Аркан "Башня"

Выбирая между миссиями и Хогвартсом, Драко всегда хотел отправиться в коттедж «Нарцисс» даже учитывая предателя, скрывающегося за маской Рольфа Скамандера. Школа волшебства теперь не являлась домом ни для кого кроме чистокровных фашистов. Он продолжал обходить туалет Миртл и Астрономическую башню стороной, предпочитая уединяться в их с Лесли версии Выручай-комнаты, хотя она всё равно отличалась от своей былой формы в отсутствии девушки. Не считая этих мест Малфою всегда были доступны подземелья Малфой-мэнора и треплет когтевранки по другую сторону решеток. Обычно он даже не замечая этого погружался в свои мысли, глядя на пробегающих мимо крыс с искренним безразличием и совсем без привычной его более молодой версии брезгливости. После всего того, что он повидал с маховиком, Драко был готов даже любить этих хвостатых вредителей, если бы их можно было променять на служение Тёмному Лорду и ситуацию, в которой он находился. — Ваш хлеб лучше подошел бы фестралам, их желудки… Настоящий Рольф Скамандер находился за пределами Магической Европы уже более девяти месяцев. Самая распространённая версия Оборотного зелья держалась несколько часов, более продвинутые — один день, и то при условии регулярного возобновления. — Хагрид очень любит их, но диета… Тот, кто притворялся Рольфом, либо делал это очень давно (настолько, чтобы втереться в доверие Ордену Феникса, который существовал не один день), либо был в сговоре с настоящим Скамандером. Как ещё можно было объяснить бесконечный запас волос для Оборотного? — Драко, как поживает твоя доброта? Этот человек был достаточно умён, чтобы втереться в доверие Лесли и другим, не вызвав подозрений. Он имел достаточные колдовские способности, чтобы быть на передовой. Он производил впечатление человека примерно такого же возраста, как настоящий Рольф. — Не понимаю, о чём ты, — отвечает он на автомате, продолжая игнорировать Полоумную. Лже-Скамандер знал руны. Драко перерыл ученические записи примерно за те года, когда настоящий Рольф должен был учиться в Хогвартсе — и нет, Древние руны он не изучал. Круг подозреваемых не сужался. Скорее всего, это был кто-то из сокурсников Рольфа. Но от этого Драко проще не становилось. К тому же, после того волшебного исцеления в Лагере Глазго появились проблемы. Побег, несостыковки. Нотт-старший приказал ему провести «инвентаризацию» после побегов и успешного опыта исполнения своих обязанностей Драко во многих филиалах Гринготтс. Юноша не был настолько невнимательным, чтобы не заметить несостыковки в цифрах и «минимальные потери», хотя некоторые охранники утверждали, что в ту ночь сбежали по меньшей мере две дюжины человек. Из двух сотен заключенных. — Как она себя чувствует? Что-то в мечтательной интонации Полумны заставляет Малфоя остановиться в своих мыслях и медленно повернуться, столкнувшись со взглядом голубых глаз блондинки. Две дюжины, которых было «легко недосчитаться». И это не считая по-странному прерванных поставок основных зельеварских ингредиентов для лагерных экспериментов, к которым очень косвенно имел отношение Тео, но к привычке Нотта играть за пределами поля Малфой уже давно привык. — Она? — переспрашивает Драко, подумав, что ему почудилось. — Она, Драко, — Лавгуд указывает пальцем в направлении его сжимающей решетку правой ладони. Кольцо, она указывает на него. Но ведь оно невидимо… — Как она чувствует себя? Парень сглатывает, чувствуя, как его пальцы отпускают решетку, а рука рефлекторно тянется к палочке в кармане мантии. — У меня много выдумок в голове, — задумчиво, будто глядя сквозь него, подмечает Полумна. Драко замирает, пока она медленно переводит свой рассеянный взгляд на его лицо. — Но она искала диадему. Лесли искала диадему? Малфой усмехается, качнув головой: — Лавгуд, ты что-то… — Только почему не там, где всё спрятано? Его брови в изумлении взмывают вверх. — О чём ты? — Комната, где всё спрятано, — дверь на лестнице у входа в темницы скрипит, когда кто-то начинает открывать её снаружи. — Разве она не может быть там? Драко чувствует, что его окклюменция дрожит, пытаясь переварить сказанное когтевранкой. — Почему ты говоришь об этом сейчас? — спрашивает он полушепотом. Луна смотрит на