Год ненависти

Драко очень сильно хотелось напиться. Или найти Элоизу Олдридж и одолжить у неё эту кошмарную магловскую сигарету. Зачем-то же их курят, верно? Возможно, он не отказался бы даже от каких-нибудь лёгких дурманящих зелий. Лишь бы не думать обо всём этом хотя бы полчаса. От мистера Дэнса до сих пор не было ни одной записочки, а бродящий в компании Джинни Фокс-Питт всем своим видом напоминал скорее пожилого дементора, чем студента. У Драко было достаточно терпения, но оно не было безграничным. Он отправил Дэнсу школьную сову с коротким письмом, в котором вежливо (ему так казалось) попытался разузнать, когда им ждать закрытия дела (и похорон). И не хотят ли они, в конце-концов, привлечь его для того, чтобы он помог им проникнуть в особняк Лестрейнджей? Ответа от старшего аврора не было, и Драко отправил ему другое письмо, где на огромном листе белой бумаги зловещей чёрной кляксой выделялся знак вопроса, состоящий из острых углов и заполненный внутри набросками мелких цветков петунии*. На это «письмо» ответа он также не получил... На трансфигурации он завороженно смотрел, как Забини и Нотт совместными усилиями превращали старый глиняный сосуд в красивых экзотических птиц с необычными хохолками, клювами, лапами и оперением: что-то подсказывало Драко, что большинство из них вообще не существуют в природе. Макгонагалл держалась довольно спокойно, и ни доли одобрения не промелькнуло в её застывшем взгляде. То ли она видела так много тонкой, точной и красивой магии на своём веку, что потеряла к ней всякий интерес, то ли неприязнь к слизеринцам мешала ей открыть рот и похвалить парней за вещи, которым она сама же их и научила. В конце их представления даже язвительная Пэнси расщедрилась на искреннее восхищение увиденным. — Тридцать очков Слизерину, — не особенно довольно выдала Макгонагалл. — И... Её реплику прервал настойчивый стук в дверь, и она тут же отвлеклась от их небольшой компании, отправившись узнавать, кто и зачем пришёл к ней. — Видели, мы впереди всех по очкам? Если мы ещё и в квиддич выиграем, то первый раз за всю историю нашего здесь обучения возьмём кубок школы, — мечтательно заявила сидящая рядом с ним Дафна, вычерчивающая какие-то нечитаемые символы в своей тетради. Драко присмотрелся к её каракулям и обнаружил, что Гринграсс придумывает себе новую подпись. С фамилией Забини. Получалось у неё прескверно. — Дай-ка это сюда, — Драко отобрал у неё тетрадь, вглядываясь в написанное и стараясь вычленить из этого наиболее симпатичные буквы, которые Дафна успела начеркать. — Мы не выиграем в квиддич, — оповестил слизеринцев Блейз, незаметно пристраивая на макушке Тео гигантское красное перо. — Только не с нашим нынешним ловцом. Малфой знал, что Лидия Дэнс в качестве ловца была той ещё посредственностью. Так что их шансы действительно были ничтожны. Не то чтобы его это волновало. Среди его переживаний уже давно не было настолько незначительных вещей. — Мы всегда были впереди всех, — со смешком напомнил Нотт. — А потом в самом конце года Гарри Поттер со своей командой делали какую-нибудь херню, за которую им начисляли очки, и они вырывались вперёд, а наши флаги сменялись на их прямо у нас над головой. Это было довольно унизительно. — Повзрослей, — закатила глаза Пэнси. — Сложно прийти к становлению личности, когда ты пережил столько психотравм, — шутливо огрызнулся Тео. — Это точно, — подтвердил его слова Драко, и все как-то странно притихли. Он вернул Дафне тетрадь, в которой набросал несколько вариантов её новой подписи: крупная и размашистая, мелкая и элегантная, лаконичная и чёткая, — почти что печатная, за исключением нескольких линий, делающих её уникальной. Заглавной «З» вообще-то было довольно сложно придать какой-нибудь по-девичьи нежный вид, но ему казалось, что у него вышло довольно прилично. — Вот эта мне нравится, — Гринграсс тыкнула длинным острым ногтем в вариант с кучей завитушек. — Надеюсь, я смогу её повторить. И что бы я без тебя делала? Драко пожал плечами. — Попросила бы помочь Тео. — Он зануда. — Зануда с коттеджем на одном из Липарских островов, — довольно пробормотал Нотт. — Я уже, кстати, не помню, на каком именно... Забини добавил в его тёмные кудри второе перо. Драко хотел бы остаться в этом кабинете среди этих людей (не считая, конечно, наполовину высунувшуюся в коридор Макгонагалл) на несколько десятков тысяч лет. И чтобы мир за пределами кабинета никогда больше о нём не вспоминал.

