Я, мой парень и его бывший

      Демид ушёл, а Стас закрыл за ним дверь. Когда замок щёлкнул, Стас хотел направиться к себе. Сделал шаг и услышал Ники:       — Стас. — Стас опустил плечи и посмотрел на соседа. — Извини за вчера. Я… — Ники опустил глаза. Только из-за этого Стас обратил внимание, что он теребит край клетчатой рубашки. — Я реально не подумал… Полез со своими вопросами. Не подумал, что они тебя могут задеть.       Стасу было нечего сказать, и он молчал. На Ники предпочёл не смотреть, чтобы не цепляться за его тонкие длинные губы и щербинку между зубами, не видеть его скукоженного, как финик, лица и вжатую в плечи голову.       — Я просто не понимаю, на хера тебе что-то знать обо мне и Дёме, — сказал наконец Стас.       — Да, я понял, что полез в личное. А спросил я это… Ну, — он закинул руку за шею, — потому что не знал, о чём начать разговор. Обычно, когда люди встречаются, знакомые задают такие тупые общие вопросы, типа: «А как давно вы вместе? А как встретились?», и всё такое… Я и не задумался, что это может быть так.       — Как так? — Стас скрестил руки, но больше по привычке, автоматически, чтобы было чем занять себя, и прислонился к стене.       — Некрасиво. Как в белье чужом копаться.       — А ты рылся.       — Да, поэтому извиняюсь.       Стас вздохнул. Он не должен кусаться.       — Странно, что ты ещё это на испанском не сказал.       Ники поднял голову. Стас тоже посмотрел на него. Зелёные глаза отвечали жадным взглядом.       — Сказать? — Стас пожал плечами. — Lo lamento. Мне жаль. Правда, жаль. — Стас кивнул и уже собирался уйти. — Чем мне загладить вину?       — Ничем. Не надо. — Стас махнул рукой.       — Ну, может, что-то…       Стас бросил предупредительный взгляд, поднимая брови. Ники остановился, выдавил из себя улыбку.       — Понял. Лезу куда не надо. — Стас кивнул. — Тогда можно тебя попросить… Про кофемашину. Ты говорил, что покажешь, как ей пользоваться.       — Сейчас?       — Можно сейчас, если ты не занят.       — Давай.       Вместе они прошли на кухню. Ники опомнился и сбегал за кружкой в комнату.       — Смотри, здесь включается. — Стас указал на выключатель в самом низу слева. — Эта штука показывает, хватает ли воды. — Он ткнул на горящий красным индикатор. — Наливать нужно минимум до этой линии, — его палец прошёлся по выделенной прямой, — так отсоединяется. — Он открепил объёмную ёмкость и протянул Ники. Тот сразу взял и подставил под фильтр. Налил побольше. Стас дал ему самому вставить. — Если горит посередине снизу, то надо почистить поддон. Там кофе. — Стас потянул за поддон и отсоединил часть. — Я каждый раз высыпаю и мою, и тебе советую так же делать. — Ники кивнул и потянул руку. После того, как поддон был помыт, Стас снова дал Ники самому вставить. — Кофе засыпаешь сюда. — Стас показал на крышку сверху. — Здесь выбираешь крепость и объём кружки. — Ники покрутил ручки, понял, что с чём связано. — Нажимаешь на старт и ждёшь, когда приготовится. После того, как кофе готов, кружку забираешь, вытираешь за собой, если насвинячил, и нажимаешь на самоочистку. Всё понял?       — Да, всё просто. Gracias. — Ники нажал на «старт», и кофемашина затрещала. — Может, мне на кофе скидываться? Если я его пить буду? Зёрна, наверное, стоят нормально?       Стас уставился на синий пакет Movenpick El Autentico.       — Смотря какой покупать. Пока не беспокойся об этом. Когда буду новый покупать, тогда скажу тебе. Вдруг, — он посмотрел на него, — тебе он вообще надоест через неделю.       — У меня-то, честно, утро никогда с кофе не начиналось, а тут прям настоящий… Может быть, это станет типа хорошей такой привычкой? — Он улыбнулся, не размыкая губ, а Стас пожал плечами.       — Как хочешь. Если вольёшься в тему, можешь сам себе покупать, в кофейнях, например. Тебе подскажут, какой лучше, расскажут, какие там волшебные нотки и чем отличается от своих собратьев.       — А ты в этом разбираешься?       Стас покачал головой.       — Это Дёма. У него знакомые на кофе помешаны. — Стас потёр бровь. — Это он из-за них кофемашину купил. И зёрна они ему советуют.       — Надо же. — Ники прям ахнул, а Стас уставился на него. — Я… Это… — замешкался он. — То есть… — Он выдохнул, приводя дыхание в порядок. — Я же его со школы не видел. А он костюмы носит, начальником работает… — Стас опустил руку и серьёзно смотрел на Ники. Голос его был больно сладким как амброзия на божественном столе. — Друзья у него в кофе разбираются… Это на него совсем не похоже.       — А ты чего хотел? — резко сказал Стас. — Чтобы он был как раньше?       Ники удивлённо взглянул на Стаса.       — Нет. Я просто не ожидал, что он теперь типа такой. Значит, мы выросли.       — Вот именно, — ответил Стас не думая, а как дошло, что он сказал — как он это сказал, рот свой закрыл, словно Демид мог снова зайти на кухню и строго сказать: «Стас», поучительно смотря в глаза.       — Я, кажется, реально где-то проебался, да? — спросил Ники с кислой улыбкой.       Стас замялся. Отвёл взгляд к столу и прикусил губы изнутри.       — Из-за татуировок? — предположил Ники, прикрывая дырку на руке. — Я бы, правда, хотел с тобой подружиться. Нам же жить вместе… То есть в одной квартире, и я подумал, что было бы хорошо узнать друг друга, поговорить. Особенно если ты сидишь дома. Чтобы скучно не было.       — Мне не скучно, — ответил Стас, стискивая пальцы. — Мне хватает дел каждый день. И с тобой я разговаривать не хочу.       — Значит, проебался, да? — Улыбка отлипла от лица Ники. — Извини, что пристал.       — Забей, — сказал Стас и вышел из кухни, оставляя Ники одного.       Стас закрыл дверь в комнату и начал составлять список того, что ему нужно купить, на планшете. Пара лотков яиц, курица, свинина, лучше несколько килограммов. А курицу… По-хорошему нужно купить и грудку, и окорочка, можно купить целую, чтобы запечь на днях. На праздниках все запасы были подъедены от безделья. Безделье… Страшное слово, а действие приятное. Стас постучал по экрану планшета. Холодильник нужно с нуля забивать. Он вздохнул и попытался вспомнить, каких ещё круп и консервов не осталось либо осталось очень мало. По-хорошему нужно дуть на кухню, снова всё пересматривать, но сталкиваться с Ники Стас не хотел, поэтому дождался, когда тот окончательно хлопнет своей дверью, и вылез из комнаты.       Список вышел внушительным. Если бы он закупался самостоятельно, то понадобилась бы машина Демида.       В десять часов Стас вышел из квартиры, выкинул мусор и первым делом направился в табачную.       — Привет! — сказал ему Женя из-за стойки, отлипая от телефона. — А я думал, когда зайдёшь.       На нём была чёрная толстовка вручную расписанная его девушкой. На чёрном фоне красовалась сочная неоновая надпись «CYBERPUNK». На голове был привычный беспорядок, выцветшие розовые волосы нуждались в покраске, а тоннели в ушах снова стали больше, только пирсинга на лице не прибавилось: два шипа в правой брови, одно кольцо в левой и шарик над верхней губой.       — Да вот, понадобилось. Работал в праздники, да?       — О да-а, — протянул Женя и развернулся к сигаретам за спиной. — Как обычно?       — Да, три пачки.       — Три? Ты же всегда по одной берёшь. — Женя достал три красных Chapman Red.       Стас достал паспорт и показал, чисто номинально, для камер. Женя даже не читал, бросил взгляд и кивнул.       — Мрак, до сих пор не верю, что тебя так зовут, — сказал Женя и пробил сигареты.       — Сам в это предпочитаю не верить. — Стас достал карту и приложил к терминалу.       — А ты всё так же дома сидишь?       Стас убрал сигареты в чёрный рюкзак Calvin Klein.       — Сижу.       — Как ты себе занятие находишь? Я пока дома сидел без работы два… Нет, погоди, это было почти три года назад! Представляешь? Так вот, сидел я три года назад два месяца, думал, что на потолок полезу. Как можно каждый день чем-то заниматься?       — А чем ты занимался?       — Ну-у, — Женя вытянул трубочкой губы, а потом засмеялся, — сериалы смотрел, в плойку играл.       Стас засмеялся следующим.       — Тогда понятно, — кивнул он с улыбкой.       — Непонятно!       — Саморазвитием надо заниматься! — показал зубы Стас. — Книжки читать, чему-то учиться, а не просто деградировать.       — Я в игры вообще-то на английском играю, — гордо произнёс Женя, выпятив грудь.       — И сколько процентов ты оттуда понимаешь?       — Процентов пятьдесят. — Стас закивал. — Намекаешь, что нужно сесть за английский?       — Было бы неплохо. Мозги размять, чтобы не засохли. — В табачную зашёл новый посетитель. Стас глянул на него через плечо и сказал Жене: — Я пойду, а то ещё закупиться надо.       — Давай. Приходи, даже если сигарет не надо!       — Приду!       Следующим Стас зашёл в мясной магазин. Закупил мяса на два пакета, словно он прокармливал многодетную семью, отцом которой являлся. Эта мысль его улыбнула: была у него семья, только знать о ней никому нельзя. А Ники, по сути, был единственным, кто о ней знал, но ничего против не имел. Потому что он тоже когда-то был частью семьи Демида. От этого уголки губ оттянулись вниз.       Дома Стас раскидал мясо по морозилке и сделал онлайн-заказ всех необходимых продуктов. Скриншот со списком отправил Демиду.       Осталось дождаться доставки, но Стас уже знал, чем занять это время. В этот раз перчатки надеть не забыл. Вооружился пульверизатором «Meine Liebe» и лазурной тряпкой. Пошёл от ванной, начиная с зеркала, на которое пытался не смотреть, не замечать себя, но поверхность нужно было протереть всю, и тут волей-неволей взглянешь на открытое лицо. Стас смотрел в свои карие глаза, не двигался, прижимая тряпку к зеркалу. Его пальцы напрягались, дыхание стало углублённым и ровным. Волосы у лба по-прежнему торчали, а лицо по-прежнему было женским. Даже то, что Стас постоянно хмурился, прокладывая раз за разом морщины между бровями, не портило его. Не искажало так, как Стас чувствовал себя на самом деле. Он выпрямил руки, отталкиваясь от зеркала.       Это было не его лицо, не его внешность. Просто так случайно вышло, что они достались ему, а он должен с ними жить и думать, что делать.       Дверь резко открылась, и Стас зажал рычажок распылителя. Ники тоже дёрнулся, когда увидел рядом Стаса.       — Извини, — сказал он быстро и ушёл на кухню.       Стас выдохнул и продолжил вытирать зеркало. Когда закончил с ним, перешёл к шкафу в прихожей. Пришлось взять стремянку, чтобы вытереть пыль сверху. Позже стремянка пригодилась для того, чтобы протереть люстры в коридоре, спальне и на кухне. Убрав всю обувь с этажерки, Стас протёр её, а за ней и дверь. Двери он тоже протирал, ведь пыль копилась везде, даже на вертикальных поверхностях, к которым, казалось бы, липнуть не должна.       В спальне было сложнее, нужно было убирать телевизор, протирать за ним, а за ним переплелись как змеи в гнезде провода. После телевизора надо было протереть все полки, а за ними стеклянные и обычные двери. Стремянку снова пришлось использовать, чтобы протереть стенку сверху. Пыли много не накопилось, достаточно протирать каждую неделю, чем Стас и занимался. Когда он был на самом верху зазвонил домофон. Стас поджал губы и спустился.       Доставили продукты. С уборкой пришлось взять перерыв, чтобы раскидать заказанное по холодильнику и полкам. Стас улучил момент и выпил воды из-под фильтра. Потом вернулся к работе: переставил стремянку и протёр гардину. Когда с верхами было закончено, он убрал её в угол. Последними остались подоконник и окно.       