The Arithmancer/Арифмантка

Исследовательская работа Гермионы по Зельеварению была принята после нескольких незначительных изменений. Отношение редакторов газеты резко контрастировало с манерой поведения Снейпа: они показались очень поддерживающими и дружелюбными, а ещё весьма впечатлёнными её интеллектуальными задатками и нестандартным мышлением. Статья планировалась к выпуску в Практическом Зельеварении в начале апреля, и редактор пообещал отправить Гермионе и её родителям бесплатный экземпляр (и профессору Вектор по просьбе Гермионы). Она догадывалась, что Профессор Снейп увидит её во время публикации, и после нескольких наблюдений за столом учителей она знала, что Профессор Дамблдор тоже получал большое количество научных журналов (а ещё она была почти уверена, что заметила маггловский журнал по астрономии в его стопке), так что ей было очень интересно, как всё пройдёт. Северус Снейп спустился на завтрак пятого апреля, ожидая такой же обычный день, как и все предыдущие. Хоть и чуть более интересный, потому что сегодня он мог бы насладиться новейшими исследованиями в своей сфере, которые опубликуются в Практическом Зельеварении. Самое интересное, что могло бы произойти в этом замке. Но когда прилетела сова, он увидел что копии доставлены Альбусу, и, что странно, Септиме, ведь она никогда не интересовалась зельеварением. Но когда он начал читать заголовки на обложке, Снейп увидел заголовок и подавился кофе. И хорошо, потому что если бы он продолжил его пить, то через секунду выплюнул бы его на стол, прочитав имя автора: МАГГЛЫ И СКВИБЫ СПОСОБНЫ ВАРИТЬ ЗЕЛЬЯ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ РУНИЧЕСКИХ КРУГОВ, за авторством Г.Д.Грейнджер. Снейп посмотрел на стол Гриффиндора и нашёл неудержимую шевелюру предполагаемого автора. Присмотревшись, он понял, что у второкурсницы тоже есть копия Практического Зельеварения. Это казалось невозможным, но, перелистнув сразу к статье, он увидел комментарий к заголовку: Прим.редакции: Мисс Г.Д.Грейнджер представилась второкурсницей Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, и мы поздравляем её с тем, что она внесла столь ценный вклад в развитие Зельеварения в столь юном возрасте. Снейп начал читать статью, поражаясь, как, пусть даже такая выделяющаяся студентка, смогла протащить что-то такое бредовое в редакцию. Но чем дальше он читал, тем сильнее и сильнее щурился. Это выглядело вполне… легитимным. Она даже приложила схемы рунических кругов, которые использовались, и они выглядели максимально простыми, даже написаны были редко используемым Латинскими Рунами, которые давала ученикам профессор Бабблинг на своих семинарах. Он едва удержался от того, чтобы выругаться, когда увидел, что рунные круги подписаны как «Грейнджер & Уизли (1992), не опубликованы ранее». И, хотя эксперимент было бы несложно повторить, девушка крайне тщательно, вдумчиво и внимательно, до малейшей детали задокументировала весь процесс. Субъект А — сквиб, который пытался обучаться магии в прошлом, используя метод Квикспелл, но не достиг никаких значимых результатов в заклинаниях или зельях. Субъекты Д и Э — магглы, родители магглорождённого, владеющего магией ребенка. Они не имели никакого формального магического образования. Однако, у субъекта Э получилось успешно сварить работающее зелье без использования волшебной палочки. Субъект Г — волшебник, второкурсник Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Субъект Г обучался зельям в рамках школьного курса и успешно варил Зелье Безумия в прошлом. Само исследование описывало процедуру, наблюдения, результаты и выводы, а всё вместе это тянуло на работу выпускника Ж.А.Б.