Город где жило солнце

Заходя в квартиру Джинни оценивал то, какие «хоромы» ему смог снять безработный музыкант. Квартира была светлая и заметно новая, как и весь дом. Небольшой коридорчик, который после расходиться на кухню и спальню-зал. Кухонька была полностью простая: деревянный стол у стенки, всего два стула и по минимому посуды. То что особенно понравилось Хенджинну, так это прозрачная ваза, со свежими, желтыми тюльпаны, которые моментально были запечатлены в камеру телефона. Стоя там, облакотившись на столешницу, держа в одной руке чемодан, ему в какой-то момент стало даже прохладно, по ногам прошел лёгкий холодок. Только тогда он заметил большой балкон, который открывал вид на город. Именно в этот момент фотограф простил и отпустил все обиды на друга. Вид на самом деле был красивый, хоть этаж и был невысоким. Вечер начинал спускаться на город, а за ним и уходила вся жара, поэтому высунувшись из окна он наслаждался мимолетной прохладой. Лишь после он заметил небольшое кресло и прозрачный столик. С уже глупой улыбкой Хенни пошел рассматривать спальню. Миленький диван, с краю стол с какими-то книжками и невзрачными статуэтками. Но самое главное, что на одной из его полочек лежал пульт от кондиционера. Сейчас фотограф подумал, что готов расцеловать ноги Минхо, а не обижаться, что тот его отправил в другой город. Оставив чемодан как есть, он рухнул на диван и набрал знакомый номер, обсыпая комплиментами и благодарностями, на что получил лишь давольный вздох и слова «я же говорил». Остаток вечера прошел более расслабленно. Спокойная музыка, под которую Джинни разбирал вещи, складывая их в маленький шкаф. Все вещи не влезли и часть пришлось оставить в чемодане, чем хозяин был недоволен. К самой ночи Хенни рассматривал фото, которые успел сделать за последние дни. Все те фотографии были невероятно теплые для него и ласково отзывались во всем сердце, которое так долго не испытывало подобных эмоций. Но чем больше небо темнело, тем больше клонило сон, так что буквально через 15 минут глаза лениво сомкнулись и парень наконец уснул. Утро шло своим чередом. Завтрак, из того что было в холодильнике, ворчание друга через трубку, о том, как корм для кошек подорожал и истории с очередного неадекватного юбилея. Все в перемешку. Но рано или поздно разговоры надоедают, а если уж вообще ничем не заниматься, то надоест абсолютно все. Так и тут, настроение Хенджинн падало, не находя сейчас интересного. –А что с той кофейней? Та, про которую ты вчера в сонном бреду рассказывал. Звук из телефона напомнил, что Минхо еще на связи, а тому хотелось все же отработать свои деньги. Платил он для хороших дней и воспоминаний друга, а не для того, чтобы тот тух в квартире. –Предлагаешь спуститься туда? Джинни вспоминал вчерашнее и тех людей, которые показались ему добрыми и радушными. Кроме Минхо близких друзей у того не имелось, поэтому в голове промелькнула мысль, что за этот отпуск можно и попробовать познакомиться с новыми людьми, авось и выйдет. Слово за слово, так и было решено. Сейчас Хенджинн уверено шагал вниз, к тому месту, что вчера так радостно отозвалось в душе. В кофейне все было более чем спокойно. основной поток людей был утром и к вечеру, так что в середине дня тут было 2-3 человека, кто смог уйти с работы во время перерыва. В почти пустом зале Феликс аккуратно стирал пыль с картин, до которых мог дотянуться. Иногда отвлекался на мяукающего котенка, где-то поправлял салфетницы и говорил с клиентами. И вот, двери вновь открылись и в них показалась светлая, высокая фигура. По началу Ликс даже не заметил его и не планировал, но то с каким интересом парень рассматривал все вокруг и в некоторых моментах буквально зависал, заставило обратить внимание. И сам Хенджинн так же не понимал, что с ним и по какой