Перчатки отправились в мусорку, «Meine Liebe» под ванну, тряпка на батарею. Стас потянулся и понял, что надо поесть. Когда Демида нет дома, время обеда и ужина проходило мимо. Отобедав вчерашним обедом и отметив, что его хватит на ужин, Стас прикинул, что можно начать готовить эклеры. Демид всё равно любил, когда крем внутри холодный. За это время он остынет в холодильнике.       Яйца, стакан муки, сливочное масло, сахар, ванильный сахар и вода.       Сначала Стас сделал тесто для пирожных, с помощью кондитерского мешка и насадки «звёздочка» он выдавил их на пекарскую бумагу на противне, потом поставил в духовку. Пока они выпекались, он сделал крем: поставил молоко разогреваться, отделил белки от желтков, желтки смешал с сахаром, потом с мукой и парой ложек молока. Когда молоко на плите закипело, он вывалил смесь и начал мешать, пока не загустело.       Готово. Осталось дать остыть. Начинял Стас готовые пирожные шприцом. Вышло немного и он подумал, что этого хватит на сегодняшний вечер и на завтрашнее утро. Стоит ли приготовить ещё одну порцию? Размышления пришли запоздало, поэтому Стас решил: если Демид захочет ещё, он сделает. В следующий раз можно поэкспериментировать со вкусом.       Когда всё было готово, из комнаты выполз Ники с коробкой сухого завтрака «Nesquik». Стас лишь проследил за ним взглядом: как он искал свою тарелку среди тарелок Стаса и Демида, как доставал молоко из их холодильника, как заполнял своим звуком их кухню, и Стас понимал, что обращает на это слишком много внимания.       Он зажмурил глаза и ощутил, как его брови трясутся.       — Ни… — попытался выдавить он, что оказалось абсолютно невозможным, но Ники его услышал. Развернулся, когда закрыл холодильник. — Если хочешь, бери. — Стас кивнул на тарелку эклеров. — Только Дёме оставь.       — Ты не злишься на меня? — Стас удивился с какой прямотой этот вопрос был произнесён. От него сразу захотелось спрятаться, да хоть под кухонный стол.       Стас склонил голову, а потом чего-то полез за голову, потянул резинку и распустил волосы, чтобы они всё перед глазами закрыли.       — Злюсь, — честно сказал он и поджал напрашивающуюся выпятить губу. — Я пытаюсь не… Но меня бесит. Просто бесит твоё присутствие. Я всегда был тут один, а теперь тут ты.       — Да, я мешаю тебе… Одним своим присутствием. Потому что раньше было по-другому, а я припёрся и всё испортил. Но я постараюсь не мешать тебе. Мне и вылезать из комнаты на самом деле не надо. Чтобы поесть только и чай налить. Если хочешь, я не буду с тобой разговаривать, хотя… Мне бы, честно, хотелось. Может, я бешу тебя, потому что я — новый человек? А новое… Ну, оно пугает. Ты не знаешь меня, а я тебя… И вот… Так получается.       — Может быть, — за Стаса говорила Ата. И он это знал.       — Тогда можно взять? — Ники указал на эклеры. Стас кивнул. — Три штуки? — Стас снова кивнул. — Gracias. — Один Ники съел прямо на кухне. Стас смотрел на него, поджимая губы, и он не мог не заметить, с каким довольством Ники съел этот несчастный эклер. — Так и знал, — Ники посмотрел Стасу в глаза, — безумно вкусно.       Стас отвёл взгляд.       — Gracias, — повторил Ники и, забрав тарелку с сухим завтраком, заправленным молоком, ушёл к себе.       Стас убрал эклеры в холодильник.       Демид вернётся в восемь. После работы он пойдёт на тренировку. Так что ждать его ещё два часа.       Стас вернулся в спальню. Надел толстовку, из рюкзака достал сигареты и все пачки отнёс на балкон. Сложил стопкой, наверху которой была четвёртая, почти закончившаяся. Когда он понял, что свет из комнаты не даёт взглянуть на то, что находится за окном, он вылез с балкона и выключил свет. Всё погрузилось во тьму.       Так было намного приятнее, но навряд ли так же приятно было находиться в Аиде, где нет ни света, ни радостей, ни грустей, ни желаний — ничего, кроме теней и грешников, которые искупают свои грешки, повторяя одни и те же действия миллионы миллионов раз, так и не достигая результата.       