Хроники смертного Бога

      Левиафан. Демон людской алчности и порока, часто олицетворяемый космической или водной змееподобной огнедышащей тварью. Когда Алекс придумывал название для своего проекта космической станции, он не задумался об этом. Слово звучало броско и масштабно, сразу было понятно, что речь идёт о чём-то серьёзном... А получалось, что он вывешивал над Землёй один из смертных грехов человека. Чудесно.       Впрочем, сейчас уже не до ребрендинга. Ал давно хотел заиметь космическую станцию. Конечно, учёный уже владел несколькими космическими флотилиями, но станция всё же была нужна. И не только для того, чтобы продемонстрировать силу и власть или ретранслировать порталы с шифровками. Левиафан должен стать наблюдательным пунктом за его родным домом и его местом во всей их мультивселенной. Раньше для этих целей использовался Разлом. Теперь же... Скажем так, доктор Фрайз прекрасно осознаёт, что быть единственным, кто может отслеживать и чувствовать их слоёную сверхреальность, – не очень надёжно. Совсем ненадёжно.       За необычное назначение станции отвечает специальное устройство – «Сифон». Приблуда содержала в себе безопасный и контролируемый запас энергии Разлома, которого более чем достаточно для того, чтобы заглянуть за пространственно-временной континуум, а при помощи самого Алекса – и перешагнуть через него. Был полезен Сифон ещё и тем, что позволял быстро телепортировать всё вокруг себя в приличном радиусе куда угодно в пределах одной вселенной. А с помощью Ала – и в другие миры тоже. Это сделает Левиафан промежуточной точкой эвакуации, в случае любого чрезвычайного проишествия: от насильственного изгнания с Земли, до разрушения их вселенной. По многим аварийным протоколам, которые продумывали вместе Фрайз, Нигма, Алларт и Рокетт (каждый – свою часть), в случае грандиозного шухера все сотрудники в комплексах на планете должны телепортироваться на станцию, а та, в свою очередь, на орбиту Вангрия, или же в другую вселенную. В зависимости от масштаба кризиса.       И да-да-да, к этим протоколам причастна та самая Серлин Рокетт, которая создала микроскопических нано-роботов, что Свет хотел прихватизировать. Сразу после этого, Фрайз завербовал её в Aperture Science, ещё будучи под прикрытием собственной смерти. С тех пор девушка возглавила команду, обслуживающую AEGIS, тесно связав себя со службой безопасности Aperture. Как и Рэдмонд Алларт, она занимала крайне ответственный и высокий пост, но не входила в состав Смотрителей, по крайней мере пока. Но менее важной это её работу не делало.       Так или иначе, вчера Алексу удалось отдохнуть. Даже выспаться. А все мы знаем, как хороший сон влияет на расположение духа. Так что новый рабочий день, который он собирался посвятить тренировке (для разнообразия), учёный начал в приподнятом настроении. В десять часов утра аэрокосмическое отделение отрапортовало о начале сборки космической станции, что только подкрепило бодрость начальства. На орбиту были немедленно посланы Мегатрон и Шоквейв – курировать процесс. Рейес и Циглер временно командировались в свой мир, ровно на один день. А значит никаких внезапных или запланированных мероприятий на ожидалось.       В качестве тренировочной площадки Ал выбрал испытательное крыло. Пара минут – и полигон готов. Далеко его распологать от своего рабочего места Алекс не стал, благо протокол позволял размещать неактивные тестовые камеры вблизи от административных секторов. Рокетт всегда жаловалась на это, как ей казалось, упущение. А вот Фрайз наоборот радовался – можно было проводить масштабные тесты не пересекая километровые рубежи. Единетсвенное ограничение – к участию в этой зоне тестирования нельзя привлекать испытуемых, потому что только в этом случае эти тестовые камеры считались системой и протоколами неактивными.       