Неожиданное путешествие

Мы сидели все в том же зале, где и проходило изгнание бесов из короля. Вечер, время ужина, но ели только Арагорн с Гимли. Лас стоял рядом у колонны, а Гэндальф не отходил от Теодена, изредка переговариваясь с ним. Я предпочитала просто сидеть, наблюдая за мужчинами. За это время я наела столько, сколько эльфы не съедают и за неделю. Угадайте, кто мне об этом сообщил? Я не видела в этом какой-то проблемы, но лишний раз светить перед людьми и вести себя так, как эльфы себя не ведут не хотелось. Поэтому, попивая вино, которое по вкусу уступало Лориэнскому, я погружалась в свои мысли. Эовин влетела в зал с двумя детьми — девочкой и мальчиком. Как оказалось, на их поселение напали орки или какие-то дикари, а это чадо несколько дней было в пути сюда. Я, уступая место мальчику, сходила за парой порций еды, ставя перед детьми. Маленькая девочка с восторгом разглядывала нас с принцем, на что я ей подмигнула, занимая место рядом с Леголасом. Племянница зачем-то начала рассказывать о том, что дикари сжигают деревни, нападают на людей, в общем, ведут себя крайне дико. Правда, думаю Теоден об этом догадывается, а нам, членам Братства, это ясно как день. — Это лишь малая часть уготованных Саруманом бедствий. — Гэндальф, вытянув рук, мол, смотри, что происходит, показал на детей. — Грядут большие напасти, ибо его подгоняет страх перед Сауроном. — он буквально наседает над королет. — Выведи против него войско, защити от него своих детей и женщин. Прими бой! Арагорн, покуривая трубку, тоже подтянулся к уговорам мага. Теоден, видимо, боялся и начинал придумывать кучу отмазок, типа: «Эомер не поможет нам» или «Я не хочу приумножать жертвы своего народа». — Я не развяжу эту войну! — Война уже развязана! — воскликнула я, привлекая внимание присутствующих. — Ты можешь бежать и прятаться, придумывая различные отговорки, но тебя это тоже настигнет! — Насколько я помню, Теоден, а не Александра, был королем Рохана! — я подхожу ближе к нему, заглядывая в, теперь уже, ясные, но непробиваемые синие глаза. — Мы оставим этот город и уйдем в Хельмову Падь. На рассвете! Я понятия не имею, что это, но, судя по возмущениям Гэндальфа — это ловушка из которой не будет выхода, как только на нас нападут. Потрясающе! Поэтому, забив на всех, я решила выйти на улицу, скажем так, прогуляться, осмотреть город. И, конечно же, отправилась на рынок! Найти его труда не составило — мы, проезжая ко дворцу, видели его на пути. Он был небольшим, туда-сюда сновали люди, но их было немного, так как вечером большинство предпочитало сидеть дома. Денег у меня не было, да я даже и не видела средиземские монеты ни разу, но просто посмотреть, как и чем торгую было тоже интересно! Вообще, за все свои почти двадцать четыре года, я никогда в жизни не посещала рынок — слышала о нем, видела в видосах, фильмах, но воочию поглядеть не удавалось. Торгаши вовсю рекламировали свой товар, громко рассказывая о нем, а кто-то даже стишки придумывал! Люди покупали, в основном, продукты, пытаясь скинуть цену в несколько раз. Как только я проходила мимо какого-либо ларька, то все тут же замолкали, неприятно косясь в мою сторону, иногда перешептывались. С моим появлением, на рынок пришла и тишина. Класс! Чувствую себя какой-то неприкаянной: родители хватали бегающих детей за руку и отводили в сторону, уступая мне дорогу, также и со скотом. Стоило мне подойти к какой-либо лавке, просто посмотреть, как лица продавцов искажала гримаса ненависти и некой осторожности. Скоро