Глава 1.
21 мая 2023 г., 21:30
Двое мужчин приблизительно лет сорока сидели за столиком и попивали какой-то напиток, разговаривая ни о чëм. Казалось бы, ничего не могло нарушить мирную и расслабляющую атмосферу.
— Он здесь! — крикнул кто-то позади, и тут же послышался выстрел. Пуля из пистолета полетела в спину светловолосого мужчины крупного телосложения.
— Господин Пьеро! — вскочил со стула второй мужчина, тоже со светлыми волосами, вытаскивая свой пистолет и толкая в сторону своего босса, чтобы защитить того от пули.
Защитник тут же начал стрелять по бандитам, что нарушили спокойный вечер двух друзей. Но их было больше, намного больше.
— Пьеро, уходите, я прикрою вас! — крикнул блондин, пытаясь увернуться от пуль за стулом и время от времени выглядывая, чтобы нанести ответный выстрел.
— Дайнслейф, я не могу тебя бросить, ты же мой друг и телохранитель! — хриплым голосом проговорил Пьеро, поднимаясь на ноги и доставая свой пистолет тоже. — Давай покажем им вместе, что значит иметь дело с боссом мафии и его телохранителем!
Они вдвоем начали давать отпор бандитам, ловко уклоняясь и не промахиваясь. Вскоре все нападавшие безвольными телами валялись на полу, и Дайнслейф двинулся вперед, в любой момент готовый защитить своего босса.
Мужчины вышли на улицу, но там их ждала засада: из углов начало выходить все больше и больше вооруженных парней.
— Босс, они окружены, Пьеро и его телохранитель Дайнслейф. Что прикажете делать? — сказал в рацию один из бандитов. — Убить их обоих? Будет сделано!
Скрываться было некуда, и Дайнслейф резко развернулся, пытаясь затолкать Пьеро обратно в здание их организации. Но бандиты среагировали мгновенно, начав одновременно стрелять прямо в спину блондина.
— Простите, босс, я не смог вас защитить. Передайте Кэйе, чтобы… — прохрипел Дайнслейф, но так и не успел договорить, ибо свалился на землю мертвым телом, но его собеседник и так всё понял.
Как только Дайн перестал прикрывать Пьеро своим телом, пули тут же со всех сторон полетели и в самого мафиози, и тот распластался на земле рядом со своим телохранителем.
— Прости, Дайн, я не смогу передать Кэйе то, о чем ты попросил. Но он и так всё поймет, когда ты не вернешься сегодня домой… — прошептал Пьеро прежде, чем навсегда закрыть глаза.
— Задание выполнено, босс, оба мертвы. Полагаю, что теперь вы сможете стать главным мафиози «Фатуи»… Что вы говорите? Место Пьеро займёт его сын Скарамучча?
***
Мона влетела в комнату своей сестры, когда та сидела за столом и решала судоку. — Эй, Люмин, сегодня 14 февраля, День всех влюблённых! Хвались, сколько валентинок тебе подарили в школе? Мне пятнадцать штук! Смогла ли ты меня обойти хоть в этом? — Мона, отстань, это не твое дело, — шикнула на неё блондинка, лишь сильнее утыкаясь в книжку с небольшими математическими задачками. — Ха-ха, ты так говоришь, потому что наша Люмин, как всегда, не получила ни одной валентинки! — засмеялась Мона, издеваясь над сестрой. — Ну конечно, куда тебе до меня? Я красивая, и фигура у меня хорошая. Ну а ты? Ты умная, а умом не привлечешь парней, сестрёнка! — Мона, пошла вон из моей комнаты! — начала выходить из себя Люмин, еле сдерживаясь от того, чтобы кинуть в сестру ближайший учебник. — Я-то пойду, а ты и дальше продолжай устраивать свидания с книгами, — усмехнулась напоследок Мона прежде, чем покинуть комнату. Люмин откинулась на спинку стула и протерла уставшие глаза. Эту книжку с судоку она купила сегодня, и она почти закончилась. Надо бы поэкономнее относиться к таким вещам, особенно со сложившейся ситуацией… Утром отец сказал, что он обанкротился, и теперь им придется как-то