Skyfall

— Всё поняла?       Армин и Криста молча наблюдали за тем, как Сабе складывала в чемодан необходимые в дорогу вещи, готовясь к полёту на Корусант. Как поняла Армин, появились срочные дела в сенате, для которых важно было присутствие сенатора Набу. Видать Джа-Джа Бинкс не справлялась со своей задачей совсем — на самом деле, стали ходить слухи, что он собирался уйти в отставку. Вроде хотели обсудить новый законопроект, якобы нормализующий шаткое положение в Галактике. Так как Бо-Катан начала собирать сторонников для возвращения Мандалора, а Кеноби после спасения Леи Органы снова скрывался от зоркого глаза имперцев на Татуине, Сабе приняла решение оставить Кристу с Армин.       Ни Криста, ни Армин не возражали против такого. Как никак, они и раньше достаточно много времени вместе проводили и уже хорошо друг друга знали. Армин была только рада предложению Сабе присмотреть за Кристой. Заказов у неё никаких не было, поэтому времени свободного было навалом. Да и после того, как она отыскала тётю Кристы и привела её, уважение к её персоне в глазах Сабе значительно выросла. Армин показала, что ей не всё равно на желания Кристы, что она тоже ради неё всю Галактику перевернёт. Она сделала это ни ради себя, ни ради собственного самоутверждения и тупой показухи, а ради Кристы, иначе она не пошла бы на такое. Больно надо ей просто так соваться на Батуу, где были неприветливые жители и мало было мест для развлечений.       В кои-то веке Армин что-то тогда сделала не ради себя. Денег она не получила, зато увидела истинную всепоглощающую детскую радость, что увидеть было той ещё редкостью. Криста сияла при виде Бо-Катан, никуда от неё весь день не отходила, расспрашивала о мандалорской культуре и показывала свои детские рисунки и любимые игрушки. Бо-Катан ей тепло улыбалась, с гордостью рассказывала об их происхождении и какой была герцогиня Сатин Крайз. Армин стала свидетелем воссоединения семьи, улыбка сама возникла на лице, только в грудной клетке болезненно кольнуло от осознания, что ей самой такое в детстве не светило.       Где-то там был её брат. Живой и здоровый. Её родная семья и близкий человек. Армин не собиралась сдаваться и не хотела бросать свои поиски. Братишка постоянно будто ускользал, оставляя её ни с чем. Прошёл слух, что его видели в одной из систем, и Армин сразу летела туда, но лишь прилетев, понимала, что опоздала. Как будто судьба жёстко издевалась над ней, не давая отыскать брата. Раз так, то она её разочарует, когда отыщет его и крепко обнимет. Она поднимет ради этого на уши всю Галактику, если потребует случай, сожжёт все улицы дотла и осушит все океаны во всех системах, только бы добраться до Хана.       Единственным утешением для Армин стали малютка Криста и Дин, появившийся в её жизни самым уникальным образом из всех существующих. А больше-то поблизости у неё и не было никого. — Поняла, — стала отвечать она на вопрос Сабе. — Не забывать проветривать дом. Цветы не заливать. Дом должен быть в чистоте. — Хотя бы чтобы он был, — исправила Сабе. — Ещё не забывать вставать провожать Кристу в школу и кормить её, — продолжила перечислять Армин, игнорируя подкол в свою сторону. — По крышам с ней не гулять. Курить ей не давать. Не материться при ней. Не подвергать её жизнь опасности.       Сабе смерила её оценивающим взглядом. — Молодец, — похвалила она. — И не смей её снова отпрашивать со школы. — Я и не собиралась! — соврала Армин, мысленно удивляясь, как Сабе узнала про её план. Увидев её строгий взгляд она добавила: — И почему это снова? Когда это я ей школу давала прогуливать? — Да? А кто вызвался Кристу проводить до школы, а сам с ней ушёл на новый голофильм? — припомнила Сабе с явным укором.       Армин в ответ пожала плечами. — Ей тогда понравилось, — вспомнила она. — Не волнуйся, мам, — Криста подошла к Сабе, — я буду хорошо себя вести. И буду приглядывать за Армин.       Сабе нежно улыбнулась в ответ, прижав её к себе. — Насчёт тебя я и не сомневалась. — Она ласково погладила Кристу по спине.       Армин руки засунула в карман толстовки и поджала губы, стараясь игнорировать появившуюся в очередной раз тупую боль внутри, словно её чем-то кольнули.       Закончив обнимать Кристу, Сабе поцеловала её в макушку и взяла в руки чемодан. — Точно справишься? — уточнила она, подойдя к Армин. — Сабе, я выполняла и более сложные задания, так что посидеть с ребёнком мне будет нетрудно, — улыбнулась та. — Это ж не шаак.       Криста тихо засмеялась. — Я вернусь через неделю, — предупредила Сабе, — если получится, вернусь раньше. — Мы будем по тебе скучать, — промолвила Криста, встав рядом с Армин. — Не переживай, ты ж со мной остаёшься, а не с чужим дядей, — Армин её прижала к себе и похлопала по плечу.       Сабе снова поцеловала Кристу в макушку и, легонько потрепав по голове, направилась в сторону двери. — Буду звонить вам каждый день! — выкрикнула она, открывая дверь. — Будем иметь в виду! — прокричала Армин и помахала ей рукой.       Дождавшись, когда Сабе скроется за дверью, она с лукавой улыбкой и азартом в глазах повернулась к Кристе. — Ну, что? Оторвёмся? — Ага! — радостно кивнула Криста. — Отлично! — Армин в предвкушении потёрла вспотевшие ладошки. — Значит, звоним в твою школу и говорим, что ты приболела и неделю ты лечишься дома? — Ни в коем случае! — замотала головой Криста. — Во-первых, мама тебе запретила. А во-вторых, потребуют справку, что я правда болела и свяжутся потом с мамой.       Армин насупилась. — А вот это нехорошо, — задумчиво прокомментировала она.       Внезапно раздался глухой стук о стену дома, от которого Криста тут же вздрогнула. Армин нахмурилась и насторожилась. — Что это? — пробормотала она, развернувшись к окну. — Птица? — предположила Криста. — Не крупновато ли для птички? — нахмурилась Армин.       Стук повторился. Теперь она отчётливо слышала, как что-то крупное ударилось о стену дома, где-то ближе ко второму этажу. На местных птиц было совсем не похоже. Животные из лесу к ним не прибегали, да и если прибегали, на стену дома никогда не взбирались, так как попросту были в таких возможностях ограничены. Армин не хотела как-то нагнетать и пугать Кристу, но чутьё ей подсказывало, что это было не какое-то животное и уж точно не дерево. — Армин, там кто-то есть! — Криста ткнула пальцем в сторону окна.       