность хранится в тайне… — Вы правы как всегда, профессор, — кивает Рольф, выглядывая за витражное окно. По внутреннему школьному двору курсируют два Пожирателя, и он готов поставить на то, что один из этих двух совершенно точно пульнул в него жалящим заклинанием во время заварушки в Эдинбурге на прошлой неделе. Спасибо на том, что его частично прикрыло слабое Протего Лесли, иначе у Скамандера была бы замечательная перспектива скончаться на месте. — Вам нужен ещё один человек? — спрашивает Макгонагалл, останавливаясь рядом со своим учеником. Блондин не встречает её взгляда, и что-то в нём выглядит по-другому, не так, как выглядело в школьные годы. Все они меняются, Минерва. Даже пока учатся в Хогвартсе. — Я думаю, нам хватает друг друга, — задумчиво произносит Рольф, опуская голову. На его губах играет едва заметная улыбка. — Уверен, ей хватает постоянного спасения моей задницы из всяких… — женщина осуждающе выгибает тонкую бровь вверх, заставляя Скамандера замолкнуть. Он прочищает горло, более смущенно продолжая: — Это опасно и при этом гораздо проще. Меньше координации, и мы только следим друг за другом. Проще спасать детей… — Я так и ни разу и не просила вас передать мою искреннюю благодарность этой девушке, кем бы она ни была, — декан Гриффиндора вздыхает, выглядывая за окно. — Пожалуйста, не забудьте сказать ей об этом. Орден и я очень ценят её помощь. Задумчиво глядя перед собой в пустоту всё с той же лёгкой улыбкой, Рольф кивает: — Конечно, профессор. Он уходит из Хогвартса тем же путём, что и явился — крадясь по потайному ходу, о котором ему рассказали близнецы Уизли. И всё же, орденская связь существенно помогала жить и работать. Не будь её, Скамандер вряд ли бы с такой готовностью кидался выполнять каждое задание. Коттедж «Нарцисс» встречает его осенней тишиной и шелестом листвы. Судя по всему, Лесли ушла за продуктами или на прогулку. Они договорились о количестве часов отсутствия, после которых следовало бы начинать «бить тревогу». Оба ценили время наедине с собой, поэтому сошлись во мнениях в отношении необходимости порой разделяться, какой бы опасной эта идея не казалась в современных реалиях. Макгонагалл похвалила Лесли. Интересно, знай она настоящую личность его «партнёрши», сказала бы то же самое? Кажется, Фоули не имела проблем с деканом Гриффиндора. Пусть профессор и не упоминала её в разговорах, это точно не было показателем её безразличия. Минерва Макгонагалл волновалась за всех учеников в школе, будь они львами или змеями по своей натуре. Рольф сам был тому примером в своё время, в конце-концов. Закрывая входную дверь за своей спиной, Скамандер делает глубокий вдох и задирает лицо к потолку, качая головой из стороны в сторону. Как же он устал от притворяний.

***

Малфой ушёл почти сразу после их разговора, так и не ответив на её вопрос. И прошедший с их встречи месяц только лишь подлил масла в огонь нетерпения Лесли. Её размышления о пророчестве запустились вновь. Острая необходимость обсудить уже известное с Уэнздей — самым настоящим вундеркиндом-готом — поджимала, но вариантов самостоятельно сбежать из страны у Фоули не было. Трансгрессия на такие расстояния требовала не только специальных умений, но и разрешений на международные перемещения. Магическая Англия фактически находилась в своего рода карантине — спасибо пришедшим к власти Пожирателям Смерти. Теперь маглорождённые не только поддавались дискриминации, но и фактическим гонениям. Дражайшая Амбридж позаботилась о запрете ношения волшебных палочек, но это не было самым суровым решением нового Министерства Магии. Самой жёсткой стала аллюзия на концентрационные лагеря Германии во время Второй Мировой, гордо названная «Прибежищем для маглорождённых». И нет, бараки никто не отменял. Как и загадочные смерти, происходящие в лагерях почти каждую неделю. Сказать что Орден был не в восторге — это ничего не сказать. Лесли теперь очень осторожно выбирала обличия, а Рольф то и дело менял внешность с помощью чар, предпочитая не привлекать внимания. Любой контроль (а они на улицах городов проводились теперь с куда большей частотой, чем летом) грозил