экономить. Как сказать об этом Моне, он не представлял. Кэйа Альберих, уже бывший владелец товарного бизнеса, слишком избаловал свою старшую красавицу-дочь, и если она узнает, что теперь ей нельзя будет каждую неделю ходить за новыми шмотками, начнется катастрофа. Люмин встала со стула и подошла к зеркалу, что висело на стене, оценивающе начиная рассматривать своё отражение. Золотые глаза, светлые короткие волосы, что были сейчас взъерошены и торчали в разные стороны, глупая челка, которая всё время мешалась. Блондинка невольно сравнивала себя с Моной. Еë сестра умела подчеркнуть свои сильные стороны во внешности и скрыть недостатки, она умело общалась с парнями, большинство из которых от неё без ума. — Не понимаю, — фыркнула Люмин, прикладывая ладони к своим щекам. — Я читаю так много книг. Говорят, что с начитанным человеком общаться интереснее… Так почему с Моной общаются охотнее, чем со мной? Ну ничего, на таких как я, тоже женятся! Люмин отошла от зеркала и разлеглась на своей кровати, прикрывая глаза. Кажется, пришла пора отдохнуть. Завтра выходной, поэтому можно насладиться сном вдоволь. Однако отец считал, что для погружения в царство снов ещё рановато, потому что позвал ужинать, и девушке ничего не оставалось, как пойти на кухню и сесть за стол. — Был я на вашем родительском собрании. Мона, ты видела свои оценки? — недовольно спросил Кэйа. — Тебе скоро экзамены сдавать, а ты все никак за ум не возьмешься! Хочешь снова на второй год остаться? — Па-ап, — недовольно протянула девушка, пытаясь поймать вилкой скользящие по тарелке макароны. — Да сдам я всё! И вообще, почему только меня ругаешь? А как же Люмин? — У Люмин как раз-таки с оценками, как всегда, всё замечательно, — упрекнул Кэйа свою старшую дочь, а затем перевел взгляд на младшую. — Но с поведением, как всегда, проблемы! Отвлекаешься во время урока. Вот это что? Отец достал из своего портфеля достаточно толстую книжку и потряс ею перед лицом Люмин. — Это… Японские кроссворды, пап, — хихикнула Люмин, как ни в чем не бывало. — Написано же. — Я вижу, что это японские кроссворды, но почему ты занималась на уроке химии не делом, а этой книжонкой? — Кэйа чуть нахмурил брови, создавая грозное лицо. — Ну а что делать-то на этой химии? Учитель дает задание, которое выполняется за пять минут, а в итоге мы решаем его пол-урока. Ну скажи, разве интересно смотреть, как одноклассники тупят у доски? — недовольно пробурчала Люмин, приступая к своему ужину. — Конечно, ты же у нас самая умная, — ядовито процедила Мона. — Может, сделаешь за меня домашку? Заодно разминка для мозгов будет. — А ты заплатишь мне за это? — лукаво улыбнувшись, Люмин протянула раскрытую ладонь в сторону сестры, мол, давай деньги. — Так! Мона, из-за того, что Люмин будет делать за тебя домашнее задание, ума у тебя от этого не прибавится, — с этими словами отец ткнул свою старшую дочь в лоб. — Доедай и быстро за уроки! Мона недовольно хмыкнула и стала вдвое быстрее уплетать свой ужин. А затем убежала в свою комнату. — Пап, ты должен ей сказать о том, что у нас сейчас нет денег, — шепнула Люмин, провожая взглядом фигуру сестры. — Я могу устроиться на работу. Первое время проживем. — Не нужно, я сам как-нибудь справлюсь. Иди, ложись спать, я помою посуду. И, Люмин, я люблю тебя, знай это, — напоследок сказал Кэйа и чмокнул блондинку в лоб. — Ты странный сегодня, — пожала плечами Люмин, а затем убежала в свою комнату, радуясь, что, наконец, можно насладиться сладким сном. — Прости меня, Люмин, — прошептал Кэйа, когда девушка ушла, а затем взял со стола небольшой листок и ручку и начал что-то писать. — Твой