Stay with me

      С этого инцидента прошло целых четыре года. За это время Чонгук стал ловеласом, главным обсуждением среди девушек. Но если бы они только знали, кому принадлежит сердце Чона, вот уже больше пяти лет, стали бы приставать на каждом шагу? Это раздражало Чонгука. И очень сильно. А Тэхён, который стал намного краше за эти годы, пусть и не мог похвастаться кубиками пресса или бицепсами, в отличии от Чона, смеялся над ним и пытался успокаивать, говоря: «Это природа девушек — если ты объект её обожания, то она от тебя не отлипнет. Так что, просто наслаждайся моментом». И Чонгук послушался его совета. Он стал флиртовать с каждой, что посмотрит в его сторону, но не подпускал к себе. А Тэхён даже поверил, что Чон поменял свою ориентацию с асексуала на гетеросексуала. Сколько Тэхен знал себя, у Чонгука никогда не вставал член: ни на девушек, ни на парней. И он не понимал, как друг живёт с этим. Потому, что сам Тэхён был уж слишком пошлым. У него было множество кинков — хоть, те же звуки шлепков. Дошло как-то до того, что у Тэ начал вставать даже на обнаженный торс собственного друга, но Чону это знать не обязательно. Не хочет Ким портить их дружбу.       Чонгук знал все фетиши парня и частенько пытался того спровоцировать — ему слишком нравилось смотреть на красное лицо Тэ. Во время занятий в универе, Чонгуку нравится поглаживать бёдра Кима под низким столом, так как это была самая сильная эрогенная зона друга. А Тэхён пытался скрыть, как плавится от таких прикосновений. ***       — Чонгук, ну хватит, так не честно, — Ким пытался освободиться от крепкой хватки Чона и от его губ на своей шее.       Было слишком хорошо. Тэхен почувствовал приятное покалывание внизу живота, предвещающее незамедлительное начало эрекции.       — Почему у тебя не встаёт? Я тоже хочу над тобой поиздеваться, — обижено сказал Ким, когда Чон наконец его освободил.       Тэ уселся на свою кровать в их совместной комнате. Жили парни вместе, в общежитии. Можете представить, как был рад этому Чонгук?       — У меня нет фетишей. Я не такой распутный, как ты, — гордо заявил Чонгук.       — Ах так! Тогда сегодня будем смотреть порно разных видов: групповуху, гейское, лесбийское. Я заставлю твой «агрегат» восстать из мертвых! — радостно сказал Тэхён.       — Ну пробуй, — улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой Чон.       — Ну попробую!

***

      К вечеру, когда Чонгук пришёл уставший из спортзала, в тесной комнате, его с нетерпением ждал Тэхён. Он скачал пару десятков видео, разных направленностей. Расставил на столе соджу и закуски.       — Давай, садись, и выключи свет, пожалуйста.       Чонгук сделал всё, как ему велели. Сам он, только что, вышел из душа.       — Слушай, думаю это бесполезно, — устало отозвался Чонгук, присаживаясь рядом с другом.       — Не ворчи. Сейчас все будет. Начнём с гейского — жопой чую, что ты гей, хоть мне и не говоришь. А прятать секреты, не хорошо, — пошло ухмыльнулся Ким и включил «видео с парнями» на ноутбуке, а сам уселся сзади Чонгука.       Тэ налил другу соджу и придвинул закуски поближе. Таким образом, он пытался расслабить Чона.       Тэхёну, если честно, было пофиг с кем: с девушкой или парнем. Сам он, еще год назад понял, что его тянет к обоим полам одинаково. А это означает, что он бисексуал. Говорить другу об этом Тэ не решился. А вдруг Чона это расстроит?       — Это жутко мне не нравится, Тэ.       — Окей, тогда лесби!       — Они слишком громкие, слух режет.       — Боже… тогда что тебя удовлетворит?       — Нет чего-нибудь по нежнее?       — Да ладно…       — Да.

A few minutis later

      — Они скучные.       — О Боже… я даже соджу тебя напоил! У тебя не встал, зато я себе не хилую проблему создал: теперь придётся час в душе торчать, агрх…       — Сам виноват, — улыбнулся Чон и уже прилично пьяный, поплёлся в… нет, не в свою кровать, а кровать Тэхёна.       У Чонгука был фетиш. И это Тэхён. Но Киму это знать не обязательно.

