Aspire to inspire me

Антон даже не заметил, как пролетело время. Просто в один день он взглянул на календарь, а там написано «16 октября». Очень много произошло почти за месяц в его жизни. Бабушка все еще снилась ему иногда, но Шастун понял, что это не так страшно, поэтому жил моментом, так всегда говорила любимая бабуля, хотя кто знает, что будет дальше... А на большинство событий повлияла небезызвестная нам Ира Кузнецова. Дело в том, что она ни с того ни с сего начала жестко клеиться к Арсению Сергеевичу. И не то, чтобы это так сильно бесило... Да, это бесило. Очень. До невозможности. И описать все это не получалось. Почему он чувствует неприязнь к Ире из-за этого? Непонятно. И вот прошел уже почти месяц, а неприязнь никуда так и не делась. Как была, так и осталась. Это угнетало настолько сильно, что иногда даже хотелось курить. А Шастун никогда этого не делал и не собирался... *** Антон прошел на кухню. У его мамы сегодня выходной, чему он очень рад, ведь она работает без остановки. Мама приготовила его любимые блинчики, и их запах чувствовался даже из комнаты парня. Шастун широко улыбнулся и сел на стул, стоящий рядом с маминым. — Наконец-то у тебя выходной, отдохнёшь хоть от работы, — радостно проговорил Антон, широко улыбаясь и кладя в рот один блинчик. — И не говори, — выдохнула мама. — Ой, Тош, ты не опаздываешь? Время-то уже, смотри, 8:10, — проговорила женщина, посмотрев на время в ее телефоне. — Ой, и правда, думаю, что мне пора, удачи тебе отдохнуть, пока-пока, — снова улыбнулся Антон и, чмокнув маму на прощание в щеку, покинул кухню, прихватив с собой еще несколько блинчиков. Парень быстро переоделся и вышел из квартиры, а потом и из дома. Погода и правда стала холоднее, хотя казалось, куда уж холоднее? Но это Питер, детка, тут все возможно. Ветра на улице не было, но это не отменяло мороз, который так и норовил превратить увешанные кольцами пальцы Антона в ледышку. Но, несмотря на погоду, Шаст старался не унывать, хотя знал, что сейчас он придет в школу, а там снова эта Ира. Главное растянуть момент, где он ее не видит... Блять. «Вспомнишь говно, вот и оно,» — подумал парень, рассматривая фигуру девушки, идущей впереди. Сегодня она вырядилась как-то по-особенному: очень короткая юбка, кожаная куртка с какими-то значками, а остального он видеть не мог, она все-таки шла впереди. «И что это она так вырядилась, блин? Что ей вообще от Арсения надо?» — думал он. Видимо много думал, раз не заметил, как быстро оказался рядом со школой и это пешком! Вокруг было очень много детей разного возраста, надо же, раньше Антон даже не задумывался, насколько их школа огромна. Он остановился прямо напротив нее, Шастун ждал своих друзей, которые должны вот-вот подойти. Вдруг на его плечо приземлилась рука. «О, Сережа, наверное» — подумал Шаст и обернулся. — Привет, Антон, как дела? — «ты не Сережа...» — Здравствуйте, Арсений Сергеевич! Все хорошо, а вы как? — Шастун расплылся в улыбке, ожидая ответа любимого учителя. Но договорить ему не дали, послышался звук цоканья каблуков и через секунду Антона отпихнули в сторону. Ирина встала перед Арсением и обворожительно улыбнулась. — Арсений Серге-евич! — приторно-мило протянула девушка. — Здра-а-авствуйте! Как у вас дела? — продолжала она. «Тебя никто не спрашивал. Уйди.» — думал Антон и смотрел на нее так злобно, он будто прожигал взглядом. Желание уйти нахуй отсюда увеличилось в геометрической прогрессии. — Привет, Ир, у меня все хорошо, у тебя как? — «все, идите нахуй все, пожалуйста». — Я вот хотела спросить... Я собираюсь сдавать ваш предмет на ЕГЭ, нет ли каких-то допов? — видели бы вы лицо Шастуна в этот момент. Меньше всего он хотел бы, чтобы в их с Арсением допы вмешивался кто-либо еще, а особенно Ирина Кузнецова. — Есть. Можешь прийти в понедельник к нам на допы, — улыбнулся Арсений, — мы с Антоном будем тебя ждать, — Шастун не выдержал. Он развернулся и буквально вбежал в здание. Меньше всего в этой жизни он бы хотел, чтобы Ира влезла в их с Арсением дополнительные. Это уже слишком. — Хорошо, я приду, — кивнула Ира, продолжая смотреть на учителя. Но лингвиста уже не волновало ничто. Он заметил уход Антона и насторожился. Что произошло? Что он такого сказал? Антон обиделся? Но на что? На него? Арсений тоже скрылся в дверях школы, оставляя Иру одну во дворе. Антон сидел за своей третьей партой, когда в класс зашли Оксана