Умру ради тебя

       Конечно после всего произошедшего Накахара упал в беспамятство. Мозг подбрасывал очередные картинки, которые быстро сменялись новыми, поэтому запомнить их не удалось. Но одна въелась в голову очень хорошо, может ли это быть очередным знаком?

В помещении очень светло, даже слишком. Ощущение, что ты попал в рай, и тебя слепит яркий-яркий свет. После времени, проведенного в камере, видеть хоть что-то слишком непривычно. Мурашки бегают по коже то ли от холода, то ли от здешней атмосферы. Парень пару раз моргает, чтобы привыкнуть к освещению и осматривается. На полочках, прибитых к стенам стоят различные ампулы, на комоде медицинские приборы, также присутствует стол, заваленный кучей бумаг. Похоже на медицинский кабинет. Не сдвигаясь с места, мужчина поворачивается и видит койку. На ней кто-то лежал, прикрытый больничным одеялом и обвешенный кучей трубок, неизвестно куда ведущих. Человек не двигался — то ли спал, то ли просто был без сознания, но не двигался. Накахара попытался разглядеть лицо человека, но даже подойдя ближе ничего не получалось. Лицо было размыто, будто кто-то не хотел, чтобы Чуя видел <i>его. Рядом с головой пациента стоял прибор, показывающий жизненные показатели. Грудь практически не вздымалась, поэтому понять жив ли он было сложно, хотя прибор показывал слабое сердцебиение. В какой-то момент пульс прекратился совсем, и писк, издаваемый рекордером, затих. Рыжий перевел взгляд с монитора на человека, но того и след простыл. Койка была заправлена, будто тут никто и не лежал секунду назад. В палате он был один. Чуя резко обернулся и увидел открытую дверь, которой раньше здесь точно не было. Он подошел к ней и пытался вглядеться, что было за пределами комнаты. Его ожидало разочарование — ничего видно не было, так как все было, будто в дыму, который обволакивал края двери. За секунду черный дым оживился и проскользнул в комнату, заполняя ее запахом железа, не давая вздохнуть и увидеть что-либо. Мужчина еще пытался отбиться от него, когда до ушей дошел звук сирены, а свет замигал красным цветом. Паника подступала, а дым захватывал все больше территории. Накахаре некуда бежать, а чернота добралась до его глаз, заставляя их слезиться, и до дыхательных органов, не давая вздохнуть.</i>

       Чуя очнулся. Он пытался отдышаться, и хотя в реальности его никто не душил, ощущение давления оставалось. Сложно понять, это знак, предупреждающий об опасности, или очередная игра его больного мозга. Парень устал. Он находится тут неизвестное количество времени, за ним никто не идет и вряд ли уже придет, пальцы, если они еще существуют, жутко болят, а ко всему этому добавилась метка, которая зажгла с новой силой.        Накахара снова задумался над словами Мамуры. Есть ли вероятность, что Дазай жив? Если он и правда жив и копает под этих уродов, то Чую могут найти. Остается тянуть время и не дать себя угробить.

