На кончике хвоста в цвете радуги...

Нетейаму исполнилось десять, когда отец пообещал ему в качестве подарка своего собственного, персонального лютоконя. А это означало, что в жизни молодого на’ви произойдет его первое тсахейлу с животным. Очередной и важный этап в становлении будущего воина. До этого момента к нервным отросткам его косички приставал разве что маленький Ло’ак, старательно скрещивая ее со всем, что попадалось ему под руку. Со своим слюнявым ртом, ухом Кири, вечерним ужином… На его памяти всплыла даже попытка брата совершить принудительную связь косички Нетейама с домашним очагом. В тот день Нетейам неосторожно заснул возле него, а младший удачно вывернулся из рук нянчившей его сестры. Благо, попытка провалилась благодаря реакции Кири, оттащившей пищащего непоседу за хвост в тот самый момент, когда тот приготовился окунуть братскую косу в пламя. Дабы убить двух, а вернее трех зайцев сразу, Джейк и Нейтири решили обучать верховой езде всех своих старших детей одновременно. Правда, для этого Джейку пришлось объяснить жене, кто такие зайцы и зачем их нужно убивать одновременно. Придя на истоптанную в кашу площадку, на которой из поколения в поколение молодые на'ви становились наездниками, родители решили начать с Нетейама и Кири. Отец взял на себя сына, а мать подвела огромное, по меркам девятилетней Кири, животное к дочери. Старшая Ц’Тири, по непонятному высказыванию папы Джейка, «оставалась на сладкое»! Нетейам помнил, как крепкие руки отца подсадили его на широкий круп и, придерживая сына за ногу, и протянули ему нервный отросток животного. — Сделай связь, Нетейам, — сказал он сыну, улыбнувшись, ибо в этот момент вспомнил свой первый печальный опыт наездника под руководством бесподобной Нейтири и в сопровождении её чудесного смеха. — Сделай связь, Кир-ри, — с очаровательным, рычащим акцентом вторила ему жена, вручая такой же отросток в руки девочки. Нетейам четко запомнил свое первое погружение в разум чего-то большого, могучего и, как ему показалось в первый миг связи, отчаянно жаждущего бегать. Желание срочно куда-то умчаться было настолько большим, что мальчик с трудом услышал дальнейшие указания отца. — Вдохни глубоко и выдохни, а затем мысленно прикажи ему двигаться! — продолжил обученье Джейк. — Главное, не поддавайся его желаниям! Это он должен подчиниться твоим! Нетейам на всякий случай сделал не один, а несколько глубоких вдохов. Прошептал про себя как заклинанье — «Я вижу тебя!» и, почувствовав, что рука отца его больше не сдерживает, он мысленно передал через тсахейлу животному свое желание переместиться вперед. К его изумлению, да и к изумлению самого Джейка, у Нетейама все получилось с первого раза. Лютоконь в точности исполнял все мысленные команды мальчика и буквально через полчаса тот уже скакал без устали, нарезая круги от речного берега до леса и обратно. Гордость за брата смешивалась в душе Ц’Тири с умилением. Облик гордо сидящего на животном подростка, постоянно поглядывающего в ее сторону, не мог не вызывать соответствующих ощущений. С Кири ситуация повторилась. Хотя в этом случае лично Нетейам не сильно удивился. Ибо временами