The Calm to Her Storm

       31 августа 2012       Несмотря на то, что Роуз и Хьюго были недостаточно взрослыми, чтобы отправляться в Хогвартс в ближайшие пять и семь лет соответственно, они любили всей семьей прогуливаться по Косому Переулку за несколько дней до отправления поезда. В это время там было так много шума и суеты, а сейчас детям было особенно полезно впитать в себя эту энергию. И Гермиона все чаще думала о том, что и ей самой это было нужно. Это был первый предучебный поход по магазинам, который она совершала без Рона, и, к своему удивлению, ведьма чувствовала себя довольно хорошо.       — Мам, можно, пожалуйста?       — Нет, — ответила Гермиона уже в сотый раз. Хьюго нахмурился и, наконец, положил клетку с крысой обратно на полку. Помимо того факта, что крысы были ужасными домашними животными, после третьего курса она видеть их не могла.       — Мамочка, а как насчет совы? — спросила Роуз, глядя на клетку с птицей рядом со стойкой кассира. — Можем мы взять одну?       — У нас уже есть сова.       — Но наша только для писем! Совсем другое дело, если мы купим ее как домашнее животное.       Гермиона рассмеялась над логикой своей дочери, качая головой.       — Мы не возьмем еще одну сову. Вы можете посмотреть на животных здесь, но мы никого из них не заберем домой, хорошо?       Оба мрачно ответили в унисон, но затем их глаза просветлели, когда владелец магазина объявил, что собирается вытащить одну из сов, чтобы показать ее перья. Гермиона знала, что скорее всего в скором времени она уступит их желанию завести нового питомца, но не сегодня. После кончины Рона и смерти Живоглота пару лет назад, она сама скучала по дружескому общению.       — Хей!       Гермиона повернулась на тихий голос, который, возможно, и не был обращен к ней. На мгновение она подумала, что это мог быть один из ее племянников. например, Тедди, поскольку ему тоже нравилось бегать по Косому Переулку в самые оживленные часы. Или Фред, если Анджелина решила пройтись по улице, прежде чем заглянуть к Джорджу. Из всех бесчисленных возможностей Гермиона никак Не могла предположить, что будет смотреть на миниатюрную версию Малфоя.       А ребенок, о котором шла речь, не мог принадлежать никому другому, кроме Малфоя. Те же светлые волосы. Эти поразительные серые глаза. Эта ухмылка. Ну, нет… Ухмылка этого ребенка была больше похожа на улыбку. При том довольно милую.       — Я знаю вас! — продолжил малыш.       Гермиона улыбнулась мальчику.       — Правда?       — Да! У моего папы есть ваша фотография.       Лицо Гермионы вытянулось. Эти слова, стоящие в одном предложении были непостижимы для ее ума. Просто… неправильны во всех отношениях. Не говоря уже о том, что полностью сбивали с толку. Прежде, чем она смогла даже попытаться осмыслить услышанное, в поле ее зрения появился отец мальчика. Малфой выглядел так, если ей нужно было как-то охарактеризовать это, будто ему было весьма неуютно рядом с ней. Сама Гермиона определенно чувствовала то же самое.       — Мама! Мама! — Хьюго с Роуз подбежали к ней. — Можем мы сейчас пойти в магазин шуток и повидать дядю Джорджа?       Глаза Скорпиуса округлились при этих словах, после у него отвисла челюсть, а затем он повернулся к своему отцу.       — Папа! Можем мы тоже пойти в магазин шуток? Пожалуйста?       Гермиона резко отвела взгляд от своих детей и посмотрела на блондинистую пару. Когда Малфой уставился на своего сына, было очевидно, что он не хотел идти. Однако, что также бросалось в глаза — так это то, насколько податливым он был, когда дело касалось его ребенка. Выражения лица старшего Малфоя сменилось с сопротивляющегося на побежденное, а затем и на самодовольное, если не сказать счастливое, при виде того, как сильно был взволнован его сын.       Драко поднял глаза и обнаружил, что Гермиона пристально смотрит на него. Казалось, ее дети тоже заметили это, поскольку проследили за взглядом своей матери.       — Если миз Уизли не против компании, — ответил он Скорпиусу. — Тогда да, мы можем пойти.       Конечно, он скинул это на меня, — раздраженно подумала про себя Гермиона. Естественно, она собиралась сказать «да», но прежде чем успела произнести эти слова, ее дети уже озвучили приглашение.       — Мы покажем дорогу! — ликовала Роуз. Девочка схватила Скорпиуса за руку и практически выбежала с ним из магазина.       — Подождите меня! — крикнул Хьюго ей вслед, продолжая бежать. Это оставило двух родителей в тупике и незнании, что делать. Следовать за детьми, очевидно, но как? Идти ли им бок о бок? Один за другим? Если да, то кто пройдет вперед?       — После тебя, — сказал Драко, жестом предлагая ей выйти из магазина первой.       Какой джентльмен… Где, черт возьми, был этот Драко Малфой две недели назад?       