него с детскими добротой и искренностью, мягко улыбаясь ему уголками губ. — Выручай-комната, Малфой, — раздаётся за его спиной вкрадчивый голос Тео. Он почти закатывает глаза, но что-то в расширяющейся улыбке Полумны останавливает его порыв. Блондин чуть поворачивает голову, косясь в направлении останавливающегося рядом с ним Нотта. Обе его руки заняты. Одна — палочкой. Вторая — … — Ты думал, я не замечу «Историю Хогвартса» в твоих руках? — смеётся Теодор. — Драко Малфой резко обратился к учебникам подобно Грейнджер… — Как будто я похож на твою бывшую, — огрызается юноша, поворачиваясь к своему сокурснику лицом. Когтевранка в темнице молчит, наблюдая за их перепалкой. — Белла послала? Или твоему отцу нужны новые подопытные? — он поднимается на ноги под изучающим и почти смеющимся взглядом Тео. Шатен кривит губы в усмешке, смотря на него снизу–вверх. — Драко, тебе стоило бы поговорить… — Молчи, Луна, — его голос наполняется резкостью в направлении того человека, который вовсе не заслуживает его злости. Лавгуд кивает сама себе, не принимая это на свой счёт. — Как же ты обращаешься с гостями, Драко? — Нотт наклоняет голову вбок, прищуривая глаза. У Малфоя чешутся руки наслать на него Круцио по привычке, хотя это наоборот лишь подтвердит его бесчеловечность, что навряд ли бы оценила Лесли, будь она рядом. — Особенно когда я пришёл с дарами. Теодор поднимает свою левую руку, показательно встряхивая мешочек. Драко хмурится. — И? Украшения принёс? Спасибо, я как-то… — Как ты думаешь, сколько хлама я перерыл, пока не нашёл Исчезательный шкаф? — Нотт задаёт казалось бы риторический вопрос, вводя его в оцепенение. И всё же, эта комбинация слов вызывает у Драко странное ощущение дежавю, хотя его задания никогда не касались проникновения Тёмного Лорда и Пожирателей в Школу волшебства. «Ты должен был убить Дамблдора», — крик Лесли проносится у него в голове, ехидно напоминая о её вере в то, что она уже успела прожить шестой курс в своём будущем. Теперь с маховиком в кармане он был готов ей поверить на слово без доли сомнения. — Подарки, Нотт? — озвучивает он свой вопрос, пытаясь вернуть их к теме. — С каких пор ты интересуешься украшениями, прямо как дядя твоей возлюбленной? Тео кидает мешок ему в руки, начиная идти в сторону выхода. Малфой прощупывает ткань, заглядывая внутрь через отверстие и замечая блеск серебра. — Будешь мне должен, Малфой! — шатен замирает у подножия лестницы, напоследок оборачиваясь. — И попроси твою подружку организовать встречу с Золотой девочкой. Вот моя цена.

***

Недели начинали сливаться в бесконечное течение времени, пугая своим однообразием. Безусловно, Рольф был прекрасным соседом. Приходя по ночам, он не будил её грохотом. Он всегда отмывал кровь со своей одежды и ванной. Новости о побегах из Лагерей в Глазго и Плимуте были настолько бегло описаны в «Ежедневном Пророке», что эффективность работы Ордена становилась ясна как день. «Лесли, я надеюсь, ты не рискуешь собой в…» Она проигнорировала крайнего патронуса Гермионы, когда выдра застала её за очередным перечитыванием записей дяди. Её подруга не заслуживала такого отношения, но Лесли не могла ничего с собой поделать. Её стадия принятия своей ситуации плавно перетекла в состояние депрессии, когда ничего не радовало глаз. Казалось, Сыворотка правды и допрос Драко должны были принести ей спокойствие и ясность, но после сказанной им вслух правды мировоззрение Фоули пошатнулось, войдя в неуправляемое состояние свободного падения. Пугало то, что белый перламутр на её пальце становился привычным. И то, что она больше не произносила заклинания по привычке, а палочку в последний раз брала в руки около двух недель назад. Изоляция Лесли выглядела жалко. Примерно так же, как когда-то во время её первого проживания шестого курса в Неверморе. Судьба девушки по-странному напоминала судьбу её дяди, только в конце пути его ожидал неизвестный конец. И бушующая за окном война совсем не мягким образом намекала Фоули на то, что её ждало то же самое. Это был лишь вопрос времени, пока её не настигнет что-то из серии «погибели Наследника Когтеврана». Поэтому, варя пузырёк Оборотного зелья вслед за пузырьком Сыворотки правды, Лесли вспоминает