родной отец вряд ли бы так поступил, но Мона просто пропадëт там... Ты более сообразительна и хладнокровна, чем Мона... Ты вся в него. Мужчина не спал еще около двух часов и только в полночь, когда Люмин точно уснула, взял исписанный своим ровным почерком лист бумаги и прошел в комнату к блондинке, чтобы тихонько положить записку на еë тумбочку. После этого Кэйа прошел в комнату к Моне, которая до сих пор кряхтела над домашним заданием. — Мона, быстрее собирайся, мы уезжаем! — приказал Кэйа. — Что? Куда? Что происходит? — удивленно спросила девушка, не спеша вставать со стула. — Не время для вопросов, быстрее бери все самое необходимое и в машину! Я потом тебе всё объясню!***
Люмин разбудил странный грохот, раздавшийся на первом этаже их дома. «Неужели отец снова не спит ночью и что-то умудрился уронить?» — первая мысль, что пришла к блондинке в еë сонную голову. Девушка начала прислушиваться, на первом этаже раздавались шаги нескольких человек, их точно было больше двух, значит, на ночные похождения Моны и отца уже свалить нельзя. Творилось что-то странное и пугающее, и девушка включила ночник. Почему-то она думала, что если будет свет, то вся паника куда-то пропадет. На прикроватной тумбочке лежал листок, которого раньше там не было, и Люмин тут же сцапала его в руки, разворачивая и начиная читать. Люмин, я прошу простить меня, но я не мог поступить по-другому. Я тебе говорил, что я обанкротился. Но не сказал, что проиграл большую сумму в казино. Не осуждай меня, я думал, что выиграю денег, и все наладится, но не смог. Это подпольное казино было одним из нескольких, которым владел крупный мафиози. Да, Люмин, я связался с мафией. Нам с Моной пришлось уехать из города, оставив тебя. Ещё раз прости, но я верю в тебя и твои способности, ты справишься со всем. P.S: Другую записку показать господину Скарамучче.Кэйа
— Мафия? — прошептала Люмин. — Кэйа, твою ж мать, во что ты ввязался? Горе-отец... Какие способности, о чём он? С чем я должна справиться? Ничего не понимаю. И кто такой Скарамучча? Люмин покосилась на тумбочку и действительно обнаружила ещё один листок. Первую записку она рефлекторно засунула под подушку, чтобы взять в руки другую и прочитать. Однако сделать этого не удалось: дверь в её комнату с грохотом раскрылась, впуская внутрь несколько вооруженных пистолетами мужчин. — Кто вы такие?! — от ужаса, который охватил девушку, она произнесла это шёпотом. — Здесь вопросы задаём мы, — строго сообщил один из парней, обладатель рыжих, слегка вьющихся волос и синих, словно чистое небо, глаз. — И у нас такой же вопрос, как и у тебя — ты кто такая? — Я… я тут живу, меня зовут Люмин, — трясясь от страха, сказала блондинка. — Что вам нужно? — Здесь живут Кэйа Альберих и его дочь Мона? — тут же спросил рыжеволосый парень. — Эм. Да, это мой отец и старшая сестра. Вы… Из мафии? — аккуратно поинтересовалась Люмин, чуть успокоившись и уже увереннее смотря в глаза рыжеволосому парню. — Я знаю, что мой горе-папаша связался с мафиози. Вы пришли за ним? — А ты догадлива, девчонка, — хмыкнул в ответ мужчина. — Только вот. Мы обыскали весь дом, и не Кэйи, не Моны мы не обнаружили. И ты нам ответишь, куда они спрятались, если жизнь дорога! В золотых глазах Люмин отразилось искреннее удивление. Куда могли подеваться её папа с сестрой? Ведь вечером они все вместе сидели за столом и ужинали. А тут эти мафиози заявляют, что их нет. В памяти неожиданно возникла записка, что отец оставил ей на тумбочке, и которую она прочитала буквально минуту назад. Вот за что извинялся Кэйа… К горлу подкатила невероятная обида. Почему он забрал Мону, а её