Обреченные

      Песчаная пыль поднимается в воздухе, стоит им лишь оказаться на дороге. Аппарация изрядно отняла силы, и Гермиона с трудом удерживается на ногах, отмахиваясь от взвеси песчинок, стремящихся попасть ей в глаза. Волдеморт резко отпускает ее руку и направляется к полуразрушенному дому, Гермиона молча следует за ним. Все ее мысли заняты идеей побега.       Перед тем, как зайти в дом, она быстро оглядывается вокруг, запоминая местность. Судя по всему, они находятся далеко от города, в заброшенной и пустой деревне. Звать на помощь нет смысла, поскольку вокруг ни одной живой души. Но ее не покидает надежда. Она выберется во что бы ни стало, сбежит, даже от призрака, в сопровождении которого находится.       Медленно взбирается по скрипящей от каждого шага лестнице, невольно опасаясь провалиться, и, оказавшись на втором этаже, останавливается перед распахнутой дверью.       Новая тюрьма.       Глупо надеяться, что Волдеморт оставит ей хоть малейшую возможность на побег. Глубоко вздыхает и входит к квартиру.       — Мы останемся здесь до тех пор, пока ты не найдешь способ вернуть все обратно. — Холодно говорит он. — Если тебе для этого что-то нужно, говори.       — Мне нужны книги по древним рунам, желательно запретная литература, а не общедоступная, бумага, чернила и палочка.       — О последнем даже не думай, — ухмыляется он. Наверняка подумав, что волшебное древко ей нужно, чтобы убить его. — Если захочу, я могу убить и столовым прибором.       Волдеморт заливается жутким смехом.       — Ты, наверное, еще не поняла, грязнокровка. Даже если убьешь меня, все равно не сбежишь к своим дружкам, а снова окажешься в той больнице, лишенная памяти, и тогда я снова явлюсь к тебе.       Несколько дней Гермиона изучает фолианты, ища хоть малейшую подсказку, но кроме общей информации, значения и влияния не находит ничего. В перерывах она разглядывает Волдеморта, умиротворенно сидящего рядом, наблюдающего за каждым ее действием. Он, на удивление, довольно спокойный и даже не пытается ее оскорбить или убить. Три раза в день он разогревает полуфабрикаты в духовой печи и кормит Гермиону. На вкус стряпня так себе, но есть можно. А он, кажется, вообще не испытывает потребности в еде или сне, по крайней мере она не замечала. Время от времени Волдеморт покидает квартиру, и тогда Гермионе удаётся побыть наедине с собой, умыться или принять душ и подумать, как обезвредить ублюдка. Он прав, убивать его нет смысла, а вот устранить на время — отличная идея.       Гермиона думает о зельях, которые смогли бы усыпить его бдительность, о маггловских лечебных препаратах, о ноже в столе на кухне и о веревках в кладовой. Она могла бы выкрасть палочку и отправить патронуса Гарри. Ей необходимо что-то придумать, чтобы выбраться.       Однажды Том приносит «Ежедневный пророк» и небрежно бросает его на стол. Краем глаза Гермиона замечает заголовок «Тот-Кого-Нельзя-Называть мертв». Этот заголовок приводит Волдемотра в бешенство. Наверняка увидеть подобное — настоящий кошмар для него, о чем и говорит его поведение. Том мечется из угла в угол, теребя в руках палочку. Она никогда не думала, что когда-нибудь увидит самого Темного волшебника в таком состоянии, предполагала, что ему чужд страх, однако собственной смерти он все же боится.       Гермиона откладывает фолиант, поскольку читать, когда кто-то маячит перед глазами, совсем неудобно.       — Твой дружок не отчаивается. Собрал аж целый отряд. Неужели ты так дорога ему? — говорит он насмешливо. Она игнорирует его и наконец берет газету со стола. На второй странице колдография с Гарри. Гермиона впервые после больницы понимает, как сильно скучает по друзьям. Кажется, Гарри даже изменился за это время, повзрослел.