───── ◉ ─────

Обычно время после ужина было самым оживлённым для коридоров Хогвартса: студенты уже давно вернулись с отработок и дополнительных занятий, с тренировок по квиддичу, из дуэльного клуба, библиотеки, теплиц и прочих популярных мест. Многие кучковались возле колонн, подоконников и скамеек, чтобы успеть до отбоя поделиться последними новостями, которые не успели сообщить своим товарищам в Большом зале. Но в этот раз коридоры были на удивление пустынны. Если не считать, конечно, прошелестевшего мимо Смита, молчаливо одарившего Драко полным презрения взглядом. После инцидента с арестом Финч-Флетчли семикурсники-пуффендуйцы, кажется, решили лишний раз к нему не лезть. Но гневно смотреть на него они считали приемлемым. Драко проходил мимо каморки с мётлами, когда услышал из-за её двери глухой звук упавшего предмета и тонкое женское хихиканье, за которым последовал стон. Он сразу же подумал про неугомонных третьекурсников, которые уже достаточно взрослые для бессовестных тисканий, но ещё глуповаты и несдержанны для того, чтобы не забывать накладывать заглушающее. Он проигнорировал нарушение, но в каморке снова что-то грохнулось, и прошедшая мимо гриффиндорка заинтересованно покосилась на дверь, не решившись задержаться здесь из-за болтающегося рядом Малфоя. Он вздохнул. Ну, он всё-таки староста и всё такое, а тут нахально подрывают порядок. Безо всякого предупреждения он распахнул дверь и замер на пороге. Лапища Поттера держалась за оголённое бедро прижатой к стенке растрёпанной Пэнси, руки которой замерли на шее мальчика-который-будет-убит-слизеринцами. Под их ногами валялись упавшие мётла. Они оба смотрели на Драко и не шевелились, как и он сам. Все трое наверняка рассчитывали на то, что этот невозможный морок перед глазами вот-вот рассеется. — Что?! — рявкнула Паркинсон, выводя Драко из транса. — Ничего, — спокойно сказал он. — Я видел ужасные вещи. — Я тоже видела ужасные вещи, — сузив глаза объявила Пэнси. — Ты не видела, — запротестовал Драко, игнорируя то, как Поттер непонимающе переводит взгляд с одного на другого. Он не затаскивал девушек в каморки для мётел, хотя прекрасно знал, что эти местечки весьма популярны... Это даже считалось в какой-то степени классикой школьной романтики. В любом случае, подруга ни разу не заставала его с кем-то в неловком положении. — Я догадываюсь о некоторых ужасных вещах, — не уступала Пэнси. — В основном с когтевранками, да? Драко готов был закрыть дверь и удалиться к себе, но всё-таки считал это немного забавным, чтобы продолжать. Они не разговаривали уже слишком много времени, чтобы он успел по этому соскучиться. — Ничего, порочащего мою честь, Пэнс, — настаивал он. — Все чистокровные, скромные и целомудренные. — Были до встречи с тобой, — она выпуталась из объятий Поттера и оправила юбку, явно намереваясь продолжать перепалку. — Прости меня, и он останется жив, — кивая на Поттера, серьёзно объявил Драко, лениво откидываясь на дверной косяк. Он всё равно уже давно собирался сказать ей два этих кошмарных слова. — Простить тебя?! — зашипела Пэнси так злобно, словно он только что попытался её проклясть. — Да, прости меня, — не сдавался он. — Я не рассказал тебе свой секрет не потому что не доверял тебе, а потому что не хотел тебя вмешивать во всё это дерьмо. По-моему, это было правильным решением. — Безусловно, — отрешённо пробормотал Поттер себе под нос. Пэнси сделала два шага, переступая через мётла, и оказалась прямо перед ним. — Но ты был один, — сказала она тихо, без прежней злости. — Ты был один, и ни у кого из нас не попросил поддержки. Почему ты этого не