оставил на произвол судьбы? Неужели она не заслуживает жизни, а сегодня умрёт по вине своего глупого отца? — Я… Я правда не знаю, где они. Когда я уходила спать, они всё еще были здесь… Я ничего не понимаю… — на эту реплику рыжеволосый парень достал телефон и начал набирать чей-то номер. — Господин Скарамучча, Кэйи и Моны нет. Тут только его младшая дочь. Что с ней сделать? Убить? — Скарамучча?! Вы сказали «Скарамучча»?! — вскакивая с кровати и подбегая к парню, прокричала Люмин. — Господин, кажется, э-э… Для вашего босса мой отец оставил записку, — после этих слов девушка подбежала снова к кровати, чтобы поднять упавшее от неожиданности своеобразное письмо. — Босс, Кэйа оставил вам какую-то записку. Мне прочитать вам её? Что? Привезти к вам и девчонку тоже? Вас понял, будет сделано! — после этих слов он отключил телефон и обратился к другим мужчинам: — Схватить её! — Да, господин Тарталья! В следующее мгновение к Люмин направилось двое мужчин, которые схватили её за руки с обеих сторон и силой потащили к выходу. Люмин даже и не пыталась сопротивляться или кричать — понимала, что это бесполезно. Однако где-то внутри была еле заметная радость, ведь в детстве она мечтала увидеть мафиози своими глазами. Странное желание для ребенка, но так уж повлияли на неё условия жизни, в которых она жила. Раньше один из членов её семьи служил боссу мафии, и Люмин им искренне восхищалась, да и сейчас не прекращает восхищаться его подвигами… — Наш босс, господин Скарамучча, находится в Инадзуме, и мы полетим на нашем личном самолёте. Предупреждаем сразу, малявка: попробуешь сбежать — ты труп, поняла? Люмин лишь еле заметно кивнула, наблюдая за пейзажами города и мысленно прощаясь с родным Мондштадтом. Она не представляла, что с ней будет. Она, простая школьница, будет одна в чужой стране. Кто знает, что на уме у мафиози, и какая судьба с такими поворотами ей предначертана. Люмин не понимала одного: зачем она нужна мафии, если задолжал им её отец? Девушка надеялась, что эти странные парни, что наставляют свои пушки ко всем без разбора, умеют здраво мыслить и понимают, что у обычной девчонки, которая ещё даже не закончила школу, не может быть в кармане ни копейки. Из мыслей девушку вырвал пристальный взгляд рыжеволосого парня. Но стоило девушке обернуться на него, как тот сразу же отвел глаза в сторону. Но она-то не дура, боковым зрением всё прекрасно видела. — Господин… Тарталья, правильно? — вопросительной интонацией произнесла Люмин и после кивка рыжеволосого продолжила: — почему вы так пристально на меня смотрели? И не отнекивайтесь, я всё прекрасно видела! — Что за странная девчонка? — закрыв рукой лицо и тяжело вздохнув, произнес он. — Еë везут непонятно куда, а еë волнует мой пристальный взгляд. — А что я должна делать? Паниковать? Кричать? Или, может, вырвать у вас пистолет и перестрелять всех к черту? — с этими словами она взглядом указала на часть оружия, торчащего из кармана мужчины. — Странный тут только вы. Тарталья разразился искренним смехом, будто услышал какой-то смешной анекдот. Люмин лишь закатила глаза и отвернулась к окну, терпеливо дожидаясь, когда приступ смеха у этого парня закончится. — Перестрелять? — всë еще посмеиваясь, переспросил рыжеволосый. — Ты пистолет вживую хоть раз до этого видела, малявка? Люмин хотела было что-то ответить, но осеклась. Она не должна раскрывать информацию о себе незнакомцу, тем более мафии. Они ничего о ней не должны знать: ни о еë прошлом, ни о еë способностях, ни о еë жизни в целом. — Забудь, я пошутила. Ты прав, я никогда до этого не видела оружия вживую, — пожав плечами, ответила Люмин. — А