«Гарри Поттер, возглавив аврорский отряд, который собрал для поиска Гермионы Грейнджер, совсем недавно исчезнувшей странным образом…»

      — Я должна сообщить им, что жива! — слегка повысив голос, говорит Гермиона, но не надеясь на положительный ответ.       — Прискорбно это признавать, но я с тобой согласен — он должен знать, что ты все еще, к сожалению, жива, — говорит он со зловещей улыбкой, а в глазах пылает огонь с отблеском красного цвета. — Как насчет пальца?       — Что?       — Я буду отрезать тебе по пальцу раз в неделю. Это послужит отличной мотивации для тебя, к тому же Поттер будет знать, что ты все еще жива.       — Нет! — выкрикивает она, находясь в ужасе от того, как спокойно он говорит об этом. — Ты не посмеешь этого сделать!       Волдеморт приближается, кровожадно ухмыляясь, а Гермиона вскакивает на диван и ловко перепрыгивает через спинку, спасаясь от него.       — И кто же меня остановит?       Гермиона попадает в ловушку: ее спина упирается в кухонный гарнитур, девушку трясет от страха. Темный лорд выглядит вполне убедительно и решительно надвигается на нее. Паника и страх заставляют Гермиону быстро искать способы остановить его. Она запускает руки за спину, ища хоть что-нибудь.       — Не подходи ко мне! — снова кричит она, исследуя рукой кухонную столешницу. — Иначе не узнаешь, что нашла.       Кажется, ей удалось привлечь его внимание, поскольку он тут же меняется в лице.       — Говори!       Быстро вспомнив одну из версий, которая посетила ее пару дней назад, Гермиона неуверенно выдает.       — Я не смогу помочь тебе вернуться в прежний облик и вернуть былую силу, однако ты можешь сделать это сам. Предполагаю, что тебе необходимо изменить свое мировоззрение, может вернуть что-то, что было давным-давно утрачено, — прищуривает глаза, размышляя о том, не разозлится ли он из-за ее слов. — Душу, к примеру. Все это произошло не случайно, ты здесь потому, что разозлил высшие силы, судьбу, называй, как хочешь. Никто не должен жить вечно, Том. Ты не сможешь обмануть смерть, и тебе придется расплачиваться за содеянное.       — Если это все про меня, причем здесь ты?       — Я олицетворение всех тех вещей, которые ты ненавидишь. Грязнокровная гриффиндорка, обладающая высоким интеллектом, подруга твоего главного врага. Не знаю, других вариантов у меня нет, — устало говорит она, и тем временем рука натыкается на маленьких нож для чистки овощей.       — Я расколол свою душу на части, большинство из которых, между прочим, мерзкий мальчишка уничтожил…       — Чтобы обрести душу, нужно всего лишь стать человеком. Но тебе это не грозит, так что добро пожаловать в ад, — холодно отвечает Гермиона и отходит от кухни, пряча в рукаве нож.       Том, задумавшись, опирается на спинку дивана и смотрит в одну точку, пытаясь переварить услышанное. А Гермиона вздыхает и направляется в туалет, где придумывает план, как на время избавиться от Волдеморта.

