Детективное агентство "Анна и её духи". История девятая. Кордебалет из-за ожерелья.

— А… — хотела было спросить Аня, но Фабиан продолжал говорить, не обращая на неё внимание. Штольман поднял брови. Ему не понравилось такое обращение с женой, пусть и со стороны пришельцев с того света. Как бы ему все же наловчиться и научить раз и навсегда уму-разуму бесцеремонных визитеров? — Если бы со мной обошлись справедливо, Джоанне не пришлось бы продать ферму в Суссексе, — говорил Бадер. — Геше не осталась бы без поддержки, и ей в голову не вложили бы, что виной всему изумруд. Ведь всё совсем не так! — Скажи ему про Слезу Ошумары, господин, — вставил свои пять копеек темнокожий парнишка. — На неё можно купить не только ферму, весь Суссекс целиком. Такая чистая, такая большая. Я никогда не видел такой красоты. За неё не жалко было отдать жизнь, мисси. Пусть это и последнее, что я увидел в этом мире. Анино сердце сжалось от жалости. На вид юноше не было и шестнадцати, одежда на нем оставляла желать лучшего, и говорил о камне он, как о несбыточной мечте. Будто и в самом деле в его жизни не было ничего лучше. — Что?.. — спросила было она, но вновь ей не дали закончить. — О, Слеза Ошумары, — заговорил Фабиан, не обращая внимания на всё, что происходило вокруг. — Это я дал ему такое название. Радуга в чистом виде, пусть и в зеленом цвете. Ни разу до этого я не находил такой красоты, а я долго имел дело с камнями. Вот как Джимми, с тех пор, как ходить начал. Я так надеялся, что одной Слезы хватит на то, чтобы отдать долги и вернуть Джоанне приданое. Дать Геше будущее. Привезти Джимми в Англию. А вышло вот так. Джимми… придавило, когда он полез к той жиле. Только он был таким юрким, чтобы её достать. Слеза была у меня, но его не спасли. Слишком раздроблены были кости. Два дня он мучился, а потом всё равно умер. — Не сожалей, господин, — покачал головой мальчик и широко улыбнулся. — Эта красота того стоила. Воистину сама Ошумара плакала и её слезы застыли, чтобы такое совершенство хранила каменная твердь. Аня едва сдержала слёзы. Джимми напоминал ей Гастона, и она сейчас представила, что и его конец мог быть таким же. Неукротимое желание проверить кровати их воспитанника и Марты чуть было не заставило её сорваться с места и броситься в их спальни. Она так и сделает, когда призраки уйдут. Алекс был совсем рядом, она видела его через открытую дверь в детскую, а старших детей нужно проверить. — Мои мечты были растоптаны. Всё ушло на дорогу и разбирательство, ведь это была настоящая несправедливость! — продолжал Бадер. — Ферму пришлось продать, Джоанне пришлось уехать, а Геше… Геше выросла. И все случилось. Справедливость была восстановлена. Так нам всем казалось, хотя я хотел совсем другого. Но теперь все вернулось на круги своя. Помогите Геше. Сделайте так, чтобы вновь правда восторжествовала! Помогите ей, ведь мы тоже помогли вам! — Помогли, мисси, — подтвердил Джимми, широко улыбаясь щербатым ртом. — Теперь дело за тобой. С этими словами духи исчезли. Аня ошеломленно смотрела на пустой диван. Штольман, который за время их беседы не услышал ничего, кроме невнятных попыток жены задать вопросы, испытывающе смотрел на неё. — Да, они приходили помочь, — вздохнула Анна, отвечая на заданный еще в самом начале Яковом вопрос, ответить на который ей довелось до настоящего момента. — Приходили? — уточнил Штольман, поднимая бровь. — Значит ли это, что они почтили нас своим присутствием, что-то поведали, не дав тебе и слова сказать — не спорь, я все прекрасно видел — а потом испарились, сочтя свою миссию выполненной? Аня вздохнула еще глубже. Ответить ей было нечего.