А по подходу. Было чудовищно очевидно, кто стал «подопытными» девочки, хотя те, кто с ней не знаком, сделать таких выводов не могли. Как бы не было неприятно Северусу Снейпу это признавать, это было впечатляюще. Разочаровывающе, но впечатляюще. Гермиона следила за Снейпом, который всё время переводил взгляд с журнала на неё всё чаще и чаще, со всё более оценивающим выражением на лице. Профессор Дамблдор дочитал статью и подарил ей широкую улыбку. Профессор Вектор тоже улыбнулась и кивнула ей, когда долистала до статьи. — Снейп, кажется… впечатлен? — прошептала Алисия Спиннет в её сторону. — А чего бы ему не впечатлиться? — сказал Перси Уизли. — Не каждый публикуется в научной хронике на втором курсе. Джинни молчала, но с благоговением наблюдала за происходящим. — Кажется, ты его сломала, Гермиона, — сказал Рон, когда Снейп уже в четвёртый раз перевёл взгляд с журнала на неё. — Ага, отличная работа, — поддакнул Фред. — Ему явно пойдет на пользу маленькая встряска. Гермиона застенчиво улыбнулась и осмотрела Зал. Седрик Диггори поймал её взгляд и поднял большой палец вверх с хаффлпафского стола. Роджер Дэвис что-то рассказывал Ребекке Гамп из их класса Арифмантики и иногда показывал в сторону гриффиндорки. Ребекка смотрела на неё, прищурившись и явно ему не веря. Слизеринцы тоже заметили изменения в настроении Снейпа и явно перешептывались, обсуждая, что же такое случилось. Дамблдор посмотрел на Снейпа и сделал приглашающий к чему-то импровизированный жест. Снейп старался игнорировать его, но Дамблдор повторял и повторял, пока, наконец, Снейп не смог притворяться, что ничего не замечает. Преподаватель Зельеварения встал и прокашлялся. Он выглядел так, как будто только что закусил кофе лимоном. Он обратился к Залу. — До моего сведения дошло, что мисс Гермиона Грейнджер внесла значительный вклад в исследование научной стороны Зельеварения и опубликовала свои исследования в издании «Практическое Зельеварение», — по залу пронеслись удивлённые шепотки. — Это… большое достижение и впечатляющее проявление таланта к Зельям для второкурсницы, и я награждаю мисс Грейнджер… — Снейпа почти трясло, когда он договорил: — десятью баллами для Гриффиндора. Большой Зал взорвался аплодисментами и неверящими воскликами. Это было совсем не объективно, но это было больше баллов за раз от Снейпа для Гриффиндора, чем кто-то мог вспомнить. Гермиона была на сто процентов уверена, что, не смотри на них учителя, кто-то из гриффиндорцев точно поднял бы её на плечи, но в основном все были шокированы, включая учителей. — Вот за это мы тебя и любим, Гермиона, — сказал Фред. — Ты можешь поднять на уши всю школу… — продолжил Джордж. — …просто будучи собой. Была и ложка дегтя: Зелья у них были первым уроком сразу после завтрака. Она уже приготовилась сдерживаться и не реагировать на ремарки Снейпа, или что он поснимает с Гриффиндора больше баллов, чем обычно, но, к удивлению всего класса (и разочарованию Слизерина), он вёл себя примерно как обычно… пока не попросил её задержаться после урока. Гермиона попросила Рона подождать её за дверью, потому что всё ещё обещала никуда не ходить в одиночку. — Просили остаться, Профессор? — нервно спросила она. — Мисс Грейнджер… Я хотел сказать, что то, что я сказал, это моё искреннее мнение… — Он замолчал, и ей показалось, что в его глазах промелькнула тоска. — Моя первая публикация оригинального исследования произошла только на четвёртом курсе. — Эм, спасибо, сэр, — сказала Гермиона, с осторожностью ожидая того, зачем её реально оставили в классе. — Если вы посчитаете, что заинтересованы в независимых исследованиях в моём предмете, я бы… возможно, рассмотрел ваше предложение. Она вылупилась на него. Это было очень… вежливо с его стороны. — Я… Я сомневаюсь, что хочу связать свою жизнь с зельями, — сказала она. — Но большое спасибо за предложение, сэр. Снейп кивнул и задумчиво сказал: — Я должен предупредить вас, мисс Грейнджер, что такая… высоко-интеллектуальная магглорождённая, как вы, вероятно, привлечёт внимание тех, кто