***

      Проходит еще несколько дней, прежде чем Волдеморт теряет бдительность. Все это время Гермиона старается вести себя тихо, играя по его правилам, чтобы лишний раз не будить в нем гнев.       — Что ты чувствуешь? — неожиданно раздается голос сидящего напротив Тома. Гермиона вздрагивает, заметив на его лице усмешку. Его все еще забавляет ее реакция.       — О чем ты?       — Что ты чувствуешь, находясь вдали от друзей, находясь рядом с Волдемортом? — он щурит глаза и подпирает подбородок пальцем, внимательно разглядывая девушку. — Ты ведь стерла память родителей, что ты чувствуешь?       Подозрительные вопросы от Темного лорда вводят Гермиону в ступор. Неужели ему подобное действительно интересно? Или он все-таки решил задумать над тем, что делает человека человеком?       — Ненависть. Я ненавижу себя, тебя, ситуацию, в которой оказалась.       — И что же из этого, позволь спросить, делает тебя большим человеком, чем я, ведь я чувствую тоже самое?       — Ты все еще жив. Я могла бы тебя убить, снова, поскольку ты мне не нужен, чтобы вернуться к прежней жизни. Будь ты на моем месте, поступил бы ты также? Продолжил бы помогать своему врагу? Не думаю. Зная, что твоя жизнь зависит от моей, ты, наверняка, бы предпринял меры по избавлению от меня. Бороться с ненавистью, Том, гораздо сложнее, чем поддаться ей. Это и отличает нас. Вопреки своим желаниям, я сделаю то, что ты просишь от меня, но потом мы снова встретимся, и встреча эта будет последней.       Кажется, слова Гермионы заставляют его снова задуматься. Он опускает голову вниз, ища что-то в карманах, и достает пачку, вытаскивает одну сигарету, прикуривает от огня, вспыхнувшего на кончике палочки, затем встает и уходит на улицу. С каких пор Лорд Волдеморт курит маггловские сигареты? Это совсем не важно. Вопрос, возникший в голове, резко отпадает, когда взгляд падает на приоткрытое окно за диваном. Положив фолиант, Гермиона с оглядкой крадется через комнату. Подходит к окну и высовывает голову. На первом этаже торчит козырек, на который она с легкостью смогла бы спрыгнуть, однако вид у него небезопасный. Но риск того стоит. Перекинув ногу через оконную раму, перелезает, придерживаясь руками. Медленно спускается и, нащупав носком козырек, постепенно опускает ступню на твердую поверхность, перенося вес. Повторяет тоже самое с другой ногой и аккуратно отцепляется от рамы. Приседает, как только слышит шаги по лестнице за стеной. Ее сердце на долю секунды замирает от страха быть схваченной. Шаги удаляются, и Гермиона, не медля ни минуты, спрыгивает с козырька и пятится задом к дороге, не сводя глаз с дома, чтобы Том не увидел ее, выглянув в окно.       — И куда же ты собралась? — раздается у нее за спиной. Она перестает дышать, когда поворачивается на голос.       — Я должна уйти.       — Нет. Может, ты решила, что я проникся твоими сладкими песнями о человечности? — Том хватает ее за горло и слегка отрывает от земли. — И встал на путь истинный? Нет, дорогая моя грязнокровка. Тебе не удастся сбежать.       — Отпусти, — хрипит Гермиона.       — Теперь ты меня еще больше ненавидишь? Может, хочешь воткнуть в меня нож, что припрятала в носке? — сдавливает руку на шее сильней. — Сейчас тебе все так же трудно бороться с ненавистью? О, конечно нет, сейчас ты хочешь поддаться ей. — Том разжимает руку и отбрасывает Гермиону, которая тут же падает на песок. — Знаешь, с чем труднее всего бороться? С желанием убить тебя. Так что не добавляй мне поводов сделать это. Иди в дом и занимайся, чем велено.       — Пошел… кхе, кхе… ты…       — Что ж, я предвидел это, — быстрым шагам приближается к Гермионе, которая все еще лежит на земле и хватает ее за ногу, дергая на себя, снимает ботинок вместе с носком, наверняка надеясь, что припрятанный нож выпадет, и ей нечем будет защищаться. — Начнем все сначала.       Гермиона быстро вскакивает на ноги, и когда он достает палочку и произносит Непростительное, девушка отражает заклинание магическим щитом, который с трудом смогла сотворить из скопившейся магии. На ходу вытаскивая нож, спрятанный ею в подкладке кофты, она несется на Тома. Замахивается и попадает острием в плечо, от неожиданности тот падает на землю, а Гермиона, поддавшись ненависти, наносит удары один за другим, изувечивая тело.