Set me free.

«Жизнь всегда идёт рядом с потерей, но именно новые люди учат нас дышать дальше.»

Прошло несколько дней после их первого поцелуя, и казалось, что теперь весь мир жил по новому ритму. Они виделись каждый день. Иногда это были долгие прогулки по городу, иногда просто вечер у Чимина дома — с фильмами, чаем и тихими разговорами. Но неизменно каждое их прощание превращалось в долгие поцелуи на остановке, от которых кружилась голова. Юнги всё ещё не верил, что именно этот человек стал для него целым миром. Чимин был лёгким, солнечным, каким-то по-настоящему настоящим. Однажды, когда они снова сидели у Чимина, глядя фильм, которого Юнги толком и не запомнил, атмосфера изменилась. Чимин был каким-то особенно раскрепощённым. Взгляды задерживались дольше, прикосновения становились ближе. Момент был слишком настоящим, и Юнги почувствовал, что всё может перейти грань. Но — не вышло. Волнение и стресс разрушили настроение. Чимин смутился, начал что-то лепетать, извиняться. — Эй, — тихо сказал Юнги, касаясь его руки. — Всё в порядке. Правда. — Но я… — Чимин отвернулся, краснея. — Это не важно, — Юнги улыбнулся уголками губ. — Мне и так хорошо с тобой. Слова подействовали. Напряжение спало. Они засмеялись, пошли пить чай, и вроде бы всё стало как раньше. Но такие ситуации повторялись ещё несколько раз. 14 марта. Дата, которая навсегда останется в его памяти. В тот вечер, провожая Юнги до остановки, Чимин вдруг сказал: — Наверное… мы теперь пара? Юнги усмехнулся, но в глазах его что-то дрогнуло. — Похоже, что да. Этот день всё изменил. Их сердца бились в унисон. Они узнавали друг друга ближе, делились воспоминаниями, привычками, маленькими радостями. Конечно, бывали ссоры и обиды — но они разговаривали. Это нравилось Юнги: он впервые чувствовал, что его слышат и понимают. Но как бы он ни старался, иногда в голову всё равно закрадывались мысли о Тэхене. Он гнал их прочь. Теперь рядом был Чимин, и это было главное.

***

Когда Чимин устроился на новую работу, их встречи стали реже. Но всё равно они находили время друг для друга каждый день. Пусть даже ненадолго — ужин, прогулка, звонок на ночь.

***

С этого дня их жизнь закружилась в новых красках. Они узнавали друг друга всё больше. Юнги с удивлением находил, что Чимин упрям, но умеет слушать. Чимин смеялся, что Юнги перебивает вечно, когда рассказывает что-то своё, но на самом деле ему нравилось это. Они спорили, кто лучше готовит. Юнги утверждал, что его лапша лучше любого пибимпапа. Чимин фыркал и ставил перед ним кастрюлю с соусом: — Тогда докажи. — Ладно, но ты пожалеешь, — ухмылялся Юнги. Они смеялись, проливали соус, спорили о специях, но еда почему-то всегда выходила вкусной, когда они делали её вместе.

***

Были и трудности. Летом Юнги устроился работать в отель. С первого дня всё пошло не так: ошибки, постоянный стресс, чужое раздражение. Он старался, но от каждого слова начальства внутри что-то обрывалось. И именно в тот день, когда он впервые вышел на работу, его мир рухнул. Он зашёл в чат с друзьями и замер: сообщения, которых он боялся больше всего. «Кейдена больше нет…» Юнги не поверил. Он перечитывал снова и снова. Слёзы выступили сами, он плакал целый час, не в силах остановиться. А потом, пытаясь взять себя в руки, он поехал к Чимину. Но в трамвае всё рухнуло снова: руки дрожали, дыхание сбивалось. Чимин только посмотрел на него — и Юнги не выдержал. — Его больше нет, понимаешь?.. — всхлипывал он, уткнувшись в плечо. Они вышли в парк, сели на лавку. Чимин обнял его крепко, как будто боялся отпустить. — Я рядом. Всегда, — только и сказал он. Через пару дней Юнги написал песню Кейдену. Это было всё, что он мог ему подарить. С помощью Намджуна он нашёл исполнителя, и так появилась его первая настоящая песня.