сделал, придурок? Он хотел напомнить ей про Винса и Грега, но это был бесполезный аргумент: он просил у парней помощи, но никак не поддержки. Он долго не мог понять, насколько же эти вещи были разными, и насколько последнее на самом деле было важнее первого. — Потому что он выбрал меня, — сказал Драко тихо, на грани слышимости, заглядывая в полыхающие какой-то незнакомой болью тёмно-карие глаза Паркинсон. — Из всех он выбрал меня, и я не мог утопить в этом никого из вас. — Я ненавижу тебя, Драко Малфой, — устало призналась Пэнси. — Знал бы ты, какой ты невозможный. Не всё в его жизни, как оказалось, было неисправимо: она обняла его, и он крепко обнял её в ответ, поглядывая поверх её маленького хрупкого плеча на растерявшегося Поттера. Салазар, если он причинит ей хоть каплю вреда, он выпотрошит его без единого заклинания, голыми руками. Драко надеялся, что по его красноречивому взгляду шрамоголовый всё прекрасно понял. Но всё-таки... — Минус десять очков с Гриффиндора за то, что Гарри Поттер посмел затащить лучшую подругу слизеринского старосты в пыльную кладовку для мётел. — Вообще-то, это я его сюда затащила, — коварно улыбаясь, призналась Пэнси. — Ну, он мог бы и не соглашаться, — настаивал Драко. Он покинул странную парочку и в чуть более приподнятом настроении отправился в башню старост, не переставая думать о Поттере и Паркинсон. Какого соплохвоста — Паркинсон и Поттер... Как такое могло произойти? В одном из коридоров он заметил Лавгуд, ведущую, казалось, непринуждённую беседу с каким-то парнем лет тридцати на вид. Студентом он точно не был, преподавателем тоже, и Драко в который раз понадеялся, что Дэнс соизволил прислать какого-нибудь аврора, чтобы тот торжественно сообщил, что их дело закрыто. В последнее время кроме авроров эту школу никто из посторонних не посещал. Не то чтобы Драко целенаправленно избегал странную когтевранку, просто её держали в плену в подземельях в его доме, так что он старался лишний раз не пересекаться с ней. На всякий случай. Поэтому он решил пройти мимо: если незнакомый парень действительно подосланный аврор, то сможет найти его и позже. До него долетел обрывок тихой певучей реплики Лавгуд, что-то вроде: «А вот и тот, кто тебе нужен», после чего она удалилась, послав своему собеседнику скромную мягкую улыбку. — Драко Малфой? — оборачиваясь, поинтересовался парень, пристально его разглядывая. Драко кивнул, думая почему-то, что он не сильно похож на аврора, хотя уже знал, что все авроры были разные, как конфеты «Берти Боттс». — Рольф Скамандер, — он протянул ему жилистую сухую руку, и Драко ничего не оставалось, как соблюсти нормы приличия, ответив на приветствие. — Вас прислал мистер Дэнс? — рискнул Драко, всё ещё продолжая надеяться. — Да, — подтвердил Скамандер. — Вы должны провести меня в тот дом, где на вас напали смеркуты, мне поручено от них избавиться. Мистер Дэнс в командировке, как и его напарница — хранительница тайны, насколько мне известно? Драко секунду помолчал, анализируя услышанное и моментально напрягаясь. — Подождите, что? — удивился он. — Мистер Дэнс где? — В командировке, — услужливо повторил Скамандер. — А дом под Фиделиусом, и мне сообщили, что знают о нём только трое. Двое из них где-то далеко, так что... — он пожал плечами, — остаётесь только вы. — Вы магозоолог, — утвердительно произнёс Драко, пытаясь срочно придумать, что делать дальше. — Как и мой выдающийся дед, — подтвердил Скамандер. Точно, — вспомнил Драко, — автор «Фантастических тварей». Наверное, общаясь с Лавгуд, его внук хотел дополнить эту книгу... этими... как их там? — Я думал, я один