Очередной стук подтвердил опасения Армин. — Так… — решительно протянула она, направляясь на кухню. Оружие, как назло, она оставила у себя дома, даже свои наручи, так приходившиеся сейчас ей. Армин взяла с кухни сковородку, так подвернувшуюся под руку и развернулась к Кристе, в чьих светлых глазах блестел страх. — Ну-ка пошли со мной.       Криста шла следом за Армин на второй этаж, откуда всё отчётливей были слышны стуки. Армин постоянно оборачивалась, проверяя, где находилась Криста. Она готовилась обороняться, поскольку предчувствовала надвигающуюся угрозу. В этом смысле чутьё подводило крайне редко, плюс Феннек всегда учила, что надо в любой ситуации быть готовым сражаться. Кристе главное чтобы ничего не угрожало, её придётся где-нибудь в комнате запереть, дабы её случайно не ранили во время сражения. В душе заклокотали беспокойство и непонятно откуда взявшийся страх. Не то за свою собственную жизнь, не то за жизнь Кристы. Ведь окажись там кто пострашней и серьёзней, был риск, что Армин против него элементарно не успеет что-то предпринять.       Она осматривала коридор на втором этаже: все двери были открыты, как и было, никаких изменений не заметно. Всё это очень сильно настораживало и заставляло напрячься.       Неожиданный звук открывающегося позади окна и полный ужаса крик Кристы выбил её из мыслей: — Вор! — завопила она.       Армин тут же обернулась и инстинктивно встала впереди неё, прикрывая собой. Криста вцепилась в её толстовку, будто за единственный источник спасения. Армин нападать была готова, да только когда в окне показалось чересчур знакомое лицо, она затормозила, раскрыв рот от удивления: — Откуда? — негодовала Армин. С губ готовы были сорваться маты. — Только не кричи! — сразу же перебил её Дин, словно изначально знал, что могло бы последовать. — Я пришёл к тебе домой, но тебя там не было. — Армин разомкнула губы, но её вновь перебили: — Тогда я вспомнил, что ты упоминала про то, что гостишь здесь. Хотел через дверь войти, но подумал, что её мама, — Дин кивнул в сторону Кристы, — мне будет не рада. И поэтому я захотел сделать сюрприз. Ну, ты на второй этаж поднимешься, а тут я.       Армин тяжело вздохнула, опустив сковородку. — Поздравляю, ты нас удивил, — саркастично отрезала она.       Криста подняла на неё полный непонимания взгляд: — Ты его знаешь? — она недоверчиво посмотрела на Дина, как будто он съел её любимые конфеты. Тут в её глазах промелькнуло осознание, а на губах заиграла улыбка. — Постой, а это не твой молодой человек, у которого классная причёска, глаза и что-то там ещё?       Щёки Дина залились румянцем. Не смотря на попытки выглядеть серьёзно, невооружённым глазом видно было, что смущение брало вверх. — Он, он, — затараторила Армин, также стараясь скрыть своё смущение. Кто ж знал, что у Кристы такая хорошая память на секреты. — Ну, заходи, вор.       Дин облегчённо вздохнул, залезая внутрь. — Я уж думал так и буду там торчать, — признался он с довольной ухмылкой. — Да не, мы не такие жестокие, — отрицала Армин. — Максимум, заставили бы тебя зайти через дверь и вытереть ноги. — Страшно, — съехидничал Дин.       Она подошла к нему и обняла за шею, прикрыв глаза и вдыхая ставшим столь родным аромат. Краем уха она услышала довольный вздох и ощутила руки Дина на своей талии. Трудно было отрицать, Армин очень сильно скучала по нему и всё равно счастлива была его увидеть снова. Они переодически связывались по голосвязи, болтали на незначительные темы, но ей этого было мало. Ей нужен был он вживую, нужно было вживую услышать его успокаивающий голос, почувствовать его тёплые руки и вновь увидеть эти завораживающие карие глаза. И вот он стоял рядом, живой и настоящий, ставший важной частичкой жизни Армин. Тем, кому она полностью доверяла. Он её будто дополнял, с ним она снова почувствовала, как огромный гуз падает с плеч и в душе трепещут волны подростковой влюблённой радости. Дин мог порой ворчать как старый дед или сильно перегибать с заботой, напоминая в такие моменты брата, и он мог порой творить те вещи, за которые прибить хотелось и наорать, но Армин продолжала его любить. Возможно, так и строились все отношения: из шторма эмоции и мощной волной чувств, всяких мелочей, связывающих вас одной ниткой и проверяющих ваши отношения на прочность.       Дин отодвинул её от себя, его взгляд был прикован к неловко улыбающейся Кристе, переминающейся с ноги на ногу. — Значит, это и есть та самая Криста, которая заставляет тебя бросить курить? — Он нагнулся к ней и пожал ей руку, по-доброму ухмыльнувшись, а затем шепнул: — Молодец, правильно делаешь. — Вот! Ты меня понимаешь! — обрадовалась Криста, коротко посмотрев на Армин. — Эй! Не забывайте у кого в руках сковородка! — в шутку пригрозила та, демонстрируя сковородку в руках.       Криста со звонким смехом спряталась за Дином. Тот приподнял бровь, с интересом наблюдая за их с Армин шуточной перепалкой. — А надолго, кстати, твоя мама ушла? — полюбопытствовал он у Кристы. — Надо ж будет объяснить ей, кто я и что тут делаю. — Она на работу улетела, — ответила она. — Так что, не парься, её неделю не будет, — добавила Армин. Она смотрела на Дина и ей в голову пришла неожиданная мысль: — Дин, слушай, может останешься на это время с нами? Отпразднуем твой прошедший день рождения. Повеселимся, в настольные игры поиграем, голофильмы посмотрим. Весело будет!       Это был её шанс провести больше времени с ним, раз пока была такая возможность. Дину пару дней назад исполнилось двадцать один, что означало о наступлении его совершеннолетия. А Армин помнила про его присягу после этого. Она не знала только, когда именно она наступит, но, хотелось бы верить, что нескоро.       Дин перевёл задумчивый взгляд с неё на Кристу. — Если хозяйка дома не против, то, думаю, останусь, — произнёс он, ожидая ответа. — У меня неделя как раз есть свободная.       Криста изобразила задумчивость. — А ты храпишь?       Дина этот вопрос поставил в тупик. Армин еле удержалась от смешка. Ему надо приготовиться к бесконечной лавине вопросов от Кристы. — Надеюсь, что нет, — усмехнулся Дин. — А посуду мыть умеешь? — продолжала спрашивать Криста. — Умею, — уверенно проговорил он.       Криста одобрительна закивала. — Тогда оставайся.       Дин благодарно улыбнулся. Армин тут же запрыгнула ему на спину, обняв за шею. Он чуть не упал, однако сумел вовремя удержать равновесие. Криста радостно засмеялась от увиденного. Армин оставила короткий поцелуй на щеке Дина и, прикрыв глаза, прижалась к его виску. Занимательные каникулы для него она гарантировала.