причине он мог вылетать в прострацию. Это место дурманило его. То ли своим сладким запахом, который щекотно отдавался во рту, то ли слишком спокойной, расслабляющей музыкой или все же всей той атмосферой, что навевала воспоминания о юности. –Простите, вы собираетесь что-то заказывать? Бархатный, низкий голос вернул Джинни в нынешнюю реальность. Прямо перед ним, на расстоянии дай боже 30 сантиметров, возник светлый паренек с веснушками. По началу Джинни даже не вспомнил кто это, но про себя оценил, что черты лица у официанта красивы. –А, да.. можно латте? Клиент получил кивок и «хорошо! скоро будет». Ликс одарил его блистательной улыбкой и ушел в направлении барной стойки, Хенджинн вновь вернулся в свое туманное состояние, глядя за окно. В скоре кофе принесли, но не оно, не песни Ed Sheeran-а в зале, все мимо. Он со сладкой досадой вспоминал свои впечатления вчера от этого места и вновь впадал в уныние. Разглядывая это место уже в 100 раз он заметил новое. На столе, в самом углу заведения, лежала пачка самых разных листов и художественных материалов. Не долго думая, фотогроф «украл» пару листов и карандаш. Изображалось все что не поподя. Вазы с гипсофилами, старый пластиночный проигрыватель, картины, столы и конечно под карандаш попал и бариста-солнце, который все также любознательно глядел на гостя. Ликсу гость не внушал доверия своим странным поведением. Он рассматривал его как совершенно иноземный объект. Но каждый раз, как их взгляды пересекались, то бариста сразу отводил взгляд и удивлялся, какие же у них оказывается красивые люстры. Время летело беспредельно быстро и Хенджинн понял что засиделся. Подходя к кассе он хотел уже выбросить свой черновой листочек, но решил, что бариста-солнце здесь вышел еще красивше, чем в реальности. Поэтому сейчас с гордиловой улыбкой он шел к Ликсу. –Так значит на вечер у меня еще работы? - знакомый голос баристы Хенни узнал сразу. –Да, нас попросили приготовить и провести мероприятие. Ликси, сможешь же? Там не так сложно, гостей мало, а ресторан на берегу моря! Пожалуйста. Этот голос был чужду, но наклоняясь на стойку, и даже переваливаясь через нее, Хенджинн увидел мужчину, что вчера вручил ему ключи. Сейчас он выглядел, как плюшевый мишка. Большой, но милый, упрашивая Феликса. –Я бы с радостью, но я не уверен, что смогу управиться один. Пойми меня, - хоть Ликса и заставляли работать сверхурочно, его голос звучал раздосадованно. Подслушивая весь их разговор, Джинни очень увлекся. Кафе, на берегу моря, так еще в компании очень красивого молодого человека. В голове сразу нарисовался образ фотографий. Так что он полностью оперся на руки, почти перевалившись и задев прозрачную баночку с зефирками. –А я кстати могу помочь!.. Напуганный вид и два глупо завязанных хвостика, которые появились от скуки. На грохот и голос рабочие сразу обернулись. Сначала они оба были в шоке, но в скоре на лице хозяина появилась улыбка. –Отлично! Ликси, ты будешь не один, так что все будет впорядке. Едешь? Кристофер добро сжимал плечи баристы, но Феликсу бы все равно не удалось уйти, а отказать тем более. –Так. Хенджинн. Мужчина подходил к Джинни с записочкой, на которой размашистым почерком был написан адрес и время. Обговорив пару моментов было решено, что Хенни сегодня будет помогать Феликсу в кафе, по большей части разносить блюда. Дабы лишних проблем не было, Крис вызвался их отвезти от кафе до нужного места. Хенджинн сиял. Новые впечатления, эмоции, а самое главное — новые снимки. Ликс же в отличие от него не был так рад. Сейчас он думал, что лучше бы согласился отработать один. Не доверял он чужим, хоть особой враждебности фотограф и не внушал. Выходя из кафе Джинни был крайне взбудоражен. Быстрее идя в квартиру, пальцы по памяти набирали уже до боли знакомый