свои резкие слова в адрес Гарри, который совсем не был виновен в появлении не в том месте и не в то время. Вспоминала она и, в сущности, его схожесть с Эндрю Батлером. Не такую трагичную, как у неё самой, но такую же судьбоносную. Избранного с её дядей объединяла исключительная роль центральной фигуры на шахматной доске, обречённой либо на падение, либо на победу над врагом. И честно сказать, Лесли не желала судьбы её родственника Поттеру. Да и тонкая грань, разделяющая оба итога совсем её не радовала. Вглядываясь в зеркало, слизеринка косится в направлении верхней левой шухлядки комода, потянув на себя прямоугольную железную ручку. Внутри вместе с одиноким пером и магловской шариковой ручкой, карандашом, ластиком и несколькими листами пергамента, а также резинками и заколками лежит несколько раз скомканный и затем расправленный лист со смазанными чернилами. Поднимая его за уголок и затем вытаскивая полностью, Лесли сжимает губы. Её взгляд скользит по размазанным, написанным сквозь боль и слёзы несколькими днями ранее, словам. Мама, я очень скучаю. Правда. На самом деле, хотя в Хогвартсе всегда было легко быть без тебя и папы и Я редко говорила, что люблю вас, и так и не успела это сказать до того как умерла случилось то, что случилось. Ты всегда говорила мне быть собой, но это сложно. Особенно когда ты полная неудачница и настоящий позор своего рода вперемешку с ничтожеством, которое не умеет видеть что-то прямо перед своим носом и исправлять свои ошибки даже при наличии второго шанса. Вы с отцом думали отправить меня в Шармбатон, но я сильно сомневаюсь, что это бы помогло. Хотя, наверное, мы были бы вместе, а не по разные стороны жизни для вас. Я никогда не хотела быть разочарованием. Но, мам, я замужем за Драко Малфоем. Сказать бабушке — она была бы рада, правда? И даже папины родственники, это же салазаровы Малфои! Я не разговариваю с Гермионой. И вообще ни с кем кроме самой себя, ворона за окном и Рольфа. Вопрос времени пока Скамандеру не надоест моё нытьё и беспомощность. Мам, я дура. Слова ниже совсем расплылись из-за по невнимательности разлитого ею самой же зелья. Ещё бы, как можно было писать письмо рядом с кипящим котлом? Кожа на её правом запястье тоже пошла волдырями, и спасибо нескольким бальзамам и магловской мази от ожогов, что её внешний вид немного улучшился. Следы всё ещё были заметны, и ей бы не помешала пара-тройка ускоряющих заживление заклинаний, но точное возвращение Рольфа в эти дни всегда было сложно предсказать, да и он точно бы засомневался в своих способностях. Как-никак, медиком в их команде была она. Ключевое слово «была». Хлопок. Наблюдая за догорающими краями остатков бумаги, небрежно кинутой в умывальник в ванной после поднесённой к ней зажжённой спички, Лесли поднимает глаза на собственное отражение в зеркале, понимая, что около шести часов вечера — слишком раннее время для возвращения Рольфа. Следовательно, ей стоит ждать Малфоя, который с момента их чаепития в коттедже не появлялся ни разу. Она переводит дыхание и поднимает подбородок, пытаясь смотреть перед собой уверенно и без стеснения, но что-то выдаёт её робость. То ли то, что она без остановки облизывает губы, то ли барабанящие по краю умывальника (к которому слизеринец припёр её вплотную совсем недавно, но до подлитой в его чай Сыворотки правды) пальцы. Дверь внизу открывается и закрывается. Лесли ожидает услышать шаги, но вместо этого вслушивается в следующую за этим звенящую тишину. Лёгкое покалывание на её левой руке вызывает странные ощущения внутри. Теперь она понимает, что это не кажется ей просто так, что это близость Малфоя к ней и его чувства заставляют бабочек внутри её живота порхать, а не её. Девушка ждёт, пока Драко поднимется наверх. Он же ждёт, пока Лесли спустится вниз. Оба ждут, пока кто-то другой сделает первый шаг навстречу. И логически Фоули понимает, что Сыворотка правды не была морально правильным выбором, но с её точки зрения вполне аргументированным решением. С другой стороны, она подняла на поверхность правду о кольце на её безымянном пальце левой руки, о котором ей возможно посчастливилось бы узнать аж в следующей жизни. То есть, никогда.

Она не уступит первой. Не-а, нет.