***

      Армин держала Дина за ноги, пока тот качал пресс, и не забывала считать, сколько раз он отрывался от пола. Он выглядел заметно уставшим, тёмные волосы давно от пота прилипли к коже, но он продолжал упражняться, не жалуясь ни на усталость, ни на Армин, что держала его за ноги, положив голову ему на колени.       Кристу они вдвоём проводили до школы часа четыре назад — точнее, до школьного спидеробуса. По правде говоря, не шуми она на кухне, они так и проспали бы всё. Их обоих просто разбудили неприятные стуки на кухне, заставляющие пробудиться и сну исчезнуть вмиг. Армин после вечернего караоке с Кристой совсем позабыла, что той на утро надо будет ехать в школу, а ведь она хотела и будильник поставить себе на хронометре, чтобы уж наверняка. Что касается Дина, то ему переживать и незачем особо было, он-то не знал про школу. Когда они пришли на кухню, то обнаружили сидящую за столом Кристу, тщательно пережёвывающую пищу. Она успела умыться, сделать незамысловатый пучок и налить в миску с синими хлопьями голубое молоко. Дин её самостоятельности поразился, и, тем не менее, похвалил, потрепав по голове. Чего уж таить, Армин и сама приятно удивилась, хоть никогда в талантах Кристы не сомневалась. Видимо, воспитание Сабе так на неё повлияло. Криста для своих десяти уже была весьма самостоятельной и смышлёной, в школе её хвалили за победы в местных конкурсах и активное участие в жизни класса. Абсолютной отличницей не являлась, зато никогда не было долгов по учёбе.       Пока Криста была в школе, у Дина и Армин было полно свободного времени, поэтому они потратили его на активные тренировки. В жизнях обоих они были на самом первом месте. Феннек приучила Армин к ежедневным тренировкам, так, что теперь не удавалось засыпать, пока по телу не проползёт приятная боль после интенсивных упражнений. День стал начинаться постоянно также с тренировок, в основном, с утренней пробежки, дабы в тонус себя привести. Армин должна была сохранить форму и ей ни в коем образом не хотелось её растерять. Раньше она могла отрабатывать удары на всём подряд, будь то стена или деревья, била порой чересчур сильно, что костяшки в кровь стирались. Её это беспокоило только первое время, пока она не стала обращать на это внимание. Рука стала более твёрдой и удары всё более болезненными. Армин была довольна своей подготовкой и благодарила за это Феннек. Без неё Армин боевым искусствам так и не научилась бы. На такую подготовку потребовались долгие семь лет беспрерывных тренировок. Пусть синяки оставались крупные, частенько случались травмы и растяжки, но это результат определённый дало. Армин могла отлично теперь постоять не только за себя, но и за других.       Дин согласился тренироваться вместе с ней, как выяснилось, ни одна она любила утренние тренировки. С ним тренироваться было весело, по-своему приятно, впрочем, для Армин любая минута с ним была приятной. Ей сильно не хватало тех редких моментов совместного времяпрепровождения, потому пока было свободное время, она не хотела терять это время на кого-то другого, кроме него и, разве что, ещё Кристы. — Давай! Четыреста девять! — Армин стучала ладонью по холодному полу веранды, поддерживая Дина и не давая ему сдаться. Тот совершил последний рывок и снова оторвался от пола, держа руки за головой. Прежнее волнение ушло, оставив после себя приятный вкус радости. Радости за Дина. — Да! Четыреста десять! Молодец! — Армин радостно похлопала его по коленям. — Я знала, что ты справишься!       Обессиленный Дин рухнул на пол, восстанавливая дыхание и пытаясь отдышаться. — Класс… — громко дыша, выдавил он из себя.       Армин бесцеремонно приподняла его левую руку, на которой был серебристый хронометр. Дин на это ничего не сказал. Настолько он был уставшим, что, похоже, ему было всё равно, что происходит. — Ровно десять минут, — заключила Армин и, выпустив его руку, легла рядом с ним, уставившись в бежевый потолок. — Молодец, старичок, бьёшь новые рекорды.       Дин тут же уставился на неё. — Старичок? — возмущённо повторил он. — А кто из нас теперь совершеннолетний? — напомнила Армин. — Ищи в этом плюсы. Никто тебе не указ, делай, что хочешь и покупай, что хочешь. — Меня это и раньше не останавливало, ребёночек, — не упустил шанса вставить Дин, наблюдая изменения в лице Армин.       Та легонько ударила его кулаком по плечу, однако глупую улыбку сдержать не удалось. Пускай Армин не любила, когда её приравнивали к ребёнку, но на Дина злиться за это не могла. Знала ведь, что он шутит. Хотя первое время он о ней заботился прямо как старший брат о младшей сестрёнке, ругал за курение и не пристёгнутые ремни безопасности. Вскоре Дин перестал это делать, очевидно поняв, что Армин всё равно по своему делать всё будет.       Так они и лежали недолгое время, тихо смеясь над попытками подколоть друг друга. Армин при виде его улыбки буквально сияла, чувствовала, как в душе все цветы расцветают и тёплая весна сменяет собой холодную зиму. Дина, кстати говоря, вообще нечасто можно было увидеть улыбающимся. И от неприятного осознания грядущих событий, улыбка Армин наполнилась грустью, а в груди неприятно кольнуло. — Броню себе выбрал или её за вас выбирают? — поинтересовалась она. — Выбрал, — коротко ответил Дин, — серой она будет.       