Heart to heart.

Утро в общежитие Гриффиндора начинается слишком медленно. Солнечный свет хоть и проникает в окна, останавливаясь на сморщенных лицах недовольных учениц и учеников, но, увы, не может их разбудить. Самые нетерпеливые — первокурсники с кучей свободного времени — просыпаются раньше всех. Им нетерпится узнать о секретах, которые хранит в себе Хогвартс, посмотреть на лестницы, выстраивающиеся прямо под ногами, увидеть, что таят в себе запертые двери, а также выучить заклинания и почувствовать волшебство в себе. Дети с восторгом гремят вещами, бегают по комнатам, нарушая покой гриффиндорцев постарше. Они в свою очередь ещё не совсем очнулись: кто-то только был на пути в реальность, а другие досматривали сны, одновременно с этим умываясь и одеваясь. Среди них есть и приличные ученики вроде Натсай, которые встали до нескончаемой очереди к уборной и уже расположились на креслах, наблюдая за суматохой со стороны. Леона была у числе проснувшихся позже всех и пока она натягивала рубашку одной рукой, а второй колдовала над своей причёской, толпа точно таких же студентов пробиралась к санузлу, чтобы придать себе бодрости после тяжёлой ночи, брызгая в лицо холодной водой. Среди гриффиндорцев Эллингтон выглядела потрёпаннее всех: тяжёлые веки то и дело наровили закрыть «занавес», от чего казалось, будто она смотрит исподлобья, пара кудрявых прядей выпали из наспех собранного пучка, а красно-золотой галстук не был заправлен под воротник, но это быстро поправила оказавшаяся рядом Онай. — Ты ещё более странная, чем всегда, — Девушка обеспокоенно глядела на подругу, пока они шли в большой зал на завтрак. — Расстроилась из-за вчерашнего? У нас ещё целый год впереди. Эллингтон молча шла и смотрела под ноги. Не могла же она сказать об истинной причине своих переживаний, с подробностями повествуя о том, как они с Мраксом стояли вплотную, играя в «гляделки», и как она думала об этом ещё пол ночи? Натсай начнёт расспрашивать всё больше, выдавая все секреты собственной бурной реакцией. Лео считала, что пока рано о чём-то говорить подруге, поэтому решила повременить с этой темой, оставить до лучшего времени, так сказать. Когда они садились за стол, Крессида и Нелли уже сидели там. Гаррет и Леандер не появлялись, а значит проспали и получат от профессора Уизли выговор с лекцией о важности режима сна в жизни молодого организма в придачу. Если бы не Натти, Леона точно была бы в их числе. — Вы слышали новости про Сэллоу? — Переключилась на следующую сплетню Нелли. — Он опять попался, пока был в закрытой секции. Говорят, что кто-то его сдал! Эллингтон будто окатили холодной водой: румянец сошёл с её щек, а глаза стали видеть картинку чётче, пробуждаясь от забвения. Лео не помнила, чтобы кто-то кроме неё и Оминиса был в библиотеке тем вечером. Тревога прогрызает себе путь в мысли девушки, заполняя их полностью. А если Мракс подумал, что это именно она сдала его друга? Пожалуйста, пусть это будет не так! — Всё хорошо? — Натти приобняла её за плечи, протягивая стакан. — Возьми хотя-бы сок. —Спасибо. — Рука слушалась, но легкая дрожь пробивала кожный покров, демонстрируя секундную слабость. Приторная горечь яблочного сока разлилась во рту, а тёплая рука Натсай успокаивала, убаюкивала. Чёткий план оправданий постепенно выстраивался в голове, под внешний шум, состоящий из чьих-то возгласов и шуток. Леона должна была найти его, встретить любой ценой и рассказать правду о том, что она не причастна к поимке Себастьяна.