вечно козыряю фамилией, — сказал он, пытаясь прогнать мысли о сумасшествии Лавгуд. Скамандер легко рассмеялся. — Не вижу в этом ничего плохого. — Вы не знаете, где именно сейчас мистер Дэнс? — спросил Драко, очень сильно надеясь на ответ. — К сожалению, нет. Он сказал, что и сам не знает, куда его отправляют. Но он велел передать вам, что попросил о какой-то услуге, и ему было отказано, — Скамандер нахмурился, пытаясь, видимо, вспомнить реплику старшего аврора дословно. — Как-то так. — Это я уже понял, — Драко провёл большим пальцем по нижней губе (что за дурацкая привычка?), всеми силами стараясь придумать хоть что-нибудь. — Ну так что, покажете ваших смеркутов? — с энтузиазмом предложил магозоолог, вызывая у Драко странную симпатию, которую он в последнее время чувствовал ко всем, кто был повёрнут на своей работе. — Я не могу, — признался Драко. — Мне, кажется, нужно спасти одного гриффиндорца... Он сделал два медленных шага назад, а затем быстро сорвался с места и побежал обратно к каморке с мётлами, умоляя Мерлина, чтобы очкастый придурок был ещё там. — Мистер Малфой! — прилетел ему вслед удивлённый возглас Скамандера, но Драко даже не обернулся. Добежав до нужной двери, он безо всякого такта забарабанил в неё двумя кулаками, не решаясь ворваться внутрь, всё ещё пытаясь переварить тот факт, что Поттер и Пэнси... Его прекрасная, чистокровная, достойная всего самого лучшего Пэнси каким-то немыслимым образом связалась с... Поттер распахнул дверь, поправляя гриффиндорский галстук и съехавшие на нос очки. — Что ещё? — спросил он на удивление спокойно. Возможно, у Драко на лице было написано, что грядёт что-то по-настоящему дерьмовое. Сейчас он не собирался заботиться о том, чтобы притворяться, что всё в порядке, и его вовсе не тревожит ничего из происходящего вокруг. Он демонстративно сделал пару шагов подальше от кладовой, надеясь, что Поттер пойдёт за ним, а Пэнси не услышит их разговор. Он вдохнул и собрался с мыслями, и его голос прозвучал довольно непринуждённо: — Скажи мне, Поттер, чисто теоретически, если бы кто-нибудь воспользовался твоей палочкой, чтобы убить одного человека... весьма нехорошего, кстати, человека, — посчитал необходимым добавить он. — Ты бы сильно расстроился? Теоретически. Поттер повернул голову вбок, словно анализирующая новую ситуацию овчарка. — Теоретически, — передразнил он, — я предпочёл бы самостоятельно распоряжаться своей палочкой и не давать её никому в руки. Тем более тебе. Тем более для убийств. Естественно, Драко знал, что Поттер не вручит ему без вопросов палочку, пожелав удачи и попросив вернуть её до утра. Но этот гриффиндорец был единственным, к кому Драко мог обратиться сейчас: он уже точно знал, что его палочка хорошо его слушается, а проверять, не подошла ли бы ему палочка Грейнджер, Фокс-Питта или кого-нибудь из Уизли сейчас просто не было времени. И посвящать кого-то ещё в эту ситуацию он не был намерен. — Мистер Дэнс облажался, — признался Драко, наблюдая, как брови Поттера сходятся к переносице. — Дороти Крэбб всё ещё жива, и никто не придёт, чтобы это исправить. — Это... плохо, — ровно заметил Поттер. — Очень красноречиво. Драко позволил избранному несколько секунд постоять и молча посверлить взглядом стену. — Но мы не можем убить её, — сказал он, подумав. — Ладно, — согласился Драко. — Идём, спросим у Фокс-Питта, какие он себе хочет похороны, — он сделал несколько шагов по коридору, прежде чем Поттер догнал его, останавливая. — Хорошо, я помню, вариантов нет... — он взлохматил свои кошмарные волосы, придавая себе вид свихнувшегося бездомного. — Но она... как