и Серёжа. Они нашли Шаста взглядом и быстро подошли к нему. Он одарил их взглядом, который читался «убейте меня». Оксана, видимо, сразу поняла, что что-то не так, поэтому взволнованно спросила: — Что успело случиться? Антон? — Кузнецова, — по одному слову ребятам стало все понятно, дальше никто ничего не спрашивал, чтобы сильнее не злить друга. *** На английском в этот день Шастун вообще не хотел появляться. Но его уговорила Оксана. Она сказала, что ничего не будет, и Антон хочет ей верить, правда. А еще он хочет верить, что Ире интересен английский, а не прекрасный учитель по нему. Но все же он слишком наивен. Антон тихо зашел в класс и накинул на голову капюшон своей черной толстовки. Он сел один за самую последнюю парту. Оксана решила его не беспокоить и села с их одноклассницей — Катей Каноновой. Она хорошо понимала английский и относительно нормально общалась с Оксаной. Антону сейчас действительно лучше побыть одному. Шастун сидел и смотрел в одну точку. Он ждал, когда придёт Арсений, но его все не было, это странно. И вот, когда до звонка оставалось 2 минуты, в класс зашел, нет, забежал учитель. Он был запыхавшийся, но все равно красивый. Лингвист встал рядом со столом и начал выискивать взглядом одного зеленоглазого кудрявого парня, который куда-то подевался. Когда они, наконец-то, встретились взглядами, Антон увидел, насколько Арсений расстроен, но... почему? Парень уже хотел ему написать, как вдруг... — Арсений Сергеевич, а что мы сегодня будем проходить? — Шастун закрыл глаза и тяжело вздохнул. Слова по типу «да тебя никто не спрашивал!» или «боже, завали ебало!» так и норовили вырваться, но Антон держался молодцом. — Мы будем решать пробник к тесту, который будет на следующей неделе, — приветливо ответил Арсений. Он говорил с Ирой, но смотрел на Антона, который уже поднялся с места, чтобы покинуть этот злосчастный кабинет, но звонок на урок не позволил ему этого сделать. Парень поморщился, выдохнул и сел на место. Начался урок. Ира часто выкрикивала что-то, иногда даже не в тему. А Антон просто смотрел на Арсения и улыбался. А потом, когда слышал голос Кузнецовой, отводил взгляд и вздыхал. — Так, ребята, предложения, в которых нужно поменять форму слов в скобках вы видите, Оксана к доске, все пишем, — сказал Арсений Сергеевич и взял в руки телефон. Через пару секунд Шаст услышал звук уведомления и потянулся за устройством. Арсений Попов, 12:50 — Антош, все хорошо? Шастун улыбнулся. О нем заботятся. Схавала, Кузнецова? Антон Шастун, 12:50 — Ага:), абсолютли Арсений Попов, 12:51 — Точно? Ты какой-то странный сегодня с самого утра (( Антон Шастун, 12:51 — Точно)), кстати, Ира теперь ходит с нами на допы? Здесь Антон искренне надеялся, что ответ будет «нет», но он наивен, к сожалению. Арсений Попов, 12:51 — Ага, теперь не так скучно будет)) «И на что я надеялся?» Антон Шастун, 12:52 — М. Понятно. Шастун положил мобильник рядом с собой и посмотрел на доску, на которой уже были выведены правильные предложения. Оксана как будто знала, что сегодня ее спросят. Вчера она кидала в чат картинки с учебником по английскому. Она говорила, что решила подготовиться, чтобы если что не ударить в грязь лицом. Что ж, у нее это получилось, она села на место, как только услышала «да, все верно, молодец». Фролова взглянула на друга, который одобрительно кивнул и улыбнулся. *** После английского была геометрия. И математичка решила устроить внеплановую контрольную работу. — Заебись, спасибо нахуй, — прошипел Матвиенко, сидящий рядом, когда получил свой лист с заданиями. Антон отреагировал почти так же, как и его друг, ведь задания были нереально сложными. Сама контрольная состояла из пяти заданий, в каждом из которых было еще по несколько пунктов. И на все это отводится 45 минут. «Спасибо, любимая математичка, порадовала, подняла настроение,» — думал парень, выписывая на листке в клетку очередное доказательство для задачи. Время тянулось слишком медленно, а это обычное явление, когда очень не любишь тот или иной предмет в школе. И когда наконец-то прозвенел спасительный звонок с урока, Шаст первым сорвался с места и, быстро кидая листок с, внимание, написанными четырьмя заданиями из пяти на стол, покинул класс. — Ну что, как работа? Сложно? — Подошла к Антону Оксана, которой, между прочим, не было на контрольной, так как Татьянка, то есть Татьяна Николаевна — учительница по