Как он говорил ей раньше, он примет присягу, получит броню и не будет больше найдёнышем, каким был изначально. Армин его не могла представить в мандалорской броне и не имела представления, каким Дин в ней будет. Она не помнила, встречала ли до него раньше мандалорцев. Могла лишь судить о них из рассказов Феннек и Дина. За всех мандалорцев она судить не могла, но, например, клан Дина ей казался безумными фанатиками. Армин не понимала многие их законы и принципы, да и вряд ли когда-нибудь поймёт. У неё немного другие представления о мире. — А что насчёт тебя? — донёсся рядом голос Дина. — Есть новости о брате?       Армин положила руку на живот и согнула одну ногу в колене. — Есть постоянно какие-то слухи, где бы он мог быть, да и то, не проверенные, — невесело сказала она. — И то их крайне тяжело достать, а когда появляется шанс увидеть его, он будто ускользает. Легче семью Кристы найти было. — А как же люди в этом вашем сопротивлении? — вспомнил Дин. — Ты говорила, там какие-то авторитетные люди есть. — Будто я кому-то из них реально нужна, — горько усмехнулась. — Я просто предлагаю им свои услуги, а они соглашаются или же находят тех, кто согласился бы. Типо взаимовыгодное сотрудничество. Ну и я не хочу их впутывать в свои проблемы. У них там и так дел полно, а решать проблемы одной наёмницы никому не выгодно.       Армин не была давно ребёнком и прекрасно видела всю действительность своими глазами. Такую, какая она есть. Где правда ей хотели помочь, не получив ничего взамен, единицы. — Ты найдёшь его, — уверял её Дин. — Сама или с чьей-то помощью.       Армин ему слабо улыбнулась. Приятно было, что он пытался её как-то подбодрить. Приятно было знать, что ему на неё не всё равно. От этого она могла сбросить весь тот груз проблем и переживаний. От мысли, что у неё остался человек, готовый искренне поддержать, Армин становилось чуточку легче.       Посторонние шаги заставили их с Дином синхронно повернуть головы в сторону двери, за которой располагалась кухня. — У малой уроки кончились? — Дин медленно поднялся на ноги. — Она обычно так рано не приходит, — нахмурилась Армин, вскочив следом за ним. — Я дома! — раздался за дверью беззаботный детский голосок.       Они зашли на кухню и обнаружили Кристу, стоящую на стуле и копающуюся в буфете. Если Армин память не изменяла, у неё уроки должны были кончиться часа через три точно. С уроков их просто так отпустить не могли. В этой школе даже просто так в туалет не пускали на уроке. Как никак, элитное заведение, туда простым смертным попасть было нереально. Либо большие деньги нужны были, либо связи. — Малая, вас со школы что ли отпустили? — спросил Дин, переглянувшись с ничего не понимающей Армин. — Да нет, не совсем, — замялась Криста.       Армин из-за белоснежной дверцы не видела её лица, её глаза заметили испачканные голубые колготки и пятна на клетчатой чёрно-белой юбке. В голове зародилась догадка и очень не хотелось, чтобы она подтвердилась. — Огонёк, а чё случилось? — Армин поняла, что Криста лазила там, где лежал медпакет.       Наконец Криста высунула голову и закрыла дверцу буфета. Увиденное повергло Армин в шок: под глазом Кристы красовалось огромное сине-фиолетовое пятно, на нижней губе виднелась алая ранка. Рыжие волосы взъерошены, глаза опухшие и потускневшие от слёз и грусти. — Вот что случилось, — всхлипнула Криста, опустив виновато голову. — Твою мать! — выругалась на весь дом Армин. — Дэнк феррик, — одновременно с ней под нос себе ругнулся Дин. — Не ругайтесь, пожалуйста, — пролепетала Криста с грустными глазами.       Армин быстро подняла её на руки. — На диван её клади! — скомандовал Дин. — Скорей тащи быстро медпакет, он в буфете! — Армин положила растерянную Кристу на диван.       Она села рядом с ней, внимательно осматривая её тело на предмет наличия других травм. Дина долго упрашивать не пришлось, он медпакет принёс быстро. А Криста смотрела растерянно на них обоих. Она упоминала, как смущалась от излишнего внимания к себе, потому Армин знала, что сейчас могла она чувствовать. — Не тошнит? — обеспокоено спросила Армин.       Криста в ответ помотала головой в разные стороны. Армин вытащила пузырёк с бактой и, капнув содержимое на руки, начала аккуратно втирать жидкость туда, где был синяк. — Больно! — дёрнулась Криста, однако уходить или дальше пробовать дёргаться, дабы её не трогали, она не пробовала. Она предпочла лежать и терпеть. — Знаю, потерпи, — Армин старалась обрабатывать рану как можно аккуратнее. — Я только не пойму, чё за хрень произошла? — От очередного ругательства Криста невольно сжалась. — Кто тебя ударил? — Алстед Гуантарш, — назвала имя она.       Дин присел на подлокотник. — Это что за овощ? — Постой, это не тот гадёныш, что тебя обзывал? — вспоминала Армин. — Угу, — Криста вздохнула. Её вздох вышел разбитым. — Он меня давно дразнит. Я говорила маме, а она сказала, что он просто униженный мальчик с низким достоинством, и что я в школу хожу за знаниями, а не чтобы соответствовать чьим-то ожиданиям.       