прекрасной перспективой быть задержанным при малейшем подозрении. Было проще притворяться маглами, чем полукровками или чистокровными. Тренировки разума стали своего рода необходимостью. Создавалось впечатление, будто новое Министерство копировало все самые худшие идеи маглов, применяя их на магическом обществе. Единственным, до чего они ещё не успели добраться, оставалось ядерное и биологическое оружие. И что-то подсказывало Лесли, что до точки невозврата оставались считанные шаги. Именно поэтому всё свободное время она проводила за чтением дневников Эндрю вдоль и поперёк, используя перерывы между читательскими сессиями для тренировок окклюменции. Её лабиринт теперь занимал куда большую площадь, и даже самой Фоули не хотелось забредать в его отдалённые уголки, выбирая знакомую тропу к центру, смоделированную таким образом, что она менялась каждые несколько минут. Но ведь это был её разум — кому если не ей знать, куда идти? Пластинок с воспоминаниями хватало с лихвой. Только теперь вместо здания для хранения в центре лабиринта находился архив под открытым небом. Всегда ночным. Здесь никогда не светило солнце, только луна. Лесли даже уже было начала добавлять звёзды, запоминая их расположение. Конечно, было невозможно заставить их перемещаться по небу, как настоящие (она знала, что перемещались в отношении светил они, а не наоборот, но в отношении перспективы правильнее было сказать именно так), но попытаться создать как можно более реалистичную картинку стоило. Лесли хотела спроектировать изящный обманный манёвр на случай если к ней в голову проникнут непрошенные гости. Лабиринт должен был заставить их забыть об изначальной цели, ужасы в нём напугать, а звёздное небо — убедить в реальности происходящего. На последнем этапе можно было попробовать свести посетителей с ума, но для этого требовался настоящий эксперимент. Только окклюменция была мерой осторожности на случай опасности. А какой человек со здравым смыслом решился бы попробовать это просто так? — Лесли, — тёплая ладонь касается её запястья, вырывая из мыслей. Волосы Гермионы заплетены в небрежную косу. Её кожа чистая, но обветренная и побледневшая от холода. Это их вторая встреча за последние недели. Выдра Грейнджер прискакала на следующий день после разговора с Драко, предложив увидеться в Уэльсе. Добираться было долго, но Фоули не могла устоять — всё же, она скучала по подруге и хотела убедиться в том, что трио было в порядке. Поттер, кажется, разделял ещё чувства. А вот Уизел просто порадовался тому факту, что кто-то наконец-то смог принести им нормальную еду. — Ты читала дневник? — Лесли пересекается взглядом с тёмно-карими глазами подруги, чуть наклонив голову вбок. Герми нервно сглатывает. — Я не хотела, чтобы ты… — Согласись, как я могла устоять? — слизеринка разминает спину, потянувшись. — Так что, наш дражайший лапочка В… — Лесли! — вскрикивает подруга, тут же подскочив. — Шучу, Вальд. Знаешь, по-немецки лес это «вальд», — Фоули смотрит на гриффиндорку снизу. — Повелась? — Не стоит с этим шутить… — начинает причитать Грейнджер. — Знаю. В любом случае… Сколько? — Что сколько? — Гермиона выдыхает с облегчением, отходя немного в сторону. Её глаза нервно бегают по опавшей листве, лежащей на холодной земле. — Не играй в дурочку, — Лесли поднимается вслед за ней, подходя ближе. Кажется, у неё успела занеметь правая нога, пока они сидели. — Сколько, Герми? Думаю, учитывая мою роль в организации для почти побеждённых мне стоило бы знать. — Орден выиграет, — убеждённо произносит подруга, повернувшись к ней. — Мы не… — Давай смотреть на наши возможности с реализмом и отвечать на поставленные вопросы, — слизеринка обводит Гермиону оценивающим взглядом, поджав губы. — Думаю, пришло время говорить правду друг другу несмотря на цвета наших факультетов. К тому же, мой статус мученицы вполне затмевает грешную змеиную сущность. Грейнджер мучает свою губу, отвечая ей молчанием. Лесли понятно, что подруга не только не хочет, чтобы она знала — теперь нежелание говорить не связано в первую очередь с доверием. Грейнджер снова играет героиню, коей она и является. Она