***

Юнги устроился в отель, но работа оказалась тяжёлой: постоянные жалобы, высокомерные клиенты, начальство, ищущее поводы придраться. Он возвращался домой раздражённым и уставшим, иногда даже не отвечал на сообщения. Чимин сначала терпеливо поддерживал его, но со временем и сам не выдерживал. Они ссорились чаще. В один из вечеров встретились специально, чтобы поговорить. — Я… думал о том, чтобы закончить всё, — признался Чимин. Сердце Юнги ухнуло вниз. Но он тоже сказал честно: — А я думал о паузе. Они замолчали. Тишина висела тяжелее любых слов. Но потом Чимин всхлипнул: — Но я не хочу отпускать тебя. Юнги закрыл лицо руками. — И я не хочу. Они плакали и говорили, признавались в том, чего боялись. В тот момент стало ясно: они нужны друг другу слишком сильно, чтобы отказываться. На следующий день они устроили домашнее свидание. Купили маски для лица и рук, заказали пиццу, включили «Ходячих мертвецов». Смех, дурачество, тихие разговоры. Всё это завершилось близостью — горячим уверенным сексом.

***

После этого они стали по-настоящему «мы». Юнги уволился из отеля и пошёл работать в KFC, где когда-то подрабатывал студентом. Коллектив оказался лёгким, дружелюбным, и впервые за долгое время он почувствовал себя на месте. Они сняли квартиру и начали жить вместе. Вечера теперь были их — готовка, совместные завтраки, смех из-за глупостей. Иногда они спорили, кто вынесет мусор или кто забыл купить хлеб. Но всё это казалось правильным.

***

К этому времени они начали думать о своём жилье и сняли квартиру. Мама Юнги помогла с основной мебелью, но все мелочи они покупали сами. Первый поход за мебелью превратился в приключение. — Диван нужен серый, — настаивал Юнги. — Практичный. — Серый — это скучно, — возражал Чимин. — Давай красный! — Красный? Ты серьёзно? Я жить в цирке не хочу. В итоге они купили серый. Но Чимин всё равно притащил ярко-жёлтые подушки. «Компромисс», — ухмыльнулся он. С постельным бельём было ещё веселее: Юнги хотел чёрное, а Чимин — с котиками. В итоге купили оба комплекта и меняли по настроению. На кухне Чимин однажды решил приготовить завтрак и поджёг тосты. — Это не еда, а уголь, — сказал Юнги. — Это хрустящая корочка, — возразил Чимин. И оба разразились смехом. Были и ссоры из-за быта: полотенце на кровати, вешалка, забитая только чиминовскими вещами. Но спустя десять минут они снова сидели рядом на диване, и казалось, что спорить было глупо. Они любили сидеть у окна вечерами, слушать шум улицы. Чимин часто делал фото Юнги — то с кружкой чая, то в полусне. «Скучный, но мой», — говорил он, а Юнги ворчал, но потом тайком сохранял снимки.

***

Через три месяца после начала отношений Юнги настоял на том, чтобы завести кота. В городе как раз проходила выставка приютских животных. Он заранее купил всё: миски, игрушки, лоток. Договорился пойти с другом, но тот заболел. В итоге поехал вместе с Чимином. Так в их жизни появился черно-белый котик — активный, игривый и очень шумный. — Ты понимаешь, что теперь у нас ребёнок? — сказал Чимин, когда кот впервые уронил кружку с полки. — Угу, — кивнул Юнги, с улыбкой наблюдая, как кот спит, свернувшись клубком.

***

В конце декабря, за два дня до Нового года, Юнги сильно заболел. Температура, ломота, слабость. Он почти всё время лежал, укутанный в одеяло, а Чимин носился с чаем и таблетками. — Может, отменим праздник? — спросил он. — Ни за что, — ответил Юнги сиплым голосом. — Новый год есть Новый год. И они действительно встретили его вместе с друзьями — Даниэлем и его парнем. Было шумно, весело, они пили шампанское, смеялись, а Юнги чувствовал, что счастлив. Даже с температурой, даже с кашлем — он был там, где хотел быть. Потом были дни рождения — Чимина, Юнги. Были трудности, недопонимания, но они справлялись. Они любили друг друга — и это было важнее всего.