Армин тут с Сабе полностью была согласна. Умные вещи она говорила. — Правильно мама твоя сказала, — одобрил Дин. — Я сама начала видеть, что он просто боялся своего отца и пытался ему соответствовать, унижая других, — продолжила Криста. — И вот я начала озвучивать, что думаю о нём, он испугался и прекратил меня трогать. Но когда мама стала сенатором, он опять начал. И после второго урока Алстед опять ко мне подошёл. Я попыталась снова ему дать отпор, но в этот момент он уже сидел на мне верхом. Меня поэтому домой отпустили. — Вот сволочь, — ругалась Армин. — Огонёк, в следующий раз не стесняйся его ударить, я покажу куда. — У нас за драки наказывают, — качнула головой Криста. — Но пацана же это не остановило, — подметил Дин. — Да, его из школы теперь выгнать могут, — промолвила Криста.       Армин убрала пару рыжих прядок с её личика. — А кто отец этого подобия человека? — решила спросить она. — Он в сенаторы метил, — отвечала медленно Криста. — Мама говорила, что он лицемер и крайне плохой человек, у которого тоже низкая самооценка. Он её вроде приглашал погулять, но она ему отказала. Мама говорила ещё, что он обиженка. Она ему жаловалась на его сына, но это не помогло.       Пазл в голове собрался самостоятельно. В голове сложилась определённая картинка происходящего. Судя по всему, Алстед поддался влиянию отца и от этого дразнил Кристу, а в последствии с ней подрался. Или же он просто ей завидовал и старался так втоптать в грязь, где сидел он сам. Местная элита не такая благородная, как все говорили. Есть и такие личности, которым не прививали понятия о чести и достоинстве. Как раз таких надо было держать подальше от общества и закрыть в клетке с какими-нибудь дикими животными, где им и было место. Именно такие люди являлись угрозой для общества, а не бездомные и безработные. Вот с кем Палпатину бороться стоило впервую очередь. Его возгласы о доброй и милосердной элите что-то не оправдались.       Армин подняла глаза на Дина и, дождавшись, когда он обратит на неё внимание, кивнула в сторону стены. Поняв, чего именно она хотела, он встал и вместе с ней отошёл к стене, подальше от детских ушей. Криста осталась лежать на диване с медпакетом на столике. — Что делать будешь? — в полголоса полюбопытствовал Дин. — Ну я это просто так оставлять не собираюсь, — также в полголоса заявила Армин. — Я не хочу, чтобы какой-то охеревший урод издевался над ней. — Пацанёнок сам себя наказал. Его и так из школы выгонят за такое. И матери Кристы наверняка всё сообщат. — Сабе сейчас тут нет, а я та, что поручилась за этого ребёнка.       Армин повернула голову в бок, глядя на Кристу. В чём она была уверена, так это в том, что не позволит кому-либо трогать этого ребёнка. — Ты хочешь отомстить, не так ли? — догадался Дин.       Армин порой удивлялась, как он улавливал её мысли, словно они витали в воздухе. — Дин, никто не имеет права трогать невинных детей, — пробормотала она. — А уж тем более тех, за кого я поручилась. Этот пацан выкрутится, переведётся в другую школу и будет отыгрываться на других, не получив по заслугам. Я хочу, чтобы и до него, и до его папаши дошло, что не следует трогать других.       Армин прожила сама в таких условиях и знала, о чём говорила. Когда она была в борделе, за неё никто не заступился, у неё там никого не было. Не было того, кто бы за неё пошёл мстить. Был Хан, да тот теперь далеко. Сейчас ситуация схожа, только у Кристы был под боком человек, который мог за неё голову оторвать любому. Если Дин с ней не согласится, Армин всё равно отправится разбираться и, во чтобы то ни стало, отомстит. Грубая сила всегда всё решала и никогда лишней не была. Армин поклялась Сабе, поклялась Бо-Катан, что будет защищать этого ребёнка и никому не даст в обиду. И своё слово она сдержит. Не из страха нарушить его, а из чистых побуждений помочь ребёнку и обеспечить нормальную жизнь. Криста не просто дочь джедая и покойной герцогини. Не просто племянница Бо-Катан Крайз и приёмная дочь бывшей служанки Падме Амидалы. Для Армин эта девочка стала настоящей младшей сестрой, какой у неё никогда не было. В ней она видела себя в детстве. В том пускай местами и голодном, зато не столь мрачном времени, когда они с братом со всем справлялись и пытались радоваться мелочам. Они были тогда счастливы, им плевать было на реальность и все трудности. И сейчас, вспоминая своё детство и глядя на несчастную Кристу, Армин понимала, что не могла оставить все вот так. — Мне нравится твой настрой, — признался Дин.       Она повернула к нему голову и заметила ухмылку на его лице. — И это говорит будущий мандалорец! — тихо изобразила возмущение Армин. — Я думала, у вас кредо запрещает месть и всякое такое. — Ты путаешь нас с джедаями, — не сдержал смешка Дин. — Значит, ты со мной? — Однозначно.       Армин не сдержала лукавой улыбки. Уж они вдвоём жару дадут. — И какие будут идеи, брательник по разуму? — Она положила руку ему на плечо.       Дин сложил руки на груди. — С мальчишкой разбираться смысла нет, — сделал выводы он, — логичней поболтать с его отцом. — И мягко намекнуть, что будет с ним, если они не покинут планету, — поймала его мысль Армин. — Ты настолько радикально хочешь решить всё? — удивился Дин, смерив её оценивающим взглядом.       Армин дёрнула плечом. — Попробуем хотя бы.