плеваться начнут и кресты собирать, чтобы демона изгонять. Иначе объяснения такой отвращенности к моей персоне я найти не могу. Неприятно. На глаза мне попалась лавка одной миловидной старушки, чье лицо было усеяно паутиной морщин, а пальцы скрючены из-за прошедших годов ее жизни. Женщина торговала различными украшениями, безделушками и цветами. Меня привлекла пара сережек из, судя по всему, золотого бисера с вкраплениями различных бусин, посередине находился зеленый камень, названия которого я не знала, а предположить, что это изумруд — глупо. Не похоже на него. Выглядели они крайне эффектно, завораживающе и величественно, по-королевски. Осторожно взяв их в руки, покрутила, чтобы получше осмотреть, боясь уронить и как-либо повредить их. — Они прекрасно дополнят вашу эльфийскую красоту. — бабулька улыбнулась, слегка кланяясь. Я же опешила от такого, потому что все люди в округе наоборот шарахались от меня, пряча товар и прогоняя прочь. — Местные не особо жалуют эльфов, осуждают и не принимают их. — она как будто бы прочитала мои мысли… — А вы? — спрашиваю я, кладя драгоценность на место. Оглядываюсь, понимая, что на нас все смотрят. — Меня считают сумасшедшей. Но я не считаю это каким-то недостатком! — последнее предложения старушка произнесла нарочито громко, чтобы люди отвернулись. Это сработало! — Эльфы — великолепные существа, как и гномы. Людям чужды иные создания, кроме их самих. Не всем, конечно, нет. Но они не доверяют тому, чего не знают и не стремятся к познанию, отчего приходит ненависть, злоба и отчуждение! — она, осмотрев свой народ, с грустью села на кресло, которое, казалось, вот-вот развалится, и принялась за вязание. — С утра всем жителям объявят о пути в Хельмову Падь… — я замешкала, не зная о том, стоило ли вообще начинать разговор об этом. — Вы бы собирали вещи потихоньку, чтобы не торопиться утром. Я могу вам помочь, если хотите. — О, дорогая, обо мне не беспокойся! — ухмыльнувшись, подмигивает. — Сыны и внуки позаботятся обо всем. Мой век скоро будет окончен, твой же долог и не так скоротечен, поэтому не стоит задумываться о пустяках, когда можешь сделать нечто великое. — Что? Ваша жизнь, как и жизни других — не пустяк. И за менее продолжительную жизнь можно совершить множество великих поступков — зависит не от времени, а от того, кто будет что-либо делать. — заговорила прям как Гэндальф. — Александра! — я вздрогнула от оклика со спины. Это Леголас, по голосу не трудно догадаться. — Я искал тебя. — Всего хорошего, леди эльф! — бабулька, кивнув мне на прощание, скрыла свою палатку под полотном плотной тканью, развернув его при помощи какой-то палки. Лас, сообщив о том, что выдвигаться будем ближе к полудню, сопроводил меня прямиком до выделенной комнаты и, чмокнув тыльную сторону ладони, удалилась куда-то. Комнатка была небольшая: односпальная кровать, комод, стол и ванна, заполненная водой. Видимо, у людей, даже во дворце, водопровода не было, в отличие от эльфов. Буду наслаждаться тем, что есть и, скинув с себя одежду, предварительно закрыв дверь на засов, я погрузилась в деревянную ванну, напоминающее больше бочку, только чуть длиннее. Вода оказалась довольно-таки горячей, чему я несказанно обрадовалась и, блаженно прикрыв глаза, начала смывать с себя грязь, которой, на удивление, было не так много. При помощи пары флакончиков, которые я удачно скоммуниздила в Лориэне, я отмыла волосы и тело. Теперь от меня исходил запах цветов ландыша с нотками лесного воздуха. Миленько. В этой