Попаданка

      К посадочным платформам подплывали дирижабли, так похожие на неведомых и легендарных левиафанов. Они зависали, заглатывали в свои серебристые туши пассажиров, с ленивой грацией отчаливали, и, набирая высоту и скорость, растворялись в безбрежном воздушном океане.       На краю платформы стояли двое мужчин. Молодой оперся руками о балюстраду, внимательно слушая пожилого, что-то вполголоса говорившего ему. Услышав объявление о посадке, они крепко обнялись, и пожилой подтолкнул парня к посадочному трапу. Парень, крепко держа в руке потрепанный саквояж, ступил на трап.        Только в скромной каюте второго класса Эфрой понял, как он был напряжен все это время. Он, не сняв покрывало, улегся на свое место и устало прикрыл глаза, прогоняя в мыслях все, что произошло в поместье.       Подмену никто не заметил, Сандор великолепно вписался в свою роль. Эфрой даже был удивлен, неужели он вот так, надменно, выглядит со стороны, когда общается с окружающими? И по реакции окружающих понял, да, именно таким его видят! Он с дедом покинул поместье не сразу. На следующий день после замены, «дед» умер, и, наблюдая за похоронами из бойницы старой нежилой башни, Эфрой почувствовал, что у него по щекам скользят капли. Он смотрел на горе Сандора, который хоронил отца, и даже немного «завидовал» ему. Сандор погребал отца, пусть и под чужой личиной, но он точно знал, где будет погребен родной отец, а у отца Эфроя в склепе был кенотаф*. Где погиб отец никто не знал. Не нашли не только тела, но не могли найти ни одного клочка от погибшего. Эфрой с дедом спустились с башни, когда траурная процессия вышла за ворота поместья и направилась в убежище деда. Они дождались темноты, также по тайным проходам покинули поместье и оказались у места погребения. Эфрой чуть поежился, зайдя в усыпальницу предков, но дед никак не отреагировал, он подошел к каменному саркофагу со своим именем, бросил Эфрою: «Помоги», — а когда тяжелая плита была отодвинута, убрал с лица умершего ткань и выпустив коготь, осторожно дотронулся до шеи. Из-под кожи выпал небольшой камень, дед положил его на каменный пол и раздавил тяжелым сапогом. Эфрой, увидев еще один анташийский камень, подумал: « Точно, дед нашел копи богов!»       Задвинув плиту на место, они вернулись в тайную комнату, забрали вещи и, используя амулет переноса, оказались в небольшом охотничьем домике, расположенным почти у самых гор. О этом домике никто кроме деда не знал. Дед построил этот домик давным-давно, но не пользовался, а вот сейчас он им и пригодился. Эфрой рассказал деду о найденной скульптуре. Дед несколько раз просил Эфроя повторить рассказ. Долго молчал и спросил.       — Сможешь снова найти это место? Эфрой кивнул.       — Ну что ж, мы закончим свои дела, а потом как-нибудь посетим это место.       — Дед, а ты останешься здесь?       -Нет, я провожу тебя и вернусь.       — К Мелиму?       — Нет, Эфрой, я вернусь в свой замок.       — В какой свой?       — Ты забыл? У нас есть наш изначальный родовой замок. Он в горах, туда можно попасть только телепортом. Не всякий знает координаты. Так что защищен замок, даже лучше драконьей сокровищницы.       — А не боишься, что до Мелима дойдут слухи, что ты жив?       — Чем быстрее это произойдет, тем ближе будем мы к разгадке, кто виноват в гибели твоих родителей, мальчик. Крысы бегут с тонущего корабля, и Мелим вольно или невольно выдаст сам себя! Так что пусть дойдет до него радостная весть как можно быстрее. Мне сейчас важно, чтобы ты не пострадал. Да и я буду готов к борьбе с этим Мелимом!        Уже на следующий день они выехали к ближайшему городу. Эфрой даже не удивился, увидев деда в чужом облике. Свою легенду дед пока поддерживал. Эфрой закинул руки за голову. Как все изменилось, завертелось после его встречи с Иваном! Обретение къяри, и донос дядюшки, прерванные Игры — все смешалось в единый клубок.