***

      Дину и Армин удалось связаться со школой Кристы и узнать адрес семьи Алстеда. Перед этим с ними по голограмме связалась взволнованная Сабе, узнавшая от директора о драке. За дело взялась Криста, всем своим видом показывая, что ей гораздо лучше. Её слова на Сабе подействовали быстро, как хорошое успокоительное, заставляя ту вновь тепло улыбнуться и успокоиться, Армин и предпринимать ничего не пришлось. Правда после зашёл недолгий разговор о Дине, сидящем рядом с ними. Недоверие Сабе к нему объяснить можно было логически: она его никогда не видела и не знала, стоило ли ему верить. Дин проронил пару слов, однако невооружённым глазом было видно, как ему было неловко, особенно от хвалящей его Кристы. Армин вкратце рассказала Сабе, что он её молодой человек и он пришёл её навестить. Сабе определённо не была рада услышать, что в её дом привели постороннего. Она слушала объяснения Армин, периодически бросая на Дина полные сомнения взгляды. Не покидало ощущение, будто дочка привела домой ухажёра, а мать, запретившая это, узнала и ждёт объяснений. В глазах Армин всё выглядело именно так, от чего хотелось смеяться, ведь для Сабе она дочерью никогда не была и на вряд ли ей станет. В конце концов, Сабе приняла Дина, правда в её глазах всё равно мерцали скептицизм и неодобрение.       Кристу пришлось оставить дома, так как брать с собой ребёнка Армин не планировала. Не для детских глаз зрелище. К тому же Кристе никогда не нравилась грубая сила, жестокость и ненависть. Не любила всё тёмное, мрачное и гнилое — как раз то, что давным-давно стало привычным для самой Армин. У Кристы детство незапятнанное, белоснежно-чистое и невинное, наполненное любовью и лаской. Сабе о ней заботилась, закрывала от всего грязного и жестокого, не позволяла ненависти и злобе проникнуть в её маленькое сердце. И Армин понимала, что поступит мерзко, позволив поселить в сердце ребёнка негатив. У Кристы было то, чего лишили в своё время её саму. Нельзя было позволить всё у неё отобрать в одно мгновение. Армин вспорет любого, кто хоть дотронется до этого ребёнка. Голову оторвёт всем, кто ей больно сделает. В этом плане она была непреклонна.       Дом Алстеда Гуантарша удалось отыскать на другом конце города. На удивление, там не было никакой охраны. Для богатой семьи они жили в довольно скромном доме. Впрочем, Дину и Армин это было на руку. Они стали звонить в дверь и ждать приглашения войти. Два раза они звонили и уж было думали, что дома никого нет, но тут железная дверь отворилась и на пороге появился высокий длинноволосый мужчина с крючковатым носом и острыми скулами. Он не пытался выдавить и подобие дружелюбия, всем своим видом показывая призрение. — Я могу чем-то помочь? — задал вопрос мужчина, окинув невозмутимо стоящих Дина и Армин внимательным взглядом. — Да, господин Гуантарш, — уверенно начал Дин, — у нас к вам важный разговор. — Касательно? «Касательно того, что вы — конечная сволочь, — пронеслось у Армин в голове». — Вас и вашего сына, — ответил Дин.       Мужчина побледнел, слившись со своими волосами. — Уверяю, мы всё решили с руководством, — его голос стал неровным и менее уверенным, — боюсь, вы зря пришли.       Он хотел было закрыть дверь, но Армин во время его опередила и встала так, что он при всём желании не сумел бы закрыться. — А я вижу, что нет, — спокойным, но полным угрозой тоном выдала она. — Пойдёмте, чайку попьём заодно.       Армин и Дин без приглашения вошли как к себе домой, игнорируя недоуменное лицо господина Гуантарша. Они разглядывали интерьер, золотые стены пестрили в глазах. Если у Сабе дома всё было скромно, то у Гуантарша так и веяло показухой. Так и лезли в голову неприличные догадки о причине такого ремонта. Сам хозяин плёлся за незваными гостями, похода на загнанного шаака. И этот человек метил в сенаторы, да у него решимости не хватит мошку прихлопнуть, куда ему в сенаторы целой планеты? Не место таким людям во власти. Власть рохлей не любит.       Его сынок на глаза не попадался, но он был и не нужен. В данный момент Армин хотела разобраться с его отцом. Пусть поймёт, как надо было сына воспитывать. — Вы вообще кто такие?! — возмущался господин Гуантарш. — Как вы смеете заходить в мой дом? — Расслабься, Гуантарш, мы просто поговорить, — Армин вела себя всё также уверенно и непринуждённо. — Проваливайте из моего дома! — чуть ли не визжал он. — Мы-то уйдём, но не сейчас, — твёрдым голосом произнёс Дин. — Сперва сделайте кое-что и мы уйдём, оставив вас в живых.       Господин Гуантарш нервно заморгал. — Вы мне угрожаете?! — негодовал он. — Чего вам от меня надо? — Хотим рассказать, сколько стоит ваша голова, — довела до сведения Армин.       Её слова были резкие и холодные, как лезвие виброножа. Господин Гуантарш шумно сглотнул. Главное, чтобы он и дальше верил ей и не заподозрил обман. Армин на самом деле понятия не имела, сколько стоила его голова и охотились ли за ним в принципе. Блефовать никто ведь не запрещал. — Вы много где засветились, — подхватил Дин, — и перешли авторитетным людям дорогу. — К-как? — заикался Гуантарш. Они попали точно в цель. Он им поверил. — Я-я ведь не знал. К-кто ваш заказчик? — Он пожелал остаться анонимным, — продолжала Армин. — И он так разозлился, что не хочет не только вашу голову, но и раскрыть всей Империи ваши тёмные делишки. Уж не знаю, что вы ему сделали, но вы попали конкретно.       Гуантарш задрожал от страха. — Это какая-то чепуха, — мотал он головой. — Вы не можете меня убить, не имеете права! Я честный меценат и семьянин! — На вашем месте мы бы не были настолько уверены в своей безопасности, — хмыкнул Дин. — Да и наш заказчик будет поавторитетней вас.       Армин для вида вытащила вибронож. — Я заплачу в два раза больше! — пытался откупиться Гуантарш. — Нет! В три раза больше! Только не трогайте меня!       Дин и Армин обменялись короткими взглядами. Смотреть на то, как этот мужчина терял былую уверенность и был готов на всё, дабы спасти собственную шкуру, для Армин было огромным удовольствием. Она наслаждалась его страхом, упивалась им. Голодное до мести животное внутри насыщалось чужим испугом, довольствовалось причиной местью. Армин смотрела на Гуантарша исподлобья и недобро ухмылялась, злорадствуя и взглядом прожигая остатки уверенность несостоявшегося сенатора. Вот такие, пока по заслугам не получат, продолжат вести себя как последняя гнида и не будут никого в серьёз воспринимать. Армин до скрежета зубов ненавидела зазнавшихся и лицемерных богачей и всегда бесилась, когда такие личности легко откупались и по заслугам не получали, а простой народ за любую оплошность сжечь готовы были. — Карман к гробу не пришьёшь, — промолвила Армин, вертя вибронож в руке. — Но есть один способ избежать могилы. Хотя бы первое время. — Какой? — с надеждой в глазах спросил Гуантарш. — Вам с семьёй надо сегодня же покинуть планету, — выдвинула условие Армин. — А лучше систему.       Гуантарш испуганно посмотрел на Дина. Тот молча кивнул, подтверждая сказанное. — Это обязательно? — испуганно уточнил Гуантарш. — Ну, если у вас есть ещё несколько жизней, то нет, — фыркнула ядовито Армин. — Но на вашем месте я бы уже уносила ноги, — она сделала несколько шагов к нему, грозно приставив кончик виброножа к его горлу. — И лучше вам и вашему сыну вести себя как можно тише. В противном случае я вас заставлю и этот виброножик окажется либо в вашем черепе, либо я суну его туда, откуда вы его точно не достанете.       Гуантарш в очередной раз сглотнул, глядя с опаской на вибронож. — Если мы улетим, мы точно будем в безопасности? — Посмотрим на ваше поведение, — грозно ответил Дин. — И на поведение вашего сынка.       Армин бросила на Гуантарша последний взгляд и убрала вибронож. — Всего вам доброго, — попрощалась она, направившись к выходу.       Дин последовал следом за ней. Как только они вышли на улицу, Армин вздохнула полной грудью. Хотелось закурить, однако она во время вспомнила, что не взяла с собой электронку. — Думаешь, он послушает? — поинтересовался Дин. — Ну, я не думаю, что после того, как мы его чуть не убили, он не посмеет ослушаться, — заключила Армин. — Он же не совсем идиот? — Скажи, а ты в самом деле готова была с ним расправиться?       Армин сжала губы в тонкую линию. А ведь правда, у этого человека был ребёнок. Не самый воспитанный, но ребёнок. Тому тоже нужна семья. — Нет конечно, — быстро ответила Армин. — Максимум, припугнула бы.       Гуантаршу просто повезло, что у него был сын. Не будь он отцом, она так церемониться с ним точно не стала бы.