мы?.. Никто не заслуживает смерти. — Как насчёт Волдеморта? — напомнил Драко. Поттер изобразил на лице что-то между замешательством и удивлением: то ли из-за заданного вопроса, то ли потому что Драко так легко произнёс его имя. Многие и сейчас предпочитали этого не делать. Драко тоже старался не называть его без лишней необходимости, но вовсе не из-за страха (в конце-концов, он безвозвратно мёртв), а потому, что оно каким-то невероятным образом за долю секунды снова окунало его во всё то, что он пережил. — Он заслуживал, — уверенно заявил избранный. — Да? Почему? — наседал Драко. — Он... был плохим, Малфой, — буркнул Поттер. — «Плохим»? Тебе что, десять? — Ты понял, о чём я, — разозлился его нервный собеседник. — Я понял, о чём ты, — согласился Драко. — А ты понял, о чём я? Поттер медленно прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, словно всеми силами пытаясь сдержаться, чтобы не взорвать его прямо в этом коридоре. Драко про себя усмехнулся: он всегда на него так влиял. Многие вещи просто не могут взять и поменяться. — Зачем тебе моя палочка? Ты ведь собирался нанять киллера... — Для этого уже поздновато. Нужно было сделать это ещё тогда, но мистер Дэнс перехватил инициативу, положившись на Аврорат. Зря мы ему доверились. Лицо Поттера внезапно просияло. — Я поговорю с Робардсом. — А если он и тебе откажет? У него определённо была причина не соглашаться. — Верно, — облегчённо вставил Поттер. — Наверняка у него была причина этого не делать. Видимо, он намекал на то, что если уж сам глава Аврората не решился убивать миссис Крэбб, то и они не должны. — Конечно, — поддакнул Драко. — Только вот нам на эту причину должно быть совершенно наплевать. Она должна умереть, понимаешь? Мы не будем тянуть время, разговаривая с Робардсом или разыскивая Дэнса: мы не знаем, сколько у нас его осталось. Так что либо идём со мной, либо дай мне свою палочку и притворись, что ни о чём не знаешь, — Драко вытянул вперёд ладонь, намекая Поттеру дать ему наконец оружие и свалить обратно к Пэнси наслаждаться вечером. Но Поттер медлил. Строго говоря, Фокс-Питт, конечно, прямо сейчас мог придумывать изощрённый вид убийства для него, но Драко был уверен, что гриффиндорец всё ещё надеется на мистера Дэнса, да и вообще, в ясном сознании вряд ли бы он стал... Хотя не в привычках Драко было недооценивать гриффиндорцев... В любом случае, умирать он не планировал, и было бы неплохо, чтобы Фокс-Питт тоже не умер. — Ладно, идём, — стиснув челюсти, решительно рыкнул Поттер, зашагав по коридору, — Я позову Гермиону и Рона, и мы... — Стой, — Драко не сдвинулся с места, вынуждая избранного притормозить. — Никаких Уизли и Грейнджер. Твоё легендарное геройство что, без них не функционирует? Пожалей их хотя бы раз. — Малфой, — приготовился протестовать Поттер. Но Драко его перебил: — Нам не нужен сложный план или массовый захват: мы просто придём туда и убьём её. Одно заклинание. Двадцать минут. Даже в твоём дорогом Аврорате напарники — это про двоих людей. — Я слышал, в немецком Аврорате работают четвёрками, — отстранённо пробубнил Поттер, и Драко уже точно знал, что убедил его. Он схватил его за предплечье, разворачивая назад. — А теперь иди и извинись перед Пэнси за то, что тебе нужно отлучиться. Он подвёл его к кладовой и указал на ручку двери. — Малфой... — Будь джентльменом с ней, Поттер. Иначе им будет кто-нибудь другой. Не дожидаясь ответа и сопротивления, он сам распахнул дверь и втолкнул его внутрь. Он давно знал, что у избранного нет манер, но, Салазар, чтобы настолько?.. Оставалось только гадать, зачем он такой нужен был Паркинсон.