ему казалось, что его сводная сестра притягивает к себе все живое вокруг, и что она способна приручить что угодно даже не прибегая к тсахейлу. Наконец, настала очередь Ц’Тири. Джейк подвел мощного скакуна к девочке и помог ей забраться на него. Рядом тут же оказался Нетейам, всем своим уверенным видом показывая сестре, что дело, мол, пустяковое, и бояться не следует ни капельки. У него же получилось! — Моей старшей дочери — самый главный конь в стаде! — с важным видом произнес Джейк, сдерживая улыбку. — Ты слышала, что нужно делать, или повторить инструктаж? — Слышала, папа Джейк, — устраиваясь поудобнее, ответила Ц’Тири, и взяла из рук вождя клана хвостатый отросток лютоконя с шевелящимися нервными отростками. — Сделать глубокий вдох и соединить эти штучки. Следующие несколько минут пролетели перед глазами Нетейама подобно падению метеорита в ясную ночь. Стоило только девочке создать связь, как глаза ее закатились и она рухнула на спину лютоконя, явно потеряв сознание. А вот животное терять сознание не собиралось. С расширенными от страха зрачками, встав на дыбы и лишь чудом не сбросив с себя тело девочки, оно издало оглушительный рев и рвануло от семейства Салли на полной скорости. Раздумывать было некогда. Нетейам видел, что никто, кроме него, не сможет прийти на помощь Ц’Тири. Свободных лютоконей рядом не было, а своими ногами отец определенно не смог бы догнать паникующее животное. Он, не раздумывая ни секунды, мысленно отправил свое животное в погоню. «Догони его» — мысленно просил он скакуна, — «Пожалуйста, пожалуйста – догони!». И лютоконь его не подвел. Сравнявшись с беглецом,Нетейам начал просчитывать свои дальнейшие действия. Ведь просто так животное не остановить… Можно было бы его обогнать, а затем своим Лютоконем преградить ему путь. Но тогда все участники погони могли упасть, рискуя свалиться в кучу-малу. А быть раздавленным тяжелым животным — не самая мудрая идея. Единственное, что пришло в голову мальчика из адекватных решений, это руками разорвать связь Ц’Тири. Он еще сильнее сжал бедрами круп скакуна и наклонился в сторону, дотягиваясь до мотыляющейся в жестком ритме скачки косички сестры. Буквально самыми кончиками пальцев ему удалось схватить узел и он, не медля, разорвал связь. Лютоконь с Ц’Тири сразу остановился, а сам Нетейам, окончательно потеряв равновесие на полном ходу, свалился в жидкую грязь. Не обратив внимание на то, что все его тело и даже лицо были обильно испачканы чем-то, подозрительно смахивающем на смесь ила, песка и навоза, мальчик тотчас вскочил и, отплевываясь, рванул к остановившемуся беглецу. Он осторожно за ногу потянул к себе Ц’Тири и, крякнув от усилия, умудрился поймать сползающую на него девушку. В изумрудных глазах Ц’Тири проявлялись зачатки сознания… — Как все прошло? У меня получилось? — тихо произнесла девочка, удивленно вращая головой во все стороны. Она явно не ожидала того, что окажется не на крупе животного, а в объятиях подозрительно пахнущего братишки. — Ага, — вздохнув, ответил ей Нетейам, — Получилось! У тебя получилось нас всех чуть к Эйве раньше времени не отправить. Видимо, ездить верхом – это не твое!