же воде я простирнула походный костюм, вешая его на спинку стула и комод, а сама укуталась в полотенце, падая на кровать. Проснувшись от ощущения того, что кто-то явно пристально наблюдает, я, схватившись за полотенце, перекатилась на другой бок и свалилась с кровати, высовывая голову. — Леголас! — воскликнула я, смотря на то, как ошарешенный и красный как помидор эльф стоит в дверях, осматривая меня. — Какого хера ты тут забыл?! И как ты вошел… — Я… — он замялся, отворачиваясь спиной и делая глубокий вдох. — Я стучал тебе, ты не открывала… — И ты решил вломиться к голой девушке?! — Нет! — протестует, опуская голову. Я же быстренько, как ниндзя, вскакиваю, чтобы забрать свои высохшие вещи. — Тебя не было на завтраке, я забеспокоился. Ты не открывала, поэтому я выломал замок, а тут. — А тут я валяюсь без одежды и просыпаюсь от того, что ушастый извращенец пялится на меня! — гневу не было придела и, натягивая ботинки, я, схватив подушку, швырнула ее в принца, попав точно в голову. Он собрался обернуться, но на полпути остановился как истукан. — Оделась уже, не переживай. Итак все видел! — Извини, Лекса, — поворачивается, поднимая свой ясный взгляд в мои глаза. — Правда, я не хотел… Но такое одеяние идет тебе больше ко сну, нежели походная одежда и плащ! Он ухмыляется, нагло изгибая бровь и скрещивая руки, я же задыхаюсь от возмущения, расширяя глаза и краснея как рак после варки. — Ты — наглый извращенец! — хватаю вторую подушку и с разбега бью ею в его лицо. — Озабоченная королевская ЗАДНИЦА! Второй удар мне нанести не дали, перехватывая руку и, выкинув мое смертоносное оружие на кровать, он скрутил меня, прижимая спиной к своей груди. Я чувствую ЕГО дыхание на своем ухе, чувствую, как ОН убирает прядь волос, оголяя мою шею, наклоняется и нежно целует в нее. Фейерверк чувств, скручивающий низ живота, готов вырваться в стоне неожиданности и сладости этого прикосновения, но я сдерживаюсь, стараясь не шевелиться, и, закинув голову назад, что отдалось легкой болью в руке, которую он держал за моей спиной, смотрю на эльфа. Его зрачки расширены до предела, а грудь вздымается из-за тяжелого дыхания, что я отчетливо чувствую из-за непозволительной близости. Он не отпускает, осматривает. Перехватывает мою вторую руку, теперь я находилась полностью в остроухом плену. Одной его руки достаточно, чтобы держать оба моих запястья, не давая вырваться. Мне и не хотелось. Пальцами второй руки он медленно проводит по моей шеи, вызывая щекотку, от чего мое тело покрывается мурашками. Он чувствует. Опускается ниже, касаясь плеч, изгиба талии и, кладя руку на живот, прижимает сильнее к себе, глубже вдыхая запах волос. Эти действия опьяняют своим блаженства, заставляя прикрыть глаза и сильнее вжаться в его сильное и подтянутое тело. Ноги становятся ватными, подкашиваются, чуть ли не теряя опору. Но она была в лице эльфийского принца, который не давал мне осесть на холодный пол, выложенный плиткой. — Mime mel, mime isil, mime tar-* — нежно шепчет он, выдыхая горячий воздухов прямо в ухо. Это квенья, эльфийский язык, который я бессовестно игнорировала. Лас знал об этом. Знал, что я понимая только синдарин. — Arwen en amin** — Heru en amin*** — в ответ шепчу, борясь с безумным желанием прикоснуться к его губам. — Нам пора. — он отпускает мои руки, отступая назад, освобождая от своей металлической хватки. Я, кивнув и пытаясь отойти от произошедшего, подхватываю плащ, застегивая, а затем развешиваю оружие. Благо научилась крепить пояс!