Гермиона вышла на улицу первой. К удивлению, несмотря на свое нетерпение, дети ждали их у выхода. Как только оба родителя оказались в поле их зрения, они снова побежали по направлению к магазину шуток, который располагался прямо по курсу.       Гермиона сглотнула, осознавая, что окружающие глазеют на них. Драко уже привык к этому, но наблюдал за ведьмой краем глаза. Едва заметный хмурый взгляд, который она бросила в чью-то сторону, был одновременно неожиданным для него и впечатляющим.       — Сколько им лет? — внезапно спросил ее Драко. Гермиона чуть не споткнулась на ровном месте.       — Эм…       Драко ухмыльнулся.       — Ты не знаешь?       — Шесть и четыре, — фыркнула она и скрестила руки на груди. Затем сделала жест головой в сторону мальчика. — А твоему сыну?       — Шесть.       На этом разговор закончился, так как они вошли в переполненный магазин.       — Папа! — Скорпиус появился из ниоткуда. — Ты должен это увидеть!       Старшего Малфоя потащил за собой сын, и Гермиона не смогла сдержать улыбку. Она вошла вслед за ними и сразу же была со всех сторон атакована людьми и всевозможными безделушками. Учебный сезон или нет, «Волшебные Вредилки Уизли» всегда были такими.       Гермиона увидела своих детей рядом с Малфоями. Она решила не подходить к ним, пока Роуз не заметила ее и не поманила к себе.       — Смотри! Это игрушка, которую дядя Джордж сделал для нас, — радостно воскликнула Роуз. Гермиона наклонилась и вгляделась в маленький круглый предмет, из-за которого вся нелюбимая для детей еда незаметно исчезала с тарелки и отправлялась в мусорное ведро. Она все еще ругала Джорджа за то, что он познакомил с этим приспособлением ее детей. Рону это показалось забавным.       — Значит, твой дядя работает здесь? — спросил Скорпиус.       Роуз просияла, глядя на него.       — Магазин принадлежит ему.       — Правда? Значит, ты можешь приходить сюда в любое время?       — Да! И наш дядя Джордж дает нам игрушки, чтобы мы опробовали их, прежде чем их начнут продавать.       Драко фыркнул и повернулся к Гермионе.       — Ты не против того, чтобы твои дети выступали в качестве подопытных кроликов?       — Джордж не сделал бы ничего, что могло бы им навредить, — прорычала Гермиона. Затем она отвернулась от него, чтобы оглядеть вокруг эту оживленную атмосферу. Именно тогда она заметила рыжего, о котором только что шла речь, пытающегося привлечь ее внимание.       — Эй, Гермиона! — Джордж присвистнул и кивком головы призвал ее подойти. Ведьма не потрудилась сказать Малфою, что уходит от него, и не думала, что ему вообще будет до этого хоть какое-то дело. Они пришли сюда не вместе. Хотя, технически говоря, и пришли вместе.       — Привет, Джордж.       — Привет, — прошептал он и притянул ее ближе к себе. — Моргни один раз, если тебя держат в заложниках.       Гермиона рассмеялась.       — Что?       — Я серьезно! — Джордж зашипел. — Малфой возвращается в Англию через сколько, десять лет или больше? И появляется здесь? С тобой?       Гермиона поджала губы и посмотрела вперед сквозь море людей. Роуз и Хьюго ушли на что-то посмотреть. Малфой поднял Скорпиуса на руки, чтобы тот мог как следует рассмотреть какую-то вещь на верхней полке. Она снова улыбнулась.       — Забавно, как все оборачивается.       Джордж кивнул.       — Забавно, странно, пугающе… Полный расклад. Хотя, честно говоря, что он вообще рядом с тобой делает? От одной мысли об этом у меня начинается зуд.       — Он не со мной, — поправила Гермиона. — Мы столкнулись друг с другом в «Совах, кошках и крысах». Его сын услышал, как Роуз спрашивала о «Вредилках», и он захотел присоединиться.       — Дети, — пробормотал он. — Веками загоняют родителей в ловушки.       Гермиона шлепнула его по руке, отчего он рассмеялся.       — Светловолосых мужчин, по-видимому, тоже, — продолжил Джордж. — Я поражен, что он нашел женщину, с которой смог зачать ребенка. При этом симпатичного, должен признать.       — На каждого найдется своя пара, Джордж, — ответила Гермиона. — Хотя, мне правда интересно, кого он нашел.       — Мне нет, — он поежился. — Это вызовет у меня чертовы кошмары.       Гермиона покачала головой и заметила, что Малфой и Скорпиус собираются на выход. Малфой поймал ее взгляд и кивнул, уходя. Он также произнес одними губами что-то еще.        Было ли это… «Извини»? уже «извинился» за свои слова. О чем еще он сожалел?       — Увидимся в октябре, Скорпиус! — прокричала Роуз вслед блондинистому дуэту. Гермиона резко вскинула на нее глаза.       — Октябрь? Что будет в октябре?       — Мой шахматный турнир, помнишь? Я пригласила Скорпиуса посмотреть на мою игру!       Гермиона почувствовала, как ее сердце упало куда-то в желудок. Так вот почему Малфой извинялся. Похоже, Джордж был прав. Дети определенно заманивают родителей в ловушки.