Лесли повторяет это себе, слушая скрип половиц под ногами и замирая на самом верху лестницы при виде ставящего ногу на первую ступеньку в самом её низу Драко. Оба смотрят друг на друга ещё несколько секунд в полнейшем ступоре, приходя в себя и выпрямляясь. Она отводит взгляд, он опускает ногу обратно. Лесли поджимает губы, Драко сжимает левую ладонь в кулак. — Я не должна была насильно вытягивать из тебя правду. — Я не должен был скрывать от тебя то, что было связано с твоей семьёй. Они говорят это одновременно, поднимая глаза друг на друга и замолкая. Лесли завидует его стальному взгляду и окклюменции, которая пеленой застилает все эмоции в чертах лица парня. Она видит это по серым глазам, в один миг перестающим выражать что-либо и становящимся стеклянными. Она опускает свой взгляд на кольцо на его правой руке, теперь заметное для неё и тоже блестящее лишь под определённым углом. — Твой отец был уверен, что я что-то с тобой сделал, — начинает он сдержанно, делая шаг в направлении кухни и ожидая, пока Лесли не начнёт спускаться. Девушка нерешительно касается поручня, взвешивая свои возможности. — И? — спрашивает она, прося его продолжить. — Я не знаю, в курсе ли твои родители, что ты жива, — она делает первый шаг, пока Драко терпеливо ждёт её у прохода в кухню. — Скорее всего да, — он кивает сам себе в подтверждение своих слов, опуская лицо. Его взгляд стыдливо направлен в пол. — Почему ты говоришь об этом сейчас? Лесли останавливается перед ним, вынужденно глядя на юношу снизу ввиду их разницы в росте. Малфой поворачивает лицо в сторону, его желваки ходят из стороны в сторону, невольно выдавая напряжение. Она бы всё отдала сейчас, лишь бы заглянуть внутрь белобрысой головы её бывшего сокурсника. — Тебе стоит знать об этом и без Сыворотки, повторюсь. А что мне не стоит знать даже с ней? Она прощала его каждый чертов раз. Когда Драко стёр ей память. Когда он умер на её глазах и воскрес, пусть это и не было его виной. Когда Драко влез ей в голову без спросу. Когда он кинул её в Отделе Тайн. Когда Драко соврал о Метке и притворялся весь год. Когда он почти убил её. Когда Драко женил её на себе. Как Лесли могла ему верить и делала это без задних мыслей? Фоули оставляет свой многословный едкий комментарий при себе, проходя мимо него в кухню. Что лучше: сделать чай или кофе или какао, или просто сесть и… — Когда мне нужно выполнять задания в Америке, я посещаю пратётку Скамандера, эксперта в легилименции и окклюменции. Лесли замирает у холодильника, глядя перед собой. Драко обходит её, замирая в периферии. — Один раз я столкнулся с твоей мамой, — он сглатывает. Лесли ожидает. — Она почти прокляла меня, но я вовремя послал Протего, — Малфой кривит губы. — Это не спасло меня от кулака твоего отца. — Уверена, это было оправдано. Парень кивает, проходя к столу. — Всё равно не самое приятное удовольствие. В этот раз ей не хватает терпения: — А не нужно было убивать меня. Драко это чувствует, пересекаясь взглядами. Его подскочившие на секунду брови выдают пошатнувшуюся магию разума. — У меня не было выбора, — отчеканивает он поучительным тоном, будто говорит с ребёнком. — Ты продолжаешь повторять это, но смысл от этого не меняется. — А что ты могла предложить, убить тебя по-настоящему? Резкость в его голосе лишь подливает масла в огонь. — Я говорила тебе давным-давно, что нужно было сделать! — Лесли повышает свой голос, поворачиваясь к нему всем телом. Правая ладонь Драко сжата в кулак. — Ты был у меня в голове, ты слышал, что тебя ждёт! — Что ты хочешь услышать, что я ошибался?! — в той же тональности рявкает Малфой, делая шаг в её направлении. Вопреки отсутствию магии в своём теле Лесли не отступает, нет. Она чувствует, как кольцо на её пальце накаляется вместе с градусом их разговора. — Я ошибался, я непредусмотрительный дурак, который ввязался в передрягу и не сможет вылезти из неё до самого конца, — он делает ещё один шаг к Фоули и останавливается, нависая над ней. — Ты это хочешь услышать? Что ты была права?! Его глаза широко распахнуты и смотрят на неё с самым настоящим отчаянием. Будто сквозь слёзы, но в них нет ни капли жидкости. На виске Драко видна вздувшаяся вена. Его губы приоткрыты, и