***

Удобный случай подвернулся довольно быстро, когда Лео увидела знакомую русую макушку на первой парте в кабинете теории магии. Она сжала рукав мантии и отдалилась от Натсай, бросив фразу о том, чтобы та садилась без неё. Быстрыми шагами Эллингтон спустилась по рядам и подошла к Оминису, который чуть повёл головой на приближающийся звук шагов. Девушка дёрнулась, но было поздно идти назад, потому что профессор уже вошёл и известил о начале занятий. Леона положила на парту учебник, перо и пергамент, а сумку поставила на пол, ближе к левой ноге, потому что по правую сторону сидел Мракс. Уловив подходящий момент, она повернулась и прошептала: — Привет. — Привет, Леона, — Голос Оминиса не казался грубым, а даже в некоторой степени удивлённым её приходу. Она прикусила кончик языка и мельком осмотрела собеседника, прежде чем начать говорить вновь: — Тогда в библиотеке, — Леона помедлила, вспоминая то, что было вчера вечером, пока её щёки покрывались новым, не изученным цветом румянца. Парень кажется тоже ожидал продолжения фразы. — Я хотела сказать, что это не я сдала Перграмм Себастьяна. Не знаю, кто это был, не заметила кого-то ещё в библиотеке, но… Профессор шикнул на шум, а сорвавшийся в оправдательный тон голос притих. Леона извинилась и понурила голову. — Я знаю, — Ей показалось, что Оминис улыбнулся и, повернув голову к нему убедилась в своей догадке. Парень продолжил. — Это был Пивз. Себастьян встретил его прямо на лестнице в основной зал. Снова замечание от профессора, но это было уже не важно, ведь Мракс не винил её в случившемся. Они тихо засмеялись, но на душе стало уж больно спокойно, как-то даже до неприятного пусто. Ощущение как от квоффла, который на пути к воротам перехватил соперник, или как от прослушивания незаконченной поэмы — чувство незавершённости петляло по сердцу. Казалось, что как только отработка в библиотеке закончится, то Оминис снова будет где-то далеко, вне её мира, как и всегда. Или он вообще раствориться в воздухе после этого урока, ускользнёт. Мракс разжигал в Лео любопытство, граничащее с нежеланием стать массовкой в его истории, играя роль очередной однокурсницы. — Можно сидеть на этом уроке с тобой? — Вдруг сорвался с её губ шёпот. Извечная проблема Леоны всегда была в том, что она сначала делает или говорит, а потом уже думает о том, насколько она неловкая. Оминис опустил голову на руки, что лежали на парте и повернулся к Лео лицом, многозначительно бросая взгляд холодных глаз вдаль. — Да.

***

— Да я говорю, Имельда на таких как мы с тобой даже не посмотрит. Либо сделает это с презрением, — Леандер активно жестикулировал, громко доказывая что-то Уизли. — Зато с каким презрением! — Он закрыл глаза, представляя картинку в голове и промычал. — Имельда красивее всех девчонок с курса, не считая наших. Гаррет, Леандер и Люкан шли впереди, продолжая рассуждать на тему девушек. Сзади их подслушивали Натти, Леона и Нелли, хихикая с каждой новой фразы. Дорога в Хогсмид была длинной и слишком извилистой, чтобы поместиться там всем вместе, поэтому приходилось мириться с неудобствами. —А если считать наших, — Шумсби перешёл на шёпот и повернул голову в сторону Нелли, кончики его ушей заметно порозовели. Он замялся и не решил продолжить. — Нелли красивая, — Леандер сказал это громко, так, что звук отскочил от сосен рядом, а лицо Оггспайр, о которой и шла речь, приобрело глубокий пунцовый цвет. — Натсай классная. — А Леона? — Спросила