не хочет, чтобы Фоули пострадала. Но ведь слизеринка уже варится в этом котле — ещё одна тайна не помешает. — Когда ты меня не слышала… — Герми привлекает её внимание, вновь заговорив. — Ты занималась окклюменцией, так ведь? Лесли молча выгибает правую бровь вверх, почти подначивая. Но Грейнджер умнее других. — Золотая девочка умеет зрить в корень. — Не называй меня так, — в голосе брюнетки сквозит раздражение. — Твои мысли… Они, наверное, защищены лучше любого из нас. — Как же много надежд ты на меня возлагаешь, — хмыкает Фоули, подмигнув Гермионе. Та зажмуривается: — Не флиртуй со мной! — А с кем ещё? Поверь, после моей влюблённости во Флёр Делакур на четвёртом курсе я нахожу замену тогдашнему увлечению лишь в твоих непослушных тёмных кудрях и соблазнительных медово-карих глазах. — Лесли! Я уж точно уверена, что не могу похвастаться платиновым блондом и «грозовыми» глазами. Пауза. Лесли кривит губы. Грейнджер вздрагивает, опять зажмурившись. Только теперь она это делает из-за стыда. — Прости, я не… — однако, Гермиона не заканчивает своё извинение. Её внимательный взгляд замирает на Лесли. И что-то в нём отражает недоумение самой Фоули, почему Герми замолчала. — Только не говори, что… — Что? — она в непонимании сводит брови к переносице, наблюдая за странным озарением, возникающим на лице Гермионы за считанные секунды. — Малфой! Вот, кто твой Пожиратель-информатор! — победно восклицает гриффиндорка, тут же зажимая ладонью свой рот. Лесли закатывает глаза со вздохом: — Пошло-поехало… — Вот почему ты на взводе! — глаза Гермионы искрят самым настоящим восторгом от того, что она наконец-то разгадала одну из мучающих её кудрявую голову загадку. — Боже, как же я не догадалась, вот почему ты так… — Что я так? — внезапно довольно агрессивно интересуется Фоули, прищурив глаза. Грейнджер на её угрозу не реагирует, продолжая скандировать всё тем же оживлённым тоном, что и ранее: — Он подарил тебе дом Эндрю? Откуда он его взял… — внимание Герми вновь переключается на что-то кроме Лесли. — Вскрытие сейфов сбежавших семей. Оно было в новостях, точно. Но почему… — Герми, я не хочу об этом говорить, — Фоули обрывает подругу, медленно выдыхая для собственного блага. Если Гермиона отправится в это ментальное путешествие вместе с ней, то часть этого леса определённо сгорит к окончанию их разговора. Брюнетка смотрит на неё с сомнением. Слизеринка видит, как подругу буквально разрывает любопытство, но в то же время она сдерживает себя. Уважение и дистанция. Они всегда ходили на цыпочках рядом вокруг этих тем. — Я думаю… — Лесли выпрямляет спину, сводя свои лопатки друг к другу. Напряжение — вот то, что сковывает её тело. — Мне пора идти, — она тянется обнять Грейнджер, и та отвечает. Гриффиндорка тёплая. Она пахнет отсыревшей листвой и костром. — Дамблдор уничтожил кольцо. Гарри — дневник. Медальон Амбридж, — шёпот Гермионы шелестом проносится через сознание Лесли, обволакивая её родным теплом подруги. — Я думаю, их должно быть больше… Потому что… Магическое число, конечно. Точка невозврата в виде трёх уже пройдена, значит… Семь? Она возвращается домой, продолжая выстраивать стены окклюменции в своей голове. Гермиона не должна была знать о Малфое. Не потому что Лесли «жадничала» — нет… Просто Герми не стоило знать о нём. Драко был прав, это нужно было признать. И она планировала придерживаться его совета, но чёртов внезапный вопрос гриффиндорки и её проницательность сыграли с Лесли злую шутку. Самой умной ведьме их поколения ничего не стоило раскусить Фоули, даже не владея легилименцией. Ну и насколько эффективными были уроки защиты разума? С другой стороны, Герми знала её как облупленную. Возможно, так же хорошо, как Малфой. И она была куда внимательнее Драко. Но вот что интересно — Грейнджер обменяла это знание как разменную монету, ответив на ранее заданный вопрос. Их дружба в который раз стала на ступень глубже, и теперь слизеринка не была уверена, насколько ещё ближе они могли быть с Грейнджер. Их связывали общие тайны и переживания. И перспектива смерти от рук Пожирателей явно балансировала примерно на одном уровне, учитывая