ты смелая… — констатировал Тарталья. — С мафией не только шутишь, но и так бестактно переходишь на «ты». Не боишься, что вышибу тебе мозги? — Не боюсь, — тут же ответила Люмин. — Ваш босс сказал привезти меня к нему, а не убивать. Я предполагаю, что будет за невыполнение приказа. Думаю, сам с мозгом попрощаешься, верно? Я перешла на «ты», потому что вы все тоже изначально мне «тыкали». Хоть я и младше вас всех на десяток-другой, но не позволю незнакомцу общаться со мной как с подружкой. А если ты перешел эту черту, то готовься к тому, что я тоже к тебе не буду иметь уважения. — Язычок у тебя острый, — хмыкнул Тарталья. — Советую держать его за зубами. Скарамучча церемониться с тобой не будет. Но ты мне нравишься, малявка. Смелость тебе к лицу. Честно, впервые нам попадается такая безбашенная. Обычно все девки орут, плачут, пытаются сбежать. А ты совершенно спокойна. Люмин ничего не ответила и даже не удосужила Тарталью взглядом. Еë спокойствие пугало еë саму. Как только к ней ворвались, она тряслась от страха, а сейчас на нее навеяло какое-то безразличие. Наверное, это было вызвано тем, что она никому была не нужна. Какая разница — убьют еë сегодня или нет, если единственный человек, который у неë остался, так просто отдал в лапы убийцам? Люмин уже не была расстроена. Она за свои 16 лет потеряла самых дорогих ей людей - родных родителей, а теперь пережила еще и предательство Кэйи - еë опекуна. И вспоминать об этом не хотелось, ведь это хранилось у неё настолько глубоко в душе, что со временем перестало волновать. Вскоре, пересели на самолёт, и Тарталья снова пялился на неё, в особенности пытался что-то рассмотреть в её глазах, на что Люмин вопросительно приподняла бровь. — И снова ты на меня смотришь. В чем дело? У меня что-то с лицом? — озвучила свой вопрос девушка, ибо Тарталью, видимо, еë негодующий взгляд нисколько не волновал. — Я не обязан отвечать на твои вопросы, — резко ответил Тарталья. — Сиди молча, если не хочешь неприятностей. «Странный парень…», — решила в мыслях Люмин. — «В машине вроде была какая-никакая беседа, а сейчас огрызается. В мафии все такие нервные? И как он только им служил?». Люмин даже не заметила, как уснула. Странная девчонка, она должна держать ухо востро, а вместо этого полностью расслабилась. Наверное, ей просто уже нечего было терять в этой жизни. Казалось, она закрыла глаза всего на пять минут, как еë разбудил Тарталья, а двое мужчин снова взяли еë под руки и повели из самолета, как какого-то преступника. Перед девушкой открылось огромное здание. Даже было не сосчитать, сколько этажей в нëм было — строение уходило далеко вверх. Но рассмотреть, куда она всё же попала, ей не дали, ибо мужчины повели её в само здание. Даже в лифте они охраняли девушку так, будто она действительно могла сбежать отсюда. Они доехали до самого верхнего этажа. Здесь полы были укрыты дорогими коврами, паркет блестел чистотой, на окнах были увесистые шторы. Люмин невольно задумалась, а не попала ли она в какой-нибудь королевский дворец? В этой части здания было много вооруженных охранников, что сильно удивило девушку. Что они охраняют? Или... кого? Еë грубо вталкивают в какую-то комнату и силой усаживают на диван. Девушка решила осмотреться. Первое, что она увидела — пустые, холодные глаза, они были как сама смерть, пугающие и устрашающие. Люмин стало не по себе, только глядя в эти ледяные глаза, у неë уже срабатывал инстинкт самосохранения, ей хотелось сбежать отсюда куда угодно, лишь бы не видеть этого взгляда. Глаза принадлежали мужчине с темно-синими волосами и стройным телосложением. Дорогой костюм явно выгодно