Чужое гнездо

Часы периодически бомкали, будто насмехаясь. За стенкой скрипел кроватью и ходил туда-сюда проклятый жилец. По всему выходило, что Руслану и Вано действительно предстояло торчать взаперти до утра. А вдруг он и утром никуда не свалит? «Хочу ссать», — написал Вано. Руслан взял у него телефон, настрочил ответ: «В окно». «Да ты эстет». «Есть другие идеи?» Вано не стал отвечать, на цыпочках подошёл к окну и раздвинул шторы. Тусклый свет выхватил его силуэт и очертания бардака: стопки книг, раскисшие картонные коробки, свисающие со шкафа оленьи рога. Руслан повернулся туда, где должны были находиться часы, но до них свет, конечно, не доставал. Вано тем временем пошарил по раме, ища хоть какой-нибудь шпингалет. Не нашёл. «ПОТЕРПИШЬ», — написал Руслан. — Тебе легко говорить, — прошипел Вано. Руслан отчаянно прижал к губам палец. За стеной резко смолк телевизор. Вано застыл у окна, и в обманчивом свете городского вечера Руслану показалось, что он впервые видит за маской клоуна настоящее лицо — обеспокоенное, даже испуганное. Потом телевизор забубнил снова. Вано шагнул к Руслану и отобрал у него телефон. Руслан, уверенный, что Вано пишет ему, сунулся в экран. Но Вано, как оказалось, вышел из заметок и начал диалог с кем-то, чьё имя состояло из невнятного набора символов: строго вертикальной палки, кружочка вроде обозначения градуса, знака бесконечности и ещё чего-то, что Руслан решил считать греческими буквами. Предыдущих реплик на экране не было, только вопрос от Вано: «Занят?» Руслан поколебался, думая, следует ли ему деликатно отойти. Потом решил, что Вано сам отвернёт от него экран, если посчитает нужным, и остался на месте. Сообщение отметилось прочитанным. Почти сразу же всплыл ответ: «Что?» Вано страдальчески закусил губу и принялся писать и стирать, формулируя суть. Окончательный вариант его послания гласил: «Мы тут влезли в квартиру к одному челу, а он дома и мы застряли. Я ссать хочу. Вытащишь?» Отправлять Вано не стал, сунул телефон Руслану и шепнул: — Адрес. Руки у Руслана дрожали, номер квартиры пришлось дважды исправлять, потому что палец не попадал по нужным цифрам. Наконец дописав, он вернул телефон, и Вано отправил сообщение, почему-то крепко зажмурившись. Сообщение снова отметилось прочитанным, но отвечать собеседник не спешил. Наконец зелёный кружок у пустой аватарки исчез, статус сменился на «был только что». Руслан и Вано отчаянно переглянулись. Время поползло с черепашьей скоростью. Экран то и дело гас, и Вано чиркал по нему пальцем. Ответа всё не было, а потом диалог пропал. — Чё теперь? — прошептал Руслан. Вано приложил палец к губам, зашёл в заметки: «Ждём». Жилец за стенкой время от времени переключал каналы, и Руслан ненавидел его всеми фибрами души. Вано то беспокойно расхаживал туда-сюда, то приплясывал на месте, и его Руслан, пожалуй, тоже ненавидел, хоть и жалел. На помощь неизвестного Руслан не особо надеялся, но всё-таки воображал себе всякие невероятные сценарии. Может, сейчас окно разлетится вдребезги и прямо с неба в комнату влетят чёрные бесшумные ниндзя? Или станет ослепительно светло от гигантского прожектора, а многократно усиленный громкоговорителем голос потребует, чтобы все выходили с поднятыми руками? Или хоть кто-нибудь заорёт про пожар, заставив весь подъезд эвакуироваться? Когда в дверь позвонили, Руслан вздрогнул, но тут же напомнил себе, сколько раз к ним приходили всякие продаваны и клоуны. Глупо было бы надеяться. Вано, похоже, так не считал. Он вцепился в телефон и не спускал с него взгляда. Жилец вышел из спальни, пересёк коридор и отпер дверь. Из прихожей донеслись приглушённые голоса, но Руслану не удалось даже разобрать, мужские они или женские. Потом дверь закрылась, но в тот же момент отчаянно забомкали часы, не давая понять, чем занят жилец. Экран вспыхнул, открылся новый диалог с единственным сообщением: «Сейчас». — Пошли! — прошипел Вано и рванул к двери. Руслан кинулся следом, во всех подробностях представляя себе, как они сталкиваются с офигевшим жильцом. Но ни в коридоре, ни в прихожей никого не было. Руслан и Вано выскочили на лестничную площадку. Вслед им нёсся бешеный бой часов.