статус Гермионы как маглорождённой и псевдосмерть Лесли. Рольф открывает ей двери, встречая на самом пороге. — Я украл магловскую пиццу, как думаешь, твоя подружка оценила бы? Лесли выдавливает улыбку: — Думаю, учитывая образ жизни питекантропа, она бы даже обзавидовалась, не то что Уизел. Её партнёр знал о Золотом Трио примерно столько же, сколько и вся остальная Магическая Англия. Гриффиндорцы скрывались неизвестно где, не попадаясь на глаза. Все трое находились в розыске и не контактировали со своими близкими. Поттер и так был сиротой. Семейство Уизли разбросано по всей Европе, пытаясь не попадаться на глаза. Родители Грейнджер пропали с радаров, даже Ордена, что несомненно радует Лесли. — Как ты относишься к сочетанию ананасов и курицы? — вешая своё пальто на крючок в прихожей, Фоули усмехается в ответ на вопрос Скамандера. — Если я скажу, что мне оно нравится, ты покрутишь пальцем у виска? Рольф показушно хмурится в непонимании. — Твои магловские фразочки… — Это не ты вчера мне о моём родстве с Аидом рассказывал после трёх банок пива? — А я не говорил, что являюсь чистокровным супрематистом! И вообще… Их смех прекращается так же резко, как и начался — вместе с хрипом Рольфа. Лесли подскакивает ближе, теперь уже внимательно осматривая всё тело напарника в поисках каких-либо ранений. — Что случилось? — Всё в порядке, я просто… Несколько пальцев на правой руке Рольфа вывернуты неестественным способом. Парень замечает нахмурившиеся брови Лесли, отвечая на невысказанный вопрос: — Шкафчики в Министерстве умеют кусать непрошенных гостей. Лесли вздыхает, покачав головой. Она с сочувствием поджимает губы. Скамандер неловко улыбается в ответ: — Вправишь? — А как ты пиццу умудрился с ними стащить? — Секрет фирмы. Несколько минут спустя, нетерпеливо поглядывая на остывшую пиццу, Лесли избавляет непутёвого пуффендуйца от вывихов. Рольф вздрагивает с каждым вправленным пальцем, до крови закусывая губу. И всё же, он всё это время глядит на неё, совсем рядом и исподлобья. — У тебя красивые гла.ЗА! Зачем же так резко?! — Комплименты — один из лучших моментов, — игнорируя его слова, усмехается Лесли. Она осматривает его ладонь, проверяя костяшки. И да, медиком в команде оказалась она. После их посещения больницы Святого Мунго (сложного, неудачного и довольно нервного из-за необходимости скрывать свою личность и увиливать от вопросов врачей, ведь каждый пациент должен был быть зарегистрирован) они оба пришли к выводу, что с большей частью ранений придётся разбираться самостоятельно, если только они не будут смертельными. А значит нужно было обучиться базовому лекарству и магловской медицине. — Вижу змею, — парень устало отклоняется, выдыхая с облегчением. Он косится на пиццу. — Микроволновка или… — Фовио, — произносит Лесли, глядя на нагревающуюся коробку. Скамандер усмехается: — Беспалочковая? — А ты проверь, — Фоули разминает шею со вздохом и кивает на пиццу. Рольф щурит глаза: — Хочешь, чтобы я ещё и пальцы обжег? — Заодно мою новую мазь проверим, чего уж-то. — Змея, — фыркает парень, но всё же тянется к коробке, тут же одёргивая руку. Лесли сжимает зубы, виновато спрашивая сквозь них: — Слишком горячая? Рольф прижимает ладонь к груди, почти скуля. — Прости… — Шучу! — тут же победно восклицает он, вновь потянувшись к еде и с очень довольным выражением лица поднимая «крышу». Если бы она умела прожигать материю взглядом, Рольф бы тотчас превратился в пепел. И нет, её гнева он не замечает, снимая кусочки ананаса со своего куска. Лесли смотрит на него разгневанно ещё по меньшей мере пару минут, пока она не сдаётся, потянувшись за ближайшим к ней треугольником с перекинутыми на него недоеденными кусочками ананаса. — Ну и правильно, мне больше достанется, — довольно бормочет Лесли, нетерпеливо облизнув губы в предвкушении вкуса. Как ни в чём не бывало, Рольф наконец-то поподробнее рассказывает о своей сегодняшней миссии по проникновению в Министерство, в которой среди прочих участвовал нюхлер — одно из немногих наследий его дедушки. — У них вся Англия на счету. Думают, что по финансовым потокам напрямую можно будет