Онай, о которой ещё недавно шла речь и издала тихий смешок от полученного комплимента. — Леона напоминает мне моего брата — он такой же громкий и иногда совсем невыносимый, — Ответил Гаррет и поймал на себе серьёзный взгляд Эллингтон, что шла позади, скрестив руки на животе. Она смотрела на Уизли, будто тот был дичью, а она — охотником, хищником, но в этом не былл реальной угрозы. — Ну, в смысле, я же его всё равно люблю… Как брата! Ребята засмеялись, а парень начал оправдываться, доставляя ситуации ещё больше комичности. Серьёзный вид Леоны сменился на бессовестно наглый, свойственный только ей и она в шутку подмигнула Гаррету. Тот, в свою очередь, нервно сглотнул и принялся считать камни под ногами. И ведь Уизли был прав, Эллингтон больше походила на мальчишку-сорванца, чем на элегантную девушку, которая в перерывах между уроками читает маггловские любовные романы. Неугомонный нрав прослеживался даже в её внешности: зелёные радужки глаз плясали словно две искры, вьющиеся волосы непослушно выбивались из-за уха, а еле-заметные веснушки добавляли озорства образу. То, как она закидывала ногу на ногу в мальчишеской манере, как громко зевала, не прикрывая рта, как всем своим авторитетом не давала шанса ухажёрам даже подойти, не то что заговорить. С другой стороны, что надо ждать от человека с говорящим именем? Эта сильная аура и лидерская позиция, которую нужно удерживать, не давали возможности быть в ресурсе для отношений с парнями, зная, что её однокурсники те ещё дураки. В квиддиче она соперничала с Имельдой и её командой, а не боролась за внимание противоположного пола. Но нельзя сказать, что спортивный костюм шёл Лео лучше бального платья, просто для второго не было повода. Перспектива кружиться в вальсе на выпускном балу с любимым человеком конечно радовала, но для этого нужен был этот человек. Достаточно смелый, чтобы пригласить её, и красивый, чтобы потом было чем похвастаться девочкам. Мысли отошли на второй план, когда Эллингтон оказалась около «Круголётки». На следующей неделе состоится «дружеский» матч между Слизерином и Гриффиндором, ставки на который были доступны ещё до того, как дата проведения стала известна. Метлу Леона заказала на галеоны, которые ей подарил отец, и именно за ней она пришла в Хогсмид. —Здравствуйте, мистер Уикс! — Колокольчик над головой зазвенел, оповещая хозяина о приходе. — Мисс Эллингтон, вы как нельзя кстати. Я уже думал, что не увижу вас сегодня, — Алби Уикс напоминал манерой говорить Леандера — слова звучали отрывисто, быстро, а иногда вообще непонятно. Перед прилавком стоял одетый в мантию с зелёной внутренней частью капюшона юноша, что выдавало в нём студента Слизерина также, как его спокойная реакция на вошедшего в магазин постороннего. — Я пойду, мистер Уикс. Спасибо, что согласились починить мою метлу, — Звонким голосом сказал парень, после чего развернулся и пошёл в сторону Леоны, к двери. — Не за что, Себастьян. Мисс Эллингтон, подходите сюда! — Ответил хозяин магазина и жестом поманил девушку к прилавку. Сэллоу, нарушитель правил, липким взглядом карих глаз прошёлся от сапог до макушки Леоны, избирательно рассматривая клетчатую юбку, тонкую кожу шеи, остановился на глазах. Не сильно толкнул её плечом, выходя, и скептически цокнул. Зубы заскрипели от недовольства. Неужели приветливое круглое лицо Себастьяна стало выражать неприязнь, стоило ему только увидеть гриффиндорку? Нет, дело вряд-ли в факультете, скорее