***

      Он своё слово сдержал и на следующий день его и сына на планете уже не было. Криста, придя домой со школы, рассказала, как весь её класс удивился переездом Гуантарешей и что никто не понимал, почему они так внезапно решили переехать. И только Армин с Дином знали причину, просто в слух при Кристе её не озвучивали, а то придётся слушать её недовольные речи.       Дин гостил четвёртый день и ни разу не заставил скучать. Криста к нему тянулась как к лучику солнца, для неё он стал хорошим другом, по крайней мере, таковым она его называла. Все эти дни он был тем самым ответственным взрослым, каким, между прочем, должна была стать Армин для Кристы. В итоге роль ворчливой нянечки взял на себя ни в чём не виноватый Дин, приехавший просто отдохнуть и погостить. Армин невольно подумала, что, будь у него свой ребёнок, тот бы точно с таким папашей не соскучился. Криста день назад и вовсе призналась, что хотела бы, чтобы Дин стал её старшим братом. Он в ответ ей улыбнулся и по голове ласково потрепал, дальше эту тему не развивая. Для него такая обстановка была чем-то новым, непривычным, Армин об этом знала. Видела, как ему было в новинку вот так сидеть с кем-то, общаться на разные темы в домашней семейной обстановке. Видела, как для него было непривычно сидеть не в окружении мандалорцев, он же большую часть своего времени с ними проводил. Армин в душе его понимала, ей к такому привыкать пришлось месяца два. Для неё тоже такое было в новинку. Криста и Сабе ей, сами того не зная, помогли приспособиться и относиться к этому проще.       Прохладный ночной воздух чувствовался даже через тёплую толстовку. Армин стояла на балконе, выдыхая никотиновый дым. Пока Дина и Кристы рядом не было она могла позволить себе закурить и удовлетворить собственную потребность, ставшей въевшейся под кожу зависимостью. При них она сдерживалась, поскольку ещё не забыла, как эти двое не любят дым от её электронки. Раз их поблизости не было, можно в таком случае и расслабиться.       Услышав тихие шаги позади, Армин обернулась и встретилась с Дином взглядами. — Не холодно? — полюбопытствовал он, вставая рядом с ней.       Казалось, он не знал, с чего начать разговор. Уголок губ дёрнулся вверх от такого проявления заботы. — Совсем нет, — Армин почесала нос, стукнувшись ногтём о небольшое серебряное кольцо в носу. — Как там твой клан?       Вопрос повис в воздухе, образов громкую и давящую на разум тишину. Этих простых слов хватило, чтобы улыбке упасть с лица Дина. По нему пробежала угрюмая тень. Прежняя лёгкость от него ушла, на её место пришли напряжённость и серьёзность. Армин в его глаза увидела горечь и не понимала, с чем это было связано. Дин опустил глаза, уставившись вниз на широкую тропинку и кучерявые кусты, словно пряча лицо от неё. Он напряжённо думал и молчал. Желваки напряглись на его скулах.       Внутри Армин натянулась пружина беспокойства, готовая была вот-вот лопнуть. Она чуть склонила голову, желая встретиться с карими глазами. — Дин? — обеспокоено спросила она. — Что-то случилось?       Он громко вздохнул, будто набирался сил. — Я должен уйти.       Слова больно ударили по сознанию. — В смысле? — не понимала Армин. — Что случилось? — К церемонии всё готово. Ждут теперь только меня.       Армин почувствовала, как внутри птица счастья расшиблась насмерть. — А перенести если? — уточнила она. — Армин, её нельзя перенести и ты это знаешь.       Её от неприятного осознания парализовало. В глазах защипало. Внутри предательски заныло, а под ложечкой засосало. — Ну, а видеться мы хоть сможем? — в голосе Армин отчётливо слышалось отчаяние, в серых глазах промелькнула надежда. Пускай она знала ответ, но надежда в ней не хотела умирать.       Дин поднял на неё сочувствующий взгляд. — Не уверен, — досадно проговорил он. — Если только не сразу. Про нас и так узнали, а ты и сама знаешь про их отношение к этому. Я не могу подвести свой клан и не хочу их расстраивать.       Армин поджала губы, почувствовать тяжесть в грудной клетке. — Ясно, — выдохнула она, отвернув от него голову. — Армин…       От его печального голоса хотелось проваливаться под землю. Она чувствовала на себе его взгляд и не решалась посмотреть в ответ, устремив свой взор куда-то в небо. В горле саднило, все мысли спутались в один большой клубок. Глаза от слёз заблестели, воздуха стало катастрофически не хватать, пришлось хватать его ртом. Армин и раньше предвещала этот разговор и по-настоящему грустила, что не удалось его избежать. Её сдавили ледяные лапы осознания и печали, перекрывая доступ к кислороду. Становилось с каждой секундой всё больнее и больнее. Одно дело, когда её просто оставляли внезапно, без предупреждений, а совсем другое, когда тебе в лоб обо всём сообщали. Что из этого было больнее, Армин так определить не удалось.       Дин продолжал ждать от неё ответа и ей становилось ещё хуже. Она знала, что, встретившись с его глазами, сломается окончательно и град слёз будет не остановить. Но ведь это был не чужой человек, а Дин — её любимый, ставшим родным ей человек, которому она верила как самой себе. — Крифф, — ругнулась Армин, прикусив нижнюю губу. — Что ж так паршиво-то?       