не одобряет подобные вещи… Я не имею в виду, что вы должны остановить свои изыскания или скрывать свой ум и сдерживать себя… но вам точно стоит быть бдительней, особенно ввиду событий прошлого года. — Я… Я… — стушевалась она. — Почему вы говорите это мне, профессор? Снейп чуть усмехнулся: — Потому что я профессор школы и несу ответственность за благополучие всех студентов, — а потом отвернулся и пробормотал так тихо, что она практически не услышала: — и из-за немалого профессионального восхищения. — А потом добавил чуть громче: — Это всё, мисс Грейнджер. — Да, сэр, — сказала она и пошла на следующее занятие. *** Первой реакцией людей вокруг были неверие, некоторое удивление и даже злость. Драко Малфой пялился на неё куда чаще, чем обычно, а Ребекка Гамп зажала её в углу после урока Арифмантики и начала требовать, чтобы она рассказала, как ей удалось получить публикацию на втором курсе (и была немного удивлена, когда Гермиона ответила ей прямо). Филч поздравил её, но попросил быть внимательнее, чтобы никому не рассказать о его статусе. Поскольку статью прочитали всего парочка студентов, реакция была вяловатой, несмотря на выдачу баллов Снейпом, но она получила несколько писем от публики: и позитивных, и негативных. Реакция в них была примерно такая «да как ты смеешь распространять священные магические практики среди недостойных магглов и сквибов!» или что-то вроде, а некоторые пришли от заинтересованных родителей магглорождённых, которые спрашивали, где они могут приобрести эти рунические круги. (Позже узнала, что кто-то из предприимчивых продавцов на Косой Аллее скопировал её разработку и начал продавать). Но самым приятным было письмо из «Аптеки Слага и Джиггерса», они благодарили её за привлечение новой аудитории — родителей магглорождённых, которые пошли покупать наборы для варки Зелий. Как ответственные продавцы, они настаивали на покупке инструкций и книг по технике безопасности. В знак благодарности они отправили ей ваучер на бесплатный комплект к урокам зелий для третьекурсника. А школа постепенно готовилась к Пасхальным каникулами, и второкурсники с нетерпением ждали выбора своих элективных классов, которые нужно будет сдавать на СОВ. На выбор были Древние Руны, Арифмантика, Уход за Магическими Существами, Прорицания и Маггловедение. Гермиона собиралась продолжить занятия Арифмантикой (разумеется!), но не могла решить, что же выбрать ещё. Все студенты должны выбрать минимум два электива для сдачи СОВ, — гласило объявление. — Студенты, которые хотят взять три и более электива, должны получить разрешение от своего Декана. Гермиона очень всерьёз задумалась. Она не сомневалась, что профессор МакГонагалл даст ей разрешение. Единственным ограничением было время (и свободное время), потому что её оценки были превосходными и она всегда сдавала домашку вовремя. Обсудив всё с приятелями-четверокурсниками, она поняла, что Руны и УЗМС это самая популярная «серьёзная» комбинация, требующая усилий на занятиях. Арифмантика считалась самым сложным классом, так что не была особо популярна, а вот Прорицания и Маггловедение считались легкими. С другой стороны, ВСЕ предметы казались интересными, даже Маггловедение. Ведь так интересно посмотреть на магглов с точки зрения магов! Хотелось бы, чтобы и сокурсники проявили такой энтузиазм. — Ты уже решил, что выберешь, Гарри? — спросила она, когда подходили сроки. — Хз. Я планировал взять то, что Рон выберет. — Правда? Ну серьёзно, у вас же совсем разные сильные стороны. Ты не хочешь их развить? — Я хорош только в Квиддиче. — Это не так! — взъярилась Гермиона. — Ты очень хорош в Защите-… да, согласна, что у Локхарта на уроках это не применить, — признала она. — И в чарах ты очень даже хорош. — А потом она улыбнулась. — Я думаю, тебе стоит взять Арифмантику. — У-у-у, оставь его в покое, Гермиона. Это самый