номер, возбужденно делясь новостью. Закидывая последние вещи в сумку, так что они вылазили наружу, Хенджинни бегом спускался вниз, ведь белый внедорожник уже ожидал его. Садясь в машину, он быстро и радостно здороволся со спутниками. Его осведомили, что дорога будет небольшой, всего лишь час, оттуда их тоже заберут. Беспокоиться не надо было, поэтому растекшись на сиденье под горячими лучами и приятную музыку, Джинни поглядывал в окно за интересными пейзажами. Его душа наконец чувствовала свободу. Приоткрывая иногда окно, он высовывался, хоть ветер и сильно обдувал лицо. Казалось, что будь он сейчас здесь один, то кричал и пел, выражая все свои нынешние чувства. Фотограф получал неимоверное удовольствие от всех пейзажей, музыки, теплых речей водителя (с которым вчера лишь двумя словами обменялся), от этого запаха беззаботности. Оно разливалось по его телу, проникало в самые потаенные места его души и оставалось там, сохраняя приятные воспоминания. Иногда он выходил из своего спокойствия, стараясь уловить все окружающие его детали. Единственной проблемой, которую он отметил, был Ликси, сидящий у другого окна, загораживая собой виды. Но Джинни решил, что это хороший момент, чтобы запечатлить, как солнце своими лучами играет на лице парня, который выглядел, как самая телпая и яркая звезда. Фото получились замечательные: Феликс выглядел крайне расслабленным, с легкой улыбкой на губах и теплыми лучами, пересекавшие его лицо, на некоторых кадрах попадая на глаза, тем самым подсвечивая их и давая уловить разные оттенки в них. Вкчер уже был хорошим, так что Хенджинн верил, что далее он будет все лучше. Мотор машины замолк, а следом и их попросили выйти. Следуя за Крисом по направлению к ресторану, фотограф рассматривал местность, примечая о том, как красиво тут море. Его всегда тянуло к воде и он сам не знал причины. Пока знакомые нос воротили от купаний, то он мог пойти на речку хоть весной и не жаловаться даже. А тут море, теплое и до безумия прекрасное. Солнце играло с водной гладью, оставляя свои следы на воде, красиво переливаясь. Тут тоже фотограф не смог пройти мимо не сделав пару кадров и сейчас он беспокоился, что к ночи память в устройстве заполниться. Он шел не смотря куда, взгляд был уставлен на картинку в телефоне, подбирая ракурс. В связи с этим всем, Хенни не заметил как они уже подошли к ресторану, поэтому спотыкаясь, собирался лететь носом в пол. –Осторожнее пожалуйста, а то отсюда сразу в травмпункт направимся. Его держали за руку, и по началу фотограф подумал, что это заботливый Кристофер, но низкий голос напомнил о другом. Поднимая взгляд увидел веснушчатое лицо, с обеспокоенными глазами. Джинни смог лишь кратко кивнуть и поругать себя, о том, какой он невнимательный. На месте им выдали форму. белая футболка с небольшой нашивкой, бежевые шорты до колен, милые фартучки и береты. В последнем Хенджинн не видел смысла, но отметил, что ему идет, а его спутнику еще более. Он глядел на него, как сам бы он сказал «оценивающе», но на самом деле просто пытался найти, что так зацепило его. Да, красивые черты лица, глаза, но разве должно же было так тянуть к человеку, которого не знаешь? Он завликал тем, что сам проявлял интерес. их тянуло друг к другу. они казались такими разными, но при этом люботными, как будто с других планет. Вечер шел свои чередом. День рождение маленькой девочки шел замечательно. На всём мероприятие парням удалось найти общий язык с аниматоршой и теперь они ходили с милыми косичками по вискам. Вечер однозначно сближал их. Постоянные разговоры, случайные прикоснования и взгляды, но все все равно чужды. Много времени уходило, чтобы где-то Хенджинну объяснить как работает и что сказать, но все шло своим чередом, лишь с небольшими заминками. Феликс либо был рядом, показывая и