***

       Вспышка боли прожгла где-то в районе груди. Глаза распахнулись, а рука сама потянулась в строну ключицы, чтобы сжать рубашку и не почувствовать никакого облегчения. — Что за чертовщина?! — мужчина всегда старался держать себя в руках, но такую боль он испытывает впервые.        Она отличается от какого-либо ушиба, перелома и даже пули. Это что-то большее. Эта боль проникает в само подсознание, делая все в разы хуже. — Дазай-сан? Вы в порядке? — Хироцу, зашедший в кабинет для отчета о последней миссии, совсем не ожидал увидеть босса, который секунду назад был грозной тучей в своем кресле, корчащимся и почти что лежащим на полу. — М-метка... Ками-сама, такое происходит в первый раз. — Что именно происходит? — мужчина уже подошел к Дазаю и помог подняться. Он живет больше практически всех в организации и знает достаточное количество информации, и о родственных душах в том числе, поэтому может помочь понять, что не так. — Я... — запинки для мужчины были не свойственны. — После того, как нам с Чуей пришлось разойтись, — Осаму тогда надеялся, что ненадолго, но получилось... как получилось. — Метка с определенной периодичностью жгла. Не сильно, но ощутимо. Я не предавал этому значение, зная, что мы с ним скоро увидимся, но...        Дазай не привык делится чем-то личным с посторонними людьми, но он всегда мог спросить какой-либо совет у Хироцу, который каким-то образом находил ответ на любой вопрос. Серьезно, этот старикан знает очень много! — Не поверишь, — Рюро мог себе позволить перейти на ты с большинством в мафии, если разговор выходит за рамки «Босс-подчиненный». — Но Накахара до пожара тоже жаловался на жжение, я тогда посоветовал ему мази, но в твоем случае... Я думаю, они не помогут. Если боль не такая, как раньше, то вероятно что-то происходит с Накахара-саном... — мужчина задумался, почесывая свою короткую бороду. — Обнадеживает однако. — Если расскажешь, как именно действует боль, я смогу предположить ее точную причину, — старик правда хотел помочь ему, так как знал Дазая с его юношества и, такое нельзя допускать в мафии, но да, вероятно, он привязался к парнишке. — ... — Осаму задумался как конкретней описать то, что он чувствует. — Мне будто обожгли грудь изнутри, — он надеялся, что такое больше не повторится. — Еще... Это ощущается так, словно кто-то пытается залезть в мой разум. Мало того, что это неприятно, так и больно! — парень снова присел в кресло и театрально приложил руку ко лбу. — Ками, я так не люблю эту чертову боль!        Хироцу озадачило это объяснение. Он встречал много людей, нашедших родственных душ, но ни у одного не происходило чего-то подобного. Но случай его определенно заинтересовал. — Я не сталкивался с похожим ранее, это что-то новенькое. — мужчина продолжал чесать бороду. — Если позволишь, я бы поискал причину возникновения боли. Боюсь это правда как-то связано с состоянием Чуи-сана, поэтому лучше узнать наверняка.        Ясное дело, что это связано с Чуей, так как метка буквально связывает двух людей, но то, что он находится неизвестно где и неизвестно, что с ним может случиться, навевает на не очень хорошие мысли. — Займись этим. — на какое-то время Осаму задумался, но когда, кивнув самому себе, он поднял свой взгляд, то увидел все еще стоявшего Хироцу. Надо было вернуться к прервавшемуся разговору. — Кхм, разведкой был найден хоть один след? — Никак нет, босс. Отряды продолжают поиски в разных префектурах, когда найдут первую зацепку, вы узнаете об этом сразу же. — резкий переход на «Вы» никак не смутил мужчин, такое происходит не в первый раз. Это уже настолько приелось, что они этой смены даже не замечают.        Дазай ничего не ответил, дав понять, что не доволен происходящим. Он махнул рукой, немо прося покинуть помещение. Тем временем Рюро направился прочь из кабинета, сразу же связываясь со своими информаторами.