сложный урок для простых людей вроде нас, — вылез откуда-то Рон. — Я знаю, что это считается сложным занятием, Рон, но Гарри ходил в маггловскую начальную школу. Профессор Вектор говорила, что маггловская математика в начальной школе готовит студентов гораздо лучше, чем способны многие чистокровные. Готова поспорить, что у тебя будет отлично получаться, Гарри. — Правда? — обнадёженно сказал он. — Да, правда, Гарри. Ты не глупый, и с твоим бэкграундом маггловской школы у тебя есть отличный старт. — Окей, думаю, я могу попытаться, — сказал брюнет. Гермиона ободряюще улыбнулась ему. — Не могу поверить, что ты на её стороне! — осунулся Рон. — И что это должно значить? — повернулась она к Уизли. — Я имел в виду, что ты заставишь его ходить на самые сложные уроки, как ты. — Нет ничего неправильного в том, чтобы брать сложные задания, Рональд, — сказала она, уставившись на мальчика. — И вообще, какие ты выбрал? — Эм, я думал пойти на УЗМС и Прорицания. — Прорицания? Правда? — Да, и что? Не то, что ты бы взяла? — Ну, я думала, но хоть и звучит интересно, я не уверена. Профессор Вектор сказала, что они не всегда сбываются, и если нет реального интереса, то лучше подумать о выборе другого курса. — Ну, прости, что не хочу быть как ты! — вспылил Рон. — Я не говорю, что ты должен быть как я. Ты должен реализовывать свои сильные стороны. — У меня нет сильных сторон! — громко пожаловался он. — Я уже и так хожу на все обязательные занятия. — У тебя есть сильные стороны. — Я уверен, что ни в чём не хорош. Если я получу лёгкую П, то смогу повысить свой средний балл. — Ты гораздо умнее, чем просто «лёгкое П». — Эй! Почему бы тебе не отстать и не дать самому выбирать свои уроки, Гермиона? — Ладно! — выпалила она. — Но, Мерлина ради, Рон, как кто-то такой… умный, как ты, может быть настолько идиотом? — она развернулась и начала уходить. — Я не умный, Гермиона! — завопил Рон ей вслед. Они оба даже не заметили, как Гарри отошёл от спора. — Я не какой-то гений, который может считать в голове, ходить на все уроки и знать все учебники наизусть, или что ты там делаешь! Я просто обычный парень из обычной семьи! Гермиона проигнорировала наезд и резко развернулась к Рону: — Рон, я знакома с твоей семьёй. Я не знаю никого в вашей семье, кто не был бы блистателен в какой-то отрасли. — О, не преувеличивай, — возмутился он. — Мой отец застрял в Отделе по Борьбе с Незаконным Оборотом Изобретений Магглов. А мама просто сидит дома. Гермиона не смогла сдержать возмущённого вздоха: — Ты не должен так говорить о своих родителях! — пристыдила она его. — И твой отец не «застрял». Он любит свою работу. И он тоже блистателен. Он зачаровал машину на полёт и невидимость, ну честное слово! А ещё он провёл закон по защите магглов от магов через Визенгамот. Едва ли кто-то скажет, что это легко! Да, он мог бы и получше разбираться в маггловских технологиях… но ты мог бы взять Маггловедение. И рассказать ему о новшествах. Рон повернулся и посмотрел на неё. — Думаешь? — сказал он после обнадёженной паузы. — Если будешь хорошо заниматься. Я слышала, что учебный план простоват, но это всё равно лучше, чем ничего, он ведь учился тридцать лет назад… И я помогу тебе с уроками во всём, в чём смогу. — Вау, спасибо… ну-у-у, я, наверное, мог бы взять Маггловедение вместо Прорицаний. — Круто. И я всё ещё настаиваю на том, что я сказала. Каждый в твоей семье — гений. — Мех, ну, может, братья, но мама-… она милая и всё такое, но она просто… мама. — Рон, я пробовала еду твоей мамы, — решительно сказала Гермиона. — В маггловском мире она могла бы вести свое телешоу! Не говоря о том, что дом ещё стоит, хотя в нём уже пятнадцать лет живут Фред и Джордж. Не смей принижать своих родителей только потому, что их таланты не в очевидных областях. Да, это мой конёк, но не каждый должен так уметь. И вообще, ты сам