Она ведь знала, что этот день рано или поздно настанет. Ещё когда узнала о мандалорских правилах и их принципах. Ещё когда предлагала ему оторваться напоследок перед присягой. Мрачное подмигивание факту о предстоящей разлуке ударяло в самое сердце, резало медленно и мучительно, походя на настоящую пытку. Армин боялась самого момента, когда надо будет уходить. Она понимала, на что шла, но никак предположить не могла, что этот день наступит так скоро и уж точно не могла предугадать, насколько больно ей будет. Эта боль не была похожа ни на что. Не была примитивной и тупой, с которой легко можно было справиться одним глотком воздуха и не та боль, о которых пишут в медицинских справочниках. Такая боль разрывала на куски душу, пожирало былую радость куском за куском, желая оставить от человека лишь безликую оболочку. Она тысячами кинжалами пронзает лёгкие насквозь и органы безжалостно кромсает. В последний раз Армин ощущала такое в тот день, когда она провалилась под лёд и осталась без Феннек. Тоже самое она почувствовала, когда её в бордель сдали. Когда у неё не осталось никого. И вот снова её бросают, оставляя очередную глубокую рану в сердце и большой не стираемый след в памяти. Пусть в этот раз у Армин была Криста, однако мысли об этом никак не утешали.       За этот год она к Дину привязалась сильно. Он стал причиной её глупых улыбок, её надёжной опорой и смыслом. Армин с ним ощущала себя нужной, любимой и живой. Она познала, какого по-настоящему состоять в отношениях. Какого ждать постоянно встречи с ним и чуть ли не секунды считать до этого момента. Дин ей заменил солнце и заменил семью. Да, он порой ворчал, ненавидел дроидов, недолюбливал её курение, уберегать пробовал от любой кажущейся для него опасности, но она всё равно любила и не стеснялась этого. Дин Джарин ворвался в её жизнь и изменил её к лучшему, в свойственной ему манере подарив заботу. Стал ей близким и родным человеком. Домом и семьёй. Поводом улыбаться и веселиться, не взирая на суровую реальность.       Горькие слёзы стекали вниз по её щекам, остановить их сил не было. — Даю слово, — Дин подошёл к ней ближе и обхватил ладонями её лицо, вынуждая посмотреть на него, — однажды мы снова встретимся. А до тех пор, я буду жить, вспоминая о днях с тобой. Для меня честью было встретиться с тобой, Армин Соло. И, покуда я жив, моё сердце будет биться не только ради моего народа, но и ради тебя.       Она посмотрела на него по-новому. Он буквально в любви ей признался и пообещал вновь с ней встретиться. Если ему надо заслужить доверие и уважение своего клана, им точно нельзя будет увидеться в ближайшие годы. Да и как прежне ничего не будет. Дин будет носить броню, шлем при ней не снимет и лицо своё больше не покажет никому никогда. Армин всматривалась в черты его лица и старалась запомнить каждую деталь, каждую мелочь, хоть бы в памяти это осталось. Она не могла забыть его и не хотела.       Дин медленно к ней наклонился и коснулся её губ своими. Осторожно, нежно, словно боялся спугнуть. Армин не сопротивлялась, полностью отдаваясь возникшим приятным ощущениям и позволяя целовать так, как хотел этого он. Для неё это был первый серьёзный и искренний поцелуй, и она знала, что не для неё одной. Дин не смел обнять или дотронуться там, где Армин могла счесть это наглым, поцелуй не углублял и лишь большими пальцам стирал стекающие с её глаз слёзы. Сложно представить, что такой с виду серьёзный и сильный человек, мандалорец и охотник за головами, мог позволить себе быть таким открытым с ней. И от понимания, что они могли больше не увидеться и это могла быть их последняя встреча, становилось на душе мучительно больно. Их первый — и похоже последний — поцелуй был таким аккуратным, наполненным нежностью и лаской, теми чувствами, что они друг к другу испытывали.       Армин не хотела, чтобы это прекращалось, но когда Дин от неё отстранился, пришлось вернуться в суровую реальность. Он притянул её за плечи и крепко обнял, погладив по спине и вдохнув аромат её волос. Армин уткнулась носом ему в грудь и позволила в очередной раз расслабиться и дать своим слезам волю. Они были обречены с самого начала. Сперва были друзьями, а потом родственными душами. Безымянной частью их собственных историй, которую они запомнят вот так. Они встреться, но будут другими людьми. Не будут теми, что были раньше. Им предстояло столкнуться на своих путях с неизбежными изменениями. Большая вероятность, что при их следующей встрече они могут стать друг другу чужими. Не родными. Только мысль о возможной будущей встрече Армин хоть как-то душу согревала.       Она собрала всю волю в кулак и медленно отодвинулась от Дина, стирая ладонью слёзы. — Ну, я тебя задерживаю, — Армин выдавила из себя подобие улыбки. — Ты там главное смотри, не сдохни, а то я сама тебя убью. Выживи и порви всех.       Дин печально улыбнулся. — Таков путь, — промолвил он. — До скорой встречи, Армин Соло.       Он в последний раз одарил её взглядом, наполненным целиком и полностью светлой грустью и развернулся в сторону выхода. — Удачи, Дин Джарин.       И с его уходом в душе образовалась глубокая пропасть. Армин снова ощутила себя разбитой.