Кровавый бог

       Храм богини Маат, главный зал. Почти все боги были здесь, даже Эннеада собралась. Почти вся, Осирис все еще в Дуате, а Нефтида — в темнице.        Саатхир стоял на противоположном от матери балконе, смотря, как в воздухе скапливается напряжение. Конфликт назревал уже сотню лет, грозясь взорваться гнойным нарывом. Каждому было что сказать, каждый что-то терпел, утаивал или страдал. Все, конечно, может стать лучше. Или хуже.        В зал вошел Сет, насвистывая мелодию. Вся его непринужденная поза говорила, что он с ними не считается. Как и его легкая походка.        — Кто это у нас тут? — весело спросил дядя. — Да это же дети благородной богини солнца!        Маат возглавляла суд, все такая же беспристрастная и непоколебимая. Тефнут и Шу, Бастет и Хатхор, лишь Сехмет отсутствовала, она редко появляется официально, предпочитая тайные встречи и уловки. Сама себе на уме.        — И даже она сама почтила нас своим присутствием в столь скромном месте. — продолжил дядя, взглянув на бабушку Ра. — Неужто завтра рассвета ждать на западе? Ха-ха-ха!        Верховная богиня солнца восседала на своем троне. Украшений на ее теле больше, чем ткани, подчеркивая сладострастную фигуру женщины. Золотые глаза сияли с хитринками в уголках. Вечная, словно солнце, улыбка на лице. Ра, только одной имени достаточно, чтобы восхвалять ее.        — В любом случае, я рад видеть вас всех здесь. Некоторых, правда, встретить не ожидал. — Сет весело взглянул на Исиду, сжавшую зубы. — Я-то думал, у вас свадебная поездка в Дуат, а сыночка оставили любимому дядюшке. Ха-ха-ха!        — Молчать. — Маат хлопнула ладонью по столу, устанавливая тишину в зале. — Кажется, все, наконец, прибыли. Итак, мы начинаем суд Эннеады.        Все взглянули на незнакомца, сына Исиды. Брат вызывал любопытство, щекотал нервы и был неизвестной фигурой на доске. Тяжелый вздох, и он начал.        — Я — Гор, представитель неба, сын Осириса, царя Египта, бога возрождения. Требую вернуть престол истинному наследнику. — голос распространился от пола до потолка, вызывая недоверие к сказанным слова. Сын… Осириса? Саатхир пораженно посмотрел на… на родного брата.        И египетский трон?        — Сет — слуга своего царя и старшего брата, Осириса, предал и убил его, и, чтобы скрыть это, расчленил тело. Это преступление против трона и богов.        Вот значит куда подевалось тело отца… хм.        — Помимо захвата власти нечестным путем, на протяжении сотни лет он совершал ужасные злодеяния, включая пытки наследника престола. Из-за этого жизненная сила и дух потеряли свой путь в течении реки хаоса, что привело к наводнению. Я, сын Осириса, истинного царя Египта, этим…        Гора прервали. Сет стоял на месте, но пол под его ногами весь раскрошился и пошел трещинами. Слова Гора удивили его, как и остальных.        — Ну-ка, ну-ка, это кто тут у нас чей сын? — усмехнулся Сет, театрально вскинув руки. — Это просто смешно, как мог родиться ребенок у того, кто уже давно мертв?        Дядя превратился в песок и переместился к замершему Гору.        — У Осириса только один сын, и не тебе с ним тягаться. — Сет ладонью коснулся плеча племянника, как бы утешая его. — Что сказала мама? Что Осирис — твой отец? — он наклонился к его уху, шепча слова раздора. — Какой же ты наивный, разве не странно родиться через сотни лет после его кончины? Реальность — это тебе не сказки. Скорее ты ублюдок, которого она родила, торгуя своим телом, кажется, это больше похоже на правду, согласен.        Саатхир обратился лепестками и оказался подле них.        — Дядя, он не полубог.        — Тебе-то откуда знать? — ухмыльнулся Сет. — Не будь таким добрым, дядя научит тебя, как защищаться от лживых врагов. — он подошел к нему и встал сзади, обняв за плечи и пальцами обхватив острый подбородок племянника. Они смотрели на замершего от такой картины Гора. — Сейчас он и твоя мать якобы хотят вернуть тебе трон, а потом убьют тебя и заберут его. Не беспокойся, Саатхир, дядя тебя всему научит.        — Мне не нужен египетский престол. — отрицательно покачал головой Саатхир, чем поразил всех вокруг. Зашептались боги, обсуждая его слова. Ему не нужен египетский престол, где это слыхано, чтобы отказывались от такой власти?!        — Если мой брат хочет его занять, так и быть, я не буду ему препятствовать. — Саатхир мягко улыбнулся вздрогнувшему Гору. — Подойди ко мне.        Гор деревянными шагами приблизился к ним. Со стороны зрителей перед ними явно странная картина, Сет, нежно обнимающий Саатхира, и рядом Гор, второй его племянник. Они будто забыли о вражде.        — Дай мне руку. — повелел Саатхир брату, и тот послушно протянул правую руку. Бог крови тонкими пальцами коснулся его сильной широкой ладони и схватил, чтобы потом наклониться к запястью, губами едва коснувшись смуглой тонкой кожи на них. — Дядя, если тебе нужны доказательства, то вот они.        Саатхир вонзил свои удлинившиеся клыки в руку вздрогнувшего Гора. Не от боли, просто… странные мурашки прошлись по телу. В детстве он уже видел дядю и брата, и тогда Сет тоже обнимал Саатхира. Гор тогда еще был ребенком, но сейчас телом он взрослый мужчина, и картина перед ним… возбуждала его.        Сет же с напряжением смотрел, как Саатхир явно благоволит этому ублюдку. Видимо еще любит свою мать, бросившую собственного сына на растерзание ему. Сета это раздражало.        Осирис забрал у него Анубиса. справедливо, если Саатхир принадлежит ему.        Бог крови блаженно прикрыл покрасневшие глаза, смакуя на языке вкус братской крови. Ммм. Благословение божественных предков. Эта кровь весьма пьянящая.        Ни единой капли смертной крови, Гор и правда сын Осириса и Исиды.        Оторвавшись от его запястья, Саатхир пальцами вытер кровь с губ, после облизав каждый.        — Он мой брат. Родной брат.        — Вот как. — жестоко усмехнулся Сет, крепко сжав плечо Саатхира. — Значит ты тоже решил от меня отвернуться, ммм? Уверен, что ты столь добр, что примешь и ублюдка в свою семью.        Сет превратился в песок и вернулся на свое место.        — Сестра, может твой новый муженек прямо здесь, а? — обратился он к разозленной Исиде, а после ко всем богам. — Кто-то из вас наверняка прикрывал его, да?        Некоторые боги вздрогнули.        — Так кто же твой новый муженек, Исида. О, может, это я? — Сет указал на себя.        — А ну закрой рот! — не стерпела мама, встав со своего трона. — Гор вне всяких сомнений сын Осириса! Я смогла найти его и оживить. Реки Нила заполнили его тело жизненной силой!        — И река Саат? — усмехнулся Сет, не веря ни единому слову сестры. Но тем не менее раздражаясь от них.        — Если не веришь, то вызовем Хнума!        — Что? Думаешь, возродить кого-то так легко? Ты — не твой муж и не твой сын, твоя власть над аспектом жизни слаба.        Сет обратился песчаной бурей и мигом оказался подле матери, схватив ее за волосы.        — Как долго ты собираешься нести этот бред, Исида? Это меня раздражает. Это был Хнум, его ты подговорила?        — Дядя, хватит, я могу подтвердить свои слова перед Маат. — последовал за ним Саатхир, схватив Сета за руку, которой тот держал Исиду.        — Не лезь в разговор взрослых, мальчишка. — прошипел бог войны. Ему не нравилось, что все уходит из-под контроля. И Саатхир тоже.        — Дядя, прошу.        — Хм. — неопределенно хмыкнул Сет, отпуская Исиду. Но сказав напоследок. — В следующий раз придумай что получше, а то мне это уже наскучило.        Саатхир почувствовал что-то. Будто зашевелились волосы на затылке.        — Думаю, я развею твою скуку. — раздалось сзади, от чего и Сет, и Саатхир, и все боги замерли.        — Осирис! — первой отреагировала Исида, вскочив с трона и обняла мужа.        Это и правда был папа. Массивная мускулистая фигура, зеленая кожа и добрые черты мужественного лица. На голове сиял украшенный драгоценностями атеф, а на широкой крепкой груди висел золотой усех. Это был Осирис.        Сет сделал несколько шагов назад. Саатхир замер на месте.        — Исида. — Осирис нежно обнял свою жену и взглянул на старшего сына. Посмотрел на красные, словно кровь, волосы, убранные в косу. Странная эмоция проскользнула в его глазах, и Саатхир тут же поменял цвет своих волос на серебро.        — О… О-отец. — лишь сказал он.        Остальные боги удивлялись, радовались его появлению. Гор впервые видел своего отца и впитывал его черты лица, находя схожести и различия между собой и ним.        — Ты… как ты… что… — ошеломленно пытался что-то сказать Сет. Осирис посмотрел на него. — Ааа!        Бог пустыни яростно собрал песок вокруг своей руки и хотел было напасть на брата, как его остановили. Перед Сетом появилась улыбающаяся Ра.        — Суд еще в процессе, Сет. И до его конца веди себя, как подобает богу.        Сет гневно взглянул на богиню солнца, но промолчал. Она права.        — Давно не виделись, Осирис. — повернулась Ра к своим внукам, Осирису, Исиде и Саатхиру. Саатхир продолжал держать дистанцию от своих родителей, от чего богиня солнца умилительно улыбнулась и подошла к нему, обняв и прижав к себе. — Я даже понятия не имела, что ты все это время был жив. И безгранично рада тебя видеть в добром здравии.        Ра нежно пальцами обхватила щеки смущенного Саатхира и помассировала их, умиляясь румянцу на них.        — Где же ты пропадал? В Египте столько всего случилось, пока тебя не было. Например, твой сын стал богом, и весьма достойным богом. Ты гордишься им, ммм?        Осирис равнодушно посмотрел на Ра, напряжение между ними так и росло.        — Да. — кивнул бог возрождения и добрыми глазами взглянул на своего сына. — Я был в Дуате, мне пришлось присматривать за этим местом.        После он посмотрел на брата.        — Давно не виделись, Сет.        Бог пустыни стиснул зубы.        — Кажется, бог возрождения, ты изменился после воскрешения в Дуате? — улыбалась Ра, одной рукой обхватив Саатхира за грудь и и пальцем коснувшись одного ребра.        — Бабушка… — промычал бог крови.        — Не куксись, внучок, просто наслаждаюсь твоим нынешним обликом. — нежно пропела Ра. — Почему же ты не превращаешься в богинь, ммм?        — Тяжело. — честно ответил Саатхир. Не превращаться, а находиться в женском теле.        — Надо учиться, с женской грудью всегда так.        — Бабушка.        — Ладно-ладно. — оставила эту тему Ра.        Но не отпустила его. Она еще не полностью насладилась внуком.        — Осирис. — Ра взглянула на бога возрождения, выражение его лица оставалось равнодушным к ней. — Ты можешь восставать из мертвых по собственному желанию каждый раз, или здесь есть какой-то секрет? У всех, наверное, много вопросов. Особенно у Сета.        Осирис разомкнул свои объятия, и Исида с сожалением отпустила его. Бог возрождения направился к напрягшемуся Сету. Саатхир тоже не был расслабленным, и прижимающаяся к нему Ра это точно почувствовала.        — Ты, кажется, не верил в мое возрождение? — произнес Осирис, посмотрев на брата. — Раз уж есть место сомнениям, то стоит развеять их перед всеми.        Он обратился к ним.        — Богиня Ра, боги Эннеады. Я хотел бы воспользоваться этой возможностью и рассказать о произошедшем. Уделите ли вы мне немного внимания?        Вперед выступила Маат.        — Осирис.        — Судья Маат.        — На этом суде нет никого важнее, мы все ждали вашего возвращения. — улыбнулась богиня правды, остальные боги тоже были рады ему. — Потому нет причин для отказа, это мы просим вас принять участие в суде. С возвращением, Осирис.        Все боги вернулись на свои места, а Осирис предстал перед ними всеми на возвышении. Почти все боги, Ра так и не отпустила Саатхира. Она восседала на своем троне, а бог крови, весь смущенный, сидел на ее коленях. Ра улыбнулась и прижала самого любимого внука к своей объемной груди.        — Осирис. — Маат обратилась к богу возрождения. — Клянетесь ли вы здесь и сейчас говорить правду и только правду?        — Да, клянусь. — ответил папа, и его сердце оказалась на одной чаше весов, уравновесив их. На другой стороне покоилось перо Маат.        Сердце билось, значит Осирис живой.        — Он действительно жив. — прошлись шепотки по залу.        — Думаю, сперва я должен ответить на твой вопрос. — произнес Осирис, взглянув на Сета. — Как и сказала Исида, я воскрес в водах Нила. Стоя перед вами, я являюсь этому живым доказательством. Тогда мы с ней зачали ребенка. — теперь он посмотрел на плачущую Исиду, которую поддерживала Бастет.        После Осирис взглянул на младшего сына.        — И имя этого ребенка — Гор. Вне всяких сомнений, он мой сын.        Чаша весов неподвижна, значит все сказанное — правда.        — За сим мы можем признать, что Гор — сын Осириса. — объявила Маат, и Саатхир коротко улыбнулся. Значит, у него есть родной младший брат.        — Маат, опусти все эти утомительные формальности. — махнула рукой Ра. — Лучше сразу распросим о его жизни. Нам ведь всем интересно.        Богиня солнца весело улыбнулась.        — Осирис, не поведаешь ли нам, что же произошло в день твоего убийства? — спросила она, обняв Саатхира за плечи, и Осирис темным взглядом посмотрел на нее. — Расскажи все, что захочешь, скажем «меня убили вот так…». Или «меня убили, потому что…».        Саатхир замер в объятиях Ра, а потом задрожал, его золотые глаза были широко распахнуты и глядели в никуда. Почему… почему он дрожит? Что… что мелькает в голове? Что… так болит? Почему хочется плакать и смеяться, любить и ненавидеть?        Ра игриво провела пальцем по его щеке, отвлекая от размышлений.        — В тот день… — начал рассказ Осирис. — …мы с Сетом впервые сели за стол выпить. Мы много и долго разговаривали, алкоголь разрядил обстановку, и я расслабился.        Все внимали его словам, а Саатхир задрожал еще сильнее, пока Ра не прижала его к себе, тем самым успокаивая его и его колотящееся сердце.        — Однако… открыв глаза, я увидел Сета, склонившегося над моим телом. Я мог лишь наблюдать, как он делит его на девять частей. Затем я оказался в водах Нила. — закончил рассказ Осирис.        — Хочешь сказать, что ты даже не пытался использовать силу? — ехидно спросила Ра, а после обратилась к Саатхиру. — Внучек, не бери пример со своего отца, научит лишь плохому. Если ты сильнее, так будь сильнее, незачем позволять остальным… — острый тяжелый взгляд в сторону вздрогнувшего Сета. — …помыкать и издеваться над тобой. Даже если есть скрытые мотивы.        — Бабушка.        — Богиня солнца, на что вы намекаете?! — не сдержала своего пыла Исида.        — Разве тебе не интересно, Исида? — спросила ее Ра. — Тогда он был главным богом, и неважно, насколько был силен Сет, Осирис был известен своим бессмертием, как бог жизни и возрождения. Что уж говорить, если Сет не способен соперничать с Саатхиром, как же он тогда одолел его отца?        — Бабушка.        — Что ты «Бабушка», да «Бабушка». — Ра недовольно ущипнула ойкнувшего Саатхира за щечку. — Я уже несколько тысячелетий твоя бабушка.        Саатхир мило насупился, от чего Ра не сдержала своей довольной улыбки.        — Матушка. — вздохнула Маат. — Мы на суде. Осирис — свидетель, а не обвиняемый. Пожалуйста, воздержитесь от вопросов личного характера.        Ра лишь пожала плечами.        — На этом суде мы рассматриваем многочисленные преступления Сета. Прошу вас не забывать этого. — напомнила всем присутствующим богиня правды, игнорируя перешептывания Ра с Тотом.        — Моя дочь — такая сложная личность! Как ты вообще с ней уживаешься?        — Ха-ха-ха, вас все слышат. — неловко засмеялся Тот.        — Свидетель, можете спуститься.        — Так вот каким трусливым способом Сет заполучил власть Осириса. — зашептались прочие боги, присутствующие на суде. — Думаю, теперь его грехи ясны. Мы должны лишить его трона и выбрать наказание за страдания, пережитые Саатхиром.        — Трусливым… — протянул Сет, взглянув на шепчущихся. — И чем я отличаюсь от Осириса, который вытеснил Ра силой и встал во главе? Если подумать, то место на престоле больше подходит богине солнца, не так ли?        Тут вскинулась Исида.        — Не смей равнять себя и свои грехи с величием Осириса! Он был лучшим, его любили, поклонялись его мудрости и силе! В отличие от тебя, труса и предателя крови!        Ее слова запустили цепь грядущих событий.        — Точно! — широко усмехнулся Сет, посмотрев и указав пальцем на сестру. — Отлично сказано, Исида! Да, быть лучшим богом — значит быть сильным и умным!        Дядя вскинул руки.        — И здесь самый сильный бог — именно я! Есть ли среди вас тот, кто сможет одолеть меня?        Молчание ему в ответ, и Сет засмеялся.        — И какое же наказание ты хочешь для меня, племянничек? — спросил он и бросил короткий взгляд на Гора. Но посмотрел он на безмолвного Саатхира.        Несколько секунд тишины.        — Ладно. — согнулся он, чтобы чуть успокоить свой смех. — Как будто вы сможете чего-то добиться от меня на этом идиотском суде.        Он гордо вскинулся, вся его фигура насмехалась над ними, излучая ауру величия и силы.        — Я стал сильнейшим богом. Как когда-то это сделал Осирис. Моя сила… — над его ладонью собрался песчаный вихрь. — …и закон, и справедливость.        Но тут грянул гром. Сет насторожился. Не только он. Боги заозирались по сторонам, на храм Маат опустилась полутьма, будто солнце потемнело. Но оно не потемнело, это тучи закрыли его от взора ходящих по земле.        Шу посмотрел на свою супругу, Тефнут, но и она недоумевала. Кто имеет власть над погодой, помимо нее?        Есть один бог.        Сверху полился кровавый дождь, от чего песок, вызванный Сетом, стал мокрым и тяжелым. По стенам зазмеились растения, на стеблях которого расцвели белые лотосы. Кровь уже скопилась в лужи, благо, что боги не попали под кровавые капли.        Все пораженно смотрели на мрачного Саатхира, взирающего на Сета. Лишь Ра гордо улыбалась от демонстрации силы ее внуком.        — Дядя. — вибрирующим голосом обратился бог крови к Сету. — Уважайте суд Маат, иначе я утоплю ваши пустыни под кровавым морем.        Сет стиснул зубы. Он и забыл, что на племяннике благословение Тефнут, богини влаги, дождей и четырех сезонов. Проблема, не говоря уже о божественной природе самого Саатхира. Как бога жизни, его не убить. В его власти река Саат и Красное море, пусть Саатхир никогда не вызывал наводнения, но он на это способен. И про аспекты природы, крови и жертвенности не стоит забывать.        Саатхир ослабил его бдительность, мрачно подумал Сет. Послушностью, уязвимостью и всецелым подчинением. Сет этим наслаждался, пытал и издевался над ним, а Саатхир терпеливо ждал.        Строил храмы, набирал верующих, завоевывал популярность у народа, который в свою очередь страшится его. По количеству последователей Саатхир уступает лишь Ра.        Сету придется подчиниться. Но не сдаться или забыть.