истории, попросила ее зайти для обсуждения курсов, на которые девушка была записана еще с начала сентября, но учительница это, видимо забыла, теперь бедной Оксане придется ходить на курсы по истории два раза в неделю вместе с некоторыми другими одноклассниками, одной из которых является Маша Васнецовская — староста класса, поэтому Фроловой и не было. Да еще и так удачно, прям на геометрии. — Ну так, я решил большую часть, так что нормально, — улыбнулся Шастун. — Вот нахуя нам контрольная в пятницу, блять? Зачем просто? Это главный вопрос. — У математички своя логика, придется смириться, к сожалению, — выдохнула девушка. — А ты не умничай тут, она сказала, что те, кто не писал, обязательно напишут, ведь это такая важная работа, что пиздец просто, — поднял парень указательный палец вверх под конец фразы. — Меня бесит Ира... — перевел тему, так перевел, ничего не скажешь. — Зачем ей Арсений? Я просто не понимаю, понимаешь? — Оксана кивнула. — Почему она выбрала его, а не биолога, например? — У биолога Сережа, — пожала плечами Фролова. — Это уже точно понятно, — она улыбнулась. — А вот Арсений... — она посмотрела на Шастуна, который грустно опустил взгляд. — Она просто не видит преград, возможно... Не знаю, Антон, это сложно... Тебе не стоит так переживать, наверное. — Наверное, — хмыкнул Шаст. — Ладно, сейчас не лучшее место и время для раздумий. Где там Сережа? — именно в этот момент дверь кабинета открылась, и оттуда вышел рассерженный Матвиенко. — Ебал я эту геометрию, — подвел он итог. *** После школы друзья договорились сходить в торговый центр, который находился в 10 минутах езды на автобусе от школы. Он представлял собой большое трёхэтажное здание, наполненное кучей разных магазинов одежды, техники и прочей херни. Этот тц открыли относительно недавно, поэтому он считается крутым. Сейчас там тусит вся современная молодёжь, а Серёжа, Оксана и Антон еще там не были, поэтому это надо скорее исправлять. — Да я вам говорю, там ахуенно, — сказал Сережа, выходя из школы. — Там уже все наши одноклассники были, а мы как лохи, давайте сходим? — Только недолго, а то настроения нет как-то, — вздохнул Антон. — Наоборот отдохнешь от Иры, тебе полезно будет, можно ещё в киношку сходить, она там тоже есть, — улыбнулась Оксана. — Ну хорошо, — согласился Антон. Как же ему повезло с друзьями. Внутри торговый центр казался даже более огромным, чем снаружи. В нем располагались самые известные магазины одежды или косметики, на втором этаже был фуд корт и кинотеатр. Людей там сейчас было много, все-таки пятница, вечер. Но друзьям без разницы, они отдыхают и веселятся по полной. После фильма, который выбрал Сережа (больше ребята никогда не доверят ему выбор фильма), они пошли поесть в фуд корты. На этаже было сразу несколько ресторанов быстрого питания, глаза аж разбегались. Ребята выбрали стол и сделали заказ. Сережа остался ждать, когда на экране загорится их номер заказа, а Антон и Оксана помыли руки и сели за стол. — Тут ахуенно, — подвел итог Шаст. — Хорошо, что мы сюда пришли и тут... — все это время он смотрел по сторонам, и вдруг резко замолчал. — Афигеть, да ладно... — проговорил он. — Кого ты там увидел? — поинтересовалась Окси. — Окс, там Арсений, он не в фуд корте, а рядом, только что вышел из магазина одежды, — улыбнулся Антон. — Я могу... Пойти поздороваться? — аккуратно спросил парень. — Конечно можешь! Давай, удачки, — улыбнулась Фролова. И Антон встал с места и пошел к Арсению, который уже подходил к эскалатору. — Арсений Сергеевич! — крикнул он. Мужчина обернулся и посмотрел на него. Через секунду на его лице расцвела улыбка. — Здравствуйте, — Антон тоже улыбнулся. — Привет, Антош, ты какими судьбами здесь? — спросил лингвист. — Я? Да мы с друзьями... — Арсений Сергеевич! — блять. Только не она. Она что, следит за ним?! Почему она всегда появляется в самый неподходящий момент, почему? — Ира! Ты тоже тут, ну ничего себе! — улыбнулся Арсений. Антон фыркнул и развернулся, чтобы уже уйти. Он не хочет злиться еще сильнее. Злиться? Но на что? — Антон? Ты куда? — спросила Кузнецова, когда увидела его. — Да так, пора идти, всего самого хорошего, — натянуто улыбнулся парень. — До свидания, — тут его резко схватили за рукав. И это даже была не Ира. — Арсений... — тот резко наклонился и прошептал ему на ухо что-то вроде «Антош, что случилось?», и от этого мурашки прошлись по всему телу. Антон