Вот только мало кто помнил об этом «изолированном» полигоне. Алекс Мерсер с самого утра разыскивает своё руководство. Мало того, что никто не отменил рабочую неделю, так ещё и в Нью-Йорке какая-то хрень сотвориться удумала. Отчаявшись найти его в административном секторе, Мерсер пошёл на крайнюю меру – спросить у Гладос.       — Кэролайн, где босс? — спросил он, обращая взор к потолку, под которым была закреплена камера.       К его удивлению, дверь, возле которой генетик и задержался, отворилась, приглашающе зазывая пройти через себя. Алекс, не имея выбора, поплёлся в выданном направлении.       Пройдя по модульному коридору, в котором сейчас была только одна дверь, он открыл и её. За ней оказался весьма просторный наблюдательный пункт с нетипичным для тестовых камер скошенным окном. Подойдя к нему ближе, Мерсер смог различить силуэт своего начальника, мельтешащий туда-сюда, и чем-то неустанно громыхающий. Мгновение – и оптическое искажение исчезло, позволяя наблюдать развернувшееся действо во всей красе.       — Что это он делает?       — Тренируется. — непривычно тихо прозвучал знакомый женский голос из ближайшего динамика прямо тут, на приборной панели вдоль окна. Мерсер опешил.       — Фрайз? Тренируется?       — У него собственная программа. Он уже освоил базовые упражнения, достиг среднестатистических параметров... Сейчас у него комбинированная тренировка.       Вот те раз! Нет, конечно Мерсер понимает, что они тут к вторжению пришельцев готовятся, и им всем предстоит сражаться... Но зная то, как Фрайз презирает физические нагрузки, было очень сложно поверить, что он примется заниматься ими добровольно. Может быть, на него так повлиял вирус персональной эволюции? Надо будет провести пару тестов...       — Доктор Фрайз не хотел, чтобы его видели здесь. Даже попросил меня выключить камеры.       — И ты выключила? — саркастически выгнул бровь Мерсер, подходя ещё ближе к окну. Ал начал комбинировать конструкции из киберматерии с различными формами био-оружия, создаваемыми при помощи Чёрного света. Выглядело завораживающе.       — Вообще-то, — почти оскорблённо начала Гладос, — Я умею выполнять приказы. Не моя вина, что несколько камер очень хорошо просматривают тренировочный зал прямо отсюда, из пункта наблюдения.       — Глэди, я тебя обожаю! — рассмеялся Мерсер, подтягивая к окну местный офисный стул. – Не зови. Меня. «Глэди». И отойди влево на полметра – ты загораживаешь мне обзор.       С чистейшей совестью проигнорировав раздражение суперкомпьютера, Алекс принялся строчить сообщения Саунду и Шульцу – единственным его приятелям (читать «корешам»), оставшимся здесь, в комплексе. Через пять минут их компания уже во всю обсуждала с Кэролайн техники и приёмы Фрайза, которые тот оттачивал, когда, словно гром среди ясного неба, пронзительно и коротко прозвучала сирена.       — Прорыв периметра – верхние уровни.       Большое спасибо за хорошее доброе утро.       Резкое объявление AEGIS заставило всю Aperture замереть на несколько секунд. Все словно бы одновременно взяли паузу, чтобы отбросить свои заботы и обработать новую информацию. Разумеется, быстрее всех опомнился Фрайз. С его-то вычислительной мощностью...       — Отсечь верхние уровни, определить и изолировать сектор. — пусть Фрайз и был за бронированным стеклом, слышно его было хорошо. Во многом благодаря системе наблюдения и микрофонам. — Вы трое, спускайтесь сюда!       Мерсер невольно вздрогнул. Иногда он забывал, что его работодатель мог видеть, слышать и чувствовать всё, что происходит в его владениях. Наблюдал ли он за ними всё это время? Нельзя же двадцать четыре на семь следить за всеми!?       — Это я ему сказал где мы. — произнёс Саунд, удовлетворённый замешательством коллеги. — Не волнуйся, он всё равно бы узнал.       Будьте прокляты, эти чёртовы компьютеры...