───── ◉ ─────

Драко так много времени проводил в этой комнате среди всех этих вещей, что даже сейчас, спустя три года, точно мог сказать, что здесь поменялось. Маленькие мелочи, вроде изменения количества сваленных в кучу стульев, другие цвета у покрывающих неровную стопку сундуков гобеленов, расползшиеся нити на по-гриффиндорски бордовом ковре... Комната забытых вещей была огромна, и он, конечно, не исследовал её всю, но окружение Исчезательного шкафа было изучено Драко до мельчайшей пылинки. Так что если никто не приходил сюда, чтобы переносить горы барахла с места на место и ковырять старый ковёр, то эта комната, вероятно, была восстановлена немного неправильно после того, как... — Малфой, приём! — рявкнул Поттер. Драко поморщился. Кажется, он немного задумался, застыв на одном месте напротив шкафа. Он бросил на Поттера уничижающий взгляд и медленно открыл дверцу, и та отворилась совершенно беззвучно, являя им пыльное тёмное нутро, воздух в котором пропах сухим старым деревом. В мутном, покрытом трещинами зеркале рядом с ними мелькнула какая-то зелёная вспышка, и они синхронно вздрогнули и подняли палочки, через секунду осознав, что там всего лишь отражается витражный зелёный абажур какого-то торшера. Они начали оглядываться, чтобы понять, откуда зеркало взяло этот торшер, но оно, словно почуяв неладное, начало показывать чьи-то красные ботинки, подвешенные на шнурках на одной из колонн. Осознание того, что Поттер такой же параноик, как и он, почему-то странно успокаивало. Драко вообще предпочёл бы до конца дней избегать любых зелёных вспышек. — Дамы вперёд, — он указал Поттеру на шкаф. Поттер отстранённо погладил дверцу. — Чего нам там ждать? — Дороти Крэбб. Поттер трагично закатил глаза. Даже Пэнси так не умела, а ведь Драко и её часто выводил из себя. — Я имел в виду, быть может, ты скажешь, что она хороша в боевой магии или... — Послушай, она Пожирательница смерти, — напомнил Драко. — Вопреки распространённому нынче мнению, он не набирал туда кого попало — каждый был в чём-нибудь хорош. Бездари стали пушечным мясом ещё в Первую магическую. Залезай в шкаф, Поттер, и всегда будь готов к худшему. На этот раз он послушался и втиснулся внутрь, выжидательно замерев там, как испуганное, дезориентированное животное. Драко подумал, что Поттер вряд ли именно боится, скорее, дело было в том, что нутро этого шкафа напомнило ему о дне, когда с его помощью Пожиратели ворвались в Хогвартс. Они ведь тоже стояли прямо там, в полной боевой готовности: опасные, дикие и психически нестабильные... И это Драко впустил их в школу. Он резко выдохнул и залез в шкаф, прикрывая дверцу и успевая наложить на неё невербальное запирающее: кое-что посложнее Коллопортуса, но ничего тёмного — на всякий случай. Надёжно запертая дверь была гарантией хорошего исхода: им вовсе не нужно, чтобы Фокс-Питт сунул туда пистолет, или чтобы Грейнджер и Уизли ворвались в особняк Лестрейнджей, яростно размахивая палочками, пока Драко будет дипломатично уговаривать миссис Крэбб сразиться с ним на дуэли. По крайней мере, план был такой. Сам он ни разу не пользовался шкафом, поэтому очень удивился, когда понял, что вокруг что-то поменялось. Нутро шкафа осталось неизменным, но резко стало ощутимо прохладнее, и в целом появилось чувство чего-то непривычного. Он ждал, возможно, какого-нибудь скручивающего кишки вихря, как при аппарации, но путешествовать шкафом оказалось в разы приятнее. Он толкнул чуть скрипнувшую дверцу, и они с Поттером осторожно выбрались наружу, совершенно ничего перед собой не видя. — Люмос, — едва слышно прошептали они одновременно. Свет позволил им рассмотреть, что они оказались в нетопленном, но очищенном от пыли бальном зале с тяжёлыми на вид чёрными портьерами, закрывающими все окна. В таинственном полумраке это холодное место выглядело и ощущалось жутковато. — Ты бывал здесь раньше? — шёпотом спросил Поттер, озираясь на каждую из трёх дверей, ведущих из залы. — Да, несколько