в самой Эллингтон. Перед сном она точно будет прокручивать эту ситуацию и не один раз, хватая парня за плечо и разворачивая к себе, чтобы разобраться, но сейчас ей ничего не оставалось, кроме как молча сверлить взглядом стену за прилавком Уикса и чувствовать холод от захлопывающейся двери. В следующий раз — точно сдам его библиотекарю, — пронеслась коварная мысль в голове Леоны, но хозяин магазина быстро вырвал её из лап раздумий. — Это улучшенная модель моей новой разработки! — Уикс чертовски любил своё дело. — Теперь посадка и экстренное торможение — ещё мягче. Манёвренность повысилась, но эта характеристикам играет роль только для таких умелых людей, как вы, мисс Эллингтон. Он ещё несколько раз похвалил проделанную собой работу, Леону и её мастерство охотника, не забывая пожаловаться на мисс Рейес. В конце концов он отдал метлу и попросил отправить сову, в случае чего. — Как всё прошло? — Натти встретила подругу у «Сладкого Королевства», то и дело обходила её, осматривая покупку, которую Леона держала в руке, гордо задрав подбородок. — Что если я предложу тебе прокатиться до школы? — Эллингтон задиристо подмигнула, явно довольствуясь собой. — Я непременно соглашусь. Леона, заставив метлу парить, перекинула ногу и похлопала по части сзади, приглашая подругу присесть. Онай последовала её примеру и они наконец взлетели. Вид, открывающийся на Запретный лес и сам Хогвартс завораживает, сколько бы ты не летал над ним. Густые зелёные пятна — деревья, жёлтая змея снизу — тропинка, по которой они добирались в Хогсмид, цветастые точки — судя по всему головы студентов. Натти взялась одной рукой за метлу, а второй держалась за мантию Леоны, которая подалась корпусом вперёд. Летели они быстро и слишком неустойчиво, но зато свободно. Онай часто жаловалась, что подруга слишком опасно «водит», но в этом ведь и была вся прелесть! Грубый воздух рвётся прямо к тебе, раздувает волосы в стороны, создавая из причёски путаницу, а манёвры и трюки запускают процесс выработки адреналина, что аж дух захватывает. Когда Леона всё же послушала подругу и замедлилась — разговор сам перетёк в обсуждение недавних событий связанных с Себастьяном Сэллоу. — Нет, ну ты представь! Я ему и слова не сказала, а он губы надул, язычком цокнул, — Возмущалась девушка. — Можно подумать, что это я виновата, в том, что он кому-то там попался! — Н-да, — Протянула Натти — А может Сэллоу ревнует? — Как это «ревнует»? Меня что ли? — Да нет же, дурочка, — Натти засмеялась с искреннего удивления подруги, а интонация её сменилась на заговорчески-издевательский тон. — Оминиса! И не отнекивайся, я видела, что ты села к нему на теории магии. — Сидеть за партой с мальчиками — это не преступление, — Нарочито растянуто произнесла Лео. — Я просто… захотела с ним дружить. «Хотеть дружить» — звучная фраза для первокурсников, которые собираются с силами, чтобы познакомиться с теми, кто будет с ними учиться все последующие семь лет. Она никак не подходит семнадцатилетней девушке, которая вот-вот выпустится из школы. Онай многозначительно кивнула и хитро заулыбалась от уха до уха. — О нет, Леона я так и сама не далеко от Сэллоу уйду — начну тебя ревновать к Мраксу! — Натти драматично повысила голос и рухнула, обнимая Эллингтон за спину, что та восприняла как намёк ускориться. Уже совсем скоро они пойдут на посадку, а Натсай, слезая, будет говорить, что никогда больше не полетит с подругой на метле. Всё как и всегда.