понимаешь, насколько твои братья хороши — даже Фред и Джордж смогли закончить Сыворотку Правды и каждую неделю придумывают новые сумасшедшие розыгрыши, — ближе к концу она понизила свой тон до шепота. — Но вот у Джинни нет никаких особых талантов-… — Таланты Джинни просто ещё не раскрылись полностью. Она смогла стащить ваши метлы из-под замка уже в шесть, и как ты думаешь, каждый первокурсник сможет наколдовать Летучемышиный Сглаз? — Она воровала наши метлы? — шокированно сказал Рон. — Так вот почему она так хорошо летает? Так она нас обманывала! — Ну, это вы никогда не давали ей полетать. Как я и сказала, у неё есть талант, как есть и у тебя! — Но-… — Не. Смей. Это. Повторять. Рональд Биллиус Уизли. Ты лучше в шахматах чем я, а это что-то да говорит. И даже лучше, чем МакГонагалл. Ты великолепный стратег. И ты знаешь практически всё о квиддиче. И у тебя талант к имитации голосов и к языкам. Профессор Бабблинг даже сказала, что у тебя есть врождённые способности к Древним Рунам на семинаре, забыл? Я просто хотела сказать, что думаю, что тебе нужно взять и их. — Серьёзно? Но это же детские забавы! — Но вот она так не думает. И ты помог мне с рунными кругами в прошлом году. Достаточно сильно, чтобы твоё имя тоже упомянули в «Практике Зельеварения». — Но это не то же самое, что учиться каждый день. Это Гермиона выдержать уже не смогла и завопила: — О! Рон, может, ты уже вытащишь голову из задницы и признаешь, что ты хоть в чём-то хорош?! Вся Общая Гостиная остановилась и уставилась на них, а Гермиона резко осознала, что произошло, и покраснела. Рон захлебнулся воздухом, а потом добрую минуту молча смотрел на неё. — Святые макарошки, Гермиона, — сказал он. — Я и не представлял, что ты умеешь так выражаться. — Некоторые люди вокруг захихикали. — Ну… ну… ты это заслужил, — стояла на своем она. — Я сказала, что думала. Ты должен взять Древние Руны и Маггловедение. Рон выглядел не до конца согласным: — Но я правда хотел взять УЗМС. — Ты можешь взять три электива, — как ни в чём не бывало предложила Гермиона. — Ты серьёзно. Она осуждающе уставилась на него. — Ты серьёзно, — он сел на диван, а Гермиона, не говоря ни слова, продолжала настойчиво смотреть на него. Наконец, он сдался. — Ладно, я сделаю это. Но если я сойду с ума в следующем году, то тебя я прокляну первой! — Договорились, — сухо согласилась Гермиона. Когда страсти в Гостиной улеглись, Гарри нервно сказал: — Ну… Тогда… Думаю, я запишусь на УЗМС как на второй электив. Мы могли бы все на него записаться и ходить вместе. — Думаю, это отличная идея, — кивнула Гермиона к облегчению Гарри. Они оба знали, что языки не его сильная сторона. Поттер думал, что УЗМС звучит забавно и может когда-нибудь пригодиться в жизни. А вот Гермиона всё ещё не знала, что ей делать. Проигнорировав советы всех студентов, она обратилась за помощью к человеку, который всегда мог дать отличный совет, которого она уважала, и сказала, что хочет посещать все уроки. — Ты правда хочешь, Гермиона? — спросила Профессор Вектор. — Думаю, да, Профессор. Ну, если это возможно. Я понимаю, что моё расписание уже очень странное-… — Я беспокоюсь не о расписании. Есть определённая возможность посещать все пары, если нужно. Я беспокоюсь о тебе. Я помню, как тяжело тебе было из-за повышенной учебной нагрузки на первом курсе. — Ну, скорее из-за чтения-… — прервала её Гермиона. — Я понимаю, что вы хотите сказать, мэм. Но мне всё равно придётся увеличить учебную нагрузку, а все уроки кажутся такими интересными! — Все? Немного удивительно это слушать, даже от тебя, — сказала Вектор. — Если тебе нужен мой совет, я бы не сочла Прорицания и Маггловедение лучшим вектором для приложения сил. — Гермиона немного смутилась. — Я могу быть предвзята, но думаю, ты помнишь моё мнение о Прорицаниях: они ужасающе субъективны и нереалистичны, во многом