Сокруши моё сердце

— На этом всё, можете быть свободны. Поникшие сотрудники, опустив головы, поочерёдно выходили из кабинета президента компании. — Что-то сегодня он особенно злой, не находишь? , — полу-шепотом говорит мужчина лет двадцати семи, чуть склонившись над своей коллегой. — Ох, помолчи лучше. Забыл? Здесь везде есть уши, — раздражённо отвечает девушка, оглядываясь через плечо. Мужчина сразу же умолкает, побыстрее стремясь пройти за своё рабочее место, но всё ещё недовольно поглядывая на дверь начальника. В кабинете остаются лишь два человека: один грозно восседает за столом, перебирая какие-то бумаги, а другой вальяжно стоит у окна, в красивом, дорогом костюме, спрятав одну руку в кармане брюк. — Шото, не стой без дела. Ты должен вникать в работу, — укоризненно говорит Старатель, откидываясь на спинку своего кресла. — Всё же, эта компания будет твоей. Я не хочу, что бы мои старания пошли коту под хвост, — добавляет он с ценничной усмешкой, разводя руки в стороны, словно подтверждая свои слова. — Даже не мечтай. Я не буду этим заниматься, — холодно отрезает парень, даже не обернувшись на отца. — Я тебя не спрашивал. — Могу сказать тоже самое. В кабинете воцарилось молчание. Полный ярости взгляд отцовских глаз, буквально, впился в спину сына, в то время как сам Шото и бровью не повёл. — Ты просил прийти, что бы я увидел, как вести себя с подчинёнными, я пришёл, но ничего нового не увидел. Больше мне здесь делать нечего. Парень разворачивается, и неспеша идёт к выходу. — Шото!!! , — кричит Старатель, вскакивая из-за стола, но в ответ ему раздаётся лишь звук захлопнувшейся двери. Стоило Тодороки появиться на глазах у рабочих, как перед ним сразу же залебезили. Конечно, были и те, кому парень, действительно, нравился, и в роли президента компании с охотой видели его, а не Тодороки Энджи. — Уже уходите? , — спрашивает один из мужчин, встав рядышком с Шото. — Да, уже ухожу. — Будьте осторожны по дороге. Из-за непогоды много аварий происходит. Выдав что-то типа «мгм», парень хотел, как можно скорее, добраться до чёртовой двери и выйти из этого, не менее чёртового, здания. — До свидания! — Надеюсь, не до скорого, — тише добавляет он, вырываясь на свежий воздух и немноголюдные улицы. — Такой высокомерный. — И не говори. Папин сынок.

***

— Ух, какой ливень на улице! , — возбуждённо выкрикивает Мидория, заскакивая в квартиру. На звуки доносящиеся из прихожей, первой выбегает Урарака: — Вы ведь совсем промокли! Нужно отогреваться! Сейчас чай сделаю! — Если вы запачкаете квартиру, будете у меня неделю её мыть, — появляется Кацуки, облокотившись плечом о стену. — Бакуго, ну можешь ты хоть разок быть нормальным? , — заламывает брови Эйджиро, уваливаясь парню на второе плечо. — Ты чё, охерел?! У тебя одежда мокрая! — Да знаю, знаю. Я устал, замёрз, а ты орёшь, и говоришь, что я охерел. Как-то несправедливо, не находишь? Отстранившись, Киришима внимательно смотрит на Бакуго, делая вид, что проходит мимо него, но в последний момент, подкрадывается, и засовывает руки прямо под его майку, касаясь холодными руками спины. Вздрагивая от неожиданности, Кацуки начинает кричать первое, что приходит на ум, и с разворота бьёт огнём туда, где должен был стоять Эйджиро, но тот вовремя уклонился, смеясь: — Я понимаю, ты хочешь меня согреть, но это чересчур! С кухни доносится недовольный голос Урараки: — Вы мне квартиру хотите разнести?! Оставьте шутки на потом, у нас ещё есть, что обсудить! Парни переглянулись, но никто, ничего, так и не осмелился сказать. Девушка права. Но не смотря на свою деланую строгость, Очако не могла так с теми, кто стал ей самыми родными людьми, потому перед тем, как начать разговор, сказала искупаться в тёплой воде и переодеться. Первым в душ сходил Мидория. Горячая вода била по спине, позволяя капелькам отделяться, и стекать по рукам, и животу, пока