Сборник: Сиён и Рейнольд

Рейнольду никогда не нравились девушки-аристократки. Нет, не поймите неправильно, не то чтобы его не привлекали девушки вообще. Он признавал их красоту, ум… Хотя насчёт последнего – было бы за что. Аристократки, хм… Пустые. Именно так. За красивой внешностью и роскошными платьями прятались лишь змеи, готовые в любой момент плюнуть в тебя ядом, как только ты перестанешь быть выгодным для них. Вечная зависть, лицемерие и ложь – все доступные средства, лишь бы возвыситься над остальными. Рейнольд это презирал. Он бы и сам хотел превзойти старшего брата, он не отрицает – но сделать это по-честному, не распуская о нём грязные слухи, не пытаясь подставить и сделать виноватым. Подставить… Один раз в жизни Эккарт подставил кого-то. А точнее, Пенелопу. Он даже и не хотел этого делать, но слова этой чёртовой простолюдинки слишком, слишком сильно задели его. Пусть спустя шесть лет, но карма его настигла. Когда Пенелопа предложила обменяться телами и, как следствие, жизнями на день. Тогда он и прочувствовал на себе последствия его подставы. Именно поэтому первым делом, которое юноша сделал, вернувшись в своё тело – обматерил и выгнал Эмили, отругал дворецкого, и в течении ещё часов трёх вопил на отца и Деррека с такой нецензурной лексикой, что в порыве злости придумал несколько новых слов. После этого случая Рейнольд куда более внимательно начал относиться к вредной сводной сестре. Следить, как она ест, как с ней обращаются слуги, начал проводить с ней больше времени. И обнаружил, что она не такой уж и плохой собеседник. Он и сам не заметил, как начал проводить вечера в комнате Пенелопы и до хрипоты споря о сюжетах книг, которые они читали. Только в этот раз не было криков и оскорблений, а лишь безобидные поддразнивания, которые не задевали больные темы, как было раньше. На бал в честь дня рождения второго кронпринца Рейнольд поехал вместе с ней. Зная Деррека, он и не подумает защитить Пенелопу, в случае чего – скорее, сам будет в первых рядах. Эккарт не обратил внимания, когда сестра успела выйти из дворца и направилась в лабиринт совсем рядом. Позже он об этом сильно пожалел, заметив её на выходе. Заляпанный кровью белоснежный платок, что она прижимала к шее, заставил юношу побледнеть и кинуться навстречу Пенелопе, успевая подхватить её на руки, прежде чем она упадёт. – Брат… – шепчет она в полубреду. Тонкие пальцы сжимают его рукав. – Пожалуйста… Спаси меня… Я… Я не хочу умирать… Рейнольд стискивает зубы, стараясь не показывать, насколько ему страшно и тревожно. Сердце болезненно стучит о ребра. Всё, что он может сейчас – поглаживать её ладонь и мысленно молиться, чтобы чёртов кучер ехал быстрее. Она его сводная сестра, «бешеная сука Эккартов», почему так больно её терять? Едва они прибывают к поместью семьи, Рейнольд практически на ходу выпрыгивает из кареты с девушкой на руках и бежит к дому. Отец недоволен криками и руганью, но тут же замолкает, со страхом глядя на бессознательную дочь. За жизнь Пенелопы борются лучшие врачи, а его, Рейнольда, удерживают дворецкий и отец, стараясь донести до него, что не очень разумно идти к кронпринцу, известному своими убийствами, и пытаться ему врезать. Младшему плевать, он хочет отрубить голову этого чокнутого ублюдка, посмевшему навредить его сестре. Он проводит рядом с Пенелопой всё свободное время, стараясь отвлечь и заглушить эти воспоминания чем-то более приятным. Например, предстоящим походом на фестиваль. Или приглашением на чердак, на котором ей так нравилось бывать. Со временем Рейнольд начал узнавать её всё больше и больше. Узнавать и удивляться. Сестра была абсолютно другой. Все леди тщательно следили за соблюдением этикета и своей внешностью. Пенелопа же спокойно могла надеть брюки или откапывать что-то из земли. Леди предпочитали в качестве хобби искусство – Пенелопу привлекала археология. Большинство леди предпочитали не заступаться за себя, позволяя сделать это другим – Пенелопа же яро отстаивала свою позицию, не боясь показаться грубой. Рейнольд и сам не заметил, как его начало тянуть к сводной сестре. Но не как он любил ту же Ивонн, нет… Это чувство было глубже и сильнее. Он замирал, когда малиновые пряди случайно касались его лица. Внутри становилось теплее, когда его глаза встречались с её бирюзовыми. По одному аромату дикой вишни или тихому звуку шагов он узнавал Пенелопу и тут же искал её взглядом. В моменты, когда они держались за руки или обнимались, Эккарт чувствовал, как краснеют щёки. И лишь после суда над Пенелопой