выдохнул. — Все хорошо, простите, меня ждут друзья, до дополнительных! — махнул рукой Шастун и удалился. Уже за столиком он увидел, как Попов попрощался с Кузнецовой и ушел к выходу. — Она, блять, таскается с ним везде! Где бы я его не встретил, везде она! Это же как... и почему? — обреченно спросил Антон, падая лицом в ладони. — Да ладно тебе, Тох, когда-нибудь она отстанет, — ответил Сережа, который уже успел вернуться с подносом в руках. Парень посмотрел на него взглядом «еще одно слово — убью» и тот замолчал. — Ладно, я пойду, я не голоден, хорошего вечера, — сказал Шаст и встал из-за стола. — М-да... Тяжелый случай, — выдохнула Фролова, когда друг вышел из фуд корта. *** Выходные прошли жутко скучно. Антон почти не выходил из дома. Только разве чтобы мусор выкинуть или в магазин. Он не гулял с друзьями, так как настроения не было. Шастун занимался самокопанием эти два дня. Он не мог понять, почему же чувствует эту злость или даже отчаяние. Просто когда он видит Иру с Арсением, просыпается что-то непонятное, не похожее на все остальные эмоции, и это безумно сложно. В итоге парень так и не пришел к единому выводу. Все слишком тяжело и сложно. Все слишком неправильно и как-то не так. Единственное, парень понял то, что раньше этого «чувства» он не испытывал никогда. «Надеюсь, что я обязательно разберусь с этим,» — подумал Шаст перед тем, как уснуть поздним воскресным вечером. Он настолько устал ничего не делать, а только думать, что сон охватил его гораздо быстрее, чем он думал. *** — Опять по новой... — устало протянул Антон, выключая будильник. Утро явно стало недобрым. На улице хлестал дождь, голова немного кружилась и болела, и есть хотелось очень сильно. Шастун кое-как поднялся с кровати и прошел на кухню, где мама заботливо оставила для него недавно приготовленный омлет. Парень быстро поел, переоделся и вышел из квартиры. Все бы хорошо, но он забыл блядский зонт! Сука! И вот Антон стоит у ебаной остановки уже 10 минут и ждет такой же ебаный автобус, пока его с ног до головы обливает дождь. Не жизнь, а мечта! Когда Шаст добрался до злосчастной школы, он был неимоверно счастлив. Первые несколько уроков пролетели незаметно, но все хорошее когда-нибудь кончается. Алгебра жестко застопорила этот процесс. Математичка беспощадно вызывала к доске и заваливала, и Шастун, к сожалению, не стал исключением. Получил заслуженную тройку и сел на место. Биологию Антон не очень любил, в отличие от друга, который как обычно внимательно слушал. На ней парня не спросили и на том спасибо, как говорится. Потом была физика и физра, на которой ребята решили поиграть в баскетбол. Хоть где-то Шасту повезло с его ростом. Они обыграли вражескую команду на один балл. И, кстати, последний мяч забросил именно Антон, трёхочковый, кстати, он был безмерно рад. Весь тотальный пиздец начался на последнем уроке, а вернее под его конец. Ира достала расчёску и причесала волосы прямо на уроке, а потом и вовсе косметичку взяла из рюкзака. Для Арсения красится что ли? Ну не-е-ет. Прозвенел звонок, Шастун бросил друзьям «пока», и, когда те пожелали ему удачи, покинул кабинет. Он быстро добежал до 230, подождал, пока все ученики покинут его и зашел внутрь. Арсений Сергеевич заполнял какой-то журнал, но, когда увидел парня, он улыбнулся и помахал рукой. — Привет, Антош, — мягко сказал он. — Здравствуйте, — засиял парень. — Как у вас дела? — Стабильно... Получается, ждем Иру? — максимально аккуратно спросил Арсений. — Да... я буду скучать по урокам без нее, — тихо добавил Шаст. — Я тоже... — еще тише сказал учитель. Вскоре пришла Ира, вся такая разукрашенная и ухоженная. Она села за одну парту с Антоном, чем еще больше разозлила. Обычно уроки с лингвистом были комфортные и родные, но сейчас... Сейчас было не так. Ира старалась выпендриться, показать, что она в сто раз умнее. А Шастун такое не любил. Он чувствовал себя не в своей тарелке, совсем. Сегодня парень впервые хотел, чтобы этот час поскорее закончился. Это. Было. Ужасно. Кабинет он покинул первым, злость и то самое непонятное чувство были на пределе. Хотелось закрыться где-то и поплакать. Шастун дошел до дома очень быстро, причем пешком. В квартире было пусто, прям как на душе. Но вдруг Антон вспомнил, что недавно соседка отдала его маме ключи от крыши! Это же так круто! Осталось их отыскать... Антон потратил 30 минут, чтобы найти ключи, которые