***

Гэндальф покинул нас, предупреждая о том, что вернется с первым лучом солнца на пятый день с востока. Что он собрался делать? Понятия не имею! Мы же выдвинулись в путь, идя медленно и большой колонной. Я все также сидела на коне, держась за спину Леголаса и испытывая неловкость после случившегося. Я, Гимли, Лас и Арагорн ехали близь короля, периодически оборачиваясь на людей. Женщины, дети, старики и раненные — все, кому нужна помощь, получали ее. Некоторых, кто был сильно болен, стражники везли в телеге, кому-то отдали своих коней, а мужчин снабдили небольшим количеством оружия. Понятия не имею, каким образом, но через несколько часов, мы оказались примерно в середине колонны, хотя до этого были вначале. Ну да ладно, это не столь важно. Гимли болтал с Эовин, рассказывая о гномьих женщинах. Мы с эльфом шли пешком, отдав коня Арагорну, а он же оставил гнома одного на их лошади, что было ошибкой, так как Гимли был мал для такого размера транспорта, что и послужило дальнейшему падению, вызывая смех. Я сновала туда-сюда, меж людей, если кому-то нужна была помощь — помогала, поддержка — оказывала, разговор, чтобы отвести душу — тоже предоставляла. День пролетел быстро, а как только начало вечереть, все получили приказ готовятся к ночлегу. Осматривая лагерь на перевес с оружием, я не могла найти себе занятие. Эовин ходила с котелком какой-то непонятной субстанции, называя ее едой и предлагая всем. Суицидницей я не была, поэтому, увидев, как Странник выплевывает эту жижу, быстренько, поблагодарив девушку и сообщив о том, что эльфы так много не едят, поспешила ретировать поближе к кому-нибудь из знакомых мне ребят. К тому же Дунэдайну. — Не оценил? — мужчина дернулся от моего вопроса, переставая выливать похлебку. — Да не бойся, я никому не расскажу! — по-дружески стукаю его кулаком в плечо, присаживаясь рядом. — Кажется, ты нравишься Эовин. — Ты хочешь поговорить о симпатии? — хитро пищурившись, улыбается Арагорн. — Как дела с Леголасом? — тут же покраснев, я отвела взгляд, полностью игнорируя вопрос. Я сама не знаю, как у нас дела. — Он рассказывал тебе о любви эльфов? — я киваю, вспоминая все, что принц говорил, когда «обучал» меня езде верхом. Странник вылил остатки похлебки, ставя миску рядом. — Он принц, Арагорн. — становится тоскливо и, вытянув ноги вперед, я стала разглядывать мыски ботинок. — А я — никто. Обычная эльфийка, которая несколько месяцев назад только стала эльфом! — Я помню тебя, появившейся перед нами буквально из воздуха: напуганная, потерянная девушка, которая дерзила при любой возможности, стараясь казаться храброй. — поднимаю голову, ловя взгляд Дунэдайна. — Но сейчас в твоим глазах читается решимость, уверенность в своих действиях и бесконечная любовь к тому самому принцу. — краснею, но не решаюсь перебить. — Ты стала похожа на настоящую эльфийскую воительницу, слегка поубивала свой пыл, защищаешь друзей, бросаясь в самое пекло… Титулы не имеют значения, если перед ними стоит любовь двух сердец. — Лас сказал, «все будет позже». Но что это значит? — стряхнув рукой кусок земли с ботинок, я подобрала ноги поближе к себе. — Я догадываюсь и ты, в глубине души, тоже. Случится то, чего вы оба так долго ждете. — Арагорн, встав со своего места, попрощался, удаляясь к палатке, а я же осталась сидеть со своими мыслями наедине. Заснула я, оказывается, тоже сидя, но носом упиралась во что-то твердое, образовывая непонятный пяточек. Отодвинувшись и протерев глаза, увидела эльфийского принца, который, укрыв меня плащом, подставил свое мужское плечо для моего сна. А сам, судя по всему, глаз он не смыкал. — Доброе утро! — улыбается, видя то, как я потягиваюсь и разминаю шею, которая затекла из-за сна в таком положении. — Доброе, Лас. — киваю ему, хмурясь и вставая. Филейная часть тоже неплохо так затекла, вызывая ежиков по ногам. Класс. В этот раз, даже Арагорн шел пешком, ведя лошадь за поводья и переговариваясь о чем-то с Эовин, которая была, буквально, как хвостик и преследовала его. Меня это, если честно, раздражало, я знала про Арвен и кулон, что Странник носил на груди, поэтому племянница Теодена явно была лишней! Я же скакала по холмикам и валунам, копирую действия Леголаса и смотря