***

       Холодно. К нему не заходят уже целую вечность, что очень радует. На фоне всего произошедшего ранее, желание поесть меркнет по сравнению с возможностью получить еще больше.        Боли преследуют Чую даже во сне, который таковым назвать сложно. Парень погружался в сон, а через секунду выныривал из него либо из-за метки, которая снова начала жечь , либо из-за боли в приобретенных ранах.        Мучения продолжились дальше, если бы не яркая вспышка, ударившая прямо в глаза. Кто-то зашел к нему. Кто-то не такой громадный, как Мамура. — Здравствуй Чуя-кун, — это не Кеничи, но парень точно где-то слышал этот голос. — Уж прости, в этот раз Мамура-сан не смог прийти к тебе. Но он попросил забежать сюда, как только выдастся минутка.        Накахара молчал. Он думал только о том, что надо тянуть время и не дать себе навредить. За ним точно кто-то придет. Его спасут. — К сожалению, а может и к счастью я не такой жестокий, нежели Кеничи-сан. Но я придумал, как мы можем развлечься, — лица человека не было видно, так как свет он не включал, но в голосе была слышна нотка веселья. — Несите на минус первый.        Как только команда была отдана, в камеру зашли двое охранников. Два амбала, чем-то похожих на Мамуру, но по силуэтам казалось, что они чуть крупнее. Один из них резко взял рыжего за плечи, сильно сжимая, так, что вырваться без способности и со слабостью в придачу невозможно. Второй в это время отстегивал вымученные запястья из кандалов, застегивая их в наручники. После этих махинаций оба подхватили парня за плечи и повели в неизвестном направлении. Человека, что до этого стоял у двери, уже не было видно.        Чуя пытался запомнить путь, но коридор, казалось, был бесконечным с кучей одинаковых поворотов. Как показалось, они прошли три этажа вверх, то есть по логике все это время Накахара находился на минус четвертом этаже. Зданий, позволяющих себе минусовые этажи, не так много в Японии. Такие строения могут находиться только в больших городах с хорошей инфраструктурой, по типу Токио, Йокогамы, Осаки, Киото и других похожих городах. Чуя точно в Японии, раз Дазай убил их кумичо. А раз он еще и копает под эту организацию, которая не развалилась после убийства главы, значит, что она достаточно влиятельная и сильная. Рыжий пытается вспомнить всех, с кем в последнее время у порта были конфликты, но не успевает додумать, так как его пихают в какое-то помещение.        В нос ударил резкий запах медикаментов и спирта. Это определенно мед-кабинет. Для чего его сюда привели? Вряд ли обрабатывать запястья. В который раз его ослепляет вспышка света и... Ками-сама, это то самое место из сна. Те самые приборы, стол с бумагами и... койка. Пустая койка, рядом с которой куча аппаратов и трубок.       Что-то вновь подталкивает парня бежать, спасаться, как можно быстрее. Он понимает, что в этом месте ничего хорошего не произойдет. Парень не хочет здесь находиться, он не хочет повторения прошлого. Ему нужно сбежать во что бы то ни стало. Но его слишком крепко держат, вырваться нереально. Вот если бы что-то помогло Чуе, и он смог вырваться... Если бы был хоть один шанс...

***

       В клане Какимура все неспокойно. Все отряды в полной готовности. Портовая мафия подобралась слишком близко, все заходит слишком далеко.        Взгляд Кеничи был острым, как лезвие, строгим и очень тяжелым. Все, кто попадался ему на пути, расходились в стороны и опускали взгляды, лишь бы не попасть под разгоряченную руку временного босса.        После смерти Даичи Какимуры, его место заняли приближенные к нему люди — Нобору Хигасияма и Кеничи Мамура. В традиционных кланах якудза принято, что после смерти кумичо, пост занимает его наследник, но в своем завещании Даичи не указал никого, кто мог бы встать на его место, поэтому инициативу пришлось брать на себя. Времени на поиски постоянного главы нет и в ближайшее время точно не будет. Портовая мафия, которая совсем недавно была готова заключить контракт с ними, быстро сменила босса, который в свою очередь был настроен на их уничтожение. — Мамура-сан, взгляните, — мужчина дошел до отдела разведки. Один из парней, работающих тут, дрожащими руками протянул небольшую стопку листов. — На Юго-востоке нашей территории засекли людей, похоже, что они работают на врага. Тут все фотографии и подробная информация.        Временный оябун только кивнул, нахмурив брови еще сильнее. Дазай Осаму играет по крупному, раз решил отправить своих людей на чужую территорию. — Хочешь войны... — шепот был еле различим, поэтому рядом стоящий человек не мог разобрать и слова. — Будет тебе война.

