Конец - это только начало

Было глубоко за полночь, лунный свет озарял серо-голубые обои с затейливыми узорами, когда дверь в комнату Оминиса отворилась и старший брат грубо толкнул его в бок. - Просыпайся, задохлик! И палочку возьми, едем развлекаться. – и он опять залился смехом, будто сказал что-то очень смешное. Сидя на метлах четверо Мраксов рассекали ночной воздух Лондона, устремляясь к заводским кварталам, окутанным густым дымом, валившим из цехов заводов и фабрик. Ветер свистел в ушах, а чайки с истеричным криком разлетались от невидимых волшебников. Спустя несколько минут они начали снижение и аккуратно приземлились в каком-то тихом дворе. «Алохамора», услышал Оминис, а следом услышал и звон упавшего на пол амбарного замка. Они вошли внутрь, ноздри заполнил запах древесины. Оминис зажег палочку – они находились в огромном помещении. Он подошел к дверям и пальцам провел по табличке с названием «Мебельная фабрика Смит и Ко». - Поохотимся? – сказал отец и весело подмигнул Оминису, хоть и знал, что он не видит его подмигивания. – Левиоса! Несколько стульев взлетели в воздух, управляемые палочками отца и старшего брата, и с грохотом упали на пол. Под гогот и смех в воздух взмывали шкафы и кровати, разлетаясь в клочья под заклятиями или просто падая на пол. Вдруг из разных концов здания вспыхнули огоньки света, это ночные сторожа фабрики бежали на шум. Это была очень большая ошибка. Всего несколько секунд и вот уже шестеро мужчин корчились на полу, увитые зеленоватыми молниями заклятия Круциатус. - Ну же, - отец схватил Оминиса за руку и подтащил к несчастным жертвам. – Хочешь спасти друга, не замарав ручки? Не выйдет! Вперед! Он выставил руку сына вперед, сам направил его палочку и похлопал по спине, призывая к действию. Оминис попытался вывернуться, но отец крепко держал его за руку. В свете его палочки несколько человек корчились на полу, а члены его семьи стояли рядом и смотрели на него в ожидании. «Оно того не стоит» пронеслось в его голове. И правда? Пытать людей, ради друга? Становиться преступником, чтобы помочь другому преступнику? А что, если Анна права и Себастьяна уже все равно не спасти, будь он даже на свободе? А что потом? Я останусь с этими людьми, потому что обещал? Обменять мою жизнь на жизнь Себастьяна? «Он твой единственный друг» проскользнула в голове новая мысль. А ведь верно. Если не ради него, то ради кого мне еще жить? Я ненавижу Мраксов, все ненавидят Мраксов. Все. Кроме Себастьяна. Я буду всю жизнь жалеть, если не помогу ему. Он покрепче обхватил палочку и уверенно произнес «Круцио!» Они пытали несчастных до самого рассвета, Оминис даже вспотел и снял пиджак, отчего на утреннем свежем воздухе его пробил озноб. Или он просто дрожал от всего того, что творил последние несколько часов, оттого что перешагнул через все свои принципы, оттого что только что стал преступником. Отец был очень доволен, он несколько раз потрепал его по голове, отчего вид у Оминиса был совсем плачевный – с расстегнутым воротом рубашки, растрепанными волосами, испариной на лбу. Он никогда бы не позволил себе быть столь неопрятным не будь ситуация столь ужасной. Первые розовые лучи рассвета осветили помещение фабрики. - Нам пора, - сказал отец. Несколько выкриков «Авада кедавра» и стоны на полу стали значительно тише. - Этот твой, - отец еще раз похлопал по спине, по голосу было слышно, что он очень доволен сыном, наверное, впервые за многие годы. – Добивай! У Оминиса не было сил ни спорить, ни сопротивляться. Он ненавидел себя, свою семью и Себастьяна за все то, что творилось тут несколько последних часов, но убийство заклятием Авада кедавра – это пропасть и он шагнул в нее.