в даль. Эльф был очень серьезен, и я его прекрасно понимала, чувствуя тревогу и опасность. Двое всадников проскакали мимо нас, я же подняла голову, наблюдая за скалой под которой они остановились. — Осторожно! — выкрикиваю, замечая орка верхом на варге, который готовил свой смертоносный прыжок. — Лас! Но мы не успели ничего сделать, как вонючее животное откусило голову одному из всадников. Меня чуть не вырвало. Второй же, верхом на коне, стал сражаться на мечах с орком, но бой был недолгим, так как Лихолесский принц тут же бросился на помощь, пронзая стрелой голову варга. Я, в мгновение ока оказалась рядом, снося кинжалом голову орка. — Лазутчик! — сообщил Лас Арагорну, который успел взобраться на холм, наблюдая за происходящим. — Не убирай оружие, готовься! — эти слова были обращены ко мне, я, достав лук со стрелой, начала крутится, ожидая врага с любой стороны. Очень вовремя. Из-за соседнего холма как буйная и грязная река начали вылазить недруги верхом на своих псах. Я, выпуская стрелу одну за другой, успешно сняла троих всадников и их верных собачек. Эльф, встав рядом со мной, начал делать тоже самое. Вдвоем у нас получилось убить гораздо больше врагов, но этого было недостаточно. Дальше, он сотворил что-то непонятное и, каким-то нереальным движение, перекрутившись через шею коня, на котором сидел подоспевший Гимли, забрался в седло. Я же смотрела на это с открытым ртом, не понимая, КАК эльф так умудрился… Наши всадники, во главе с Теоденом и Арагорном, проскакали мимо меня вперед на врагов, я же осталась позади, разводя руки, мол «А как же я?». Пришлось просто побежать за лошадьми и Братством. Арагорн мог бы и подхватить, между прочим! Увидев, как варги валят всадников из седла, а потом заметив грациозное падение Гимли, желание сесть на коняшку, как и возмущения, отпали сами собой. Лучше уж пешочком пройдусь. Гнома придавил один из варгов, а поверх этого варга на него полз орк. Вытащив очередную стрелу, выпустила ее, но промахнулась. Нет, цели то она настигла, но другой! Хотя, тоже орк. Времени думать об этом у нас не было, поэтому, повторив свои действия, я убила того, кто покушался на жизнь нашего Гимли и, убрав лук за спину, выхватила кинжалы, готовясь ринуться в ближний бой. От волкопсов я старалась уворачиваться, так как, может я и эльф, но силы, чтобы всадить, а потом вытащить свое оружие из тела этих тварей у меня не так много, поэтому просто рубила орков направо и налево. Может тоже участвовать с Леголасом и Гимли в игру «Кто больше убьет». У меня неплохо получается. В голове крутятся все уроки эльфа: наклон, поворот, блок, удар — труп. И повторять. Но сердце пропустило удар, как только я заметила Леголаса на варге вместе с орком. Эльф почему-то не смог убить вонючего всадника и теперь, зацепившись каким-то образом рукой за седло, несся на молниеносной скорости, собирая своей спинуй землю и наверняка ударяясь о всевозможные камни, к обрыву. — Арагорн! — кричу я, привлекая внимание Странника. — Помоги ем… Договорить мне не дали. Один из варгов, которого я успешно проворонила, снес меня с ног, припечатывая к земле. Я не чувствовала боли от падения, стараясь разглядеть своего принца, который находился на грани смерти. Я не почувствовала, как варг, полоснув меня по животу, вызвал сильное кровотечение, точно также, как и не заметила, что Гимли, всадив врагу секиру в голову. убил моего обидчика, спасая меня. — Нет! — истошно кричу, наблюдая за тем, как Леголасу не удается отцепить руку, как Арагорн скачет за ним, но не может догнать. — НЕТ! Пожалуйста! Я закричала так сильно, как только можно было представить. Ужасная боль в области груди, где-то в сердце, сковала мое тело не давая двинуться с места. Из глаз полились слезы, я не обращала внимание на то, как Гимли и Странник, убирая труп варга, пытаются поднять меня. Не слышала речей гнома и не чувствовала рук Дунэдайна на своих плечах. Единственное, что я видела — постоянную картинку смерти эльфа: как он вместе с волосатой тварью, падает со скалы, как его глаза, полные надежды и страха последний раз смотрят на меня, как он шепотом, настолько тихо, что только четкий эльфийский слух, — мой слух, — мог уловить последнее слово «Александра».