раз, — в тон ему ответил Драко, вспоминая, какая из этих дверей не выходит в картинную галерею. Визжание многочисленных Лестрейнджей, которое начнётся при их появлении, вероятно, будет походить на хор целой плантации мандрагор. Он выбрал направление, жестом предлагая Поттеру следовать за ним. Они оказались в тёплом, освещённом настенными бра коридоре. Под ногами Драко скрипнула отполированная половица. — Тсс, — шикнул Поттер, через несколько секунд наступивший на неё же и вызвав такой же скрип. Драко подумал, что, вероятно, они два крадущихся идиота. Он повернулся к идущему позади избранному и сказал нормальным голосом: — Мы ведь не собираемся подкрасться к ней со спины и заавадить её к соплохвосту? — Нет? — растерялся Поттер. — Нет, — добавил он с достоинством. Они дошли до целого ряда тёмных дверей, и Драко, не стараясь больше действовать бесшумно, открыл первую. — Миссис Крэбб? — комната, оказавшаяся чьим-то кабинетом, оказалась пуста. — Что ж... Он открыл следующую дверь, другую открыл Поттер, и они продвигались вперёд, толкая по пути все двери, ведущие в пустые, безжизненные, идеально прибранные эльфами комнаты. Коридоры и залы сменяли друг друга достаточно быстро, и через полчаса они оказались у лестницы, завершив обход первого этажа, проигнорировав только картинную галерею. Но вряд ли миссис Крэбб сидела там и болтала с умершими Лестрейнджами. Можно было воспользоваться Сонорусом, заявив Дороти о своём присутствии, но Поттер так лениво расхаживал от двери к двери, всем своим видом демонстрируя, что он никуда не торопится, что Драко решил воспользоваться дополнительным временем, чтобы морально подготовиться к неизбежному. Он знал, что просто не может убить, и понятия не имел, что делать в случае, в котором Снейп не выпрыгивает из ниоткуда, делая за него его работу. Сейчас выбора не было вообще, и сколько бы он ни храбрился перед Поттером, он чувствовал, как ледяной ужас перед предстоящим сковывает его и без того нездоровую голову. Они поднялись на второй этаж: лестница вывела их в большую проходную гостиную, оформленную в слизеринских цветах. Они оба заметили, как в дверном проёме мелькнула чья-то маленькая фигурка. Драко подумал, что это разодетый по последней моде домовой эльф, но всё равно бросился следом, как и Поттер. Долго бегать им не пришлось: посреди коридора, сунув какую-то синюю мягкую игрушку в рот, стояла напуганная девочка лет двух на вид, одетая в пышное зелёное платье. В тусклом свете парящих над потолком фонариков Драко видел, как в её больших тёмных глазах собираются слёзы. Он поднял на неё палочку. — Малфой! — Поттер резко перехватил его руку, пытаясь направить палочку в пол. — Какого чёрта ты творишь, поехавший? Это ребёнок! — Откуда здесь ребёнок? — обвиняющим тоном заметил Драко. — Держу пари, это наша дорогая Дороти под Оборотным. — Зачем ей пить Оборотное? — всё ещё злобно спросил Поттер. — Для маскировки. — Никто не превращается в маленьких девочек для маскировки! — уверенно заявил Поттер. — Я готов разочаровать тебя, но у нас нет на это времени. Пока они спорили, девочка успела горько зарыдать, держа обслюнявленную игрушку настолько крепко, что из её маленьких пальцев исчезла вся кровь, сделав их мертвенно-белыми. Драко испытал что-то вроде стыда, даже если это действительно была Дороти. Поттер присел перед ней на корточки. — Привет, я Гарри, а ты кто? — спросил он миролюбиво. — Что ты здесь делаешь? Где твои родители? Они здесь? Ребёнок затравленно всхлипывал, с ужасом глядя на палочки в их руках (свою Драко всё ещё держал слегка направленной на неё). — Быть может, она не говорит? — предположил Драко, когда Поттеру так и не удалось ничего от неё добиться. — В таком возрасте уже должна, — отмахнулся он, спрашивая ещё мягче: — скажи где твоя мама, и мы вернём тебя к ней, хорошо? Тебя похитила злая тётя, которая прячется в этом доме? Ты можешь назвать своё имя? Девочка молчаливо, не считая периодических иканий, пускала слёзы, крупными