***

      Слова Лепски «У нас гости!» стали отправной точкой для последующих событий. «Гости!» — хмыкнул Эфрой, закидывая руки за голову и погружаясь в воспоминания. Да было бы в сто раз лучше, если бы их группу обнаружили «противники». Первым неладное почуял Крис. Он испуганно вскинул глаза на Эфроя, и тот отчетливо увидел панику в глазах паренька. Затем Гант стал излишне суетливым и дерганым, и Лепски, затравленно озираясь, попытался что-то высмотреть в густых зарослях. Только Ольга недоуменно поглядывала на своих товарищей и спрашивал: «Ребята, что случилось-то?», пока не догадалась обратиться к Трилу с воплем: «Трил, да что случилось?» Эфрой увидел, как девушка замерла на несколько секунд, а потом спросила у Эфроя: « А кто эти вархи?» После этого вопроса все разом остановились и уставились на Ольгу. Та дернулась и пробормотала.       — Они через полчаса будут тут. Сущность внутри Эфроя рыкнула и попробовала вырваться. Усилием воли, заставив сущность замолчать, феррах вынул из ножен меч и несколько раз хлестким движением разрубил перед собой воздух и встал перед входом на поляну. Гант, понятливо кивнув, тут же устроился подле и тоже приготовил меч.       — Лепски, приготовься, — крикнул Эфрой. Полуэльф быстро зарылся в своей сумке, торопливо вынимая из неё свои лечебные зелья.       — На вархов магия не действует, — инструктировал феррах команду, — только меч и огонь. — Огонь? — переспросила Ольга, — Крис, готовь мне щепки. -       Что ты хочешь сделать? — не оборачиваясь, спросил Эфрой.       — Гранаты, — ответила девушка. — Нанесу огненные руны на щепки, привяжем к ним небольшие камни и забросаем нафик этих уродов!        До боли сжав зубы, Эфрой всматривался в темноту. За его спиной Лепски развил бурную деятельность, он подтаскивал к костру все ветки способные гореть. Костер должен гореть постоянно, огонь освещал поляну и отпугивал вархов. Эти порождения тьмы в одиночку и небольшой стаей были трусливы и неопасны, но сбиваясь в крупные до десятка и более стаи, они становились опасным противником, у них появлялся коллективный разум, и их действия становились продуманными и изощренными. Стая вархов за два-три часа была способна уничтожить небольшой, хорошо вооруженный гарнизон.       — Ребята, приготовьтесь! — крикнул Эфрой, занося меч для удара.       В течение нескольких минут на поляне слышались только удары мечей и визг раненых вархов. А у костра Ольга быстро на небольшие щепки наносила огненную руну, Хрысь ловко привязывал к щепкам небольшие, найденные камешки и тут же передавал их девушке, она быстро напитывала руны силой и отдавала готовые «гранаты» Лепски. Полуэльф шустро подбегал к мечникам, активировал руну и бросал в гущу лезущих на приступ вархов. Огонь, растекаясь по меху, заставлял мелкую нечисть отступать, что давало небольшую передышку Эфрою и Ганту.             — Гант, давай нашу стрелу! — предложила Ольга, подходя к краю поляны. Гант согласно кивнул головой и сформировал стрелу, девушка быстро подвесила на её острие небольшой фаербол и тот, впитывая в себя силу стрелы, на глазах стал увеличиваться, движением руки Гант отправил конструкцию в середину стаи. Огненная вспышка и последующий визг показали результативность этого метода.       Но Эфрой понимал, что шансов на победу у них нет. И все чаще касался верхнего кармана куртки, где лежал сигнальный амулет на случай непредвиденной ситуации. Увидев, как Эфрой тяжело оперся на меч, Лепски крикнул девушке. — Олия, держи Эфроя! — и побежал к своим склянкам-пузырькам.       Ольга сначала не поняла, но покачнувшийся Эфрой заставил её бегом преодолеть расстояние между ними и подставить плечо уставшему ферраху. Тот уцепился за плечи девушки и почти повис на ней. Ольга что-то говорила, но феррах только крепче прижимал к себе тело кьяри и вдыхал, вдыхал тепло от прижавшегося к нему тела, дьявол, как же быстро работает эта привязка! А что будет, когда и Ольга примет его кровь? Прибежавший Лепски попробовал оторвать от ферраха девушку, но ему не удалось, и он так и стал совать в Эфроя, в лежащего на Ольгином плече, свои настойки и микстуры, феррах послушно их глотал. И Лепски честно не понимал, что больше помогает, его лечение или близость девушки.       Вархи снова пошли на приступ, краткая передышка закончилась. Эфрою показалось, что вархов стало намного больше, и они стали сильнее. На место погибших прибывали все новые полчища. Первым упал Гант, его успели оттащить вглубь поляны, затем обессилено привалился к дереву Лепски, напуганный Кристиан уже давно сидел неподвижно у костра. Но когда обессиленная Ольга опустилась на землю, Эфрой не раздумывая раздавил маячок и, увидев, как в небе расцветает сигнал, выпустил свою сущность и вломился в стаю вархов. Сущность была в таком бешенстве, что рвало вархов на раз.       Его остановило только появление отряда спасателей. Он медленно возвращал себе человеческий облик, наблюдая, как спасатели накладывают на поляну защитный купол, как лекарь обходит всех, проверяя на наличие укусов и попутно накладывая исцеление. Но стоило лекарю подойти к Ольге, фаррах сразу оказался поблизости. И нести девушку он никому не позволил, взял её на руки, так и появились они во дворе Академии: окруженные спасателями члены группы на воздушных носилках, и он, прижимающий к себе Ольгу, как бесценную драгоценность. А на следующий день был вызов от Милима. Эфрой только успел на бегу сказать Лепски о вызове и улетел.