***

      Охота предстояла интересная. Кто бы не проник внутрь, от камер он прятаться умел. А вот от тепловых сенсоров и сканеров биоматерии – не очень. Мобилизованная охрана исправно докладывала обо всём, что сейчас происходило, но, вскоре после объявления изоляции сектора, перестал отвечать головной секторальный пост. Камеры повреждены и раскиданы по комнате, судя по транслируемым кадрам.       — Что же, хотя бы понятно, где его искать. — воодушевлённо отозвался Мерсер, с изящностью шар-бабы перескакивающий с одного строения на другое. Из-за поднятой тревоги и изоляции сектора использование порталов было запрещено, так что приходилось продираться через испытательное крыло.       — Ага. — односложно ответил Фрайз, более грациозно перемещавшийся между тестовыми маршрутами.       — Попытка доступа к управлению режимом изоляции. — снова неожиданно разнеслось уведомление, оглашаемое низким и тяжёлым металлическим голосом. — В доступе отказано.       — Он пытается выбраться. — генетик-мутант преодолел бездонную пропасть, вдоль которой был протянут хлипенький металлический мостик, и зацепился за стену напротив.       — Значит он понимает, что он в ловушке.       Ал с некоторым усилием отодвинул скрытую панель, отделявшую рабочие помещения от испытательного крыла. Мерсер тут же прошмыгнул внутрь, Фрайз – вслед за ним, в служебный коридор – один из многих, пронизывающих весь громадный комплекс насквозь. Надо же как-то перемещаться всему тому персоналу, который обслуживает эту махину.       — Отсюда мы сможем попасть прямо на пост охраны.       — Я готов. — отозвался заражённый, тут же превратив свою правую руку в клинок.       — Я пройду по холлу и отвлеку внимание, ты – отсюда и через вентиляцию. Пошли.       Фрайз выскочил из приоткрывшейся панели, оказываясь в широком корридоре. Указатели предлагали направления в исследовательский отдел, отдел обслуживания, офисы отдела проектирования и испытательный сектор. Но его интересовал только пост охраны, так что он направился в противоположную всем предлагаемым направлениям сторону.       Тишина непривычно давила на уши. Александр часто бывал в этом секторе, и когда бы он не пришёл – он кипел жизнью. Сейчас всё казалось вымершим. Сотрудники затаились на рабочих местах, защищённые стальными механическими дверьми, по общим зонам гулял тщательно вентилируемый воздух, а по коридору отчётливо отражалось эхо его шагов. Подоходя к атриуму, в котором и находился секторальный пост службы безопасности, учёный приготовился к нападению и проверил камеры наблюдения. Всё, что по ним можно было сказать сейчас – его не собирались атаковать из-за угла. Чтож, уже неплохой плюс. На всякий случай, он дистанционно запер двери из комнаты охраны, чтобы не дать сбежать их вторженцу. Пора уже узнать, кто осмелел настолько, чтобы посягнуть на его собственность.       В атриуме он был как на ладони – в общий зал выходили окна офисных помещений и некоторых лабораторий. Однако, сканирование показало отсутствие кого-либо, кроме как в соседней комнате, в окна которой смотрел Алекс. Встретившись взглядом с чёрно-жёлтым кевларовым боевым костюмом с одноглазой маской, Фрайз ухмыльнулся.       — Уж не старый ли это мой знакомый мистер Уилсон? — на распев произнёс он, уверенно подходя к бронированному стеклу.       Дестроук оторвался от консоли, через которую он, судя по постоянным предупреждениям о попытке несанкционированного доступа, пытался снять изоляцию.       — А ты, похоже, моя цель.       — Может быть. — Алекс ухмыльнулся, наблюдая за тем, как из вентиляционной шахты напротив просачивается Мерсер. — Давай на чистоту, Слэйд. Ты передо мной как рыбка в аквариуме, в воду к которому я легко могу подмешать мышьяк или ещё чего похуже. Кто тебя нанял?       — С моей стороны было бы непрофессионально так легко расколоться. — Уилсон подошёл вплотную к стеклу, сложив руки перед собой. Мерсер пытался подползти к нему ближе. — Как и не заметить атаки с тыла.       