были на комоде! Прямо перед глазами! Злость стала еще сильнее. Парень почти в гневе накинул куртку и вышел на лестничную клетку, даже не закрыв за собой дверь. Лестница на крышу находилась почти на каждом этаже, за исключением первого и последнего, вот такое вот странное построение дома. К счастью на этаже Антона выход был, поэтому он с легкостью открыл дверь и поднялся по лестнице наверх. Вид на крыше открывался очень красивый. Антон жил не в самом богатом районе Питера, но и отсюда было видно абсолютно все. Вечерний Питер как на ладони. Ветер трепал пшеничные волосы, закат разукрашивал небо розовой краской с каждой минутой все сильнее, и это... заставляло забыться. Забыть обо всем. Ничего не думать и просто наслаждаться моментом, именно этим, никаким другим. Антон любит место, где живет, он не жалеет, что переехал, нисколечко. Шастун не думал, не следил за временем, он смотрел на закат, стоя недалеко от края. Сначала было страшно, что упасть легко, но потом стало привычно. Парню хотелось разобраться со своими чувствами, нужен был кто-то, кто будет мыслить холодно, чтобы этот кто-то не знал Антона настоящим, а такой человек, кажется, есть. Правда ему Шаст не писал уже полтора месяца, и помнит ли этот человек о существовании парня? Но попробовать стоит, ведь кто не рискует, тот не пьет шампанское. Антон аккуратно сел подальше от края и зашел в контакты. Он нашел тот самый номер и, немного подождав, написал ему: Вы, 20:20 — Привет... Вряд ли ему вообще ответят, ведь в прошлый раз парень отверг предложение подружиться от этого человека, если можно так сказать. Отверг, но контакт подписал, один вопрос: зачем? Правда уже через пару минут пришел ответ. Неужели... Сюша, 20:22 — Привет! Ничего себе, не думал, что ты мне еще когда-нибудь напишешь... Что-то случилось? Вы, 20:23 — Ну... Можно и так сказать. Дело в том, что мне нужен человек, который меня не знает, но сможет помочь... Сюша, 20:23 — Что такое? Вы, 20:24 — Как можно назвать отчаяние, злость, безысходность и так далее по списку вместе, по отношению к одному человеку, когда этот человек находится рядом с другим человеком, который тебе очень важен? Я знаю, что звучит бредово, но... как есть... Сюша, 20:25 — Это называется "ревность" Сюша, 20:25 — А что? Сюша, 20:26 — Ты тут? Сюша, 20:27 — Антон? А что Антон? Антон в ахуе. Во-первых, это было настолько логично, но парень этого не понял, или понял, но не хотел принимать тот факт, что он ревнует Арсения к Ире, а во-вторых, Сюша знает его имя, хотя логично, что если он хотел познакомиться, значит знал его имя... или нет? Шастун запутался, Шастун в ахуе. Сюша, 20:28 — Все хорошо? Вы, 20:29 — Как думаешь, что лучше: набухаться или прыгнуть в крыши, на которой я стою? Нет, ну а реально? Сюша, 20:30 — Чего удумал? Слезай оттуда быстро! Почему-то эта фраза прозвучала в голове Антона голосом Арсения, это заставило улыбнуться. Вы, 20:31 — Понимаешь, я тут кое-что понял, теперь пиздец хуево Вы, 20:31 — Что мне делать-то теперь? Сюша, 20:31 — Все будет хорошо, что ты понял? Сюша, 20:35 — Антон? Куда пропал..? А никуда Антон не пропал. Просто теперь на душе еще паршивее. Куда может быть хуже? Думал Шастун до тех пор, пока на телефон не пришло еще одно сообщение. Мама, 20:40 — Тош, извини меня, я не смогу сегодня прийти домой, нам сделали подарок и устроили корпоратив, буду ночевать у тети Марины, ты ее знаешь. Надеюсь у тебя все хорошо, ложись скорее спать:) «Ахуенчик, давно такое хотел,» — подумал парень и уже пошел на выход с крыши, а то стало прохладно. Антон спустился и подошел к квартире. Он дернул ручку на себя, чтобы проверить, не захлопнулась ли она (а такое бывало иногда, мама часто жаловалась, что это происходит каждый раз в такой неподходящий момент, и обещала вызвать мастера, чтобы тот починил дверь), и что вы думаете? Она, блять, захлопнулась. «Ахуенчик, осталось только напиться и выкинуться из окна,» — нервно улыбнулся Шастун и пошел обратно на крышу. Уже там он понял, насколько на улице холодно. Приплыли. Пальцы уже подрагивали от холода, но нужно было отвлечься, поговорить с кем-то. Только с кем? Сюша, 21:05 — Антон, мне уже страшно за тебя... Вы, 21:06 — Все окей, я здесь Ну, про «все окей» это он напиздел. Все очень плохо, пальцы немеют от холода, и просто хочется спать. Сюша, 21:06 — Точно? Ты дома уже? «Не, ну по факту, если я ему правду скажу — он же ничего