во время охотничьих соревнований, после того как он защитил её и доказал её невиновность, выбежал вслед за ней, он смог признаться в своих чувствах. Что правда очень дорожит и не хочет потерять. Что влюбился, влюбился в сводную сестру, и хочет быть с ней. Он не поднимает на неё глаз, боясь увидеть, что она разочарована, или ей противно, или… Рейнольд не успевает додумать, что дальше за «или», потому что Пенелопа подходит к нему и целует. Робко, неуверенно, но прямо в губы. И просит по возвращению домой прийти к ней в комнату, чтобы обсудить кое-что. Интуиция юноши прямо-таки кричит, что всё максимально серьёзно. Эккарт много чего ожидал от сестры. Что-угодно. Но точно не признания, что она из другого мира и вообще не совсем как бы Пенелопа. После этого заявления он впал в ступор. То есть, как из другого мира? И что значит «не совсем Пенелопа»? Девушка всё же рассказала ему, что на самом деле Пенелопа – последняя из древних волшебников и единственная, кто может противостоять последователям богини Лейлы. Из-за постоянных смертей и перемоток в прошлое сначала на 6 лет назад, потом на 4, на 2… Душа Пенелопы не выдержала и разбилась на осколки. И сейчас эта девушка, занявшая тело Пенелопы – и есть осколок её души, перерождение, к которому вернулись воспоминания. А этот мир считается игрой в её мире. На вопрос «Как эта Лейла связана с нами?» она долго молчала, но дала ответ: – Потому что Лейла захватила тело Ивонн. И она вернётся под её видом на мою церемонию совершеннолетия. Рейнольду кажется, что мир рушится прямо у него на глазах. – То есть, давай проясним, – его голос чуть подрагивает. – Ты говоришь, что ты из другого мира, что в твоём мире наш это какая-то игра, что ты осколок души настоящей Пенелопы, которая много раз перерождалась из-за того, что эти лейлисты убивали её? И что сама богиня Лейла явится на твою церемонию совершеннолетия под видом Ивонн? – Я понимаю, как это звучит, но это правда, – кивает девушка. – Только убивали меня в подавляющем большинстве не лейлисты… – А… – Эккарт чувствует, как ему становится нехорошо. Он чувствует, что знает ответ, но очень не хочет слышать его. – А кто тогда?.. – Кронпринц, – шепчет она. – Маркиз Вернанди… Ты с Дерреком… И… Она качается, словно в бреду, взгляд становится расфокусированным. Ей страшно, словно этот пятый человек вот-вот набросится на неё. – Неважно, потом узнаю, – решительно отвечает Рейнольд, успокаивающе обнимая её плечи. – Так… Как твоё настоящее имя? – … Ча Сиён. Сиён это имя, – поясняет девушка, заметив приподнявшуюся бровь юноши. – Ча Сиён, – он медленно повторяет за ней, словно пробуя имя на вкус. – Сиён… А знаешь, красивое имя. Она улыбается в ответ. На следующий день вывалилась новые откровения. Рейнольду захотелось узнать поподробнее про мир, в котором жила его возлюбленная. Нет, чувства парня никуда не исчезли. Ведь он любит именно эту девушку, её характер и поступки, и ему неважно, Пенелопа это или Ча Сиён в её теле. Информация поражала всё сильнее. В её мире куда более развиты технологии, нет императоров или аристократов – иерархия никуда не делась, но определялась, в основном, лишь богатством и репутацией. Работы много, учёба длится и вовсе долго – когда Рейнольд услышал, что в её стране могут учиться с 7 до 24 лет – включая колледж и университет – не особо даже и поверил. Столько лет учиться?! Так ещё и почти весь день? Больше Эккарта заинтересовало кое-что из этих самых технологий – а именно телефон. То, что в принципе существует такая штука, с помощью которой ты можешь делать довольно многое – Рей не особо понял, что именно, но в любом случае стало интересно. Именно тогда в его голове промелькнула мысль, что он не прочь бы побывать в мире Сиён. – А… Извини, если больная тема… Что насчёт твоей семьи? Сиён помрачнела. – Моя мать умерла, когда мне было 14. Она была очень хорошей, – решив ничего не говорить, Рейнольд просто обнял её. – Спасибо… А потом на её похоронах выяснилось, что я внебрачная дочь одного богатого человека, и он забрал меня к себе домой. – Прямо как отец забрал Пенелопу? – Да… Только не повезло, как ей, так и мне… Отцу было всё равно, а самый старший брат ненавидел меня. Лишь с другим старшим братом, Сон У, у меня очень тёплые отношения. Ты на него похож, кстати. – Поэтому ты меня любишь, что ли? – Эккарт слегка настороженно посмотрел на девушку. – Конечно, нет! Я тебя люблю, потому что ты это ты, – покрасневшая Сиён отвела взгляд в сторону, заставляя Рейнольда улыбнуться. – Я тоже тебя люблю, Ча Сиён.