Дестроук резко развернулся, выхватив меч, и попытался отхватить Мерсеру его руку-лезвие. Увы, у него вышло: конечность отделилась от тела, заливая пол алой кровью. Фрайз среагировал немедленно, буквально залетая в едва успевшую скрыться в стене дверь, приминая ту рукой. Раздался выстрел лазеного оружия и лязг металла – в руках у Уилсона остался только обломок меча. Пользуясь секундой замешательства, Мерсер хватает потерянную конечность и прилаживает её на место, заодно обрастая бронёй. Так, на всякий случай.       Слэйд, не желая просто так сдаваться, кидается на Фрайза с кулаками, успевает зарядить по челюсти и рёбрам, после чего получает сокрушительный удар в солнечное сплетение, проминающий кевларовые пластины. Для верности, отодрав то, что можно было с бронекостюма Дестроука, Ал заполнил резервуары своей правой руки отравляющим веществом и вонзил заострённые когти прямо в открывшийся пролом.       Быстро опомнившись, Уилсон выдернул из себя руку, отходя на почтительную дистанцию.       — Думаешь, меня это убъёт?       — Убить не убьёт, но ослабит – точно. — Фрайз потёр кровоточащую губу.       — Столько улучшений, протезов... и всё ради чего? Боишься смерти, старик?       — Ты окружён. В самом сердце осиного гнезда. — проговорил Алекс, игнорируя вопрос и направляя на оппонента лазерное орудие, встроенное в руку. Краем глаза, в окне можно было заметить подошедшего к огоньку Саундвейва. — Бежать некуда.       — Ты же не ждёшь, что я сдамся? — Дестроук встал в боевую стойку, готовясь защищаться. Учёный на это только ухмыльнулся.       — Просто констатирую факт.       Панель на потолке с характерным звуком отъехала в сторону, пропуская на своё место электроразрядник. С треском, электричество поразило Слэйда, заставив потерять сознание и рухнуть навзничь. Ал подошёл ближе, убеждаясь в том, что противник был обезврежен.       — В камеру консервации. У нас немного времени.       — Фрайз, ты его только что шибанул разрядом в несколько сот вольт. — Мерсер недоумевал — Куда он денется?       — Слэйд Уилсон – не обычный человек.       Возразив, учёный оступил с пути крана с закреплённой на нём капсулой. Дестроук – ценный ресурс. Но заниматься им сейчас врмени нет.       — Угроза нейтрализована. — разнёсся тяжёлый голос где-то под потолком. — Изоляция сектора снята. Персонал может возвращаться к своим обязанностям.

***

      В пещере под Горой Справедливости царила сумятица. Мало того, что Фрайз чудил в последнее время, так ещё и под боком сидел один из самых опасных магов современности. На фоне напряжённой обстановки Александр умудряется оставить это исчадие зла у них на попечении, а попутно выясняются шокирующие подробности новой расстановки сил в мироздании. В добавок ко всему, в характере взбалмошного лорда Хаоса произошли изменения. В частности: снижение градуса безумства и тяги к насилию.       — И что нам с ним делать?       Вопрос был поставлен интересный. Вышвырнуть его не могли – беспризорный ведьмак мог быть столь же опасен, сколько ведьмак, находящийся на одной из их баз. Решать дилему приходилось коллективно всем обитателям Пещеры. Разумеется, под присмотром своих наставников и парочки магов, при том, что ещё один приглядывал за Клэрионом. Последние – так, на всякий случай. Свои «фи» они уже давно всем высказали.       — Если Даркстрайк прав, то его силы вернутся не в полной мере.       — Он потерял связь с другими властителями Хаоса. — Доктор Судьба кивнул, соглашаясь с предположением Бэтмена.       — Но он всё ещё представляет угрозу. — возразила Дина, затем задумавшись: — Хотя, без своих патронов, может быть Свет от него отвернётся?       — Не стоит забывать, что он обладает глубокими познаниями в области магии. — заметил темнокожий атлант, переглянувшись со своим королём. — Даже без своих «покровителей», он сможет доставить неприятности.       — Или стать надёжным союзником. — Своей репликой Брюс заслужил красноречивое молчание в ответ, а также невысказанные сомнения в его душевном здоровье.       — Те несколько дней, что он был у нас, он вёл себя на удивление... дружелюбно. — неуверенно пробормотал Робин, искоса поглядывая на коридор, за которым они оставили субъект своих бурных обсуждений. — Конечно, может быть, он специально пытается втереться к нам в доверие...       — Я пробовала прочитать его мысли. И ничего опасного, кроме обиды на Фрайза, я у него не нашла. — также вмешалась М'ганн.       — Удивительно, что он позволил тебе это сделать. — хмуро отозвался второй «приглашённый» маг, Джон Константин.       — Может быть стоит попробовать? — Робин снова подал голос и осмотрел всех присутствующих. — Закрепить за ним наставника...       Предлагать настолько рискованное решение их диллемы было сложно. Но никакого другого выхода, – исключая, конечно, убийство или вечное заключение с сопутствующим риском побега в дальнейшем – из ситуации с ведьмаком, брошенным им на головы, не виделось.       — Лорд Хаоса, пусть и бывший, навсегда останется лордом Хаоса. — непреклонно возразил властитель Порядка.       — Может быть, нам удастся извлечь пользу из его положения.       — «Может быть», Бэтмен? — подпиравший каменный свод вдали от всех Константин усмехнулся, выходя из тени и приссоединяясь к группе. — Странновато слышать такие слова от тебя.       — Может быть – значит есть шанс, при том – значительный.       Воцарилось молчание – каждый обдумывал инициативу Робина. Даже Кид Флэш, что, обычно, предпочитал думать быстро, или не думать вовсе, особенно о таких непростых вещах, приложил палец к подбородку, изображая глубокую задумчивость на лице. Шанс, что Клэрион перевоспитается, конечно, смехотворен. Но если он всё же выстрелит... У Лиги появится весомый козырь в рукаве. В том числе – против Фрайза. Последнее – весомый аргумент, в первую очередь, для некоторых легионеров-наставников, например Зелёной Стрелы или Красного торнадо, предпочитавших в этом обсуждении участвовать пассивно.       В конце концов, Набу двинулся в сторону гостиной, где, собственно, и «убивали пленника скукой», как Клэирон периодически выражался. Сам он сейчас вертелся в кресле с какой-то книгой, явно пытаясь повторить какой-то акробатический этюд, или понять, как пользоваться этим изобретением смертных. Затара и Затанна просто сверлили его взглядом, не желая упускать из виду. И если мужчина на полном серьёзе следил за каждым движением этой «богопротивной твари», готовясь наложить контрзаклятие, то вот Затанна... Скажем так, ей стоило значительных усилий не рассмеяться. Казалось, Клэрион это заметил и специально старался вывести её из равновесия. Занятие это он не оставил даже когда к ним приссоединилась целая процессия с Доктором Судьбой во главе.       — Ну что, пошептались наедине? — Клэрион всё же оставался в своём репертуаре. Нахальство и гордость в чистом виде, с неутолимой жаждой веселья. Часто, в самых извращённых его формах.       — Клэрион ведьмак. — Набу заговорил первым. — Тебе предлагается...       — Не утраждай себя, старпёр, я всё слышал. — ведьмак всё же удосужился подняться с кресла. — На меня уже давно катили бочку. Наверняка ваш циклоп знал, что они мной недовольны, засранец...       — Недовольны? — Бэтс перевёл взгляд на Набу.       — Поясни.       — Меня готовились заменить, когда на сцену вышел Морталиазис. — судя по тому, как ведьмак обхватил себя за плечи, разговаривать об этом ему было сложно. Вариант отмолчаться он отмёл сразу: дурачиться, конечно, весело, но не когда ты почти беззащитен и сплошь среди врагов. Почти. — Замену я бы вряд ли пережил, так что сейчас меня всё устраивает. — ведьмак задумался на секунду, но быстро вернулся в реальность, вспомнив то, зачем к нему вообще решили пристать прямо сейчас. — Эй, так вам надо, чтобы я играл с вами, или как?       Если Затара старший сначала был удивлён остротой слуха своего пленника, то сейчас он пребывал в крайнем возмущении. Последняя его надежда оставалась на благоразумие властителя порядка и на вероятность, что Клэрион просто решил блефовать. Благо, что приходилось плотно общаться с ним последние нескольких месяцев.       — Под мою ответственность... — устало выдохнул Набу. — Ты идёшь со мной.       — Ура, веселье! Покеда, детишки! Ещё увидимся!       Доктор Судьба и Клэрион ведьмак исчезли в золотом сиянии Анкха. Затара посмотрел на Бэтмена, явно пытаясь прожечь в твёрдой черепушке лишнее отверстее, а то и несколько. Отмерев наконец, не меняя мрачного настроения, маг спросил у своего коллеги:       — И что это было?       Ответа не последовало. Тёмный рыцарь лишь развернулся и направился к телепортам.       — Всё это конечно очень интересно, но... — Дина посмотрела вслед Брюсу, после чего оглядела команду. — Но нам нужно тренироваться.