сам Изуку обдумывал дальнейший план действий, и что ему делать, в принципе. Тепло пробивало продрогшее тело, утаскивая за собой весь холод, что Изуку принёс от дождя, а вместе с холодом и мысли. Выходить совсем не хотелось, потому останавливая себя каждый раз «пятью минутами», он торчал там уже около часа. На ходу вытирая волосы, Мидория появился в кухне, а Киришима, наоборот, скрылся за дверью ванной комнаты. Усевшись за стол, Изуку подтянул ноги к себе, складывая руки на коленях, а сверху упирался в них подбородком. — Ну что? , — осторожно говорит Очако. Деку молчаливо качает головой. — Да что вы с Киришимой воды в рот понабирали? , — нервно выдыхает Бакуго, усевшись на подоконник. — Говорить особо нечего. Спросил только, берёмся ли мы. Наверняка, в случае отказа хотел убить нас, что бы никому не растрепали. Кацуки задумчиво опустил голову, соглашаясь с какими-то своими мыслями. — И больше ничего? , — спрашивает Урарака, обхватив себя за плечи. — И больше ничего. Никаких указаний не было. — А сроки? Деку вновь молча качнул головой. Минутное молчание прерывает Киришима, стоя в дверном проёме. — Ну что вы уже скисли? Очевидно, они никуда не спешат, хотя...может ещё и свяжутся с нами. — Но самое главное, нужно сделать всё тихо..только вот.., — задумчиво произносит девушка, чуть нахмурившись. — Ты хотела спросить «как»? , — улыбается Эйджиро. — Вот, — парень демонстрирует свой телефон, в котором на весь экран была открыта статья о светском вечере, перед предстоящим показом. Приподнимаясь со стула, Изуку смотрит на друга и не без того огромными глазами: — Киришима-кун, ты когда успел? — Только что. Понимаешь, иногда, нужно взглянуть на ситуацию с другой стороны, и обнаружишь, что решение находится прямо перед твоим носом. — Когда будет это сборище богачей? , — влезает Каччан, спрыгивая с подоконника. — Написано, через три дня, но я проверю через свой достоверный источник. Она точно там будет, — отвечает Эйджиро, загадочно улыбаясь. — Нужно подготовиться, — решительно говорит Урарака, сжав свои кулачки. — Да, Урарака-чан, твоя помощь нужна будет. Всё таки, тебе с Мидорией получится туда попасть как приглашенные гости, а для меня с Бакуго приготовлена другая роль. Пихнув друга в бок, Киришима смеётся со своей же идеи, понимая, что Бакуго точно снесёт ему голову. Три дня пролетели незаметно. В моментах подготовки ребята и вовсе теряли счёт времени, потому расходились спать уже после двенадцати ночи. Они старались продумать всё до мелочей, естественно, не забывая и о запасном плане, на случай провала. В последний день подготовки, пока Бакуго ещё спал, Урарака с Мидорией покинули квартиру рано утром, что бы побыстрее забрать свои костюмы, оставленные в ателье знакомой Эйджиро. Вернулись они ближе к обеду, когда Кацуки в очередной раз пытался не сжечь кухню. — Мы дома! , — кричит девушка с прихожей, скидывая обувь. — Почему так рано вернулись? Могли ещё пол дня где-то пошариться. — С большим удовольствием, Каччан, но мы не можем. — Заткнись. Урарака тихо посмеялась, держа в руках большую, плоскую, коробку пудрового цвета. Выключив плиту, Бакуго бросает кухонное полотенце на стол. — Теперь мы с Киришимой уходим. Пригласительные он оставил на полке, в твоей комнате, Деку, время указано на задней стороне. Встретимся уже там, так что не думайте опаздывать! После, Кацуки берёт свою сумку и выходит из квартиры, хлопнув дверью. Урарака с Изуку переглянулись, но решили не обращать внимания на такое непривычное поведение друга. Спокойное поведение. Мало ли, что у него в голове, сейчас. Каждый переживает по своему. До начала светского вечера оставалось около пяти-шести часов. Очако решила уже понемногу наводить красоту, Изуку же предпочёл ещё раз пройтись по плану — осторожность лишней не бывает. И вот, в шесть часов вечера, перед входной дверью стояла очаровательная