--------------------------- скачек в воспоминании ------------------------

— На этот раз у нее точно все получится! – убежденно шептал Ло’ак, размахивая перед Нетейамом и Ц'Тири небольшим, плетенным кожаным кулоном с насаженными на его нити разноцветными бусинами, из которого в разные стороны торчали перья неизвестной им птицы. — Это могучий талисман клана Тайранги (жителей Восточного моря, живущих на утёсах), защищающий их войнов во время летных сражений! Говорят, что с ним оседлать икрана может даже новорожденный на’ви! — Кто так говорит? Перепившие кавы старушки, пролемуры на ветках или рыбки в пруду? — удивленно спросила Ц'Тири брата. — Ты забыл, что было с моим первым, пробным полетом? Меня тогда спасла мама Нейтири, а не какой-то там сранный оберег! И вообще, где ты его взял? — Гы… Сранный… — захихикал Ло’ак, прикрывая рот ладошкой и стыдливо опуская взгляд на собственные ноги. — Я это… Скажем так… позаимствовал его у оло’эйктана Тайранги, когда они на вчерашней межклановой посиделке с отцом напились кавы. На нем этих кулонов было больше, чем Древесных Духов на Древе Душ! Подумаешь, одним больше, одним меньше. Он в жизни не заметит пропажи. — Великая Мать! — возмутился Нетейам, — Ты в курсе, что причиной следующей межклановой войны на сто процентов будет твоя персона!? С чего ты взял, что эта штуковина вообще поможет Ц'Тири? — Так не попробуем — не узнаем. — подмигнул брату Ло’ак и вопросительно уставился на Ц'Тири, покачивая перед ее носом краденной святыней. — Слабо? По глазам девушки Нетейам понял, что в ее душе отчаянно борются желание воспользоваться мизерным шансом, испытав чудо-средство, и страх того, что ситуация с ее первым, крайне неудачным полетом повторится вновь. — Ты вовсе не обязана это делать! — попытался внести он свою лепту в сомнения Ц'Тири. Нетейам не особо верил в магические чудеса всяких амулетов, однако никогда не забывал надевать охранные бусы, сплетенные ему бабушкой еще в детстве. — Я рискну, — решилась она. — Знали бы, как я завидую вам каждый раз, когда вы уноситесь из деревни на собственных икранах. Когда мы его испытаем? — Предлагаю завтра! — ответил Ло’ак. — Как только все разойдутся по своим делам, делаем ноги к парящим горам! *** В логове горных банши как всегда стоял невообразимый шум и гам. Приземлившись на площадку, прикрытую от главного гнезда высоким уступом, Нетейам помог спуститься Ц'Тири, которая угрюмо молчала на всем пути следования на его икране, до боли сжимая его ребра руками во время полета. Он разорвал связь со своим банши одновременно с братом и, повернувшись к девушке, спросил. — Не передумала? Помни, я готов всегда возить тебя куда угодно, по первому требованию! — Нет. Не передумала, — сказала Ц'Тири, надевая на шею магический амулет. — Раньше начнем, раньше закончим, кажется так выражается Джейк. — План таков, — вставил свои пять копеек Ло’ак. — Мы удерживаем икрана, смотав ему пасть, ты забираешься на него и создаешь связь. А там... видно будет… — Железобетонный план, — пробормотал Нетейам, и троица выглянула из-за скалы в поисках подходящей «жертвы». Основное Правило Взаимности выбора у икрана и наездника было благополучно вымыто приливом адреналина из разума всех присутствующих. Ближе всего к скале, за которой скрывались экспериментаторы, находилась зелено-желтая самка банши, удачно повернутая к ним тыльной частью. Ло’ак с Нетейамом тихонько преодолели острый выступ и приготовились к прыжку. — Давай, — скомандовал Нетейам брату и удачно накинул на поворачивающуюся к нему пасть петлю самозатягивающейся удавки. В тоже время Ло’ак запрыгнул на летающего ящера сверху, не давая той распахнуть крылья, и повалил ее на бок. Нетейам тут же добавил сверху свой вес и прокричал Ц'Тири — Готово. Действуй! Девушка в мгновении ока оказалась рядом и, перекинув ногу через трепыхающегося животного, схватила свою косу и его отросток. Посмотрев на кулон, и что-то про себя прошептав, она быстро соединила нервные отростки и перехватила у Нетейама лассо, одним концом намотанное на зубастую пасть, быстро намотав свободный конец себе на кулак. В первые секунды Нетейам был уже готов