***

1 сентября 2012       — Ты всерьез говоришь нам, что мы должны сидеть рядом с Малфоем во время турнира Роуз? — спросила совершенно ошеломленная Джинни. Гермиона кивнула, продолжая жевать, краем глаза поглядывая на Гарри, который пребывал в молчаливом шоке, в отличие от его жены. Они втроем только что вернулись со станции Кингс-Кросс, отправив Тедди и Виктуар в Хогвартс на четвертый и третий курс соответственно. Молли предложила (точнее, похитила их) всем своим внукам провести день с ней и Артуром. Это оставило родителей без детей впервые за Мерлин знает сколько времени.       — Это именно то, что я сказала.       — Сначала еда, теперь это? — Гарри покачал головой. — Это до невозможности странно.       — Еда — да. Но совместная прогулка — не совсем, — пожала плечами Гермиона. — Дети и правда поладили.       — Ты можешь себе представить, на что это будет похоже, если они продолжат в том же духе? — спросила Джинни. — Как часто тебе пришлось бы с ним взаимодействовать?       — Честно говоря, это немного за пределами моего воображения, — усмехнулась Гермиона. — Но не похоже, что он собирается называть меня словом на букву «Г», пока мы вместе.       Лицо Гарри озарилось широкой ухмылкой.       — Если он это сделает, это даст мне повод арестовать его!       Гермиона рассмеялась.       — Держите свою палочку в кобуре, аврор Поттер. Я не думаю, что ты арестуешь его в ближайшее время.       — Мужчина может позволить себе помечтать.       — Вернемся к турниру, — перевела разговор Джинни. — Как проходит подготовка Роуз?       Гермиона вздохнула.       — Настолько хорошо, насколько это возможно, я полагаю. Билл очень помог, но я думаю, что Роуз просто скучает по игре в волшебные шахматы с Роном.       — Конечно, она будет скучать, — ответил Гарри. — Ты помнишь, сколько часов напролет они играли вместе по ночам.       — А потом я ругала его за то, что он позволял ей засиживаться допоздна, — с нежностью вспоминала Гермиона. — С тех пор, как ей исполнилось четыре, Рон не переставая твердил, что однажды она сыграет на турнире. Ее наконец-то приняли в один из них, и теперь…       — Он все равно будет гордиться ею, — сказал Гарри. — Она заставит его гордиться, несмотря ни на что.        7 сентября 2012       Это был его личный ад. Каждую первую пятницу каждого месяца он должен был отправляться во Францию и проводить минимум полчаса во французском Министерстве Магии, Департаменте Браков и Разводов. Одного года жизни порознь было недостаточно. Ему и Астории приходилось каждый месяц посещать консультанта по вопросам брака, чтобы проверить их статус и определить, не произошло ли примирения между супругами или не были ли они близки к этому. Вопреки желанию его жены, ее семьи или его семьи, они каким-то образом оказались все же перед консультантом, который был старше самого Мерлина, чистокровным и, следовательно, горячим сторонником чистокровных союзов и был полон решимости сохранить их брак с Асторией.       Итак, Драко договорился о портключе (выходила солидная сумма за ежемесячное и личное пользование) и отправился в Париж. Он не спеша поднялся на девятый этаж и прошел по необычайно длинному коридору, в конце которого находились администратор и его ушлая жена.       Администратор Мадам Рош, женщина пожилого возраста, очень сочувствовала затруднительному положению Драко и сильно напоминала ему тот тип бабушки, которую он хотел бы иметь в детстве. Она говорила на трех языках, помимо французского, включая английский, но этого Астория не знала. Что являлось секретом между ним и женщиной, и сводило с ума его жену. Несмотря на то, что Астория прожила во Франции десять лет, ее владения языком было недостаточно, чтобы нормально поддерживать беседу.       — Elle est énervée aujourd'hui, — сказала ему мадам Рош. Драко посмотрел на Асторию, и да, по ее отстукиванию ногой, постукивающими пальцами и поджатым губам он мог бы сказать, что она была довольно раздражена.       — Il n'y a pas d'une différence comparé aux autres jours.       Мадам Рош усмехнулась.       — Sois pas méchant.       Драко ухмыльнулся и сел рядом со своей женой. Она уставилась на него краем глаза и фыркнула.       