Малфой тяжело дышит. Лесли так и не понимает, кто первым подаётся вперёд и каким образом расстояние между их лицами критически сокращается до нулевого. Кончик её носа касается холодной щеки Драко. Его широкая ладонь оказывается на её талии, притягивая тело девушки к себе. Он шепчет что-то непонятное. — Что… — срывающимся голосом переспрашивает Лесли, не решаясь взглянуть в серые глаза, замершие перед её собственными. Она смотрит на лишенную родинок чистую бледную кожу, вслушиваясь в судорожное дыхание юноши. — Поцелуй меня. Прошу, Лесли, — скомкано умоляет Малфой, вынуждая её поднять глаза. Девушка не знает, почему она это делает. Почему задирает голову и осторожно касается его губ, гладких и совсем не потрескавшихся, как можно было бы ожидать. Он будто млеет под её руками, не решая двигаться. Лишь поэтому, не зная, что стоило бы сделать, она делает шаг назад, собираясь отступить и закрыться в своей комнате. Только Малфой не даёт ей сделать этого, подтягивая к себе и впиваясь в её губы своими. Он сгребает её в охапку, пальцами перебирая волосы на затылке Лесли и будто пытаясь запомнить каждый миллиметр её губ. Он выдыхает ей в рот, касаясь её языка своим. Он держит её, хотя ноги Фоули подкашиваются. Отрываясь, Лесли делает глубокий вдох через нос и пытается сдержать слёзы от по-странному приятного и вызывающего неумолимое дежавю запаха его цитрусового одеколона. Однако, ещё одна мысль бегло пролетает мимо в её разуме, вынуждая девушку закусить опухшие от поцелуя губы. — Почему ты пришёл? — тихо спрашивает Лесли, понимая, что ей всё ещё непонятна цель возвращения Малфоя, ведь он ещё никогда не приходил просто так. Драко покрепче перехватывает её талию. Она продолжает. — Ты же не хотел просто… — У меня есть кое-что для тебя от Нотта, — он перебивает её, не давая ей возможности закончить. Лесли хмурится, слегка отстраняясь и вглядываясь в его лицо. Блондин беззвучно выдыхает и тянет руку в свой внутренний карман, который сейчас оттягивает не только привычный ему маховик. Он достаёт тот самый мешочек, что кинул ему Тео несколькими часами ранее в подземельях Малфой-мэнора, и протягивает его девушке. Фоули хмурится, с сомнением глядя на подарок. — Ты уверен… — Просто загляни внутрь, — мягко отвечает ей Драко, раскрывая ладонь. Кончиками пальцев Лесли касается ткань в его пальцах и хмурит брови, в нерешительности вновь поднимая глаза на лицо Малфоя. Он кивает на мешочек, пытаясь подтолкнуть её. Что если он проклят? Но ведь Драко не врёт мне, он же не мог…

Лесли, пожалуйста.

Они смотрят друг на друга не моргая ещё несколько секунд, пока Лесли не сдаётся, опустив плечи. Причиной твоей смерти будет собственная глупость, смешно. Девушка забирает мешочек из его пальцев и, придерживая низ, растягивает его и заглядывает внутрь. Её брови подскакивают вверх. Драко наблюдает за расширяющимися глазами слизеринки и растягивает губы в мягкой улыбке чувствуя, как его плечи расслабляются сами по себе. — Это же… — дрожащим голосом было начинает Фоули, почти вскрикнув. — Это диадема, боже, это… — она резко поднимает своё лицо, в неверии пялясь на него. — Как он её нашёл? Боже, она здесь… Она… — она замирает, пытаясь сделать глубокий вдох. Малфой помогает Лесли сесть на один из стульев и присаживается перед ней на корточки, наблюдая то за безостановочно всплывающим на лице девушки облегчением, то за её дрожащими пальцами, достающими из ткани инкрустированное тёмно-синими камнями серебряное украшение Кандиды Когтевран. После длинной череды нечленораздельных фраз и нескольких пролитых слёз счастья он слышит тихую просьбу, шёпотом сказанную ему на ухо. — Отошли патронус Гермионе, пожалуйста. Он поднимает голову, хмыкая: — Не терпится поделиться новостями с подружкой? Лесли выходит из прежнего ступора, закатывая глаза. Параллельно с этим он вытаскивает свою палочку из кармана мантии, мягко произнося: — Экспекто Патронум! В воздухе возникает полярная лисица, тут же привлекающая внимание Фоули. Она изумлённо глядит на силуэт животного, даже приоткрыв рот. Знал бы Драко, что в этот момент её сердце отбивает самый неровный ритм за последнее время, а в голове бесконечно крутятся слова Грейнджер о совпадающих патронусах.