уступают по чёткости и проверяемости арифмантическому прогнозу, и в той мере, где они и правда работают, всё строится на одном: у тебя или есть Дар, или его нет. — Я читала об этом, мэм, но как вообще мне понять, есть ли у меня Дар? — Уверена, что Профессор Трелони будет счастлива помочь тебе оценить свои способности и принять финальное решение. И даже она скажет тебе, что если способности к этому нет, то нет смысла тратить время. — Оу, — разочарованно протянула Гермиона. — Но всё же, это может быть интересным с теоретической точки зрения, особенно учитывая, что гадание — это самая задокументированная магглами часть магической истории. — Да? Я не знала-… но это напрямую связано со вторым предметом: я очень сомневаюсь, что профессор Бербидж может тебя чему-либо научить. Она даже сама не магглорождённая! И я говорила это уже нескольким магглорождённым студентам. Этот предмет может быть полезен тем, кто полностью вырос в волшебном мире, но не думаю, что тебе нужно тратить время на то, что ты уже знаешь и, вполне возможно, знаешь гораздо лучше. — Я… я поняла вас, мэм, — сдалась Гермиона. — Но я не могу перестать думать, что предметы помогут мне увидеть другие перспективы Магии. Плюс, большой набор СОВ будет отлично смотреться в моем портфолио. Вектор грустно улыбнулась: — Гермиона, ты можешь сдать СОВ, даже не посещая уроки. Это не стандартная процедура, но это возможно. Уверена, что ты с этим справишься. Я очень боюсь, что ты взвалишь на себя слишком большую нагрузку. Помни, что в следующем году ты сдаёшь СОВ по Арифмантике. — Помню, профессор. И я очень благодарна, но мне правда хочется попробовать все уроки. Я чувствую, что должна им дать хотя бы шанс. И ведь некоторые сдают по двенадцать СОВ? Билл и Перси Уизли сдавали их, совмещая с ролями старост на пятом курсе. — Да, они смогли, но ты помнишь, каким усталым был Перси Уизли в тот год? — спросила женщина. Гермиона помнила. — И он чувствовал себя гораздо хуже, когда другие студенты его не видели. Ему понадобилось гораздо больше поддержи от профессоров, чем ты думаешь, чтобы справиться с этой задачей. Его брат Билл тоже прошёл этот путь с большими трудностями. Единственный студент, которого я помню и который без проблем сдал двенадцать СОВ — Барти Крауч-младший, но едва ли его можно учитывать, потому что он оказался социопатом. Не думаю, что тебе польстит такое сравнение. — Я… очень ценю вашу заботу, — сказала Грейнджер. По её лицу потекли слёзы. — Гермиона, что тебя на самом деле беспокоит? — Это просто… я думаю, что они же смогли… значит, и я должна смочь. Я всё просчитала… понимаю, что будет сложно… и что займёт много времени, но я думаю, что смогу, и… и после того, что случилось в прошлом году, я не хочу думать, что недостаточно сильная. — Ох, милая, — Вектор положила ладонь ей на плечо. — Гермиона, мне нравится думать, что за два года я неплохо тебя узнала. — Девочка закивала сквозь слёзы. — Я думаю, что ты способна — при должной заботе и поддержке — сдать все двенадцать СОВ на высший балл. Ты достаточно умная и целеустремлённая, чтобы добиться результата. — Гермиона подавила всхлип и начала чуть-чуть улыбаться. — Однако… Я не думаю, что ты будешь счастлива благодаря этому. Гермиона приоткрыла рот от удивления. — Я думаю, что если ты решишь сдать двенадцать СОВ, то ты направишь себя в сторону трёх тяжелых, болезненных лет, ради достижения, которое тебе даже не нужно. Как я и сказала, ты можешь сдать Маггловедение даже не посещая класс, и любые конспекты и теории по Гаданиям, которые у тебя получатся, даже не будут стоить пергамента, на котором они будут записаны. Да, если Профессор Трелони скажет, что у тебя есть Дар, то стоит попробовать. Но иначе… даже если у тебя не будет дюжины оценок, твои достижения в Арифмантике уже будут ощутимо тебя выделять. — Но я-… — Я знаю, что ты не