подсказывая, либо наблюдал. Себе он оправдывал это, что переживает и боиться за мероприятие и что его ругать будут, но сам прекрасно знал, что Кристофер не даст сильное наказание, да и разрулит все. Ликсу было правда интересно. Детство его было сложным, но самое главное, что он всегда питал отдельную страсть к искусству. Сегодня, во время разговора владельца и фотографа, Ликс заметил небольшую зарисовку его портрета. И как же его смогло это тронуть. Мечтал он все же много, чтобы нарисовали его, заметили. Уходя сегодня из кафейни, он долго теребил в руках листок со скетчем, но после раздумий прикалол его на пробковую доску сзади своего рабочего места. Уходя и закрывя двери, он чувствовал, что кончики ушей его краснеют, а на губы лезит невинная и глупая улыбка. Уставший после интересного, но тяжелого вечера, Джинни, стоя на веранде, глядел на опускающуюся ночь и спокойную водную гладь. Телом, он стоял тут, пока прохладный воздух ласкал его кожу, но мыслями он был на берегу. Идти сам он боялся, но душа его терзалась не получая того, что было так близко. -сходим к морю?. Простые, но при этом такие чувственные слова, слетели с губ Хенни, когда в паре сантиметров стоял его спутник. Голос был тихий, можно даже сказать, что немного робкий. Переживал отказ, который не осилит. А Феликс не знал что и сказать. Лишь также глядел на фотографа, маясь в голове вопросом «именно я?». Спускаясь извилистой каменной тропой, их ноги коснулись уже холодного песка. Ночь брала свое и вот на небе начали появляться первые звезды. Они расположились совсем близко к морю, так, что оно мягко и легко касалось их. Разговор не мог начаться. Ликсу казалось, что язык его прилип к небу и не желал возвращаться в обычное положение. Ему было неловко в такой атмосфере, на таком расстоянии, что руки их почти что соприкасались. Ему было 18, милый и невинный, который так и не смог испытать первой и искренней любви. А сейчас он сидит рядом с малознакомым человеком в столь красивом месте. –Когда мне было лет 16, — первый заговорил Хенджинн, голос был тихим, будто слышать его должен был лишь Лиликс, — я любил ночное небо и звёзды, они всегда могли успокоить. Может они и правда чертят нашу судьбу? Взгляд юноши был устремлен в небо, где светлые точки вырисовывались в созвездия. В этот раз небо было совершено чистым, давая увидеть все самое красивое и интересное. Фотограф был заворожен. В нынешние дни ему редко выходилось отпустить все мысли и просто взглянуть на небо, как сейчас. Эти звездочки сияли, но не могли заменить настоящий свет, а внутри все равно было светло. Пока что он не понимал, что самая яркая звезда сидит рядом с ним, завораживающе глядя в небо, пытаясь найти там ее. –Я когда маленьким был и боялся чего-либо, бабушка выводила меня на улицу и показывала созвездия, — голос Феликса звучал также тихо, немного дрожа, — вон там лебедь, а справа лира, — маленькие ручки показывали на звездочки, что так краство отражались в его глазах. Джинни замечал это, когда расстояние между ними было все меньше. Здесь было холодно, а от него тепло, как нигде больше. И Хенни было здесь уютнее всего. Смотреть на звезды, под бархатный голос, кладя голову на плечо и случайно дотрагиваясь до пальцев руки и обжигая себя прикосновением. Им было приятно сидя тут делиться мелочами, пока ночь сгущалась все сильнее. Речи были все более теплые и искренние, но делились лишь каплей своих беспокойств. –Конечно сложно тебе. — Лиликс до этого внимательно слушал прошлые проблемы Хенджинна, сжимая пальцы чужой руки, показывая, что пока он рядом, то каждое слово фотографа важно, хоть щеки продолжали розоветь. — Но ведь ты можешь спускаться к нам, я буду ждать тебя. И он улыбнулся так добро и приятно, что на губах фотографа она повторилась невольно. Его буду ждать.