каплями падавшими ей под ноги на ковёр. Драко старательно игнорировал её чёрные, как вороново крыло кудри и тёмные глаза, как и тот факт, что она обитает в запертом особняке Лестрейнджей, в который с момента гибели всей семьи никто не входил из-за установленной защиты, пока в конце лета сюда не заявилась явно знающая о шкафе и безопасности миссис Крэбб. Он не мог представить, что у его поехавшей тётки могла быть дочь. А если и была... «Бедный Рудольфус», — подумал Драко в приступе неконтролируемой мужской солидарности. Пока Драко отстранённо размышлял о том, что это ревущее создание может быть его кузиной, Поттер уже схватил девочку на руки и заявил: — Идём. — Куда? — опешил Драко. — У нас здесь вообще-то важное дело! — Мы только вынесем её за ворота и передадим кому-нибудь. Уверен, что с того момента, как мистер Дэнс рассказал, где прячется миссис Крэбб, здесь ежечасно дежурят. — Ни за что, Поттер! — заупрямился Драко. — Нас тут же выволокут отсюда и отправят прямиком в Аврорат на допрос о том, какого хрена мы делали внутри. Меня заставят открыть ворота, Дороти схватят и сунут за решётку, и твой друг умрёт. Удивительно, что они не сделали этого до сих пор, но я не стану тратить своё время на обдумывание причин, по которым это не случилось! Драко слышал, как его злой голос звенит в темноте коридора. Если Дороти здесь, то с ребёнком на руках они не в самом выигрышном положении. — Тогда вернёмся к шкафу, — невозмутимо предложил Поттер. Ну, он хотя бы признал, что идея с аврорами — дерьмовая. Их вообще не должны здесь увидеть. Если повезёт, то пепел, оставшийся от тела Дороти Крэбб обнаружит его мать, когда будет осматривать своё наследство. И она даже не догадается о том, что это, а Аврорат закроет дело о нападении на Драко Малфоя в Большом зале по истечении срока давности... — Поттер, просто оставь её здесь, и её подберут эльфы, — устало предложил Драко. — Она выживала здесь как-то до этого, вряд ли они бросят её после того, как ты обтёр об неё полфлакона духов Паркинсон со своей рубашки. — Он помнил, что некоторые животные бросали своих детёнышей, если тех потрогал человек, и они стали пахнуть чем-то посторонним. Эльфы в этом отношении были чуть более цивилизованны. — Мы вернёмся за ней позже, — пообещал Драко. Поттер не успел ему ничего ответить — где-то совсем рядом с ними послышались шаги. — Кто здесь? — донёсся до них певуче-мурлыкающий голос миссис Крэбб. Они стали медленно отступать в изумрудную гостиную. Драко начинал предполагать, что женщины-Пожирательницы почему-то в одночасье просто сходили с ума. Нет, вообще, все сходили с ума от применения Непростительных, но женщины сдавались безумию гораздо быстрее... вероятно, за эту мысль все знакомые ему девушки прокляли бы его чем-нибудь неприятным... Они спускались по лестнице, когда поняли, что миссис Крэбб вот-вот нагонит их, поэтому Поттер открыл первую попавшуюся дверь, исчезая за ней и вынуждая Драко войти за ним следом. Они оказались в крошечной и совершенно пустой кладовой без окон. Поттер пытался успокоить готовую расплакаться девочку. — Мы засунем её в шкаф и вернёмся, чтобы сразиться с Дороти, — шёпотом заверил его избранный. — Оставайтесь здесь, только дай мне палочку, — попросил Драко. — Я не позволю тебе сделать это в одиночку! — Тс! — шикнул Драко, заслышав прямо за дверью шаги. Они замерли, затаили дыхание, и даже кудрявая плакса на руках у Поттера прекратила икать и всхлипывать. Они действительно могли бы оставить ребёнка в Выручай-комнате, а затем вернуться сюда и всё ещё обнаружить их врага в том же месте... Проникнув прямо сквозь дверь, к ним ворвалась серебристая выдра, которая бодрым, полным энергии громким голосом Грейнджер попросила Поттера срочно прийти в гостиную в башне старост. Выдра рассеялась, и Драко с ужасом наблюдал за тем, как вслед за ней в кладовую влетает ещё и лошадь, а за ней распахивается дверь, и Дороти Крэбб сморит на них так, словно сорвала самый большой куш в своей жизни.