***

Приближался день матча Слизерин—Гриффиндор. Команды во всю готовились, разделяя время занятий на вечерние и дневные тренировки, которые распределялись подкидыванием монетки, то есть совершенно случайно. Группы поддержки мастерили флаги и плакаты с символиками факультета, а на трибунах стадиона обновляли слой краски. В этот раз, время после обеда досталось Гриффиндору и сразу после трапезы студенты бежали на поле. Сметая всё с тарелки, Леона спешила на тренировку, постоянно подгоняя своих сокомандников. — Живее! Поторапливайтесь! — Крикнула она, наполняя флягу водой и попрощалась с подругами, выбегая из большого зала. Настроение было приподнятое, энергия била ключом, а мышцы приятно сводило в предвкушении матча. Обычно, легкий мандраж руководил девушкой в такие моменты, но сегодня, когда метла совсем новая, ещё не мятая и не царапанная, а форма свежая и идеально подходит по размеру, Леона чувствовала, что грядущий матч закончится победой её команды, как бы не ворчала Рейес. Уклоняться от бладжеров было куда легче, чем всегда, словно Эллингтон выпила феликс фелицис перед тренировкой. Квоффл прилетал в руки в самые нужные моменты, а счёт становился всё больше. На удивление, настрой капитана передался и остальным членам команды и как же жаль, что матч был не сейчас, ведь даже «дружеское» состязание будет проиграно Слизеринцами. — Перерыв! — Крикнула мадам Когава, заставляя студентов спуститься. — У вас есть пятнадцать минут. Леона слезает с метлы и утирает перчаткой лоб. Она сегодня как в прямом, так и в переносном смысле на высоте и отлично поработала. Разговаривая с командой по поводу их игры, Эллингтон замечает кого-то на трибунах. Что он там делает? — Я пойду за сумкой, — Девушка направилась прямо к самому неожиданному зрителю их тренировки. Потная, в прилипшей мокрой форме, со спутанными волосами, которые уже не походили на прежние, собранные в тугой хвост, Леона быстрыми шагами поднялась к Мраксу. — Здравствуй, Оминис, — Прохрипела девушка. — Что ты здесь делаешь? Он протянул затёкшие ноги под следующую лавку и повёл головой в сторону голоса. Мракс ответил: — Привет, Леона. Я пришёл сюда с Поппи, у неё дело к мадам Когаве. Свитинг, значит? — Глаза начали искать хаффлпаффку среди людей в красно-золотой форме. Во рту неприятно пересохло. — Не знаешь ли ты, по какому делу она искала тренера? — Леона присела рядом, попутно стаскивая сумку с соседней лавки. — Что-то связанное с оформлением стадиона к ближайшему матчу, — Оминис чувствовал тяжелое дыхание рядом и спросил, выдержав паузу. — Как тренировка прошла? И откуда он…? Впрочем, неважно, ведь Леону уже ничего не удивляло, после общения с Мраксом. Закрывая флягу, девушка облизнула холодные после прикосновения к железу губы и ответила: — Продуктивно. Мою одежду можно уже отжимать, — Шутка показалась ей смешной, как нелепые подколы Гаррета оцениваемые только самим Уизли. Она наклонилась за сумкой и дальше пробормотала. — Выгляжу не очень удачно, так что… Леона перевела взгляд на Мракса. Он смотрел прямо на неё. Не в том смысле, что видел, но создавал такое впечатление. Густая пелена покрывала радужку, не оставляя места для цвета, полностью заполняя зрачки. И вот ещё раз. Они снова играют в гляделки. Леона не моргает, боится спугнуть и не заметить того, как Оминис переведёт взгляд. Она ловит мгновение, что прошибает как холодный ветер, насквозь, не решается выпрямится, так и сидит в полусогнутом положении. Знает ли он, что смотрит мне в глаза? — Губы приоткрываются в судорожном вдохе, а стук, вроде бы успокоившегося после тренировки сердца отдаёт в уши. Лео что-то хочет сказать, но может только кусать щёки изнутри, надеясь, что вкус железа отвлечёт её на время, остановит от их состязания или соистязания. Первой сдаётся Эллингтон, которая, выпрямляясь, отводит взгляд на ворота для квиддича. Она горько усмехается и нарушает тишину: — Ты знал, что сидишь в самой опасной для зрителей зоне? — Оминис удивляется и наивно приподнимает брови. Его руки находят покоившуюся на коленях книгу и ощупывают корешок. — В следующий раз попроси Поппи или кого-то ещё отвести тебя на трибуну у входа на площадку. — Хорошо. Спасибо, — Он кивает и опускает голову к книге. В ту же секунду что-то бормочет под нос и продолжает. — Ты придёшь в библиотеку вечером? Удар. Ещё один. И ещё. Как будто азбукой морзе настукивается сигнал спасения. Реально ли то, что происходит? Щипните Лео за щеку, кто-нибудь! Возможно, подружиться с ним ещё реальнее, чем ожидалось. Эллингтон боится проснуться прямо сейчас в своей постели и понять, что находилась во сне. — Надо же, — Она ехидно тянет гласные. — Не думала, что тебе понравится болтать со мной. На лице появилась детская беззлобная улыбка, а рука сама потянулась, чтобы дружески ударить Оминиса в плечо, но Леона всё же решила этого не делать. —Я… — Не успел договорить Мракс, как пришла Поппи. Раздался свисток тренера. Пятнадцать минут прошли на удивление быстро, а значит нужно было собираться на поле. Леона вскочила с места, закинула сумку на плечо и бросила в след «Увидимся», достаточно тихое, чтобы Свитинг не услышала и достаточно громкое, чтобы понял Оминис. Он кивнул и развернулся к сопровождающей, ощущая на себе ещё долгий взгляд со стороны.