***

       Удача точно на его стороне. Сигнализация завопила прямо над головой, из-за чего двое мужчин, держащих Чую растерялись и слегка ослабили хватку, переглядываясь между собой. Именно этим и воспользовался Накахара. Собрав все свои силы, он вывернулся из хватки и с разворота ударил одного громилу ногой, так, что его голова вздернулась, стукнувшись об стену сзади. Все-таки ноги всегда были сильной стороной парня. Но времени на самовосхищение у мужчины не было, второй амбал получил локтем в нос, отчего тот схватился за него, пятясь назад. Не теряя времени рыжий выбежал из кабинета, вспоминая где была лестница. Сейчас он на минус первом этаже, значит надо пробежать два этажа вверх и найти выход, не попавшись в плен обратно.        Сигнализация вопила о вторжении на территорию, по всему коридору мигал красный свет, а сзади неслись охранники, очнувшиеся после четких ударов пленника. «Где эта ебанная лестница?!»        Парень несся по одинаковым поворотам, собирая все свои силы. Он понимал, что если сейчас не выберется, то застрянет тут и получит хлеще, чем в прошлый раз. Слабость все еще оставалась в теле, что затрудняло передвижение. Свернув в очередной раз, Чуя наконец видит заветную дверь на лестничную площадку.        Подбежав к ней, он попытался дернуть за ручку. Руку пронзила невыносимая боль, мужчина совсем забыл про травму. Он быстро спохватился и сквозь стоны боли нажал локтем на злосчастную ручку. Запах затхлости ударил в нос, что не удивительно для подвальных помещений.        Сквозь шум сирены Чуя слышал крики охраны, которая уже догоняла его. Парень рванул вверх, забыв обо всем. Свобода близка и он сделает все, чтобы вылезти отсюда. Эти ступени казались бесконечными. Изнуренный организм не выдерживал, но мозг все еще заставлял двигаться вверх.        Толкнув всем своим весом дверь, рыжий очутился в коридоре. Запах крови был всюду. Слышны выстрелы и ор людей, значит сражение в самом разгаре. Главная задача Накахары — не попасться никому на глаза и выбежать наружу.        Он летит по коридору, не зная в какой стороне выход, главное просто не останавливаться. Волосы разметались во все стороны, что мешает и так плохому обзору. Глаз, покрытый тонкой коркой крови, не промыт, отчего открыть его невозможно. Свет уже не мигает, что немного облегчает возможность видеть вторым глазом. Звуки стрельбы и крики становятся все громче и громче, вероятней всего парень приближается к самому эпицентру. С одной стороны — это шанс избавиться от хвоста, а с другой — он спокойно может попасть под пули. Его способность все также не работает, слабость в теле увеличивается, Чуя буквально без рук и одного глаза, что делает его очень уязвимым.        Грохот всюду, а запах крови и не думал выветриваться. Ему нужна передышка, иначе он упадет прямо тут. Накахара поворачивает неизвестно куда и чуть не врезается в стену напротив. Мужчина попадает в небольшой коридор-тупик в котором расположено какое-то количество кабинетов, но суваться туда равносильно смерти, поэтому остается либо бежать вперед, либо назад. Вот только есть одно но. Впереди только окно, завешенное шторами, а сзади за ним погоня в виде двух громил. Времени на размышлений нет, Чуя просто срывается с места и бежит прямо. В этот же момент в этот злосчастный коридорчик забегают его охранники.        Накахара летит, его решительность поражает. Инстинкты самосохранения вопят о том, что ему надо остановиться, но в противовес им, сознание кричит, что это единственный выход и надо прыгать. Кабинеты пролетают мимо, а окно стремительно приближается. Мужчина не сбавляет свою скорость, в то время как двое преследователей замедлились, понимая, что он хочет сделать.        Следует звон стекла. Мелкие осколки вонзаются в неприкрытые участки кожи, что дает некий дискомфорт, который естественно не сравнится с тем, что пережил рыжий ранее. Чуя был готов почувствовать невесомость какое-то время, пока летит вниз, но единственное, что он чувствует это твердую землю под ногами, после чего равновесие покидает тело парня, и он падает. Упс, он совсем забыл, что находится на первом этаже.        Быстро поднявшись на ноги, он обратил взгляд наверх. Ну, первый этаж не такой уж и низкий, но все же, чтобы сломать себе что-то при падении с такой высоты... это определенно надо быть Дазаем. Не, только не он, только не сейчас. Сейчас надо собраться с силами и бежать отсюда нафиг. Вот только организм считает по-другому. Тело ослабло, а удар, что пришелся на ноги, оказался не таким слабым как изначально показалось. Накахара перебрался к стене здания и пошел придерживаясь о нее. Он ускорялся по мере возможности, но уже не мог бежать.        Видимо судьба решила, что Чуе досталось маловато и добавила ко всему этому набору пульсирующую боль у левой лопатки. С каждым шагом боль увеличивалась, а кожу жгло так, что казалось, к ней приложили раскаленный метал. Становилось все тяжелее и тяжелее, а сзади слышались шаги нескольких человек. Накахара хотел было резко развернуться, чтобы посмотреть кто это, но тело пронзила жуткая боль. В единственном видящем глазу все потемнело, а тело сотряслось в конвульсиях, после чего сознание в очередной раз покинуло парня.