завопить от радости, так как взгляд Ц'Тири оставался вполне осмысленным после осуществленного тсахейлу. Братья отскочили от икрана и тот стремительно вернулся в вертикальное положение, замахав крыльями. Казалось бы, идея сработала! Однако ситуация стремительно начала меняться в худшую сторону. — У меня получилось?! Сработ… — и это были последние слова девушки перед тем, как желто-зеленое создание буквально спрыгнуло с обрыва вместе с ней. — Твою мать! — прокричал Лоак, подзывая свистом своего икрана. — Она и твоя мать! — огрызнулся Нетейам, прыгая вслед за Ц'Тири, и уже в свободном падении призывая своего банши. В полете стало ясно, что ситуация с Ц'Тири абсолютно повторяет все ее предыдущие попытки. С одной лишь разницей. В прошлый раз она падала в бессознательном состоянии сама, а теперь она была намертво привязана к летящей невероятными зигзагами животине. Успокаивало, если так можно выразится к подобной ситуации, одно. Ц'Тири вряд ли упадет с обезумевшей твари, ибо одна рука была плотно связана с ее мордой, а вторую руку она бессознательно зафиксировала вокруг шеи зверя. Зато остальное тело девушки развевалось на резких поворотах и вращениях, подобно флагу на ветру в цитадели Небесных людей. — Что делать, брат? — спросил планирующий рядом с ним Ло’ак по коммутатору. — Снимать твой скальп и бегать! — со злостью от беспокойства произнес Нетейам. — Ты спускайся ниже и старайся держаться под Ц'Тири, дабы поймать ее, если что. А я попробую повторить трюк отца, которым он смог оседлать древнего Торука. Проводив взглядом нырнувшего вниз брата, Нетейам направил своего икрана вверх и занял положение над несущейся парочкой, старательно повторяя их движения. Он поменял положение, ступив обеими ногами на спину своего банши и, улучив момент, когда они более-менее летели по прямой, разомкнув связь, камнем упал вниз. Буквально чудом его рука зацепилась за середину той самой удавки, и к болтающемуся телу Ц'Тири присоединилось висящее на одной руке тело самого Нетейама. Однако, прибавившийся вес второго наездника определенно не добавил прыти паникующему зверю, и он стремительно начал терять высоту. За счет того, что оба наездника, по сути, висели на его пасти, икран поневоле планировал к земле по спирали, что прилично замедляло скорость падения. Ло’ак отчаянно кружил рядом, не понимая, что ему делать. Зато Нетейам видел и понимал, что им предстоит жесткая посадка и второй рукой принялся разматывать накрученную на кисть Ц'Тири удавку. Как только рука девушки была освобождена, он разорвал ее связь с икраном и, пролетая уже практически у самой земли, освободил зажатую мертвой хваткой вторую руку девушки. Глухой удар о землю и пролет сквозь жесткий кустарник он еще запомнил. Так же в памяти остался момент, когда он извернулся в воздухе так, что бы между землей и Ц'Тири оказалось его тело… Следующее, что он почувствовал, как на лицо ему падают теплые капли и он, открыв глаза, обнаружил над собой лицо плачущей Ц'Тири. Девушка в каком-то странном состоянии, прикрыв глаза, водила пальцами по его вискам, а губы ее беззвучно шевелились в неком манящем, словесном танце. За ней, с выражением крайнего отчаяния на хмуром лице, подпрыгивал на месте Ло'ак и следил за действиями девушки. — Пожалуйста, Ц'Тири, помоги ему! Пожалуйста… — причитал срывающимся голосом брат. — Он же не умер? — Не дождешься, — просипел Нетейам, с удивлением понимая, что его тело не так уж и сильно пострадало от жесткого приземления. В голове, конечно, еще стоял звон, но жить по первым его ощущениям было можно. Он приподнялся на локтях, убеждаясь в целостности остального своего организма, и слабо улыбнулся, отмечая, что Ц'Тири вроде бы тоже не сильно пострадала. Веточки в ее прическе, порванная лямка топа на груди и пара царапин были не в счет. - Знаешь, - обратился он к ней, - Я твердо решил с этого дня стать твоим персональным наездником! Хотя... В целом, магический кулон-то свое дело сделал. Ведь мы вроде живы остались! - Согласна. Вот только помощь наездника мне необходима прямо сейчас, - ответила ему Ц'Тири, улыбнувшись сквозь слезы, - Иначе моя голова просто лопнет от боли...