девушка, от которой, буквально, было тяжело отвести взгляд. Большие, кукольные глазки были осторожно подведены, не броская помада подчёркивала красивые губы. Длинное платье в пол идеально сидело на фигуре, выделяя лишь все достоинства. Чуть завитые волосы, Очако, решила поднять, украшая красивыми заколками, в виде жемчуга, тем самым открывая вид на тонкую шею, на которой красовалось превосходное колье, так подходящее в цвет платья, и изящные плечи. С Изуку было намного проще. Классический, деловой костюм, с галстуком, край которого, был скрыт жилеткой — сверху пиджак. Обычно непослушные волосы сейчас выглядели восхитительно. Пусть завившиеся пряди и торчали в разные стороны, но чёлка была разделена косым пробором, что на вьющихся волосах выглядело слишком красиво. Юноша с девушкой прекрасно смотрелись вместе. — Ты очень красива, Урарака-сан, — признаётся Изуку, неловко улыбаясь. Девушка и вовсе покраснела. Как только она справилась с волной смущения, и была готова что-то ответить, телефон резко запиликал, дав понять, что такси их ждёт. Ровно в семь, пара стояла у большого здания, с удивлением поглядывая на него. Первым среагировал Мидория, протягивая девушке руку. Урарака неловко взяла парня под локоть, и на удивление, уверенно ступила по дорожке, ведущей к сегодняшнему преступлению. Показав свои пригласительные, мужчина открыл перед ними дверь, после чего, перед взором Очако и Изуку распростёрся большой зал, кишащий людьми. Женщины, в самых разных, но красивых, длинных платьях, кто-то в коротких. Мужчины выглядели более одинаково, но могу уверить, Изуку выделялся, и даже не цветом волос. — Пойдём, — тихо говорит Мидория, улыбаясь девушке. Урарака отвечает ему той же улыбкой, даже не краснея. Прижавшись к парню, она тихо говорит, не отнимая от лица своей прекрасной улыбки: — Не видишь их? — Нет, милая, — нежно щебечет Деку, а круглолицая точно не понимает такого ответа. Дошло лишь тогда, как их с Мидорией плеч коснулись чьи-то нежные руки. Девушка грациозно оборачивается, и сталкивается взглядом с восхитительной незнакомкой. Сказать, что она красива — ничего не сказать. Природа её не обделила. Абсолютно ни в чём. — Прошу прощения, если помешала, — неловко улыбается девушка, заломив руки за спину. — Киришима-кун говорил о Вашем визите, но сама я его не вижу, — задумчиво произносит она. — Ох, Яойорозу Момо, — словно вспомнив, добавляет брюнетка, протягивая руку. — Мидория Изуку, — мягко пожимает протянутую руку парень, сразу же отпуская. — Урарака Очако. Как только девушка хотела, что-то сказать, со стороны послышалось раздражённое: — Чё встал как вкопанный? Бери шампанское, и я пошёл дальше! А следом донеслось: — Ох, прошу прощения, Господа, он у нас немного нервный! Мне очень жаль! Яойорозу нервно посмеиваясь, указала взглядом, в сторону двух парней из обслуживающего персонала: — Кажется, нашла. Поддавить смех рвущийся наружу было сложно, однако выполнимо. Перед всеми извиняясь, Киришима украдкой искал Мидорию, и как только их взгляды встретились, красноволосый просиял. — Так, Бакуго, нам туда. Сперва Кацуки не понял, с чего бы это Эйджиро раскомандовался, но после дошло, и успокоившись, двинулся к напарникам. Яойорозу не до конца осознавала, что происходит, но заметив своего знакомого просияла. — Киришима-кун, — сдержанно говорит она, кивая ему. — Яо-момо! Уже познакомилась с моими друзьями? Ты очаровательна, как всегда! Девушка, пряча смех, утвердительно кивнула. Видимо, одному Бакуго не нравился этот обмен любезностями, потому хорошенько пихнув друга, он самодовольно улыбнулся. Как только Эйджиро хотел что-то ещё сказать, в центре зала появилась мощная фигура, из-за которой, и собрались здесь все присутствующие, мгновенно приковывая внимание к себе. Столкнувшись взглядом с Каччаном, Изуку тяжело сглотнул, но по его глазам, можно было смело сказать: «Я готов!»