***

       Приятное тепло охватило тело рыжего. Открывать глаза не хотелось. Он не хотел проснуться и вновь оказаться в этом подвале с цепями, а еще хуже на койке с трубками. Но тепло не проходило, что очень радовало мужчину. Он поводил руками вокруг и понял, что может спокойно ими двигать. Чуя открыл глаза и, Ками-сама, как же это прекрасно. Запрокинув голову назад, он смотрел на небо, покрытое бесконечными звездами и летящими кометами. Это точно сон, но в отличии от других, он очень приятный. Парня обволакивает уют и спокойствие, будто он дома. Не хватает только одного. Но чего именно?        Накахара отрывает взгляд от звезд и оглядывается. Вокруг ничего. Буквально ничего. Поверхность, на который стоит парень смазана, а ноги будто проваливаются в нее. Это можно сравнить с дымом или же паром, если хотите. Вокруг пустошь, состоящая из "неба". Рыжий будто в накрытом шатре, из которого не видно выхода. — Давно не виделись, чиби, — этот голос. — Я скучал.        Голос. Тот самый голос, который стал пугать Чую до чертиков. Тот голос, который обвинял его в чем только можно и нельзя, за последние недели. Тот голос, что успокаивал Чую от кошмаров, до того рокового дня. Тот голос, что роднее всего на свете. Тот голос, что впитался в Накахару полностью.        Мужчина оборачивается, боясь увидеть облик мертвеца. Холодного, слегка синего, всего в крови мертвеца, что преследует рыжего во снах. Но перед ним стоит его Дазай. Его любимый Дазай. Тот самый Дазай, что запечатан в памяти Чуи навсегда. Он открыл руки в приглашающем жесте, как бы подзывая парня к себе. — Ну же, еще чуть-чуть, чиби.        Накахара умер? В таком случае, это даже к лучшему. Он наконец рядом с Осаму. Их отделяет всего пара метров. Чуя делает первый, второй, а затем еще несколько шагов, после чего срывается в бег. Слезы рвутся из глаз, но мужчина сдерживается. Он летит в долгожданные объятия, и вот Дазай прямо перед ним, стоит и улыбается. Рыжий слегка разводит руки, чтобы обхватить тело возлюбленного, но буквально за миг, его и след простыл. Парень озирается по сторонам, не веря происходящему. Что вообще сейчас произошло? Мозг вновь играется с бедным Чуей? Это снова сон?

Осаму тут не было?