***

      — Пак, привет! — громко проговорил Чонгук и полетел с раскинутыми руками на милого парня, невысокого роста, с аккуратными пухлыми губами и очаровательной улыбкой.       — Гуки! Как ты? — радостно отозвался Чимин, обнимая в ответ своего друга, с которым он познакомился в первый же день учёбы в университете, — А где Тэхён?       — А… он вчера целую ночь был со своей девушкой, — улыбнулся Чон, а внутри него всё распирало от ревности.       Когда Чонгук услышал об этом, он не знал, что и делать: радоваться и поздравлять друга или плакать от грусти и ревности. ***       Всё, что позволил себе сделать Чон в этот день — тихо обнять и поздравить парня.       — Я хочу с ней познакомиться, — сказал тогда Чонгук и разорвав «братские» объятия, посмотрел в глаза Кима.       — Ты реально хочешь с ней познакомиться? — с каким-то удивлением и тенью страха, спросил Тэхён.       — Абсолютно! Я хочу посмотреть на ту, которая смогла заинтересовать тебя не только на ночь или даже на день.       — Она очаровательна! Я обязательно вас познакомлю! Спасибо дружище, ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя люблю… Ты лучший.

«А я от тебя без ума, не по дружески»

***       — Тот день пролетел незаметно, — усмехнулся Чонгук, смотря на Чимина, который в свою очередь, внимательно слушал Чона, — Он в неё бесповоротно влюбился, дурачок, — парень грустно улыбнулся, что не осталось незамеченным для Пака.       — Ты его любишь. — это было утверждение с точкой в конце.       Чимин мило улыбнулся и положил руку на плечо удивлённому Чонгуку, успокаивая.       — Почему не сказал ему?       — Ты… я… мы… знать… — эмоции зашкаливали Чонгука, не давая возможности связно говорить.       Его раскрыли. Неужели всё было так очевидно? Чимин с силой сжал плечо парня, что бы Чонгук вернулся в реальность.       — Я давно замечал в тебе это: твои томные взгляды, сверкающие глаза, когда его видишь, ваши игры во время учёбы… Да тут только слепой не поймёт, а я не слепой, Гуки, — всё ещё с улыбкой на устах, сказал Чимин.       — Я опоздал, да? Тут и тупому понятно, — грустно усмехнулся Чон и поднял голову к небу.       Он пытался остановить слёзы, которые стремились вот-вот вырваться наружу.       — Пока у человека, Господь не отберёт жизнь, ничего не поздно. Пытайся, чувствуй, люби, будь сумасшедшим, признавайся. Главное успеть, ибо потом будет поздно, — во влажных от слёз глазах Чимина, отразилась грустная улыбка, — Пока у тебя бьётся сердце, помни — ты можешь всё, — дотронувшись до груди раскрытой ладонью, сказал Пак, — Действуй, пока не поздно.       Чонгука распирало от чувств, он хотел сейчас подняться со скамейки и забежать в чужую квартиру, что бы обнимать и целовать, признаваться в любви, присваивая Тэхена себе, и давая понять, что не собирается делить его ни с кем другим. Чон хотел всего этого, но перед глазами всплыл образ счастливого друга, окрыленного любовью… Чужой любовью, не Чонгука.       — Я не хочу портить ему жизнь. Тем более, он не гей.       — Ты тоже не гей, — спокойно сказал Пак, — ты просто любишь одного человека. Ты не влюбляешься в пацанов, ты любишь одного единственого.       — А как тогда объяснить неприязнь к девушкам?       — У тебя есть мама? — поинтересовался Чимин, а Чонгук на этот вопрос нахмурил брови.       — Есть, — коротко, без эмоций ответил парень.       — Где она? — боясь спугнуть или наоборот вызвать гнев, Пак смягчил голос на столько, на сколько был способен.       — Бросила меня и сидит себе сейчас, где-нибудь за границей. Я не знаю и мне не интересно.

«Нашёл»

***

      — Абонент временно не доступен, перезвоните позже или оставьте голосовое сообщение, — уже двадцатый раз подряд говорил автоответчик.       Тэхёна не было ни в универе, ни в квартире, почти три дня. На протяжении первых двух дней, Тэхен говорил, что уехал в другой город со своей девушкой, а сегодня его телефон был отключен. Чон не мог найти себе места, а Пак утешал его, говорил, что Тэ уже большой мальчик и с ним точно всё в порядке. Хотелось бы и самому Паку в это верить.       — Поспи…       — Чимин! Какой сон? Его нет уже три дня! — вскипал Чонгук и еле сдерживался, что бы не грохнуть что-нибудь в комнате.       — У тебя есть номер его родителей?       — Точно!