Стас осветил свой уголок Unigold’ом, а после того, как поджёг сигарету, не спешил убирать палец с кнопки. Смотрел на тёплый мягкий свет, пока дым вздымался вверх, и пытался прочувствовать колебание воздуха, которое раскачивает маленький огонёк. Вот во что превратился священный огонь, искры которого принёс людям Прометей. Ведь он знал, что его благодать обратится для него проклятием, и всё равно это сделал.       Затягиваясь, Стас прикрыл ладонью огонёк. Он согревал, был нежный, лёгкий и исчезающий лишь по велению одной части руки. Стас провёл ладонью по пламени и убрал палец. Всё снова погрузилось в Эреб. Свет из домов напротив не достигал его окна, не трогал и не пытался развеять зимний мрак, которым всё окружено большую часть полугодия. Стас стряхнул пепел в пепельницу и быстро докурил.       Холод гнал обратно. Стас потёр под носом и закрыл дверь с обратной стороны. Снял толстовку, кинул её на кресло и включил свет, рефлекторно зажмуриваясь от яркости. Когда глаза привыкли, он окинул спальню взглядом. Зацепился за планшет на столе.       В прошлый раз ничего не получилось. Стоило ли браться снова?       Стас подошёл к стеклянному столику, подхватил пальцами гаджет и покрутил его в руках, словно нужно было разыграть сцену, в которой к древнему греку попал такой интересный девайс. Осмотр ни к чему не привёл, и, поджав губы, Стас всё-таки сел с ним на кровать, подтягивая ноги. Разблокировал, увидел от Демида постное: «Ха-ха», и открыл документ. Посмотрел в пустую вордовскую страницу, потыкал в экран, даже не пытаясь задеть буквы, и закрыл. Открыл уже написанный документ. Прочитал, понаклонял голову и остановился на слове «равнодушный».       «Он оставался равнодушным, несмотря ни на что. Несмотря на любовь, которую ему готовы были подарить».       Стас усмехнулся. Если бы Афродита узнала, что он отказывается от её даров, она бы превратила его во второго Нарцисса. Правда, то был не прекрасный юноша, а обезображенный проказой мужчина. Стас вздохнул и закрыл файл.       Зашёл на кухню и сделал себе кофе. Пока Демид не видел, засыпал две ложки сахара и улыбнулся, словно он совершал преступление. Но каким преступлением это было? Лишь маленькой шалостью, и то, для немногих.       Пока он пил кофе, то увидел, как Ники вышел в магазин, а вернулся тогда, когда Стас уже был в спальне и бесконечно листал ленту «ВК».       Когда замок щёлкнул в двери, он тут же подскочил и метнулся к порогу, успевая включить свет до того, как Демид зашёл домой.       — Это типа соревнование? — недоверчиво проговорил Демид, не заходя внутрь.       Стас ещё не убрал руку с выключателя и не спешил этого делать.       — Я всё равно раньше успел, — сказал он.       — Так ждал меня? — расплылся в улыбке Демид и прошёл внутрь, закрывая за собой.       Стас убрал руку от стены и подошёл к нему. Демид отпустил портфель и тот свалился на пол. Притянул Стаса к себе и поцеловал. Стас обнял Демида за шею, наклоняя к себе и крепче стискивая руки. Весь день он был один. Один наедине с Ники. И от этого ощущения хотелось избавиться, забыться, потеряться в Демиде, который отлично способствовал этому своим напором и силой. Он властвовал и порабощал, а Стас от удовольствия закрывал глаза, дрожал от разливающегося в теле жара и терял контроль над дыханием, чувствуя, как выдыхаемый им воздух возвращается обратно, сталкиваясь с лицом Демида. Он положил руку на его затылок, прошёлся по коротким волосам и впился бы ногтями, если бы они были у него длиннее.       — Блядь, — донеслось из конца коридора вместе со звонким ударом.       Демид и Стас оторвались друг от друга и посмотрели в сторону ванной. Там полусогнувшись стоял Ники над тарелкой, которую уронил.       — Каюсь, — сказал он, быстро подбирая посуду, — испортил момент, — и сразу прошмыгнул на кухню.       — Действительно блядь, — кивнул Демид, до сих пор прижимая к себе Стаса, а он был не против так и остаться стоять. Пусть Ники их видит, пусть понимает всю ситуацию.