***

В комнате девочек седьмого курса всегда много гостей, будь то выходные или будние дни. Они слетались как мотыльки на свет и оставались до поздней ночи, что почему-то не вызвало восторг у профессора Уизли. Было много тем для разговоров, но особенно выделялись три: сплетни, тайны вселенной и мальчики. Последняя начинала волновать сердце, как только девочка вступала в возраст, когда смотришь на противоположный пол иначе. Слушать об очередной влюблённости «навсегда» приходилось чаще всего, потому как хранить подобные чувства в себе было сложно, нужен был тренер, который поможет советом. Именно тогда вступала Нелли, как самая старшая и опытная в амурных делах. Оггспайр давала рекомендации, отговаривала пятые курсы использовать любовные зелья и гадала, советуясь с Натти, конечно. Этот вечер не был исключением. — Вы просто поймите, — Нелли расхаживала из стороны в сторону, пока все, кроме её соседок, внимали её словам. — Самое трудное — это осознать, что ты влюбился. Натсай с Леоной переглянулись. Началась очередная дискуссия на тему отношений между мальчиком и девочкой. — А есть какие-то признаки, что ты влюбилась? — Осмелилась задать вопрос студентка пятого курса. Глаза Нелли сверкнули и стало ясно, что этого вопроса она и ждала. — Во-первых, это желание хорошо выглядеть. Вы вдруг начинаете краситься ярче и выбирать украшения тщательнее, хотя до этого так не делали, — Голос Оггспайр можно было сравнить с тоном профессора, читающего лекции студентам. — Во-вторых, вы хотите проводить с этим человеком больше времени. Леона, читавшая книгу, слушала вполуха. В голову почему-то пришла мысль, что было бы славно, если Мракс опять придёт в библиотеку: сегодня, после тренировки, они разговаривали, пока девушка выполняла поручения Перграмм. Никогда ещё Эллингтон не работала с таким удовольствием. — В-третьих, вы подолгу разглядываете этого человека и смущаетесь, когда он смотрит в ответ. Зелёные глаза несколько раз перечитывали одни и те же строчки, пытаясь сконцентрироваться на книге, но разговоры на фоне становились важнее. Леона сопоставляла всё, что с ней произошло после первого за учебный год разговора с Мраксом и сравнивала с тем, что говорила Нелли. То, как она не могла отвести от него взгляд, как смутилась от неоднозначной фразы в библиотеке… и как громко стучало её сердце, стоило ему улыбнуться. Щеки горели, в комнате становилось тесно и душно. Леона вскочила, с грохотом выронила книгу из рук и замерла. Шум затих, а девочки разом повернулись на неё. Эллингтон, стараясь скрыть глупое, неловкое выражение лица, быстрыми шагами прошла к двери, выходя, громко захлопнула её. Спускаясь по ближайшей стене гостиной спиной, девушка села на пол, тяжело дыша, и закрыла глаза руками. Мракс.