не сделает, он не сможет, так ведь?» Вы, 21:07 — Если бы... Дело в том, что мама уехала на корпорат, не хочу ее дергать, а дверь в квартиру захлопнулась. Не могу попасть домой, а еще мне холодно Ответ не приходил подозрительно долго. Шаст уже волноваться начал. Но не прошло и года, как телефон завибрировал. Сюша, 21:11 — Кошмар... А сходи прогуляйся, так ты хотя бы не превратишься в ледышку. Только давай аккуратнее, ходи по освещенным местам! «А хорошая идея, хотя бы подвигаюсь,» — подумал парень и пошел к выходу с крыши, одновременно с этим отправляя ответ Сюше. Вы, 21:12 — Хорошая идея, пойду тогда в парк, он тут не далеко и освещен хорошо, спокойной ночи:) Сюша, 21:12 — Спокойной, Антон)) Парк находился в том же районе, где Антон и жил. Пешком надо было идти минут 10. И вот Шастун уже зашел на территорию. По обе стороны стояли фонари, которые освещали все вокруг ярким, почти белым светом. Слева и справа стояли белые деревянные лавочки. Красиво, это место было похоже на те самые парки, которые так любила бабушка Антона. Первые несколько минут Шаст просто ходил по кругу. Потом он устал и сел на скамейку. Он вспомнил, что забыл рассказать о ситуации своим друзьям! Нехорошо вышло. Поэтому парень зашел в Вк и написал в их беседу. Антон Шастун, 21:40 — Привет, ребят. Очень странный вопрос, но... Никто не может принять меня на ночь? Первым ответил Сережа. Сергей Матвиенко, 21:45 — Прости, Тох, никак, мама дома и она рада не будет... А что случилось? Не успел Антон и ответить, как написала Окси. Оксана Фролова, 21:46 — Блин, именно сегодня никак, извини, а что случилось? Может если что-то срочное, то я упрошу родителей Ну да, и на что он надеялся? Сейчас его друзья не виноваты, конечно, но и напрягать их не хочется, поэтому расскажет обо всем завтра. Если доживет, разумеется. Антон Шастун, 21:46 — А, ну ничего тогда, пофиг, спокойной ночи вам!) И звание главного пиздуна перед друзьями достается... Шастуну Антону Андреевичу! Ну а что? Они же поверят? А Шаст и не проверит, он выключил телефон и убрал его в карман, поэтому не видел дальнейших сообщений. Время шло, пальцы мерзли, отчаяние накатывало с большей силой. Шастун ходил по парку и шугался от резких звуков. Он даже пытался спать, но выходило плохо. Холод не позволял. И Антон не помнит, сколько прошло времени, просто в один момент он услышал шаги позади себя. Сердце ушло в пятки. Все тело сковал страх. И что дальше делать? А если это маньяк? А если он убьёт Антона? А если... — Шастун? Это ты что ли? — вы не представляете, на сколько Антон расслабился, услышав этот голос. Его он узнает везде, но... откуда он здесь? Парень развернулся. — Антон? Что ты тут делаешь? — спросил Арсений, подойдя чуть ближе. — Я... Мне холодно... — это чистая правда, даже разговаривать тяжело. — Почему ты здесь? — Мама, у нее корпорат, а я... дверь захлопнулась, не могу попасть домой, — еле выговорил Антон. — Дай мне свою руку. — Чего? — нет, ну реально, чего? — Просто дай мне руку, Шастун, — парень кивнул и протянул Арсению дрожащую от холода кисть. Учитель взялся за нее и поморщился, видимо от холода. Но он не отпустил руку, а сжал пальцами сильнее, видимо пытаясь согреть. И что самое главное, у парня не возникло ни единого желания одернуть кисть, почему-то их руки, сплетенные вместе смотрелись так ПРАВИЛЬНО... — Антош, тебе ведь некуда идти, да? — кивок. — Тогда можешь остаться сегодня у меня, хочешь? — Шаст поднял на Арсения глаза, полные надежды. Он просто не верил, этот человек не на столько прекрасен, хотя... Видимо всё-таки настолько. — Едем? — Правда? — парень улыбнулся и, когда получил ответный кивок, ответил: — Если вам не сложно, — его руку сжали сильнее и, когда Арсений пошел вперёд, потянули за собой, не расцепляя пальцев. И в этот момент Шаст поверил, что чудеса реальны. Видимо его чудо сейчас идет перед ним и тянет за собой, наверно, к машине. *** Ехали молча. Антон смотрел на мелькающие пейзажи Питера за окном, крепко сжимая руку Арсения, которую он так и не отпустил. Сейчас, несмотря на холод, Шаст чувствовал тепло. Оно разливалось по всему телу и очень грело. Это тоже какое-то новое чувство для Антона. Через 20 минут они оказались в каком-то районе. Видимо он был новым, так как дома были красивыми и очень высокими. В момент выхода из машины пришлось расцепить руки, и этого делать почему-то так не хотелось. Арсений закрыл