хочешь отступать, — мягко сказала Вектор, — но это не будет значить, что ты недостаточно сильна. Это будет значить, что ты осознаешь свои приоритеты и сильные стороны. Я вижу, что ты живешь и дышишь Арифмантикой. Это большая часть твоей личности-… — женщина остановилась, чтобы подобрать правильные слова. — Я видела тебя, когда ты на пределе. В некоторые дни, когда совсем устаёшь, сила нужна только для того, чтобы встать с кровати. Я права? Гермиона побледнела. Звучало слишком похоже на правду. Даже после всего её удивляло, что Профессор так хорошо её знала, но, по правде говоря, таких дней уже было предостаточно. Так что она мелко закивала. — Я тоже так думаю. Так работает твой разум. Я жду, что если ты решишь попробовать записаться на Прорицания и Маггловедение, ты скажешь, что они не стоят твоего времени уже к концу первой недели. И если копнуть, то думаю ,ты уже это знаешь, иначе у нас бы не было этого разговора. И в этом нет ничего плохого! У других людей есть интерес к этим предметам и ради бога, но ради себя, Гермиона Джин Грейнджер, ты не должна тратить время только чтобы доказать свои способности. Лучше уделить это время Арифмантике, Рунам или просто весёлым вечерам с друзьями. Надеюсь, ты это поймёшь. Гермиона смахнула слёзы, но подумала, что поняла. Она вспомнила свои же слова Рону. «Да, это мой конёк, но не каждый должен так уметь». Но это же работало в обе стороны. И как бы она ни старалась, она не могла отрицать ни одного слова своей учительницы. Как бы ни были интересны занятия, она могла посчитать, сколько сил это потребует и что оно не стоит того. Слишком много трудов и усилий, которые потребуются, чтобы справиться с нагрузкой. Не нужно быть гениальным арифмантом, чтобы это осознать. — Вы… Вы правы, профессор, — наконец сказала она сквозь слёзы. — Я… Это того не стоит… Не стоит. Думаю, мне лучше останов-виться на трёх элективах… Спа-аа-асибо. Спасибо, что поговорили со мной. Я понимаю, как бываю ужасна, когда хочу взвалить на себя всё, что смогу, но мне так трудно отказаться от вызова! — Знаю, Гермиона, и благодарна, что ты постаралась и услышала меня. Мне было бы больно постоянно видеть тебя в таком ужасном состоянии. Я надеюсь, что ты снова придёшь ко мне, если у тебя возникнут сложности. — Да, конечно, мэм. *** Даже после диалога Гермиона решила, что будет разумнее забраться в Северную Башню к Трелони для оценки, чем просто сразу отказаться от предмета. Её ответ был немного разочаровывающим, но не неожиданным. — Прости, дорогая, но боюсь, у тебя очень слабая аура. Очень слабый резонанс с флуктуациями будущего. Справедливости ради, Гермиона не была уверена, что у Трелони самой есть Дар, после её бормотания о том, как она прячется в синем свете, или что она ещё бормотала. Но смысла это не имело. *** В мае экзамены стремительно приближались к ним, а ещё продолжалась серия матчей по Квиддичу, потому что расписание сильно сдвинулось из-за атак прошлой осенью. Гермиона пересмотрела их расписания, потому что Гарри тратил кучу времени на квиддичные тренировки, и профессор Спраут сказала, что окаменённые люди будут расколдованы уже через пару недель. И вот, Гермиона начала думать, что всё идет так хорошо… но прошлой ночью, перед матчем Гриффиндор-Хаффлпафф, жизнь в очередной раз преподнесла ей сюрприз, когда Рон и Гарри спустились по лестнице к ней в Общую Гостиную с ужасом в глазах. — Что-то не так? — спросила Гермиона, когда они выскочили перед ней. — Кто-то украл дневник Тома Риддла! — сказал Гарри. — Что? — Всю комнату перевернули, чтобы его найти, — подтвердил Рон. — Но… зачем? Если мы даже не уверены, что он говорил правду? И это значит, что только гриффиндорец мог его украсть. Нужен пароль для Башни. — Да, мы тоже так подумали, — сказал Гарри. — Ну, и что, вы думаете, это значит? — нервно спросила Гермиона. — Хотел бы я знать…