отследить маглорождённых. — Логично, — слизывая соус с губ, подтверждает Лесли. Скамандер пристально наблюдает за её языком, тут же опуская голову, когда она это замечает. Фоули усмехается, собираясь подшутить над ним, но со стороны крыльца раздаётся знакомый треск трансгрессии. Подумать только, Малфой решил заявиться именно сегодня? Рольф поворачивается к проходу в коридор. И как по сигналу в нём появляется сгорбленная фигура слизеринца, даже не здоровающегося с ними. Он просто проходит внутрь, кидая свиток на стол рядом с остатками пиццы в испачканной соусом картонной коробке. Драко не смеётся, не заговаривает первым. Он выглядит устало и потрёпанно — больше, чем когда-либо. Он похож на самого себя в её кошмарах. И что-то в глазах Малфоя явственно говорит Лесли о том, что на душе ему гораздо хуже, чем ей. И всё же, мысли девушки невольно делают кульбит, возвращаясь к догадавшейся Гермионе и недавнем кошмаре. К слову, о Герми — в кухню как раз залетает выдра, открывающая свой светящийся рот. — Я скоро вернусь! — восклицает Лесли, спешно выскакивая из-за стола и замечая на себе внимательно следящие серые глаза Драко. Он кивает, тут же покорно опуская лицо вниз, поморщившись будто бы от вспышки боли. Скрываясь в коридоре, она уже не слышит вопроса Рольфа к Малфою: — Кто тебя так потрепал? — Могу поинтересоваться о том же в отношении тебя, — фыркает слизеринец, поморщившись. На его левой скуле как раз начинает расцветать синяк. — Мой отец был не в восторге от майского провала… — Ты говоришь о смерти Лесли? — Я говорю о сбежавшем Поттере, — взгляд Драко на секунду останавливается на дверном проходе, где ранее скрылась девушка. — Ваши орденские доклады дорогого стоят. — И всё же, ты продолжаешь их поставлять. Это какое-то чувство долга или тебя правда тянет геройствовать? — Рольф с искренним интересом наклоняется вперёд, наблюдая за реакцией Малфоя. Блондин прищуривает глаза, скривив губы в ответ: — А ты ей глазки строишь из расчёта, что над тобой сжалятся? Скамандер смеётся, проводя языком по зубам: — Уж всяко лучше, чем метать в неё смертельными заклинаниями. Его фраза походит на сильный удар между ног по причинному месту, но Драко не реагирует. Он сглатывает свою ревность и желание придушить партнёра Лесли прямо здесь, в этой кухне, пока девушка отвечает на сообщение Грейнджер (вот как, грязнокровка ещё жива?), но что-то подсказывает ему, что Фоули его взглядов не оценит. Именно поэтому он с хрипом поднимается на ноги, прикидывая, сколько рёбер у него сломано. Он снимает пожирательский плащ, кривя губы при виде кровавых следов на манжетах рубашки под низом. — Малфой… — он игнорирует смягчившийся голос Рольфа, в котором теперь совсем не слышно былой едкости, такой похожей на его собственную. — Где родители Лесли? Драко хмурится, покосившись в направлении Скамандера: — Ты Пророк не читаешь? Чёрт возьми, любой волшебник знает, что Фоули не то чтобы изгнали из Англии, но то что они сбежали в Штаты. Его сомнения прерывает оживлённый голос возвращающейся Лесли: — Что я пропустила? Малфой поджимает губы, двигая желваками и переглядываясь с Рольфом. Глаза девушки перескакивают с одного блондина на другого в ожидании ответа. Фоули прищуривается, чуть поведя носом с явным подозрением. Слизеринец дёргает плечом, садясь обратно за стол. Лесли так и стоит на пороге, пока она не сдаётся. — Ладно, — она устало проходит к плите, внезапно выпрямляясь и вновь поворачиваясь к замолчавшим парням. Малфой проводит языком по зубам, игнорируя её. — Ты раздобыл портключ, как я просила? Драко почти закатывает глаза. Скамандер сводит брови к переносице в лёгком недоумении. Слизеринка выгибает одну из бровей в своей фирменной манере. — Портключи контролируются Министерством, — сдержанно отвечает он, потянувшись к оставленной на соседнем стуле мантии. — Но всегда есть варианты… Блондин вытаскивает конверт с логотипом авиакомпании, доставая из него два авиабилета. Рольф заливается смехом. А Малфой готов поклясться, что в глазах Лесли на короткий момент загорается благодарность по отношению к нему, скрытая за слоями предосторожности и недоверия.