машину и молча кивнул в сторону одного из зданий. Антон пошел за ним. Лифт доехал до 25 этажа, Шастун удивился, что его учитель живет настолько высоко. Потом Арсений открыл дверь ключом и впустил парня в квартиру. И только тогда, когда они вместе сели попить чай перед сном, Антон рискнул начать разговор: — Спасибо вам, — тихо сказал он, глядя на свои ладони. — Я... не знаю, как вас отблагодарить, правда, мне... — Антош, все хорошо, мне не сложно, а даже наоборот, — улыбнулся лингвист, — мне одиноко иногда одному в этой квартире, так что я рад, что ты тут, — продолжая улыбаться, ответил учитель. — Я разберу кровать в гостевой комнате, хорошо? — кивок в ответ. Пока Арсений разбирал кровать, Шаст успел прогуляться по квартире. В ней оказалось 3 комнаты и кухня с ванной, и откуда у обычного учителя английского такая? В 2 комнатах были спальни, одна гостевая и одна самого Арсения, но туда Шастун решил не заходить на всякий случай. А третья комната была залом, там просто стоял большой диван и стеллаж с книгами и какими-то ящиками. В комнате, где ему предстояло спать стояла большая двуспальная кровать, диван и даже телевизор был. Вся квартира была выполнена в чёрно-белых цветах, на кухне еще встретился бежевый. Там же, на кухне, стоял огромный стол и несколько стульев, а также висел небольшой телевизор. В общем — не квартира, а сказка, ничего не скажешь. Антон уснул очень быстро, видимо устал от сегодняшних приключений. *** — Антош, я хочу сказать, что очень тебя люблю, — тихо сказала бабушка, лежа у себя в кровати. — Знай, я всегда буду рядом с тобой, ты же это понимаешь? — Конечно, — улыбнулся Антон. Ему на тот момент было почти 16 лет, а он все также верил в справедливость. — Скоро ты поправишься и все снова станет хорошо, мы снова будем гулять, а я буду приезжать к тебе в деревню летом, — мечтательно сказал парень. Бабушка тоже улыбнулась, но что-то в ее улыбке было не то, какая-то она была грустная, не такая, как обычно. Раньше бабушка улыбалась искренне, счастливо, но сейчас... она как-будто хотела сказать что-то, но не могла. Потом бабушка сказала, что хочет спать, тогда Шаст послушно покинул комнату и прикрыл дверь. Знал бы он, какую ошибку совершил. Антон ушел гулять со своим воронежским другом — Ильей Макаровым. Они подружились в началке и дружат до сих пор. Друзья отправились покорять все баскетбольные площадки Воронежа, так как Макар, именно так называл своего друга Антон, очень любил баскетбол и хотел научить Шастуна, а тот, собственно, и не был против. Время летело незаметно, друзья за ним даже не следили, не следили ровно до того момента, пока у Антона не зазвонил телефон. — Ахуеть, прикинь, уже почти 10 вечера, меня наверное домой хотят загнать, поэтому до завтра, пока, Макар, — сказал Шаст и, когда услышал ответное «пока» от друга, ответил на звонок и пошел в сторону дома. — Да, мам, я бегу домой, все хорошо, — сказал парень. — Антош... Твоя бабушка... — здесь сердце Шаста забилось сильнее, почему-то стало очень страшно. — Она умерла, буквально только что, — на другой стороне провода послышался громкий всхлип. Шаст остановился на месте. Он не верит словам мамы, не хочет верить. Такого ведь не может быть, верно? Может это шутка и сегодня первое апреля? Хотя вроде бы нет... И шутить так нельзя. Мысли смешались в голове Антона, он будто бы разучился разговаривать. — Беги скорее домой, — сказала мама дрожащим голосом перед тем, как сбросить трубку. «Нет... Такого не может быть, я не верю, нет... Пожалуйста, нет, НЕТ!» — думал парень, пока по его щекам текли слезы. Они не остановились и тогда, когда Антон дошёл до квартиры, не остановились и тогда, когда он увидел бабушку, они стали только сильнее. С этого дня все рухнуло, жизнь Антона рухнула. Она перевернулась с ног на голову. На похоронах он не плакал, не смог. Видимо до этого выплакал все, что было. Он не верил, что его бабушки больше нет, что никто теперь не ждет его летом в деревне, что теперь... любимая бабушка не скажет, что любит Антона всем сердцем. Но парень запомнил это бабушкино «знай, что я всегда буду рядом». Он хотел верить в это. Очень хотел. Прошло немного времени с того дня, Антон походил к психологу и вроде бы забылся... временно забылся. Они с мамой переехали в Питер, а Шастун растерял все контакты с Ильёй, больше они не общались. Но та самая боль, те самые чувства, они навсегда останутся в его