подчеркивал его тело. В руках он держал бокал с вином, который поднес к губам и сделал глоток, все также не отрывая своего изучающего взгляда от Люмин. — Записку, — всë, что говорит мужчина холодным тоном. Теперь девушке стало понятно, что перед ней сидит тот самый Скарамучча, настоящий босс мафии. Как только слова срываются с его губ, Тарталья тут же вручает ему клочок бумаги, и тот начинает читать. — Интересно... — на его лице появляется улыбка, но она совсем не похожа на радость или другую положительную эмоцию. Это была жестокая улыбка, улыбка убийцы. — Не поверишь, Чайльд, этот болван решил, что вместо той красотки может подослать эту малявку. Ещё и пишет, что она будет мне полезна, хах. — «Той красотки»? — эхом повторила Люмин, забыв об инстинкте самосохранения. — То есть... Отец хотел прислать сюда Мону!? — Не вмешивайся в разговор, если жизнь дорога, — Скарамучча пронзает еë ледяным взглядом, и девушка на пару секунд даже забывает, как говорить. — Ты лучше вот что скажи мне: куда уехал отец с твоей сестрой? — Я не знаю, — твердо ответила она. Девушка не лгала — она действительно не знала, но ответ, видимо, не устроил мафиози. Скарамучча встал и достал из ящика своего стола пистолет. Казалось, прошло мгновение, как он оказался рядом с ней, дуло пистолета упиралась ей в висок. От мужчины веяло сладким запахом вина и... Опасностью. — Посмотрим, как ты заговоришь теперь, — в этом человеке не было ни капли жалости. Он на полном серьезе мог убить еë без колебаний. — Да хоть убей меня, я всё равно не знаю, — спокойно говорит Люмин, хотя внутри неë была настоящая паника, мысли бешено метались в голове. — Малышка, не думай, что можешь взять меня на «слабо». Я убью тебя и глазом не моргну. Ещё раз спрашиваю: куда уехал твой отец с Моной? — его палец слегка надавил на спусковой крючок, вот-вот готовый выстрелить. «Вроде бы босс мафии, а какой тугодум, ей-богу!» — возмутилась в мыслях девушка. — «Начинает раздражать. Может, пора показать, что я не так проста? Он сейчас расслаблен, так что провернуть это не составит мне труда. Эта выходка может стоить мне жизни, но я не боюсь...» Она резко поднимает руку и выхватывает у Скарамуччи пистолет, тут же наставляя на него. Мафиозные охранники реагируют мгновенно, и вот уже на еë голову направлено целых четыре пистолета. Но босс поднимает ладонь вверх, мол «отставить», и все послушно опускают свои оружия. В глазах Скарамуччи блеснула искорка интереса, но также быстро пропала. Хотя он был удивлëн еë действиями, он не показал этого. — Ты думаешь, можешь напугать меня этим, малявка? Такие игрушки не подходят таким маленьким девочкам, как ты, — его слова подобны острым ледяным осколкам, его лицо совершенно бесстрастно. Через мгновение его губы дрогнули в насмешливой улыбке, его явно забавляло еë поведение. Его взгляд, полный насмешки, падает на пистолет, который находится в маленьких ладонях девушки. — Ты даже стрелять не умеешь и... — Умею, — резко перебивает она его, уверенно держа оружие наготове. — Но я не буду в тебя стрелять, я просто хочу, чтобы ты меня выслушал. Я правда не знаю, куда Кэйа увез Мону. Понимаю, что тебя немного расстроил факт, что вместо моей красивой старшей сестры ты видишь перед собой страшилище вроде меня. Но я могу быть тебе полезной. — Что же такая малявка может мне предложить? Твоя старшая сестра удовлетворяла бы меня, а ты... Увы, меня не возбуждают такие малышки, — голос Скарамуччи полон издëвки. — Я готова верно служить мафии! Позволь мне работать под твоим подчинением! — резко выдает Люмин. — Мой родной отец служил боссу мафии, я хочу пойти по его стопам!