***

      Вечер Фрайз встречал на Сторожевой башне. Учитывая его... «сотрудничество» с Лигой Справедливости, имело смысл предупредить их о том, что в скором времени недалеко от Земли зависнет ещё одна передовая космическая станция. В очень скором времени, учитывая последние отчёты Шоквейва. И, к большому несчастью Фрайза, дежурным легионером в этот вечер оказался Кларк.       Весьма удручающее обстоятельство, учитывая, что также Алексу нужно было доложить об утреннем инциденте с проникновением. Конечно, можно было бы просто сказать Брюсу, а он уже там сам кому надо выскажет, и что надо сделает. Но, опять же, – им нужно было найти общий язык, иначе Лига и доктор Фрайз рискуют не поделить планету между собой.       Разумеется, стоило криптонцу узнать о выпиющем нарушении периметра одного из самых охраняемых объектов Земли, он сразу выдвинул требование выдать ему Дестроука на допрос. Учёный не очень-то и хотел это делать, учитывая свои планы на киллера. Но, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям и осознавая, что ему не хочется заниматься этим сейчас самостоятельно, всё же сдал Слэйда. Но с условием возвращения того под стражу в Aperture. Кент, на удивление, с пониманием пошёл на эту уступку. Тоже осознавал важность сотрудничества?       Так или иначе, сейчас Дестроуком занималась целая команда, возглавляемая выдернутым из Бэт-Пещеры Уэйном. Вполне удовлетворительный исход. Результатов допроса Фрайз, как лицо напрямую пострадавшее, решил дожидаться там же, уединясь на пустующей смотровой площадке и размышляя о грядущем, сидя на свободной скамье.       — Не против компании?       Ал поднял голову. Лицо Супермена излучало дежурное дружелюбие. Учёный пожал плечами и махнул на свободное место, пододвигась ближе к краю.       — Тебе разве не нужно дежурить?       — Меня сменил Зелёная стрела.       Фрайз кивнул, снова возвращаясь в свои мысли. Говорить не хотелось, а голова, вместе с мышцами, нещадно ныли после тренировок. После устранения вторжения, он пригласил в свой зал оставшихся незанятых Смотрителей и третировал их совместными боевыми тренировками. Диной Лэнс он себя, конечно, не считал, но выстроить общую тактику и распределить боевые задачи было нужно.       — Бэтмен о тебе очень хорошего мнения. — вдруг сказал Кларк, также выплывая из своего внутреннего мира. — У многих в Лиге ушли годы, чтобы завоевать его доверие.       И он замолчал, явно ожидая реакции. Ал тяжело вздохнул – разговору быть.       — Мы... «подружились» давно. Когда он только начинал геройствовать. Aperture нуждалась в спонсорах после... ряда катастроф, и влиятельный филантроп из Готэма оказался неравнодушен к моей работе. Не знаю, планировал ли он потом перекупить нас, или просто впечатлился нашими исследованиями, но, не взирая на целый букет сомнительных делишек, – о которых, я готов поклясться, что он знал, – Брюс Уэйн выписал нам чек.       — И что, он вот так просто дал тебе денег?       — Не совсем. В обмен я должен был курировать и проводить лично заказные исследования.       — Странное условие.       — Не для Бэтмена.       На лице Супермена наступило просветление. Значит, Даркстрайк работал на большую Летучую мышь ещё до того, как они встретились маска к маске? Занятно.       — А как всё пришло к тому, что ты столкнулся с самим Бэтменом? А не его улыбчивым альтер-эго.       — Готемский филиал зачастил объявлять тревогу взлома. Всё бы ничего, да вот только в один не очень прекрасный момент, команда оперативного реагирования опоздала, застав лишь развороченные двери, разбитые окна и пустой склад. Обычно мы не храним ничего ценного в таких офисах, но из-за специфики нашего соглашения с Брюсом... Короче, вместе с грузом для него мы также перевозили партию экспериментального оборудования, которое должно было направиться в Детройт, штат Мичиган, в штаб-квартиру. Почти семь десятков портальных пушек.       — Ого. — Кларк забавно округлил глаза. Похоже, количество краденого его впечатлило. — Представляю, какой начался бы хаос.       — А он и начался. И никакой Бэтмен не смог бы это останосить. Так появился Даркстрайк.       — Я понимаю, зачем маска нужно Брюсу, Барри или мне, хоть я и ограничиваюсь очками. Но тебе она была зачем?       — Я, к тому моменту, уже отлично знал где и какие жучки у большой летучей мыши развешены по городу. Не думаешь ли ты, что так легко спалить себя было бы слишком бездарно?       — И как он отреагировал на новую маску в своём городе?       — Начал охоту, конечно же. Но не сразу, лишь когда из Аркхема начали пропадать бандиты. Вернее, когда бесследно уполовинилась банда Джокера, разграбившая мой склад. До этого о парне в шлеме-визоре ходили только неубдеительные слухи, которые Уэйн просто мотал на ус.       — Искал больше улик...       — И нашёл. Ни трупов, ни вестей, ни погромов, ни следов побега. Он вылизывал Аркхем и его катакомбы пару недель, не меньше – люди так просто не пропадают, и он был прав. Единственные, кто массово использовал порталы на тот момент, были вы и Aperture, так что Брюс быстро бы вышел на меня. Пришлось выйти самому, чтобы занять более выгодные позиции в предстоящих переговорах.       — Ну и что ты делал с теми парнями? Ну, что «исчезли».       — Допрашивал и хранил в ценрах консервации. Бэтмен заставил меня выпустить их обратно на улицы. Только вот память о произошедшем никто им не стёр и охоту до чужого добра не отбил. Вскоре весь криминальный Готем понял, что Aperture – кладезь разрушительных изобретений. И когда вся эта арава начала действовать, Даркстрайк и пришёл в пещеру к Бэтмену.       — А затем и взошёл на Сторожевую башню к Лиге Справедливости.       Кларк прекрасно помнил, как Даркстрайк, тогда ещё неизвестный, в освинцованном шлеме, в красках обрисовывал назревающую катастрофу и просил Лигу о помощи. Тогда же новая маска на их маскараде в красках расписала о том, какая Aperture корпорация зла, как плохо всем будет, если то, что она хронит за закрытыми дверями, вынесут за пределы досягаемости службы безопасности. С тех пор и началась их нестройная история. Кент думал, что она закончилась со взрывом на острове. Он не верил, что Фрайз так просто сгинет, но надеялся, что учёный по крайней мере перестанет играть с огнём и соваться к ним. К сожалению, он ошибся.       — К сожалению?       — Тебя не учили, что читать чужие мысли без разрешения неприлично?       — Не то чтобы я мог это контролировать.       Алекс наивно пожал плечами, пытаясь смириться. Криптонец никогда не будет ему доверять полностью. Впрочем, это было взаимно. Но с этим уже можно было работать. Похоже, что за всеми этими беседами, Александр пропустил сообщение. Брюс уведомил его, что допрос окончен, и попросил его зайти к пленнику. Осталось последнее дело на сегодня.