душе. Он никогда не забудет бабушкин голос, ее объятия, он не забудет... ее, свою бабушку. Не забудет никогда. *** — НЕТ! БАБУШКА, НЕТ! — крикнул Антон, и проснулся от своего же крика. За окном было все также темно, а значит проспал он недолго. По щекам текли слезы, их было много, прямо как в тот день. Тот самый день, который он надеялся не вспоминать. Антон будто бы прожил все заново, он не хотел этого. Теперь на душе пусто и одиноко. Все тело подрагивает, а слезы продолжают литься из глаз. Парень хотел уже пойти на кухню попить воды, даже сел уже, когда вспомнил, что он, между прочим, не дома, а еще... Вдруг дверь соседней комнаты открылась. И тут становится страшно. А потом стало еще страшнее, когда шаги направились в сторону комнаты, где сидел Шаст. — Антош? Все нормально, ты кричал, — взволнованно спросил Арсений и сел рядом с парнем. Тот попытался незаметно стереть слезы, но они никак не хотели прекращаться, и это, кажется, заметил и учитель. — Антош... — Арсений больше ничего не сказал. Он крепко обнял Антона и поцеловал в макушку. Почему-то стало легче, почему-то Антон почувствовал себя защищенным. — Я... простите, что разбудил вас, мне приснился кошмар... — всхлипнул парень. — Ну ты чего, Антош, все хорошо, смотри, я здесь, тебе нечего бояться, — тихо ответил Арсений, и взял Шастуна за руку, переплетая пальцы. — Если хочешь — ты можешь мне рассказать, вдруг легче станет, — предложил учитель. — Н-нет... Это просто ужасный момент из моей жизни, не хочу вспоминать еще раз, — всхлипнул Антон. — Ну ничего страшного, главное знай, что я всегда буду рядом, — он сказал прямую цитату бабушки, от этого стало еще больнее, и Шастун машинально сжал руку Арсения сильнее. *** Они сидели так почти всю оставшуюся ночь. Антону было очень хорошо, он чувствовал себя в безопасности. Утром они вместе позавтракали (Шаст понял, что Арсений ахуенно готовит, учитель приготовил ахуенных оладушек по какому-то специальному рецепту, и это было очень вкусно), а потом поехали в школу. Ну, как поехали... Сначала они заехали к Антону, где в течение 15 минут Арсений выламывал дверь (кстати, у него это успешно получилось), там парень забрал вещи и переоделся, а только потом выехали в школу. Всю дорогу они разговаривали обо всем на свете, но Арсений не хотел спрашивать у Антона про сон. Хотя нет, хотел, но не мог, это было бы неправильно по отношению к нему. Если захочет — он сам расскажет. Но мужчина понял, что что-то у этого парня в жизни случилось. Что-то очень плохое. И учителю хотелось ему помочь. Очень. Он явно чувствует какую-то привязанность к этому зеленоглазому чуду, но привязанность ли это? Может это всё-таки что-то большее? Когда Арсений видит Антона, хочется улыбаться. А еще хочется его обнимать и касаться... Такого лингвист еще не чувствовал, хотя у него, конечно, уже были отношения. Но он потерял доверие к людям после последних. Это было ужасно. И человек был ужасен. И этот человек ужасно с ним поступил, бросил, а теперь вернулся... Арсений не имеет желания его видеть, он просто хочет быть счастливым, а один парень делает его таким каждый день. И больше Попову ничего не надо. — Шаст! Тебя не учили чаты читать? Мы волновались! — крикнула Оксана, когда Антон зашел в класс. — Где ты ночевал? Дома? — Я... нет, — улыбнулся Антон и сел рядом с подругой. — Где Сережа? — спросил он, пытаясь найти друга взглядом. — Если бы вчера прочитал группу — знал бы. Он сегодня к третьему придет, сейчас он в поликлинике, — ответила Окси. — Так, тему не переводи мне тут, где ты ночевал? — Шаст улыбнулся и посмотрел Фроловой в глаза. — У Арсения, — проговорил он, все еще улыбаясь. — Чего? — Того. Он меня... э-э-э, спас можно сказать... — И ТЫ МНЕ НЕ РАССКАЗАЛ! Вот ты, блин, конечно! Ты ночевал у Арсения и не рассказал! Вот это друг, называется... Ну и как? — Что как? — непонимающе спросил Антон. — Не строй дурачка, — серьёзно сказала Оксана. — Да нет у нас ничего! Он мне не нравится даже! — почти крикнул парень, доставая из рюкзака учебник и тетрадь. — Первая стадия — отрицание, — улыбаясь, сказала подруга. — Ага, конечно, — ответил парень с сарказмом. — Усердно верю. — Ну-ну, посмотрим-посмотрим, — загадочно добавила она. — Посмотрим, что ты ПОТОМ скажешь, — девушка выделила интонацией слово «потом». И не то, чтобы парень прям задумался... Да, он задумался над словами Оксаны. Действительно задумался...