Он наклонил к ней голову.       — Астория.       — О, теперь очередь дошла до меня? — ответила она с горечью. — Больше никаких разговоров по-французски с администратором?       Драко закатил глаза.       — Она просто спрашивала, как у меня дела. Не нужно быть такой резкой.       Астория прищурила глаза.       — Действительно? Это то, о чем вы на самом деле говорили?       — Ты хочешь услышать правду или мне следует солгать?       — Ты невозможен!       Драко рассмеялся, переводя взгляд на мадам Рош, и указал на Асторию.       — Ma petite belle rose. Et nos familles veulent que nous restions ensembles? Je n'ai pas un désir de mort.       Мадам Рош прикрыла усмешку ладонью. Терпение Астории, по всей видимости, лопнуло, она встала, чтобы постучать в дверь их консультанта, как раз в тот момент, когда та открылась сама.       — Madame Malfoy, un plaisir…       — Он продолжает говорить по-французски за моей спиной!       Драко поерзал на своем месте и перекинул лодыжку через колено.       — Обычная болтовня.       Месье Дюран громко вздохнул, прежде чем обратиться с мольбой к Драко:       — Что мы говорили о ваших действиях, когда вы были здесь в последний раз?       — Ну, вы сказали, что они были ребяческими. Я ответил, что это мой способ избежать удушения моей жены. Я бы предпочел не делать этого, а вы?       Еще один вздох сорвался с губ их советника, прежде чем он жестом пригласил их следовать за ним внутрь. Драко преуспел в том, чтобы раздражать как свою жену, так и их консультанта. А с последним он даже не старался специально! Драко ухмыльнулся про себя, сердечно помахал в ответ мадам Рош и вошел в логово пыток сатаны.        10 сентября 2012       — Вот письмо Роуз, как и в прошлый раз, — сказала Гермиона, аккуратно откладывая послание дочери для отца в сторону. То, которое она оставила во время своего предыдущего визита, потрепалось и пожухло. Вероятно, из-за большого количества дождей последних двух недель. — А вот от Хьюго, тут написано: «Папа, у меня появился новый друг. Его зовут Скорпиус, и он правда забавный. Роуз он тоже нравится. Мы собираемся вместе посмотреть, как она играет в шахматы в октябре».       Гермиона отложила письмо и вздохнула.       — Я знаю, о чем ты думаешь. Скорпиус. Кто, во имя Мерлина, назвал бы своего ребенка Скорпиусом? — она на мгновение улыбнулась своей манере подражания мужу, прежде чем добавить: — Тот самый человек, который был назван Драко.       Гермиона замолчала и представила, каково было бы вести этот разговор с Роном лично. Она подумала об округленных глазах, слегка приоткрытых губах и том растерянном выражении, которое кричало: «Как такое может быть?»       — Они сблизились из-за игрушек в магазине шуток, сын Малфоя и наши дети. Это просто… Это произошло так быстро. И я бы не стала ничего менять. Дети… не должны ходить в тени своих родителей. Судя по тому, что я видела, Скорпиус — прелестный ребенок. Это должно что-то говорить о людях, воспитывающих его, не так ли?       Не пойми меня неправильно. Малфой по-прежнему самая настоящая задница. Просто… не в плохом смысле. А скорее для поддержания имиджа, если в этом есть какой-то смысл. Как бы то ни было, я полагаю, это к лучшему. Не думаю, что смогла бы вынести выражения лиц наших детей, если бы сказала им, что они не могут играть со своим новым другом, потому что я ненавижу их отца. В последнее время я стараюсь смотреть на вещи позитивно.       Видишь ли, я… Бывают дни, когда мне хорошо, понимаешь? И те, когда я в полном беспорядке. Я хочу вспоминать тебя без грусти. Без ощущения, что наступит конец света. Я боюсь, что долгие годы у меня будет полный бардак в жизни, и я не могу… Я не могу этого вынести. Я люблю тебя, Рон, но я не могу позволить себе потерять себя, когда дети так нуждаются во мне. И я решила, что постараюсь взять себя в руки. Это может пройти хорошо или, скорее всего, совершенно ужасно, но, по крайней мере, я попытаюсь. Хорошо?       Гермиона положила руку на надгробие Рона, и в ее груди поселилась тяжесть. Она шмыгнула носом и закрыла глаза.       — Будь ты проклят за то, что бросил меня.