***

      Как только Чон дозвонился до родителей Кима, то узнал, что Ким сейчас был пьян и просил никому не звонить. А самое главное, не звать Чонгука. Что именно случилось, Чон не понял, потому что он оборвал родителей Тэ на полуслове: — Я еду.       Чимин конечно, тоже поехал с ним. Он не хотел, что бы с Чонгуком что-то случилось, тот сейчас хуже самого трезвого маньяка на улице — мог просто на просто кого-то убить и совесть бы его ничуть не мучила. Потому, что сам виноват — кто просил пересекать дорогу Чонгука, который был хуже Сатаны сейчас?       Когда Чонгук, спустя три часа, доехал до дома Кимов, то немного успокоился, а Чимин плёлся за ним, как за своим хозяином.       Чонгук постучался в дверь. Открыла мать Тэхёна, её лицо было в глубокой печали.       — Он заперся в своей комнате с кучей алкоголя. Отец пытался его утихомерить, но безрезультатно, он даже его не слушается. Уже около суток там сидит и песни какие-то поёт, а потом музыка отключается и через пару часов снова по кругу, — женщина жестом пригласила их домой и показала комнату Чонгуку.       — Здравствуйте, — смущённо поздоровался миниатюрный Чимин, — Я Пак Чимин, рад нашему знакомству. Я друг Ким Тэхёна.

***

      Пока Чимин знакомился и пытался подбодрить родителей, Чонгук подошёл к двери и постучался.       — Отлите в копу, — что- то пробубнил Тэхён, а Чонгук так и не понял что.       — Тэ, это я Чонгук… — никто не ответил ему, — Что случилось? Ты же знаешь, что можешь мне доверять, я выслушаю тебя и буду рядом, мы же… друзья, лучшие друзья, не разлей вода, — Чонгук ждал, когда парень откликнется и откроет ему дверь.       Но была тишина. И песня Радриго «good 4 u» тоже утихла.       Чон знал, что стоять около двери бесполезно, но и уйти не мог. Поэтому присел, прислонившись к деревянной поверхности. И ждал…       Ждал целых четыре часа и сидел, не меняя положения. К нему пару раз приходил Чимин и приносил еды с кухни, на что Чонгук отвечал: «Пока Тэхён, сидит там, в хлам пьяный и голодный, я в рот себе и крошки не возьму». Чимин понимал его, сам таким был, поэтому оставлял Чона наедине с самим собой. И случилось чудо…       Дверь открылась только к часу ночи, когда уже все спали.       — Гуки… — дрожашим голосом позвал его Тэхён, еле найдя силы, чтобы приоткрыть дверь.       Чонгук, услышав своё имя, резко развернулся и увидел перед собой совсем не того Кима, которого он знал. Всегда весёлый и энергичный парень, сейчас смотрел на него совсем потухшими, темными глазами, под которыми пролегли отчетливые тени.       — Зайди, — и Чонгуку дважды повторять не надо.       Первое что он сделал, это крепко на крепко обнял своего друга и зашёл в комнату.       Чон не отпускал Кима до тех пор, пока Тэхён не стал краснеть от недостатка воздуха в лёгких. Чонгук сразу отстранился от друга. Рассмотреть Кима в темноте было крайне сложно, поэтому он сразу включил свет в комнате.       По всему полу валялись бутылки спиртного и Чон только сейчас почуял запах в комнате. От этого запаха хотелось блевать, поэтому он решил, что сперва приберется в комнате, и проветрит её, как и голову Кима. А потом уже поговорит с другом. Общатся в такой атмосфере было жутко.       Как только всё стало чисто, Чонгук усадил, стоящего около двери Тэхёна, на кровать.       — Так что случилось? — обеспокоено спросил Чон, смотря прямо в глаза, наполненые горем.       — Бросила…

***

Спустя час разговоров по душам, Тэхён пришёл в себя, улёгся на коленях Чона и стал болтать с ним о всякой ерунде. Они болтали о многом. И Ким тут понял, что ему очень даже приятно с Чоном, легко и комфортно. А Чон сидел на кровати Кима и игрался с волосами Тэхёна. Какое же облегчение — быть рядом с любимым человеком.

— Кстати, мне понравилась песня «good 4 you». Девушка прекрасно исполнила эту песню, — как бы, невзначай, сказал Чонгук, а Тэхён в шоке поднялся и уставился на Чона.       — Да ладно?!       — Да.       — А… почему? А, стой, когда ты успел? — затараторил Тэхён и прилично уселся.       — Просто решил понять, в чём подвох песни, а оказывается все дело было в лирике. Мне она понравилась, — Чонгук искренне улыбнулся, — Ладно, давай спать, завтра в универ, — и Чон начал подниматься с дивана, освобождая его для Кима.       — А ты куда? — спросил Тэ, когда заметил, как Гук выходит из комнаты.       — Спать, на диванчик, а что?       — Ты реально дебил, да?       — Говорит тот, кто рыдал тут из-за какой-то бабы, — усмехнулся Чон и до Тэхёна только сейчас дошло, насколько его друг красивый.       — Давай, ложись, вместе будем спать. Если ты конечно, не брезгуешь своего друга алкаша, — это слово — «друг», стало настолько болезненным для Чонгука, за эти пять лет…       Но ничего не поделать, Чон согласился.